Об угрозе дестабилизации обстановки в Иордании

Последние месяцы демонстрируют серьезное ухудшение социально-политической ситуации в Иордании, связанное с народными протестами. При этом в отличие от протестных выступлений 2011-2012 годов и прошлогодних забастовок и демонстраций нынешние протестующие выдвигают лозунг смены политической системы в стране. Они выступают за изменение «не  правительства, а  режима» (ляйса аль-хукуматин, инна аль-хукм). Ударную силу протестующих составляют представители иорданских бедуинских племен, бывших вплоть до начала двадцать первого века политической опорой династии Хашимитов. Одновременно внутренние проблемы королевства осложняются внешними. К ним относятся беспокойство правящей элиты Иордании в связи с усилиями американской администрации заключить «сделку века» (новый план ближневосточного урегулирования, подразумевающий объединение иорданских и части палестинских территорий), а также обостряющееся соперничество с КСА. Сочетание этих факторов может серьезно подорвать стабильность в Иордани, считающейся последним островком безопасности на Ближнем Востоке, который обошли стороной бури «арабской весны».

14 февраля началась сидячая демонстрация нескольких десятков представителей безработной иорданской молодежи около королевской резиденции на курорте в Акабе. Затем начался марш безработных по направлению к столице Иордании Амману, в результате которого их количество дошло до 250. 22 февраля с протестующими провел беседу премьер-министр королевства Омар Раззаз. Он объяснил собравшимся, что правительство не может обеспечить работой всех желающих. Уровень безработицы в Иордании в 4-м квартале 2018 года увеличился до 18,7%. При этом среди молодежи он составляет около 27%. Уровень безработицы среди юношей, выпускников университетов и колледжей, составляет 24,5%, среди женской половины выпускников – 78%.

Серьезное ухудшение социально-экономической ситуации в Иордании и всеобщая забастовка, начатая в стране 30 мая прошлого года послужили причинами падения неолиберального правительства Хани Мульки 4 июня и назначения новым премьер-министром Омара Раззаза, пользовавшегося славой грамотного экономиста и чиновника, далекого от коррупционных схем. Однако повышение налогов, состоявшееся в ноябре прошлого года, вызвало разочарование большинства иорданцев в правительстве Раззаза, с которым население страны связывало множество надежд. В этой связи многие иорданские наблюдатели отмечают скорое окончание социального перемирия, «продлившегося от Рамадана до Рамадана» (падение правительства Мульки состоялось во время священного месяца Рамадан в прошлом году, а новая всеобщая забастовка должна начаться в начале Рамадана уже в 2019 году).

Отличительной чертой нового социального протеста является широкое участие в нем арабских бедуинских племен (тут речь идет не только о кочевниках, но и о потомках бедуинов, давно перешедших к оседлости и занимающихся крестьянским трудом, либо живущих в городах). Первый этап бунта племен начался еще в июне 2018 года. 11 июня представители одного из крупнейших арабских племен Иордании Бени Сахр перегородили шоссе Амман-Мадаба в знак протеста против ареста одного из шейхов племени Фареса аль-Файеза, обвиненного в «заговоре против существующей власти». Сыновья арестованного в интервью порталу Middle East Eye выразили вполне конкретные претензии к королю Абдалле II. Один из них отметил, что «иорданцы (читай племена – авт.) не желают, чтобы король был всем: премьер-министром, министром обороны и внутренних дел и требуют демократии». Он охарактеризовал короля Абдаллу II  как «картежника» (все знают о его пристрастии к азартным играм – авт.), а его жену королеву Ранию как «шайтана» (на этом стоит остановиться подробнее – авт.). «Мы никогда точно не знаем, где в настоящее время находится король Абдалла. Сегодня он в Иордании, а завтра играет в казино в Лас-Вегасе или в Южной Африке. Он и своих министров пристрастил к азартным играм», — говорит Муджахим аль-Фарес. По его словам, «королева приехала сюда из Кувейта, где ее родственники были нищими беженцами, а сейчас они владеют всем». Таким образом, речь идет о межэтническом конфликте между арабскими племенами и палестинцами.

Как известно, предки рода Хашимитов прибыли на территорию современной Иордании в двадцатых годах прошлого века годах, будучи изгнанными из Хиджаза основателем Саудовского королевства Абдель Азизом. При этом крупнейшие племена Трансиордании Бени Хамайде, Бени Хасан и Бени Сахр по обычаю гостеприимства дали убежище Хашимитам, бывшим шерифам Мекки и потомкам Пророка, а затем после уговоров Великобритании отдали им власть над своими племенами. После этого между королем и племенами установились особые отношения. Их представители обладали привилегиями при приеме на работу, особенно на государственную службу, пользовались налоговыми льготами и т.д. Память об оказанном некогда «гостеприимстве» побуждает говорить некоторых шейхов, обращающихся к Хашимитам: «Мы ничем вам не обязаны, но вы обязаны нам».

С момента создания Хашимитского королевства в его нынешних границах в 1921 году королевская семья неизменно пользовалась бедуинской поддержкой. Численность бедуинов, правда, постоянно варьировалась в переписях населения. В 1922 году они составляли 46% населения страны, в 1943 году – 33,5%, в 1946 году – 23%. Возможно это объясняется тем, что в бедуины записывали только граждан страны, ведущих кочевой образ жизни. В то же вр6емя племенная идентичность присуща и их потомкам, перешедшим к оседлости.  До 1958 года бедуинские племена пользовались известной автономией. На них даже распространялся отдельный порядок судопроизводства. Исключительной привилегией бедуинов была военная служба, которую они несли в Арабском легионе, которым с 1930 по 1956 годы командовал английский генерал Джон Глабб. До начала 1960-х годов полиция не вмешивалась в дела бедуинов. Ими занималась особая Администрация по делам племен, а в исключительных случаях не гражданские, а военно-полевые суды.

Несмотря на то, что с 1960-х годов на бедуинов во многом распространились общие законы и правила, иорданское королевское правительство не отказалось от опоры на племена в деле обеспечения безопасности государства. В начале 1980-х годов в иорданских СМИ развернулась кампания против племенной идентичности, в ходе которой подчеркивалась «примитивная» природа трайбализма. Однако в 1985 году племенную идентичность публично защитил король Иордании Хусейн, заявивший о том, что она не противоречит иорданскому национализму. Немаловажную роль в поддержке Хусейном бен Талалом бедуинских племен сыграла их помощь иорданскому монарху в ходе кризиса «черного сентября» 1970 года, когда ООП попыталась взять власть в Иордании.

Ситуация стала меняться после прихода к власти нынешнего короля Абдаллы II. Льготы и привилегии постепенно упразднялись, а представители племен, привыкшие к военной и государственной службе стали заметнее беднее части палестинцев, в среде которых сложилась компрадорская буржуазия, богатеющая на «распиле» бюджета, импортных контрактах и приватизации. С конца февраля в Аммане регулярно проходят демонстрации, инициируемые представителями племен. О позиции племени Бени Сахр мы уже писали. Шейхи крупнейшего племени Бени Хасан в свою очередь образовали движение «Ахрар» («Свободные»). Их лозунгом является ограничение власти короля и создание в Иордании подлинно конституционной монархии. Они считают, что главным является не смена правительства, а изменение политической системы и «восстановление достоинства народа». Руководители этого движения грозятся провести в Аммане «марш миллионов». При этом на уже состоявшихся демонстрациях они разворачивают лозунг «Долой коррумпированных и натурализовавшихся (фасадиин ва мудженсиин)». Под «натурализовавшимися» понимаются, скорее всего, палестинцы, получившие иорданское гражданство.

В случае, если королю Абдалле II не удастся хотя бы частично решить экономические проблемы королевства, а также восстановить доверие крупнейших племен, возможна серьезная дестабилизация Иордании с тяжелыми последствиями для всего региона.

51.99MB | MySQL:109 | 0,435sec