Проблемы иммиграции во Франции накануне президентских выборов

В начале нынешнего века проблемы иммиграции стали одним из наиболее острых вопросов внутриполитической жизни Франции.  На классические русские вопросы «Что делать?» и «Кто виноват?» французы пытаются найти ответы и предложить дальнейшую стратегию действий,  в обществе идет переосмысление таких понятий как нация и идентичность, что такое быть французом и кто теперь французы?[1] Накануне президентских выборов во Франции эта полемика достигла особого накала между основными претендентами на высший государственный пост — Н.Саркози и С.Роаяль. Выборы, как ожидается, пройдут в два тура, дата первого намечена на 22 апреля, второго — на 6 мая 2007 г.

Как правый, так и левый электорат и представляющие их основные претенденты Н.Саркози и С.Роаяль соответственно, решению проблем иммиграции, социально-экономической и культурной интеграции иммигрантов придают первостепенное значение. Однако предлагаемые шаги в этом направлении рознятся, что в первую очередь  связано с предвыборными, зачастую спекулятивными и популистскими лозунгами обоих кандидатов[2]. С другой стороны, дискуссии по поводу иммиграции затрагивают фундаментальный для страны вопрос — какой именно Франция  будет в ближайшем будущем?

Будет ли Франция воплощением идеи государства, где каждый гражданин является прежде всего французом, оставляя за скобками другие идентичности, или идеи поликультурного социума, в котором сосуществуют различные идентичности (коммунитаризм)? Первый подход (республиканская концепция нации) подразумевает наличие ряда базовых ценностей, разделяемых всеми членами нации. Среди этих ценностей чаще всего выделяют светскость, демократию и соблюдение прав человека (в западном понимании этого термина)[3]. Второй подход состоит в отказе от выработки единого для всех французов культурно-идеологического базиса. Согласно этому подходу граждане Франции не должны идти на компромисс (по поводу содержания коллективной идентичности), они остаются в первую очередь членами своих субнациональных культурно-этнических сообществ. Они не отказываются от своих различий, связанных, в частности, с происхождением, отношением к религии, правам и роли женщины.

Предвыборная кампания лишь высветила те проблемы, которые имеют серьезный общественный резонанс на протяжении не одного десятка лет и которые пытались последовательно решать как правые, так и левые правительства Пятой республики.

Кто бы ни победил на предстоящих выборах, решать проблемы иммиграции придется исходя из реальных (а не воображаемых) фактов относительно количества, культурной и религиозной принадлежности иммигрантов, руководствуясь социально-экономической целесообразностью  и  общественным мнением, для того, чтобы ответ на вопрос «нравится ли вам та Франция, которую вы видите?»  удовлетворил большинство граждан республики.

По данным, опубликованным в 2006 г. Национальным институтом статистики и экономических исследований (INSEE), во Франции в 2004 г. насчитывалось около 5 млн иммигрантов, или чуть более 8% населения[4]. Из них приблизительно 40% имеют французское гражданство, полученное путем натурализации или заключения брака[5]. За последние 15 лет общее количество иммигрантов увеличилось на 20%, алжирцы и марокканцы (наряду с португальцами) остаются самыми большими иностранными диаспорами во Франции.

Сложности учета общего количества иммигрантов состоят  в том, что иностранец, получивший французское гражданство, становится только французом и нигде не будет зафиксировано, какие у него корни – африканские, магрибинские или китайские. Это связано с тем, что Франция исповедует принцип «государства-нации», в соответствии с которым гражданином является индивид, разделяющий республиканские принципы, а какой он национальности или вероисповедания остается за кадром или оставалось за кадром до недавнего времени.

По данным Национальной комиссии по правам человека (Commission nationale consultative des droits de l’homme — CNCDH), 56% французов считают, что иностранцев стало слишком много, а около трети населения признают, что являются расистами[6]. Только 32% населения готовы предупредить полицию об актах расизма, хотя по данным прошлого года, этот показатель был в районе 50%[7]. 58% опрошенных заявили, что «в некоторых случаях расистские действия можно чем-то оправдать», и лишь 39% считают, что это в принципе невозможно[8].

Постепенно происходит размежевание между гражданами мусульманского и немусульманского вероисповедования. Хотя 66% респондентов считают, что французы-мусульмане являются «французами, как и все остальные», тем не менее, в 2005 г. этот показатель был выше на 11%[9]. Более половины опрошенных склонны упрекать иностранцев, которые не могут «нормально» интегрироваться, а 37% считают ответственным за это французское общество, которое не в состоянии создать адекватные условия для адаптации иммигрантов[10]. При достаточно скептическом, местами даже негативном, отношении к иммигрантам, французы (79%) отмечают положительное влияние, которое они оказывают на экономическое развитие страны, а 64% респондентов говорят об их необходимости для работы по определенным специальностям[11]. Безусловно, это касается малопрестижных сфер: строительство, обслуживание гостиничного и ресторанного бизнеса, работа в муниципальной сфере, а также низкоквалифицированный и малооплачиваемый труд.

Приведенная статистика свидетельствует о том, что французы положительно относятся к экономическому аспекту иммиграции, в то время как культурная интеграция иммигрантов во французский контекст ставится под сомнение.  Увеличение числа носителей другой (нефранцузской) культуры на протяжении длительного времени привело к переосмыслению составляющих французской идентичности и уже к нескрываемому расизму.

Тесно связанные между собой вопросы иммиграции и национальной идентичности и необходимость «управления» ими привели к тому, что Н.Саркози, в случае победы на выборах, намерен создать специальное министерство, занимающееся этими вопросами. Критики  высказываются о том, что Саркози подобными заявлениями хочет привлечь крайне правый электорат на свою сторону и намекают на сходство с позицией правительства Виши, которое собиралось отбирать иммигрантов по принципу «годится для Франции» или нет.

Регулярно возникающие во Франции проблемы, связанные с нефранцузским населением, имеют давнюю историю.  Еще в конце XIX в. бельгийцы – в числе первых иммигрантов – французами пренебрежительно назывались «паразитами». В период между двумя войнами итальянцы и поляки считались «неассимилируемым» населением, а евреи и армяне обвинялись в том, что они способствуют «вырождению расы»[12].  После Второй мировой войны отношение к европейским иммигрантам смягчилось. Однако целенаправленной политики по интеграции североафриканских иммигрантов разработано не было. Если бы критерии по отбору иммигрантов, сформулированные в то время Высшим комитетом по народонаселению (Haut Comité de la population) были применены (главный среди них – способность ассимиляции), североафриканцам путь во Францию был бы закрыт. Они попадали бы под категорию «несовместимость между исламом и европейской цивилизацией»[13]. Тогда этот культурно-цивилизационный критерий не был применен, поскольку возобладала экономическая целесообразность. Прибегая к политике привлечения иностранной рабочей  вплоть до начала 1970-х гг., французское правительство стремилось главным образом минимизировать производственные издержки.

В настоящее время во Франции проживает уже третье поколение иммигрантов при постоянном притоке (легальном и нелегальном) магрибинцев и африканцев.  Поэтому в июне 2006 г. Сенатом был одобрен законопроект (его представлял министр внутренних дел Н.Саркози), предусматривающий ужесточение требований к трудовой иммиграции (в пользу «избирательной» иммиграции) и дополнительные меры по борьбе с нелегальным пребыванием иностранцев на территории Франции.

Основные положения Закона об иммиграции и интеграции[14] нацелены на привлечение в страну высококвалифицированных специалистов и талантливых людей, чьи знания «будут создавать преимущества для развития и расцвета Франции»[15]. Последним будет выдаваться возобновляемый вид на жительство сроком на 3 года, для остальных – срок не будет превышать 12 месяцев и будет зависеть от трудового контракта, по истечении которого иностранец должен будет покинуть территорию Франции. Помимо этого, закон предусматривает  ряд новых требований для иммигрантов, в т. ч. обязательство заключения с государством договора по приему и интеграции, обязательное владение французским языком, увеличение с 2 до 4 лет срока брака с французом(-женкой) для подачи документов с целью прошения о гражданстве, увеличение срока пребывания иммигранта с 12 до 18 месяцев для получения права на «семейное воссоединение» при наличии  соответствующих материальных возможностей. Закон вводит запрет на легализацию иностранцев после 10 лет пребывания на территории Франции. Впредь каждая конкретная заявка на легализацию будет рассматриваться отдельно, исходя из особых критериев. Один из главных — степень интеграции детей нелегальных иммигрантов во французскую культуру. У нелегалов есть шанс получить вид на жительство лишь при соблюдении ряда условий. Во-первых, если дети родились или прибыли во Францию в раннем возрасте, обучаются во французской школе, не имеют никаких связей с родиной родителей, говорят только на французском языке. Во-вторых, если семья разделяет республиканские принципы, «привязана к Франции» и не имеет проблем с законом. Во всех остальных случаях нелегальным иммигрантам придется возвращаться на родину. Тем, кто захочет сделать это добровольно, государство намерено выплачивать денежную компенсацию в размере 7 тыс. евро на семью и 2 тыс. евро на каждого ребенка, если их количество не превышает 3-х человек, и по 1 тыс. на каждого следующего ребенка[16].

«А если кто-то не любит Францию, пусть не стесняется и уезжает», — резко заявил Н.Саркози накануне голосования по проекту этого закона[17]. Политические оппоненты Н.Саркози – левые партии и партия зеленых проголосовали против. По их мнению, закон ущемляет права иммигрантов, что отрицательно скажется на общественной жизни и усилит ксенофобию во Франции. Играя на солидарности с арабо-мусульманским и африканским населением Франции, левые, безусловно, заработали поддержку этого электората[18] на предстоящих президентских выборах. Однако, по сути, стратегия социалистов по вопросу иммиграции сводится к увеличению национальных и европейских расходов по содержанию центров помощи и адаптации иммигрантов (в том числе беженцев), а также возвращению права на легализацию после 10 лет незаконного пребывания на территории Франции. И все это социалисты намереваются сделать за счет средств налогоплательщиков, отстаивая идею «гостеприимной и терпимой» Франции[19].

Вопрос заключается в том, захотят ли французы и дальше оплачивать идеалистическое представление о себе и о Франции в мире, или возобладает более прагматичный подход к проблемам иммиграции, непосредственно связанный с реальными экономическими потребностями и возможностями. Однако если в экономической сфере многое поддается подсчету и логическому анализу, то в сфере интеграции, и прежде всего в её ценностно-культурном аспекте, содержится основное противоречие современных общественных отношений Франции. Как именно и на каких принципах интегрировать иммигрантов? И только ли с ними связано обострение проблем идентичности? Вокруг этих главных вопросов развернулись предвыборные дебаты, ответы на которые найдут свое отражение в политике нового президента.

 


[1] См., в частности, книги: Patrick Weil. Qu’est-ce qu’un Français. Grasset, 2002. Gérard Noiriel. Immigration, antisémitisme et racisme en France. Fayard, 2007.

[2] Официально зарегистрированные кандидаты на выборах президента Франции в 2007 г.: Франсуа Байру (Союз за французскую демократию), Оливье Безансено (Революционная коммунистическая лига), Жозэ Бове (Альтермондиалист), Мари-Жорж Бюфе (Коммунистическая партия), Арлетт Лагюйе (Рабочая борьба), Жан-Мари Ле Пен (Национальный фронт), Фредерик Ниу (Движение «Охота, Рыбалка, Природа, Традиции»), Сеголен Роаяль (Социалистическая партия), Николя Саркози (Союз за народное движение), Жерар Шиварди (выдвинут Партией трудящихся), Филипп де Вилье (Движение за Францию),  Доминик Вуайнэ (Зеленые).

[3] Необходимо отметить высокую вариативность этих ценностей в зависимости от позиции той или иной группы политического действия. Среди этих базовых критериев, определяющих «общий знаменатель» французов, в разных концепциях встречаются: вероисповедание, приверженность французской истории и её достижениям, приверженность идее единой Европы. Те, кто удовлетворяют набору критериев, взятому в качестве «общего знаменателя» нации, имеют в ней своё место, остальные остаются на периферии национального сообщества.

[4] Catherine Borrel. Près de cinq millions d’immigrés à la mi-2004. Insee première nº 1098, août 2006. Цит. по Le Monde, 25.08.06.

[5] Ibid.

[6] С докладом комиссии по проблемам расизма, антисемитизма и ксенофобии, опубликованным 21 марта 2007 г., можно ознакомиться на официальном сайте http://lesrapports.ladocumentationfrancaise.fr/BRP/064000264/0000.pdf

[7] Ibid.

[8] Ibid.

[9] Ibid.

[10]Ibid.

[11] Ibid.

[12] Philippe Bernard. Nikolas Sarkozy et l’identité nationale. Le Monde, 20.03.07.

[13] Ibid.

[14] Текст Закона об иммиграции и интеграции, одобренный Сенатом 30.06.06, приведен на сайте —  http://www.senat.fr/leg/tas05-132.html

[15] www.lemonde.fr, 11.05.06 – Источник: AFP и Reuters.

[16] Le Monde, 14.06.06.

[17] Liberté (Alger), 04.05.06.

[18] По результатам социологического исследования, 57% французов африканского происхождения проголосуют за С.Роаяль в первом туре президентских выборов и 85% во втором, если ее соперником будет Н.Саркози. См. Le vote des Français d’origine africaine, 23.03.2007. — http://www.ifop2007.fr/cms/autres-etudes/JA-ORIGINE-0307.html

[19] Les réponses de Ségolène Royal aux questions de France Terre d’Asile, 12.02.07. — http://www.france-terre-asile.org/index.php?option=com_content&task=view&id=300&Itemid=9

10.12MB | MySQL:40 | 0,197sec