О резком обострении ситуация вокруг соглашения по иранской ядерной программе

Уведомление властей Ирана о приостановке исполнения некоторых обязательств в рамках так называемой ядерной сделки может рассматриваться как дипломатический демарш и еще не является отказом от нее, однако угроза срыва договоренностей существует. Такое мнение выразил в среду 8 мая глава комитета Совета Федерации по международным делам Константин Косачев. «Уведомление Ирана послам Германии, Великобритании, Китая и России о приостановке исполнения «некоторых обязательств» в рамках так называемой ядерной сделки — это еще не отказ от сделки, скорее, дипломатический демарш. Насколько я понимаю, несоблюдение договоренностей по ограничению запасов обогащенного урана и тяжелой воды напрямую не ведет к существенным последствиям, а вот обещание вернуться к модернизации ядерного реактора на тяжелой воде в Араке, который возможно использовать для выработки оружейного плутония, уже может фактически привести к срыву сделки», — написал Косачев на своей странице в «Фейсбуке». Парламентарий подчеркнул, что не приветствует нынешнее решение Ирана, так как все хотели бы «непременно сохранить сделку по иранской ядерной программе», однако считает его вполне объяснимым. «Очень хотелось бы надеяться на то, что все ограничится дипломатией, а не реальным выходом Ирана из соглашения. Но насколько в этом заинтересованы европейские союзники США — а именно им в первую очередь адресован демарш — покажет время. У Европы есть шанс продемонстрировать, в какой мере она обладает суверенной внешней политикой и влиянием в мире», — заключил глава международного комитета СФ. В этой связи рискнем не согласился с определением К.Косачева о демарше. Это не демарш, демарш — когда высылают дипломатов или вручают ноту протеста, а в данном случае мы имеем налицо шантаж Тегерана, или вернее попытку максимально повысить ставки в рамках определения позиции Европы по вопросу сохранения СВПД. И, естественно, используется в данном контексте именно вопрос СВПД. Отметим, что Европа своей нерешительной позицией по вопросу имплементации системы альтернативных расчетов с Ираном, что называется, «доигралась». Вечная практика ведущих европейских лидеров ждать «до последнего» сыграла с ними плохую шутку, теперь иранцы просто стараются их максимально «прижать к стенке» и окончательно определиться со своей позицией. Таким образом, нынешний шаг Тегерана и нервную реакцию на него Вашингтона надо рассматривать исключительно «как борьбу за Европу», и никак иначе.  В течение 60 суток Тегеран не будет выполнять условия по двум пунктам СВПД. Как пояснил президент ИРИ Х.Роухани, «будут остановлены продажи имеющегося в стране обогащенного урана и тяжелой воды в другие страны», как предписывает ядерная сделка. Уран и тяжелая вода будут храниться на территории Ирана. Роухани также отметил, что «у Ирана не осталось другого варианта, кроме сокращения обязательств по СВПД», и страна пошла на это «в целях обеспечения своих прав», чтобы добиться «сбалансированного выполнения условий сделки всеми сторонами». Тегеран гарантирует сохранение Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по иранской ядерной программе в случае выполнения европейскими участниками сделки своих обязательств. Об этом заявил в среду министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф по итогам переговоров с российским коллегой Сергеем Лавровым. «Если они [европейские участники СВПД] реализуют свои обязательства, мы гарантируем дальнейшую жизнь соглашения», — сказал он. «Европейские участники не смогли до сих пор подтвердить приверженность своим обязательствам в рамках СВПД, — продолжил Зариф. — Сейчас есть очень короткое время для остальных участников СВПД, в частности европейских, чтобы их министры приняли на себя и реализовывали бы эти обязательства». Все совершенно понятно, введите механизм альтернативных расчетов, и все вернется к выполнению первоначальных условий СВПД. На раздумья — два месяца. Насколько такое сознательное обострение вопроса Тегераном оправданно и сработает, покажет время. Но одно точно: в случае распада СВПД США получат условно в свои ряды европейцев, но при этом свобода маневров для американцев резко сузится. Им либо надо будет наносить удары по ядерным объектам Ирана, что однозначно чревато началом кампании террора и латентной партизанской войны против американских целей по всему региону, либо идти на консультации. То есть, разыгрывать «северокорейский вариант», который имел много информационного шума, но мало что принес в реальности. И воевать, и ввязываться в партизанский вялотекущий конфликт Вашингтон категорически не желает. Президент США Дональд Трамп ждет «в какой-то момент» встречи с лидерами Ирана для выработки соглашения, которое заменит СВПД по иранской ядерной программе. Об этом говорится в распространенном в среду Белым домом заявлении главы вашингтонской администрации. «После нашего выхода из иранской сделки, которую уже невозможно восстановить, Соединенные Штаты выдвинули 12 условий, которые являются основой для всеобъемлющего соглашения с Ираном. Я с нетерпением жду встречи в какой-то момент с лидерами Ирана, чтобы выработать соглашение и, что очень важно, предпринять шаги, дать Ирану будущее, которого он заслуживает», — отметил президент. То есть, ему нужен пусть не убедительный по сути, но выигрышный с информационной точки зрения вариант выхода из этой ситуации. Или, другими словами, он хочет сохранить санкционное давление на Иран, убедив его при этом не воевать. Рискнем предположить, что стороны совершенно точно не хотят воевать по серьезному, и поэтому пока идет «борьба нервов». Основной приз в этой борьбе — позиция ЕС. Пока надежда Тегерана на быструю реакцию Брюсселя не срабатывает, но американцам победу праздновать рано. Европейская тройка посредников ООН — Великобритания, Германия и Франция — отвергла ультиматум Ирана по СВПД. Об этом говорится в распространенном в четверг 9 мая совместном заявлении трех государств. Европейцы также осудили новые санкции США против Ирана. «Мы отвергаем любые ультиматумы и будем оценивать выполнение Ираном соглашения на основании действий Ирана в отношении его ядерных обязательств по СВПД и Договору о нераспространении ядерного оружия, — отмечается в заявлении. — В этом контексте мы напоминаем о решающей роли МАГАТЭ в мониторинге и контроле за выполнением Ираном его обязательств, связанных с ядерной программой». «Мы с большой озабоченностью приняли к сведению заявления Ирана по его обязательствам в рамках СВПД. Мы остаемся полностью привержены сохранению и полному претворению в жизнь этого документа, который является ключевым достижением глобальной архитектуры нераспространения, что соответствует интересам безопасности всех [стран]. Мы твердо призываем Иран продолжать выполнять свои обязательства по СВПД в полной мере, как он это делал до настоящего момента, и воздерживаться от любых новых шагов по эскалации ситуации», — говорится в документе. «Мы напоминаем о нашем твердом намерении придерживаться наших обязательств по этому соглашению в отношении отмены санкций на благо иранского народа. Мы сожалеем о введении новых санкций США против Ирана, последовавшем за их выходом из СВПД», — говорится в документе. Но вот это заявление совершенно не стоит расценивать как формулирование однозначной позиции Брюсселя по вопросу происходящего. Одно дело — ответ на ультиматум, к чему обязывает позиция «сохранения лица»; другой вопрос — реальные действия на этом направлении. В этой связи стоит обозначить четкую цель Вашингтона в рамках всех этих маневров. Он любой ценой старается стимулировать Иран на крайние действия и тем самым добиться выхода из соглашения по ядерной сделке европейцев. Американцам все-таки, несмотря на все их победные реляции, неуютно работать по развалу СВПД в одиночку. Госсекретарь США Майкл Помпео призвал страны Запада присоединиться к санкциям Вашингтона против Ирана и перестать вести дела с Исламской Республикой. Об этом находящийся с визитом в Великобритании руководитель американского внешнеполитического ведомства заявил в интервью газете «Дейли телеграф». «Мы думаем, что идеальное развитие событий состояло бы в том, чтобы каждая страна присоединилась к существующему сегодня режиму санкций», — сказал глава Госдепартамента. «Мы полагаем, — продолжил Помпео, — что отказ Ирану в праве на благосостояние для того, чтобы разжигать терроризм, чтобы продолжать испытания своих баллистических ракет и своей ядерной программы — это благое дело». Еще один плюс санкционной политики против Тегерана, как считает глава американского Госдепартамента, состоит в том, что эта политика «позволит иранскому народу обрести демократию, которую он по праву заслуживает». «Я убежден в том, что иранский народ не хочет того, что предлагает ему руководство Исламской Республики», — добавил глава американского внешнеполитического ведомства. По его словам, задача Вашингтона «состоит не в том, чтобы нанести ущерб иранскому народу». «Наша цель заключается в том, чтобы Иран стал бы вести себя как нормальная страна», — пояснил госсекретарь. Чушь, конечно, главное в ином. Соединенные Штаты не видят заинтересованности крупных иностранных компаний в работе с созданным европейскими странами специальным механизмом расчетов с Ираном. Об этом сообщил в среду 8 мая спецпредставитель США по Ирану Брайан Хук на телефонном брифинге для журналистов. «Мы не видим заинтересованности крупных компаний в специальном механизме расчетов [с Ираном]. Наши санкции оставляют европейским странам выбор. Этот выбор они могут сделать беспрепятственно, и они знают это», — сказал дипломат. По его словам, компании «могут либо обращаться к рынкам и финансовой системе США, либо вести дела с Ираном». «Это не сложное решение, учитывая относительный размер американского рынка по сравнению с рынком Тегерана», — утверждал Хук. «Мы знаем, что есть интерес со стороны европейских стран в сохранении экономических стимулов для Ирана, чтобы он оставался в этой сделке (Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД) по иранской ядерной программе — прим. ТАСС), но мы больше не участники этой сделки, так что это больше не наша забота, — подчеркнул спецпредставитель. — Мы в значительной степени сосредоточены на совокупности угроз, исходящих от Ирана». Он также отметил, что не уверен, что этот механизм «когда-нибудь добьется результатов», в связи с тем, что, по мнению дипломата, Тегеран «не любит соблюдать» условия соглашений и нарушит договоренности по данной инициативе. Их финансовый сектор сознательно был отведен в тень. <…> Они не хотят, чтобы люди могли следить за денежными потоками, поэтому они не будут соблюдать условия, именно поэтому их отключили от системы международных расчетов SWIFT», — считает Хук. Вот и вся подоплека всех нынешних игр Вашингтона — речь идет именно о сохранении европейцев в своей финансовой орбите влияния. Но если с Ираном такой выбор может быть и очевиден, то по вопросу, например, Китая или России позиция Брюсселя точно не будет такой однозначной. Она не будет категорической и по вопросу иранского досье. Европейцы отреагировали публично так, как это предписывает дипломатический протокол, но совершенно не собираются «сжигать все мосты». И отмена за три часа визита госсекретаря Помпео в Берлин только лишнее подтверждение тому, что не все так благостно для Вашингтона, как это всегда старательно подчеркивает Б.Хук. Вообще, его речи можно во многом расценивать именно с точки зрения того, что желал бы видеть Вашингтон в рамках своих действий на иранском направлении, а не того, что есть на самом деле. Дипломат назвал «результатом давления со стороны США» сокращение оборонного бюджета Ирана в последние годы. «С 2017 г. по 2018 г. Иран сократил свой военный бюджет на 10%. Его бюджет на 2019-2020 гг. включает сокращение оборонных расходов на 28%, включая сокращение расходов в размере 17% на деятельность КСИР (Корпуса стражей исламской революции, элитные части Вооруженных сил Ирана — прим. ТАСС)», — утверждал Хук. По его версии, Тегеран «с трудом находит финансирование своих [военных] операций». Иранским властям, полагает спецпредставитель США, «приходится прибегать к контрабанде нефти». «Мы раскрыли уже несколько групп контрабандистов и продолжим это делать», — отметил он. Хук также рассказал, что 75 перевозящих иранскую нефть танкеров не имеют флага, под которым они могли бы плавать в море. Иранские власти, считает дипломат, «несут убытки на многие миллиарды долларов». В связи с этим он призвал «международное сообщество присоединиться к США в кампании по оказанию давления» на Тегеран, пока он «не изменит свое поведение». «Мы находимся на пути к тому, что внешняя политика Ирана обойдется ему слишком дорогой ценой», — указал он. Но если все так, то откуда настоящая паника в рядах американской администрации? Это прежде всего выражается в неожиданном желании Помпео поговорить с российским МИД, а затем и с президентом РФ В.В.Путиным. И говорить он хочет именно об Иране, а не о Венесуэле, как об этом пытались рассуждать некоторые российские политологи. К этому надо добавить стягивание военных сил в регион. Вашингтон намерен направить дополнительные силы на Ближний Восток под предлогом якобы имеющейся угрозы со стороны Ирана. Об этом сообщило в среду 8 мая агентство Ассошиэйтед Пресс. По словам его источников из числа официальных лиц, США готовятся перебросить в регион дополнительные бомбардировщики, а также, возможно, зенитные ракетные комплексы Patriot («Пэтриот»). Окончательное решение по поводу комплексов Patriot пока не принято. По сведениям агентства, это может зависеть о того, «посчитают ли США, что Иран предпринимает шаги для снижения угрозы». Источники агентства отметили, что под угрозой понимается в том числе переброска Ираном ракет морем. Агентство констатирует, что пока не ясно, в каких именно странах США могли бы развернуть комплексы Patriot. Помощник президента США по национальной безопасности Джон Болтон объявил 5 мая о том, что Вашингтон в качестве сигнала властям Ирана направит ударную группу ВМС во главе с авианосцем «Авраам Линкольн» и тактическую группу бомбардировщиков в зону оперативной ответственности Центрального командования ВС США (СЕНТКОМ). В нее входят прежде всего Ближний Восток и Северная Африка. Во вторник представители Центрального командования ВС США заявили, что Вашингтон якобы получил информацию (от израильских спецслужб, что само по себе смешно. Можно сразу же, не читая, понять содержание этих предупреждений. Надеемся, что в Вашингтоне прекрасно отдают себе отчет о том, что реальных данных израильтяне им не дают. Хотя каждый читает то, что хочет читать – авт.) о подготовке Ираном возможной атаки на американские силы на Ближнем Востоке. Об этом заявил в среду спецпредставитель США по Ирану Брайан Хук на телефонном брифинге для журналистов. «У нас есть свидетельства повышенной готовности Ирана к проведению операций, направленных против сил США и наших интересов на Ближнем Востоке. У нас есть убедительные свидетельства наличия множества угроз со стороны сил Ирана, и мы соответствующим образом передислоцировали свои войска. Мы развернули ударную группу ВМС США во главе с авианосцем «Авраам Линкольн» и тактическую группу бомбардировщиков, чтобы послать ясный сигнал иранскому режиму. И это послание заключается в том, что на любые нападения, направленные против интересов США или наших союзников, будет дан ответ с точки зрения силы. США не стремятся к войне с Ираном, но мы готовы защищать силы США и наши интересы в регионе», — сказал он.  То есть, в чисто оборонительных целях.  В свою очередь пресс-секретарь Белого дома Сара Сандерс, отвечая на вопросы журналистов, выразила надежду на то, что войны между США и Ираном не будет. «Я безусловно надеюсь, что нет», — сказала она, отвечая на вопрос о том, движутся ли США и Иран к военному конфликту. «Но президент собирается твердо придерживаться нашей позиции, я не думаю, что кто-то стремится к какой-либо войне с кем-либо», — добавила она. И вот в данной череде заявлений представителей американской администрации можно найти то самое единственное, что они и хотят сделать. А именно — оторвать от СВПД европейцев, и наращивать на этом фоне свой экономический прессинг на Иран прежде всего. Нанесение ударов по иранским целям или задержание иранских судов и танкеров фактически означает объявление войны, к чему в Вашингтоне не готовы в принципе. И из-за перспектив реального осложнения жизни для своих военных в регионе и за его пределами; и в силу того, что Иран обладает теми же комплексами ПВО «Бук», «Панцирь» и С-300 (а это означает нанесение ударов только дистанционно в силу рисков потерять самолеты и получить в пассив пленных американских летчиков); и по причине того, что в случае такого сценария нефтяной рынок окажется практически неуправляемым в рамках повышения мировых цен; и в связи с очевидными в этом случае окончательными «похоронами» плана ближневосточного урегулирования Джареда Кушнера, который он так и не решается до сих пор презентовать. Это не говоря уже о резком риске роста внутреннего негатива для Дональда Трампа.
В этой связи посмотрим, что говорят эксперты в самих Соединенных Штатах о возможных действиях сторон в этой ситуации? Аналитики «Стратфор» полагают, что, скорее всего, Вашингтон отреагирует на иранские действия, наложив еще больше санкций в надежде поставить Иран в невыносимое экономическое положение. И это становится, по их оценке, все более вероятным, если оставшиеся участники ядерной сделки не смогут предоставить Ирану помощь. Но, во-первых, как мы уже сказали, Европа до конца в своих действиях не определилась. А, во-вторых, кроме Европы есть еще Россия и КНР. Китай поддерживает с Ираном и Венесуэлой торгово-экономические отношения на законных основаниях и продолжит закупать у них нефть вне зависимости от позиции и давления Соединенных Штатов. Об этом заявил в четверг 9 мая официальный представитель Министерства торговли КНР Гао Фэн. «Иран — важный партнер Китая, с которым мы поддерживаем регулярные отношения, и мы против американских односторонних санкций в отношении этой страны, — подчеркнул он, выступая на брифинге. — Мы также продолжим на взаимовыгодной основе сотрудничество с Венесуэлой». Гао Фэн напомнил, что торговые отношения КНР с Ираном имеют давние и прочные традиции. «Это касается и энергетики, к этому взаимодействию следует проявлять уважение. Думаю, подобной позиции придерживается международное сообщество в целом, — подчеркнул он. — Своими действиями Вашингтон только дестабилизирует ситуацию на мировом рынке нефти».  Но вернемся к оценкам американских экспертов. Они полагают, что результатом нынешней эскалации станет еще более уязвимая военная ситуация на всем Ближнем Востоке, где обе стороны готовятся к тому, что эта эскалация приведет к конфликту. Постепенный выход Ирана из СВПД является рассчитанным ответом на беспрецедентное давление санкций, позволяющим Тегерану решительно ответить взаимностью, создавая определенные рычаги влияния на потенциальных будущих переговоров. Правительство Ирана делает ставку на то, что оно сможет противостоять ослаблению экономики и растущей вероятности военного конфликта, но это зависит от того, смогут ли Европейский союз, Россия и Китай предложить экономические линии и линии безопасности, которые они в настоящее время не в состоянии обеспечить. Почему США усиливают свою антииранскую кампанию? В последние недели Соединенные Штаты активизировали свою тяжелую санкционную кампанию против Ирана. В апреле они объявили Корпус стражей исламской революции (КСИР) иностранной террористической организацией, а затем в мае они отказались продлить отказ от санкций для нефтяных клиентов Ирана и продолжить закупки. На прошлой неделе Вашингтон также продлил большинство санкций, связанных с гражданской ядерной программой Ирана, но он не продлил при этом два критических отказа: один, который позволил Ирану экспортировать излишки тяжелой воды в Оман, и еще один, который позволил Ирану обменять низкообогащенный уран, весом более 300 кг, на «желтый» уран. При этом Соединенные Штаты ввели санкции в отношении секторов экономики Ирана, связанных с производством металлов. Об этом говорится в распространенных в среду 8 мая Белым домом указе президента США Дональда Трампа, пояснительной записке Конгрессу и заявлении американского лидера. «Сегодня я подписал указ о введении санкций в отношении секторов [экономики] Ирана, затрагивающих железо, сталь, алюминий и медь, и являющихся крупнейшим источником доходов от экспорта, не связанных с нефтью», — сообщил Трамп.  Как отмечается в документе, санкции будут введены против физических и юридических лиц, которые работают в иранском металлургическом секторе, либо «владеют, контролируют или управляют предприятием» данной отрасли. Указ запрещает проведение «значительных сделок по продаже, поставкам или передаче Ирану значимых товаров или услуг», связанных с металлургическим сектором. Как пояснил Белый дом, ограничения будут вводиться и против тех, кто занимается «покупкой, приобретением, продажей, транспортировкой или сбытом» стали, алюминия, меди из Ирана, а также продукции из них. Запрещается также любого рода «материальная помощь, спонсирование или предоставление финансовой, материальной или технологической поддержки» лицам, против которых были введенные рестрикции в рамках данного распоряжения. Санкции имеют экстерриториальный характер и могут применяться против иностранных финансовых институтов. В Министерстве финансов США пояснили, что, начиная с 8 мая ведущим дела с представителями металлургического сектора Ирана физическим и юридическим лицам будет предоставлено 90 дней на прекращение такого рода предпринимательской деятельности. По истечении этого срока они могут подпасть под американские рестрикции. При этом, если сделки будут заключены уже после 8 мая, то, как подчеркивает Минфин, против их участников могут быть введены ограничения. «Сегодняшние действия нацелены на доходы Ирана от экспорта металлов — 10% его экспортной экономики — и предупреждают другие страны о том, что ввоз иранской стали и других металлов в их порты больше не будет оставаться безнаказанным <…> Таким образом Соединенные Штаты ввели санкции в отношении трех крупнейших экспортных категорий Ирана — нефти, продуктов нефтехимии и металлов», — отметили в Белом доме.
Таким образом, США намерены усилить экономический прессинг Ирана до такой степени, чтобы разжечь внутреннее восстание, которое ослабит суверенитет иранского правительства и вернет Тегеран за стол переговоров. При этом, по оценкам американских экспертов (и мы с этим солидарны – авт.), экономический кризис не гарантирует внутреннего восстания, не говоря уже о новых переговорах, но беспрецедентная жесткость санкционной кампании США автоматически вынуждает Иран рассматривать новые ответные меры. В течение прошлого года Иран реагировал на стратегию Вашингтона прагматично, но, как полагали американские политологи, «вопрос об трансформации алгоритма ответа Ирана на выход Соединенных Штатов из ядерной сделки был вопросом времени». Материальная экономическая выгода Ирана, остающегося полностью в СВПД, снизилась почти до нуля, как только Соединенные Штаты сняли все отказы от санкций для иранских нефтяных клиентов на прошлой неделе. В этой связи руководство Ирана оценило, что в течение следующих нескольких лет оно должно ответить на провокации США против СВПД не только для того, чтобы обеспечить свой собственный переговорный авторитет, но и получить рычаги влияния, если будущие переговоры состоятся. Но реакция Ирана — по крайней мере, на начальном этапе — демонстрирует сдержанность. Два отказа, которые Соединенные Штаты сняли для  гражданской ядерной программы, означали, что у Ирана был выбор: либо в конечном итоге полностью прекратить производство тяжелой воды и ядерное обогащение, либо в конечном итоге нарушить само СВПД. Иран продолжает производить тяжелую воду и низкообогащенный уран, но ему необходимо перемещение их за пределы своих границ, с тем чтобы он мог оставаться на уровне запасов, предусмотренных СВПД. Объявив, что он приостанавливает действие этих двух обязательств, Иран непосредственно пытается увязать этот вопрос с отказами от санкций в рамках закупки иранской нефти, которые Соединенные Штаты решили не продлевать. Сегодняшние шаги Тегерана не переступают тот порог, который заставит Европейский союз немедленно возобновить санкции, или позволят США нанести ограниченный военный удар по иранским ядерным объектам. Однако эти действия могут начаться через 60 дней, если Иран реализует свои угрозы обогащения урана выше уровня 3,67 процента, закрепленного в СВПД, и начнет модернизацию тяжеловодного реактора Арак. Оба они напрямую сокращают сроки прорыва Ирана в рамках производства ядерного оружия.
Как США отреагируют?
Первоначальный ответ Вашингтона, вероятно, будет тройным. Во-первых, Соединенные Штаты будут продолжать расширять и поддерживать позиции своих вооруженных сил на Ближнем Востоке для противодействия региональным союзникам Ирана. Во-вторых,  расширит экономические санкции в отношении Ирана и его региональных союзников, а также усилит применение существующих санкций. Вашингтон может сделать это, наложив более широкую сеть вторичных санкций на экспорт и импорт Ирана, которые выходят за рамки нынешних, которые просто запрещают деловые сделки с иранскими организациями, находящимися в санкционных списках Министерства финансов США. Президент США Дональд Трамп уже начал этот процесс, объявив о санкциях на сталь, алюминий, железо и медь. В третьих, Соединенные Штаты могли бы также попытаться еще больше задержать развитие ядерной программы Ирана с помощью кибер-активности. Этот вариант или любая другая скрытая деятельность не приведет к такой же резкой эскалации ситуации, как военный удар, но он может иметь желаемый эффект предотвращения прогресса в ядерном развитии Ирана.
Почему ЕС находится в таком трудном положении?
Кампания давления США и реакция Ирана ставят Европейский союз во все более трудное положение. Если бы Брюссель обладал возможностью для того, чтобы успокоить опасения Ирана — например, возможностью создать механизм платежей за экспорт нефти, который Соединенные Штаты не могли бы санкционировать, — он, вероятно, уже использовал бы ее. Однако инструмент в поддержку торговых бирж (INSTEX), разработанный Европейским союзом, в настоящее время не обрабатывает какие-либо транзакции, и если ЕС использует его для содействия не связанным с гуманитарной деятельностью транзакциям с Ираном, то Соединенные Штаты почти наверняка введут санкции против вовлеченных в этот процесс европейцев. Одним из немногих способов для Европы помочь Ирану избежать экономического или продовольственного кризиса была бы организация программы «Нефть в обмен на продовольствие», аналогичной той, которую он имеет для Ирака.
По оценке американцев, по мере ослабления СВПД шансы на военный конфликт возрастают. Любая иранская ядерная деятельность все чаще будет оказываться под прицелом Соединенных Штатов и таких союзников, как Израиль, даже если иранская деятельность измеряется или находится в рамках ядерной сделки. Вашингтон также все чаще рассматривает любую деятельность поддерживаемых Ираном боевиков против Соединенных Штатов или союзников США на Ближнем Востоке и в Северной Африке в качестве оправдания возможного ограниченного военного удара по Ирану и объектам иранских союзников. Несмотря на то, что ни Соединенные Штаты, ни Иран не хотят спровоцировать тотальный конфликт, рост сообщений об их решимости, таких как развертывание американской авианосной группы и передислокация бомбардировщиков в Персидском заливе, свидетельствуют о готовности Вашингтона действовать в отношении достоверных угроз безопасности США. И Иран будет чувствовать себя все более обязанным каким-то образом ответить взаимностью. В этой связи еще раз отметим, что такой сценарий американских экспертов расценивается нами пока как очень маловероятный. Стороны пока блефуют, стараясь: а) заставить ЕС и другие страны определиться окончательно и на деле со своей позицией по вопросу закупок иранской нефти; б) усилить свои переговорные козыри на перспективу. Основным моментом для такого анализа является нежелание сторон ввязываться в масштабный конфликт, который несет для них существенные риски и отрицательные последствия. В этой ситуации многое будет зависеть о позиции ЕС, КНР и России де-факто. Но и очень важна динамика мировых нефтяных цен, и способности КСА поддерживать необходимый уровень добычи нефти на долгосрочную перспективу. В этом есть очень серьезные сомнения.  Экспорт нефти Саудовской Аравии будет ниже 7 млн баррелей в сутки в июне 2019 г., а добыча — ниже целевого показателя глобального пакта о сокращении производства. Об этом сообщило в среду агентство Рейтер со ссылкой на источник, знакомый с планами Эр-Рияда. По словам источника Рейтер, от клиентов Саудовской Аравии были получены «умеренные запросы на поставку в июне, и все они будут удовлетворены, в особенности от стран, в отношении которых ранее действовали освобождения от санкций на покупку иранской нефти, недавно отмененные администрацией США (добавим, что это сезонные колебания, а что будет осенью? – авт.)». Источник подчеркнул, что, именно руководствуясь такими запросами, «добыча нефти Саудовской Аравией в июне останется ниже обязательств в рамках ОПЕК+», а экспорт будет меньше 7 млн баррелей в сутки. «Исходя из рыночной конъюнктуры, нынешний уровень добычи нефти ОПЕК и союзников должен позволить к концу года восстановить баланс мировых запасов нефти», — сказал источник Рейтер. ОПЕК и другие страны-производители нефти, не входящие в картель, в декабре прошлого года договорились сократить добычу на 1,2 млн баррелей в сутки от уровня октября 2018 года. Согласно этому решению, 11 стран ОПЕК, участвующих в соглашении, должны снизить добычу на 812 тыс. баррелей в сутки — до 25,94 млн баррелей. Десять стран, не входящих в ОПЕК, в рамках этого соглашения должны снизить добычу на 383 тыс. баррелей в сутки — до 17,937 млн баррелей в сутки. Россия, в частности, должна снизить суточную добычу на 228 тыс. баррелей.

51.56MB | MySQL:101 | 0,451sec