О влиянии боевых действий на нефтегазовую отрасль Ливии

Вооруженное противостояние между отрядами Ливийской национальной армией (ЛНА) под командованием фельдмаршала Халифы Хафтара и силами, поддерживающими Правительство национального согласия (ПНС) Фаиза Сараджа, может стать причиной полной остановки производства энергоносителей в этой североафриканской стране. Такие опасения, как сообщила в пятницу 12 апреля  газета «Файнэншл таймс», высказал глава Национальной нефтяной корпорации Ливии (National Oil Corporation, NOC) Мустафа Саналла.

«Нынешнее противостояние может привести к куда более худшей ситуации, чем наблюдалась в 2011 году», — заметил глава NOC. По словам Саналлы, об этом свидетельствует «масштабы сил, которые с обеих сторон вовлечены в конфликт».

«Если проблема (конфликт) не будет решена в кратчайшие сроки, то, я опасаюсь, это отразится на деятельности корпорации, и очень скоро мы не сможем производить ни нефть, ни газ», — указал Саналла. В этой глава NOC добавил, что, по его мнению, прекращение производства энергоносителей в Ливии «приведет к резкому скачку цен на мировом рынке нефти».

Саналла призвал международное сообщество приложить максимум усилий, чтобы не допустить подобного развития событий и оказать помощь Ливии в скорейшем прекращении нынешнего конфликта.

В настоящее время в Ливии действует два правительства: признанное международным сообществом ПНС Сараджа в Триполи и временный кабинет министров Абдаллы Абдуррахмана ат-Тани, действующий на востоке страны совместно с избранным парламентом и поддерживаемый ЛНА. 4 апреля командующий ЛНА Хафтар объявил о начале наступления на Триполи, Сарадж в свою очередь отдал приказ всем подконтрольным ему воинским подразделениям быть готовыми к обороне. Сейчас бои идут на подступах к столице. В этой связи американские аналитики отмечают, что решение командующего Ливийской национальной армии (ЛНА) Халифы Хифтера начать наступление на Триполи является самым серьезным потрясением  ливийской политической системы со времен свержения Каддафи. Операция началась всего за неделю до начала запланированной при поддержке ООН Национальной конференции, целью которой было содействие проведению национальных выборов в разделенной стране, которая ранее находилась под почти двухлетним прекращением огня. При этом, как и предполагалось изначально, ополченцы, поддерживающие базирующееся в Триполи ПНС Ф.Сараджа, уже блокировали дальнейшее наступление ЛНА, а это означает только то, что кризис перерастает в затяжной конфликт со всеми перспективами начала нового витка гражданской войны. На данный момент  боевые действия не привели к тому, что какие-либо стороны препятствовали добыче или экспорту нефти в Ливии, и это может сохраниться, если ситуация быстро закончится заключением нового перемирия. Но чем дольше продолжаются боевые действия, тем больше вероятность того, что ливийская нефтяная промышленность будет каким-то образом использована противоборствующими сторонами (и прежде всего, Хафтаром) в качестве рычага воздействия на противника. И даже если будет достигнуто соглашение о прекращении огня, наступление Хафтара фактически сорвало любые попытки политического урегулирования в ближайшей перспективе. Таким образом, американские эксперты делают вывод о том, что любой исход нынешней ситуации грозит блокировать  восстановление нефтяного сектора Ливии. В этой связи они также убеждены в том, что одним из мотивов нынешней военной активности Хафтара является его стремление самым кардинальным образом расширить контролируемые ЛНА нефтяные авуары  Ливии. В этой связи американцы указывают на то, что  нефтяной сектор Ливии был основной целью противоборствующих сторон с момента падения Муаммара Каддафи в 2011 году. При этом, добыча нефти в Ливии, которая в марте с.г. составляла 1,1 млн баррелей в день, сейчас постепенно снижается. Эти колебания, по оценке экспертов,  могут по своим последствиям в самой скорой перспективе вернуть страну к ситуации августа 2016 года, когда добыча нефти упала всего до 270 000 баррелей в сутки в результате сознательного блокирования экспорта со стороны полевого командира  Ибрагима Джадрана. Хафтар этот опыт в своей нынешней стратегии, безусловно, учитывает. Его стратегия консолидации власти с начала 2016 года заключалась в том, чтобы в первую очередь захватить нефтяную промышленность страны. В сентябре 2016 года его войска захватили три нефтяных терминала в так называемом «нефтяном полумесяце» — Зуейтина — Рас-Лануф — Эс-Сидр — и возобновили экспорт нефти в надежде создать свой имидж освободителя и получить поддержку среди ливийцев. После завершения этой операции силы Хафтара контролируют все нефтяные терминалы и нефтяные месторождения на востоке Ливии, на которые приходится примерно две трети всей добычи Ливии. Исключение составляют лишь краткие периоды, когда боевики И.Джадрана  совершали нападения на объекты. В январе Хафтар начал наступление на регион Феццан якобы для того, чтобы принести стабильность в один из самых отдаленных районов Ливии, который известен прежде всего как центр контрабанды, торговли людьми и тыловая  база джихадистов. При этом американцы убеждены, что главной целью при этом было крупнейшее нефтяное месторождение Ливии — «Шарара», которое было отключено от экспорта в течение нескольких месяцев, поскольку местные охранники из числа туарегов требовали  инвестиций от Сараджа. Но наступление Хафтара снова позволила NOC начать экспортировать нефть с терминалов. Контролируя Феццан на юго-западе и Киренаику на востоке, Хафтар теперь контролирует практически всю добычу ливийской нефти на суше, предоставляя ему экономические и политические рычаги. Феццанское наступление можно считать последним кусочком нефтяной головоломки Хафтара. Единственные значимые нефтяные месторождения вне его досягаемости — это пара небольших морских месторождений в Западной Ливии в Средиземном море. А за пределами нефтяных месторождений только один крупный нефтеперерабатывающий завод и один крупный нефтяной экспортный терминал — в Завии, что к западу от Триполи — находится вне его контроля. Добавим, что еще несколько небольших экспортных терминалов также вне его досягаемости. По большому счету, несмотря на работу с базирующейся в Триполи NOC, Хафтар на сегодня контролирует практически единственный ценный экономический ресурс в Ливии. В этой связи дадим несколько дополнений к этой картине американских экспертов.

  1. Х.Хафтар не контролирует месторождения в Феццане в классической форме. Он просто предал контроль над ними из рук одних туарегов в руки других, которые сейчас полагаются лояльными ему. При этом в рамках своего наступления на Триполи он был вынужден практически полностью вывести свои силы из Феццана. И там сразу же пропорционально этому стали усиливаться его противники в лице прежде всего тубу и части тех же туарегов. И это делает ситуацию пока мало предсказуемой с точки зрения сохранения контроля со стороны ЛНА над этим регионом.
  2. NOC-Запад с самого начала операции в Феццане ввела «форс-мажор» в отношении экспорта нефти из этого региона. Таким образом, никакого экспорта с этих месторождений не осуществляется уже месяца два. И не его будет, пока идет борьба за Триполи.
  3. Завия является тем ключевым призом, который Хафтар, вероятно, хочет получить в рамках своего наступления на Триполи. Теперь вопрос: будет ли он продолжать прагматично позволять базирующейся в Триполи NOC получать доступ к нефти, находящейся под его контролем во время борьбы с проправительственнытитутми ополченцами в столице? Глава NOC, Мустафа Саналла, призвал NOC оставаться аполитичной, несмотря на его столичное расположение. Но предыдущий прагматизм NOC в рамках его сотрудничества с Хафтаром стал возможным в силу перемирия между ним и Сараджем, а не во время активных боевых действий. Прекращение огня же сейчас требует нового мышления от Хафтара, чего пока не наблюдается.

В этой связи важно напомнить, что ключевой причиной более широкой геополитической дилеммы Ливии является традиционная региональная конкуренция между регионами Киренаики на Востоке, где расположена Палата представителей, и Триполитании на Западе, где базируется правительство Сараджа. Это разделение стало более явным за последнее столетие: до этого ни один регион не принадлежал каким-либо значимым образом к одному и тому же политическому образованию. Во время своего правления в 1969-2011 годах Каддафи пытался нивелировать различия между регионами, централизовав контроль над нефтяным сектором Ливии. Его политика подразумевала установление контроля над нефтяным экспортом только двум ключевым институтам (Центральный банк Ливии (CBL) и NOC. Функционально NOC контролировала добычу и продажу нефти при Каддафи, но доходы текли через Центральный банк, который работал с Министерством финансов Ливии в рамках обеспечения финансирования работы государственных учреждений. Эта система сохраняется и сегодня. В связи с этим логично, что восточные и западные соперники в Ливии боролись в основном за свой контроль как над CBL, так и над NOC. Оба они технически базируются в Триполи, что затрудняет для Палаты представителей и Хафтара осуществление какого-либо контроля над этими учреждениями. Даже когда их правительство было международно-признано в период с августа 2014 года по март 2016 года. Фактически Палата представителей в Тобруке создала параллельные версии обоих институтов: Бенгазийскую национальную нефтяную компанию (NOC-Восток) и Бенгазийский центральный банк. Союзники Хафтара неоднократно пытались добиться международного признания этих учреждений, но каждый раз они терпели неудачу. Во время прекращения огня в течение последних двух лет, Хафтар пытался использовать контроль над нефтяными терминалами, чтобы получить большее влияние над CBL. В июне 2018 года, после того, как Хафтар в очередной раз освободил несколько нефтяных терминалов в районе «нефтяного полумесяца» от боевиков И.Джадрана, он заявил, что откроет терминалы только в том случае, если назначенный Палатой представителей глава Центрального банка заменит давнего главу CBL Садика аль-Кабира. Он также потребовал провести аудит, чтобы определить, куда были потрачены нефтяные доходы Центробанка. Хафтар обвинил Центральный банк Ливии в финансировании исламистских ополченцев, которые на него нападают. Он имел ввиду прежде всего салафитские «Бригады освобождения Бенгази», которые финансируются и снабжаются из Мисураты. То есть не все так линейно, но, если быть  полностью точным, Центральный банк Ливии действительно финансировал группы по обе стороны войны в прошлом, включая исламистские ополчения; а сам С.аль-Кабир был связан с исламистами. В связи с этим выводом американских экспертов, вновь напомним, что тогда демарш Хафтара был придушен очень простым шагом Вашингтона, А точнее, угрозой введения персональных санкций против него лично и его сыновей. Что мешает сделать то же самое сейчас и тем самым вынудить Хафтара к заключению перемирия, не понятно. Впрочем, не исключено, что Вашингтон просто выжидает.

Но одно очевидно: нынешняя вспышка боевых действий меняет условия прекращения огня. В этом заключается дилемма для Хафтара, если новые боевые действия в Ливии действительно перерастут в полномасштабную гражданскую войну. Сарадж сегодня управляет Центральным банком Ливии, который контролирует нефтяные доходы. Боевики в нескольких основных ополченческих формированиях, защищающих Триполи, таких как «Силы специального сдерживания», а также многие из бригад Мисураты, которые участвовали в наступлении на Сирт, получают зарплату от CBL. Сохраняющая на сегодня система экспорта нефти эпохи Каддафи означает, что, когда силы Хафтара позволяют экспортировать нефть из контролируемых ими районов, они помогают тем самым финансировать и подпитывать те самые ополчения, которые воюют против них.  Однако одним из факторов, который может побудить Хафтара продолжать разрешать экспорт нефти, является то, что некоторые из  платежей идут его собственным солдатам и гражданским служащим в Киренаике. Как и NOC, Центральный банк Ливии по возможности старается быть прагматичным и аполитичным. Это означает сохранение государственных зарплат на Востоке, в том числе для некоторых членов ЛНА. Если Хафтар сократит экспорт нефти, он автоматически остановит эти выплаты, и, хотя внешние спонсоры могут увеличить зарплаты бойцов ЛНА, правительственные работники и гражданские служащие в Киренаике испытают значительное сокращение зарплат.

Насколько реален запуск Хафтаром альтернативной экспортной системы? Тот есть, сокращение экспорта нефти через базирующуюся в Триполи NOC-Запад с переводом основных мощностей в распоряжение NOC-Восток в Бенгази и соответственно осуществление расчетов через Центральный банк  в Бенгази. Но не ясно, что этот план сработает. Существует  резолюция Совета Безопасности Организации Объединенных Наций (СБ ООН), запрещающая продажу нефти с участием чего-либо, кроме базирующихся в Триполи учреждений. Многие различные группы с 2011 года пытались экспортировать ливийскую нефть независимо от Триполи, но они всегда терпели неудачу. Вполне возможно, что в разгар гражданской войны Египет и Объединенные Арабские Эмираты облегчат процесс экспорта нефти, чтобы поддержать силы Хафтара. Однако Соединенные Штаты по-прежнему пока твердо поддерживают СБ ООН и в 2018 году пригрозили ввести санкции против Хафтара если он не возобновит нефтяной экспорт через официальные институты, базирующиеся в Триполи. При администрации Б.Обамы ВМС США даже физически вмешивались, чтобы предотвратить независимый экспорт нефти из Ливии. Отметим, что продолжение экспорта нефти из Ливии является основным интересом Соединенных Штатов, особенно в связи с тем, что они стремятся ввести санкции на экспорт иранской и венесуэльской нефти. В этой связи американские эксперты делают вывод о том, что сейчас позиция Вашингтона по вопросу экспорта углеводородов из Ливии во многом связана с динамикой боев за Триполи. В случае успеха ЛНА в Триполи, Вашингтон пойдет на  единственный способ сохранения экспорта нефти из Ливии на относительно высоком уровне путем использования для этих целей базирующуюся в Бенгази NOC-Восток. То есть, проявит чистый практицизм. В любом случае, чем дольше продолжаются активные боевые действия в гражданской войне в Ливии, тем больше вероятность того, что Хафтар воспользуется рычагами влияния на нефтяной сектор, которые он создал, поставив ливийский экспорт нефти в уязвимое положение.

В этой связи американские аналитики делают следующие выводы.

За последние три года Халифа Хафтар и его Ливийская национальная армия захватила подавляющую часть нефтяной инфраструктуры, что однако не дает ему возможности  контролировать поток нефтяных доходов, который идет через Центральный банк Ливии в Триполи. В этой связи Хафтар будет продолжать предпринимать шаги, чтобы попытаться получить этот контроль. Чем дольше продолжается гражданская война, тем больше вероятность того, что силы Хафтара рассмотрят вопрос о прекращении добычи нефти, чтобы ограничить финансовую поддержку своих противников.

А какова сейчас динамика боев за Триполи и вообще расклад сил в целом? В этой связи многие эксперты солидарны во мнении,  что попытка ЛНА захватить Триполи из Джуфры 4 апреля, начинает разрушать и поляризовать хрупкую сетку племенной лояльности, которая позволила силам Хафтара подойти к столичным пригородам. Стратегия Хафтара до сих пор опиралась на отношения, сформированные с местными силами и практически всегда стимулированные большими денежными выплатами. Ровно таким образом Ливийская национальная армия (ЛНА) Хафтара смогла продвинуться из района Феццана на северо-запад (Бани-Валид и Сабрата) и далее к столице. Захват Гарьяна, ключевых ворот в Триполи, 3 апреля радикально изменил ситуацию. К 29 марта ЛНА собрала для наступления  на столицу  9-ю бригаду. Она была сформирована практически целиком из бойцов 7-й бригады «Аль-Каниат» из Тархуна, которая уже в прошлом году вела бои в столице с силами Сараджа. При этом она начала наступление на южные пригороды Триполи 4 апреля, которое не было согласованно, согласно некоторым источникам, центральным командованием ЛНА, Это привело к изменению первоначальной позиции со стороны нескольких полевых командиров ополченцев в Триполитании, которые до этого были готовы прийти к соглашению с Хафтаром. Последнему теперь также  придется иметь дело с возвращением в бой и других своих противников. «Умеренные» Мисураты во главе с министром внутренних дел ПНС Фатхи Бачагой, который был до этого открыт для переговоров с Хафтаром, выступили против его наступления на Триполи. Город-государство, который может мобилизовать в случае необходимости около 15 000 бойцов, по оценкам французских источников, в состоянии изменить баланс сил в ходе новых столкновений. Мисурата  вновь мобилизовала свои ополчения с 5 апреля, но пока только пять бригад  защищают Триполи вместе с «Бригадой обороны Бенгази» (БОБ) и ополчением Халбус. Последние присоединились к обороне Триполи  8 апреля. Этих сил на сегодня хватило для того, чтобы наступление ЛНА фактически захлебнулось. Сейчас попытка штурма сменилась в основном позиционными боями. Одновременно наступающие, по ряду источников, понесли серьезные потери.  По меньшей мере 147 человек погибли, 614 получили ранения в ходе боевых действий в Ливии. Об этом сообщило в понедельник 15 апреля в «Твиттере» ливийское отделение Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ).

Ранее было известно о 121 погибшем и 561 пострадавшем. «Число погибших в [результате боевых действий в] Ливии теперь составляет 147 человек, еще 614 получили ранения. ВОЗ направила команды хирургов для помощи больницам в районе Триполи», — говорится в сообщении. На что может полагаться Хафтар в рамках своего нового наступления на столицу? Важным элементом, который может теоретически повлиять на положительную динамику такого нового наступления, будет позиция западного клана Зитан. До сих пор он был  разделен между теми, кто поддерживает Сараджа, во главе с Усамой аль-Джувейли и Эмадом аль-Трабелси, и теми, кто присоединился к ЛНА. Непонятна и позиция еще одного мощного силового сегмента в Триполи в лице мощного «ополчения Рады» Абдеррауфа Кары, которое ранее было лояльно Сараджу и было переименовано в подразделение «по предупреждению организованной преступности и терроризма». Оно контролирует ключевые пункты в столице, и пока никак свою позицию к происходящему не продемонстрировало. Это говорит о том, что А.Кара занял позицию благоразумного нейтралитета по отношению к Хафтару, и что он готов перейти на его сторону. Не сейчас, а если увидит, что ЛНА достигает бесспорных успехов. Хафтар уже несколько раз обращался к А.Каре с просьбой о сотрудничестве, играя на его членстве в Махдалистском салафитском движении и имея виду тот факт, что члены этого ополчения уже структурно входят в ЛНА  в Восточной Ливии, но пока без особого результата.

Одновременно в рамках планирования своих дальнейших действий Хафтар рассчитывает на поддержку своих иностранных покровителей. Или вернее, на продолжение такой поддержки, Он начал свое наступление на Триполи  4 апреля,  согласно нашим источникам, только после прямых заверений о гарантиях поддержки со стороны наследного принца ОАЭ Мухаммеда бен Заида Аль-Нахайяна. Для этого Хафтар специально  посетил наследного принца в Абу-Даби 2 апреля после встречи в Эр-Рияде с саудовским  королем  Сальманом  27 марта. Продвижение Хафтара в Триполитанию, которое было логическим продолжением его завоевания Южной Ливии, планировалось в течение нескольких месяцев в тайне при поддержке его иностранных союзников. Первоначально планировалось, что оно даст возможность Хафтару оказать давление на ПНС в Триполи на переговорах по выходу из кризиса. И такой алгоритм действий был выработан ОАЭ после того, как Хафтар отклонил сделку о разделе власти, предложенную ему  Сараджем в Абу-Даби 28 февраля. Эту стратегию давления, как полагают французы, поддерживает Россия, которая заблокировала резолюцию Совета Безопасности ООН, призывающую Хафтара прекратить наступление. Египет, который также поддерживает Хафтара, более настороженно относится к нынешней военной операции, которая может привести к негативным последствиям на его собственной границе. Именно это момент заставил Хафтара срочно ехать сейчас в Каир. Египет поддерживает усилия по борьбе с терроризмом для обеспечения безопасности и стабильности Ливии. Об этом заявил в воскресенье 14 апреля президент АРЕ Абдель Фаттах ас-Сиси, передает канцелярия главы государства. Он встретился в Каире с командующим Ливийской национальной армией (ЛНА) фельдмаршалом Халифой Хафтаром для обсуждения событий в Ливии.

«Президент подтвердил поддержку Египтом усилий по борьбе с терроризмом, экстремистскими и повстанческими группировками в целях достижения безопасности и стабильности на всей территории страны в интересах ливийского народа и создания цивилизованного суверенного государства, — отмечается в распространенном коммюнике. — Это позволит начать восстановление и возрождение Ливии в самых различных областях в соответствии с чаяниями великого ливийского народа». То есть, Хафтар получил заверения о своей дальнейшей поддержке со стороны Каира. А это означает, что после его возвращения из Египта наступление на Триполи может снова интенсифицироваться. С позицией Парижа сложнее. Франция поддержала все основные военные операции Хафтара, включая захват Бенгази и Дерны, которые, по ее мнению, были оправданы необходимостью борьбы с терроризмом. Она также способствовала его наступлению в Феццане, предоставив разведданные, собранные разведывательным самолетом, предоставленным частным субподрядчиком Службы внешней безопасности (DGSE) Франции CAE Aviation. Но в нынешнем наступлении французы непосредственного участия не принимают. В данном случае французы стараются не обострять отношения с итальянцами. Министр обороны Италии Элизабетта Трента категорически исключила возможность любого военного вмешательства в Ливии. Об этом она заявила в опубликованном в субботу 13 апреля в газете «Коррьере делла сера»» интервью. «Если кто-то предполагает военное вмешательство с нашей стороны, могу сразу сказать, что это невозможно, не существует даже такого предположения. И мы не поддержим подобное предложение со стороны любой другой страны. Это должно быть предельно ясно. Мы не повторим ошибок прошлого», — сказала Трента. «Мы обеспечиваем безопасность наших компаний [в Ливии], координируем деятельность военного контингента, занятого в обеспечении работы полевого госпиталя в Мисурате, который служит местному населению. Но повторения ливийской операции не существует», — указала министр.

Ранее на недопустимость военной эскалации в североафриканской стране указал премьер-министр Джузеппе Конте. В опубликованном в субботу интервью газете «Фатто куотидьяно» он рассказал, что получил персональное письмо от командующего Ливийской национальной армии фельдмаршала Халифы Хафтара, в котором тот уведомлял о «намерении освободить страну от террористических формирований». «Я высказал категорический протест против любых военных и силовых действий, которые ведут к усугублению гуманитарной ситуации», — указал Конте. К тому же в Италии опасаются начала массового исхода из Ливии мигрантов. Но такое послание Рима надо расценивать в том числе и как предупреждение Парижу от его непосредственного участия в нынешних событиях. Все сказанное совершенно не относится к активности французских и итальянских спецслужб в Ливии. В этой связи отметим, что тесно аффилированное с итальянскими спецслужбами итальянское духовное сообщество Sant’Egidio возвращается к своим миссиям в Южной Ливии. Согласно нашим источникам, в ближайшее время оно готовится принять делегацию тубу в Риме. Община всегда была очень активна в Феццане, где она пыталась в рамках стратегии Рима улучшить отношения между местными общинами. В том числе и в качестве посредника между племенами тубу и ауляд сулейман. В этой связи только отметим, что тубу в большинстве своем категорически выступают против экспансии ЛНА в регионе, в результате которой они лишились контроля над рядом районов. И теперь, судя по всему, они готовы возвратить этот контроль при поддержке Рима. И такой сценарий объективно работает на оттягивание сил Хафтара от Триполи.

51.96MB | MySQL:101 | 0,337sec