Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (6 — 12 мая 2019 года)

Наиболее важные события в регионе на минувшей неделе были связаны с Ираном и Сирией. 8 мая Иран объявил о своем решении временно прекратить выполнение отдельных пунктов в рамках Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по ядерной программе ИРИ. Вооруженные силы Сирии при поддержке авиации  ВКС России начали 6 мая наступление на позиции боевиков террористических группировок на северо-западе страны.

8 мая Иран информировал послов России, Великобритании, Франции, Германии и Китая о прекращении выполнения им отдельных пунктов СВПД по иранской ядерной программе, передав соответствующее послание президента ИРИ Х. Роухани. Тегеран прекращает выполнять условия по двум пунктам сделки, которые касаются остановки на 60 суток продаж имеющегося у ИРИ обогащенного урана и тяжелой воды, которые будут храниться на территории Ирана. ИРИ «ожидает, что в течение 60 дней другие участники сделки примут меры для ее сохранения и выполнения обязательств». Одновременно Роухани указал, что СВПД не прекращает своего действия, а Иран не выходит из соглашения. «Мы ждали год после решения США выйти из сделки, как нам рекомендовали другие участники, и выполняли все обязательства». Иран готов далее обсуждать это соглашение, его выполнение. Вместе с тем, Евросоюз не смог выполнить свои обещания, данные Ирану в экономической сфере, в частности, касательно создания механизмов обхода американских санкций. «У других участников СВПД есть 60 дней на выполнение их обязательств, касающихся банковской сферы и вопросов торговли [иранской] нефтью. Если интересы Ирана не будут учтены в этот срок, мы приостановим соблюдение условий по обогащению урана и продолжим модернизацию тяжеловодородного реактора в Араке», — сказал Х. Роухани. Глава МИД ИРИ М. Д. Зариф 8 мая посетил Москву, обсудив с российским коллегой С. Лавровым ситуацию вокруг СВПД. Зариф заявил, что Иран не намерен нагнетать напряженность в отношениях с США, и предпочитает решать проблемы путем диалога, а меры, принятые Ираном по выходу из двух пунктов СВПД, связаны с новыми санкциями США от 4 мая. Министр также сказал, что Тегеран может выйти из Договора о нераспространении ядерного оружия, если вопрос о СВПД будет вынесен на обсуждение Совбеза ООН.

США считают, что решение Ирана отказаться от выполнения отдельных пунктов СВПД «по большей части означает, что они будут работать над развитием своей ядерной программы, поиском путей, с помощью которых они смогут сократить время, необходимое для получения ядерного оружия», чему необходимо всячески препятствовать. Администрация США не стремится к войне с Ираном, но понимает, что необходимо иметь возможность защитить страну, заявил госсекретарь М. Помпео, а «Тегеран должен понимать, что на любое нападение с их стороны или их союзников на интересы или граждан США будет дан быстрый и решительный ответ». Под предлогом иранской угрозы американцы перебросили в Катар и ОАЭ группу стратегических бомбардировщиков B-52. Решено направить в зону ответственности Центрального командования ВС США батарею ЗРК «Пэтриот» и военно-транспортный корабль. Воинственные заявления делаются и с иранской стороны. Параллельно с переброской военных сил в район Персидского залива, Вашингтон ищет контакта с Тегераном. Президент Д. Трамп предложил руководству Ирана возможность проведения двусторонней встречи. При этом США ввели санкции в отношении секторов экономики Ирана, связанных с производством металлов, а М. Помпео призвал страны Запада присоединиться к санкциям Вашингтона против Ирана и перестать вести дела с ИРИ.

Европейская «тройка» посредников ООН — Великобритания, Германия и Франция — отвергла ультиматум Ирана по СВПД и намерена «оценивать выполнение Ираном соглашения на основании действий Ирана в отношении его ядерных обязательств по СВПД и ДНЯО». Одновременно эти три страны осудили новые санкции США против Ирана, «связанные с его выходом из СВПД» и подтвердили свое намерение «придерживаться наших обязательств по этому соглашению в отношении отмены санкций». Президент Франции Э. Макрон заявил, что ответственность за возможный выход Ирана из СВПД будет лежать на США. Лидеры стран — членов Евросоюза на саммите в Сибиу (Румыния) призвали к диалогу по ситуации вокруг сделки по ядерной программе Ирана.

Китай призвал к полному выполнению положений ядерной сделки с Ираном, «ответственность за выполнение сделки несут все стороны». В Пекине заявили, что КНР поддерживает с Ираном торгово-экономические отношения на законных основаниях и продолжит закупать у него нефть «вне зависимости от позиции и давления США».

Москва внимательно изучает послание Тегерана о прекращении выполнения им отдельных пунктов в рамках СВПД, заявил С. Лавров. Москва ценит приверженность Тегерана договоренностям по СВПД. Российские дипломаты продолжат контакты с партнерами по СВПД, в том числе европейскими, для сохранения жизнеспособности сделки. РФ и ИРИ продолжат сотрудничество в рамках строительства АЭС в Бушере и на обогатительном объекте в Фордо. Россия призывала Евросоюз сделать выводы из ситуации вокруг малоэффективной работы «Инструмента для поддержки торговых обменов» с Ираном. Нелегитимные односторонние санкции США препятствуют развитию внешнеторговых связей между РФ и Ираном и вынуждают обе страны искать эффективные пути обхода данных ограничений, заявил С. Лавров. Россия считает необходимым проведение заседания Совместной комиссии по иранской ядерной сделке, призывает своих зарубежных партнеров не сворачивать сотрудничество с Тегераном, в том числе не прекращать закупки энергоносителей. Одновременно Россия призывает Иран отказаться от дальнейших шагов по сворачиванию обязательств в рамках СВПД.

На северо-западе Сирии правительственные войска при интенсивной поддержке авиации ВКС России 6 мая начали наступление на позиции боевиков террористических и экстремистских группировок. Поводом для начала операции стали регулярные ракетные обстрелы и атаки беспилотников противника на российскую военную базу «Хмеймим». «Действия сирийских правительственных войск и ВКС РФ в районе сирийского Идлиба — это реакция на вылазки террористов», — заявили 8 мая в МИД России. По оценке военных наблюдателей, операция сирийской армии преследует цель восстановить контроль над автострадами Хама — Алеппо и Алеппо – Латакия, а также обезопасить мирные селения в долине Сахль-эль-Габ у реки Оронт, которые регулярно обстреливают боевики.

Основные боевые действия ведутся на севере провинции Хама, бои идут также и на северо-востоке провинции Латакия. После ожесточенных боев сирийская армия 8 мая овладела городом Кафр Набуд. Бандформирования выбиты также из целого ряда населенных пунктов провинции Хама в районах, прилегающих к провинции Идлиб с юга. Правительственные войска приближаются к городу Хан-Шейхун на юге провинции Идлиб, где находится крупный форпост боевиков. Противник предпринимает активные, но безуспешные попытки контратаковать наступающие части ВС САР. Правительственные войска усилили интенсивность ракетно-артиллерийских и авиационных ударов по террористам. Удары наносятся по тыловым базам, огневым позициям, скоплениям личного состава и командным пунктам террористов. Руководители террористических и экстремистских группировок в Идлибе пытаются создать единое командование своих формирований.

10 мая Турция призвала Россию остановить наступление ВС САР на провинцию Идлиб, обвинив Дамаск в стремлении установить контроль над южной частью этого региона, что, по мнению Анкары, нарушает астанинские соглашения. В этот же день Россия заблокировала подготовленное рядом стран заявление Совбеза ООН по гуманитарному положению в Сирии из-за попыток извратить ситуацию в Идлибе.

В Судане продолжается противостояние правящего в стране Переходного военного совета (ПВС) и оппозиции, главным образом с альянсом «За свободу и перемены». На минувшей неделе это альянс передал ПВС документ о принципах и структуре будущего переходного периода страны. По заявлению представителя ПВС, разногласия между сторонами касаются ряда принципиальных моментов, в том числе переходного периода, источника власти и права объявлять чрезвычайное положение в стране. Так, армия настаивает на двухлетнем переходном периоде, в то время как оппозиция считает, что провести все необходимые политические преобразования в Судане можно не ранее, чем за четыре года. Кроме того, в документе оппозиции не прописано положение об источнике законодательства. Военный совет хотел бы сохранить в этом качестве шариат (исламское право). В то же время армия заявила, что стремится превратить страну в «современное демократическое государство». Расходятся стороны и в том, какой орган будет уполномочен объявлять чрезвычайное положение в стране. Оппозиционные силы настаивают на том, что это должно быть прерогативой гражданского правительства, армия убеждена, что только будущий управляющий совет должен иметь на это право. Не согласны военные и с тем, чтобы вооруженные силы и спецслужбы находились под контролем «политической власти». Оппозиция 8 мая обвинила ПВС в нежелании передавать власть и стремлении удержать под своим контролем управление Суданом, однако решила в течение 72 часов начать с военными обсуждение пунктов документа об управлении страной, по которым у сторон имеются разногласия. Тем временем тысячи участников акций протеста остаются на улицах столицы Судана Хартума.

Высшая избирательная комиссия (ВИК) Турции 6 мая приняла решение отменить результаты выборов в Стамбуле, на которых потерпел поражение экс-премьер страны Б. Йылдырым — кандидат от правящей Партии справедливости и развития (ПСР). ВИК также приняла решение провести муниципальные выборы в Стамбуле повторно. Новое голосование может состояться в июне. Ранее, 17 апреля, стамбульское отделение ВИК Турции выдало представителю ведущей оппозиционной Народно-республиканской партии (НРП) Э. Имамоглу сертификат о признании его мэром Стамбула. Согласно официальным данным, он опередил Б. Йылдырыма на выборах 31 марта. НРП заявила о намерении принять участие в повторных муниципальных выборах в Стамбуле. Б. Йылдырым будет кандидатом от ПСР на повторных выборах мэра Стамбула. Президент Турции Р. Т. Эрдоган поддержал решение ВИК отменить итоги выборов мэра Стамбула и провести новое голосование, заявив, что выборы градоначальника «были омрачены серьезными нарушениями в списках избирателей и работе избиркомов, а потому нелегитимны». В то же время НРП направила в ВИК Турции запрос об отмене итогов президентских и парламентских выборов 2018 г. в республике. «Если итоги муниципальных выборов подтасованы, то же самое относится к [президентским и парламентским] выборам 24 июня 2018 года», — заявили в НРП.

На минувшей неделе глава международно признанного Правительства национального согласия (ПНС) Ливии Ф. Сарадж посетил Германию, Францию и Великобританию, где пытался заручиться поддержкой властей этих стран. В Берлине, Париже и Лондоне выразили обеспокоенность продолжающимся конфликтом в Ливии и призвали к безоговорочному прекращению огня и диалогу. В то же время 9 мая президент Египта А. Ф. ас-Сиси принял в Каире главного оппонента ПНС командующего Ливийской национальной армией фельдмаршала Х. Хафтара. А. Ф. ас-Сиси подчеркнул «поддержку Египтом усилий по борьбе с терроризмом и экстремистскими группировками в целях установления безопасности и стабильности в Ливии, а также оценил роль ливийских военных институтов в восстановлении законности в стране».

6 мая Израиль и палестинцы при посредничестве Египта достигли соглашения о прекращении огня в секторе Газа, а израильская армия объявила о снятии ограничений в области безопасности для жителей районов еврейского государства в 40-километровой зоне вокруг сектора Газа.

МИД Катара объявил, что Доха выделит палестинским арабам в секторе  Газа и на Западном берегу реки Иордан помощь в размере 480 млн долларов на нужды здравоохранения, образования, гуманитарную поддержку, на поддержку программ ООН в Палестине и на оказание услуг по электроснабжению.

 

Приложение

Катар: проблемы обеспечения национальной безопасности

К основным факторам, определяющим деятельность руководства Катара в сфере национальной безопасности следует отнести сложную, перманентно напряженную обстановку в зоне Персидского залива и на Ближнем Востоке, внешнеполитические амбиции, зачастую завышенные, лидеров страны, их стремление закрепить за эмиратом место «крупного регионального игрока», оказывающего влияние на развитие ситуации в арабском мире, в том числе путем оказания материальной и иной помощи различного рода антиправительственным силам, как правило, радикальной исламистской ориентации. При этом все действия катарского руководства имеют целью формирование образа Катара как одного из основных защитников интересов всех арабов. В то же время Катар выступает за сохранение безопасности в зоне Персидского залива. Внутри страны ее руководство проводит курс на недопущение дестабилизации правящего режима, сохранение устойчивой общественно-политической ситуации в эмирате в интересах обеспечения поступательного роста национальной экономки и социального благосостояния.

В целом «крошечность» Катара вкупе с отсутствием крупной армии «вынуждает его руководство быть предельно гибким в выборе стратегии и тактики, а также ее своевременной трансформации». Руководство эмирата отчетливо понимает уязвимость страны в случае внешнего нападения и невозможность ее самостоятельно защитить.

Летом 2017 г. ситуация вокруг Катара серьезно осложнилась в результате конфликта, инициированного Саудовской Аравией, ОАЭ, Египтом и Бахрейном, которые объявили о разрыве дипотношений с эмиратом, обвинив Доху в поддержке террористических организаций, вмешательстве во внутренние дела государств и раскачивании ситуации в регионе. Арабские страны также установили транспортную и экономическую блокаду Катара. Для прекращения конфликта «четверка» предложила Дохе пакет требований, В их числе разрыв дипотношений с Ираном, закрытие телеканала «Аль-Джазира» или радикальное изменение его редакционной политики, прекращение поддержки «Братьев-мусульман» и военного сотрудничества с Турцией. Катар был исключен из коалиции во главе с КСА, воюющей в Йемене с мятежниками-хоуситами. В Дохе отказались удовлетворить требования КСА и ее союзников. Принять их означало бы безоговорочную капитуляцию.

Как отмечают эксперты, «реальные причины конфликта – политические. Курс Катара зачастую идет вразрез с политическими установками арабских стран, в первую очередь КСА. Кроме того, их не устраивает сдержанная политика катарцев в отношении Ирана».

По мнению аналитиков, за период, прошедший со времени начала конфликта, «Катар не только не поддался давлению, но сумел переломить ситуацию в свою пользу, причем в крайне сложных условиях противостояния арабских государств и Ирана». Существенную помощь эмирату, в том числе поставками продовольствия, оказали Иран и Турция. К тому же Иран предоставил Катару возможность пользоваться своими портами, а Турция усилила свое военное присутствие в эмирате. Катар же восстановил с Ираном полноценные дипломатические отношения и связи, которые до этого были крайне ограничены ввиду «арабской солидарности». В целом Доха в короткие сроки смогла наладить новые логистические маршруты и заменить около 70% товарной номенклатуры аналогичной продукцией, главным образом, турецкого и иранского производства. Немаловажно и то, что «благодаря грамотно сформулированной стратегии, а также, разумеется, финансовым ресурсам, Катару удалось выстроить эффективную, сбалансированную и гибкую систему национальной продовольственной безопасности». Тем не менее, в результате первого года блокады Катар потерял, по оценке агентства «Блумберг», около 43 млрд долларов, «однако отстоял право на самостоятельную внешнюю политику». Кроме того, «выросшие оперативные расходы мало-помалу вынуждают эмират отказываться от части активов».

Не добилась арабская «четверка» и внешнеполитической изоляции Катара. Доха продолжает поддерживать активные внешнеполитические связи «не только с традиционными союзниками, но и не боится общаться с такими странами, как Пакистан, который имеет репутацию государства, тяготеющего к Саудовской Аравии».

Катарское руководство неоднократно заявляло о готовности урегулировать отношения с арабской «четверкой». Вместе с тем, полярность позиций сторон, их нежелание идти на взаимные уступки и компромиссы позволяют говорить о том, что никакого примирения между конфликтующими сторонами, в первую очередь, между Дохой и Эр-Риядом в обозримой перспективе ожидать не стоит. В то же время, как видится, вариант военного нападения на Катар со стороны КСА и ее союзников весьма маловероятен.

В 2017-2019 гг. Катар предпринял шаги по укреплению своей обороноспособности. В частности, были произведены закупки крупных партий современных вооружения, включая средства ПВО и боевые самолеты. Укрепляются военные связи с США и НАТО. В 2018 г. Катар подписал договор о сотрудничестве с НАТО по вопросам безопасности и обороны. Руководство эмирата изъявляет желание стать полноценным членом Североатлантического альянса.

Решение проблемы получения реальной помощи, в том числе военной, в случае внешней агрессии Катар с начала 1990-х гг. видел в опоре на США, с которыми в 1992 г. было подписано соглашение по вопросам обороны и безопасности. Этот документ предусматривает в чрезвычайной ситуации оказание прямой американской военной помощи. На территории эмирата находятся крупнейшая американская военная база на Ближнем Востоке — Эль-Удейд, передовой командный пункт Центрального командования ВС США, другие американские военные объекты. Соглашение о совместной обороне имеется у Катара с Францией. По оценке экспертов, хотя американский «зонтик» безопасности и способен защитить Катар «от возможных военных нападок соседних стран» (при администрации Д. Трампа на это счет есть сомнения, — авт.), но в то же время, «являясь плацдармом [Соединенных Штатов], Катар сам может быть втянут в военные действия и пострадать, если США или их союзники по НАТО вдруг решат в очередной раз воспользоваться базой, расположенной всего в 40 км от Дохи».

Доха болезненно реагирует на тему «арабского НАТО» (предлагаемого Вашингтоном блока в составе стран-членов ССАГПЗ, Египта и Иордании) после того, как КСА, ОАЭ, Египет, Бахрейн и солидарные с ними страны объявили Катару бойкот.

Повышенное внимание в Дохе уделяют вопросам обеспечения кибербезопасности. Катар в последние годы сумел сформировать достаточный потенциал в этой сфере.

Несмотря на сложности, вызванные конфликтом с арабской «четверкой», Катар от своей претензии на региональное лидерство не отказался, а еще больше акцентировал усилия этой теме. Так, Доха продолжает оказывать значительную политическую и идеологическую поддержку, финансовую, материальную, военную и иную помощь различного рода антирежимным силам в арабских странах, готовит для них кадры. Речь идет о Ливии, Египте, отчасти Сирии. Доха поддерживает радикальное палестинское движения ХАМАС, активно действует в регионе Африканского рога. Вновь возросла роль Катара в Йемене. В качестве инструмента идеологического воздействия Катар использует радикальное исламистское движение «Братья-мусульмане». Поддерживаются связи с террористической группировкой «Джебхат ан-Нусра» (запрещена в РФ). Именно от Дохи первоначальную поддержку и стимул получила другая террористическая организация — «Исламское государство» (запрещена в РФ). В целом же «такого рода внешнеполитическое позиционирование зачастую ведет к обострению отношений эмирата со многими странами региона, которые обоснованно обвиняют Катар в тенденциозности и двойных стандартах», в поддержке терроризма.

Внутриполитическая обстановка в эмирате сохраняется стабильной. Правящий режим полностью контролирует положение дел в стране. Вся реальная власть находится в руках представителей правящей династии Аль Тани, которые занимают ведущие посты в правительстве. Родственникам эмира принадлежат руководящие должности в армии и других силовых структурах. Для обсуждения важнейших вопросов государственной политики и решения внутрисемейных дел создан Совет правящей семьи. Организованная оппозиция в Катаре отсутствует. Благоприятно на устойчивости правящей монархии сказывается и самый высокий уровень ВВП в пересчете на душу населения – примерно 130 тыс. долларов на одного катарца.

Вместе с тем, в эмирате отмечается усиление радикальных исламистских настроений. Одной из проблем, влияющих на состояние внутренней безопасности, является присутствие в Катаре большого числа иностранных работников, главным образом выходцев из Индии, Пакистана, Тайваня, стран Юго-Восточной Азии. Тем не менее, именно иностранцы обеспечивают нормальную работу практически всех отраслей народного хозяйства эмирата.

34.87MB | MySQL:70 | 1,008sec