Ядерный фактор в политике США, России и Израиля в свете трехсторонних переговоров в Иерусалиме

Странное дело произошло с ядерной доктриной США, которая сначала была якобы случайно обнародована на сайте Объединенного комитета начальников штабов, а затем удалена, но только после того, как ее скопировали различные ресурсы и эксперты, включая Федерацию американских ученых. Официальной причиной этого шага было названо принятое решение о том, что документ все же предназначался для служебного пользования. Вот только по понятным причинам возникает вопрос, возможны ли такие случайности, учитывая трехсторонние переговоры США, России и Израиля, а также нарастающую американо-иранскую конфронтацию. Особое значение данный фактор приобретает в свете недавних  заявлений Д.Трампа, в которых президент США отметил, что от удара по ИРИ на нынешнем этапе его остановило только возможное число жертв, а также подчеркнул, что для принятия окончательного решения одобрение Конгресса ему не потребуется. Примечательно также, что среди сторонников жесткого ответа Тегерану на недавний инцидент с беспилотником был и председатель Объединенного комитета начальника штабов Дж.Данфорд.

Документ, обнародованный по случайности или нет, утверждает, что ядерное оружие может «создать условия для восстановления стратегической стабильности» и достижения «решающих результатов». При этом в расчет могут быть приняты не только интересы США, но и союзников. Такие формулировки в американском экспертном сообществе были истолкованы по-разному от заявлений о возвращении к идеологии «холодной войны», о которой и без того много говорят, до очередных обвинений Д.Трампа и его команды в непоследовательности действий, отсутствии координации и четкой стратегии. Однако последняя, как кажется, тут все же присутствует, поскольку такой шаг подозрительно напоминает излюбленный Израилем метод сдерживания противников. При этом Иерусалим нередко намекал на ядерный потенциал, вскользь упоминания о том, что, к примеру, для удара по Ирану в его распоряжении есть весь спектр возможностей. Таким образом мы получаем ни что иное, как второй отчетливый пример того, как президент США действует в отношении Ирана по израильским лекалам. Первый был в момент выхода из СВПД, когда Д.Трамп использовал израильскую формулу «реформируйте или откажитесь».

Если такие рассуждения действительно хоть сколько-нибудь верны, и глава израильского правительства Б.Нетаньяху действительно  способен каким-то образом мотивировать Вашингтон к принятию на вооружения той или иной доктрины, то возникает вопрос, почему это было сделано именно перед трехсторонними переговорами глав советов национальной безопасности? С одной стороны, Россию такой подход к ядерному оружию всерьез встревожил. Так, заместитель министра иностранных дел РФ С.Рябков назвал намерения США опасными, особенно в свете планов по ведению  ограниченных войн с использованием ядерных средств малой мощности. С другой стороны, на переговорах Б.Нетаньяху и Н.Патрушева, состоявшихся в понедельник, такая проблема не озвучивалась, а значит, Израиль в рамках этого раунда консультаций делает ставку на продвижение собственной повестки дня, прежде всего, по присутствию Ирана в Сирии, а не намеревается выступить модератором глобальных американо-российских противоречий.

Второй вопрос: что новая доктрина может означать для Израиля, кроме упомянутого выше инцидента с опубликованием? В середине июня  Stockholm International Peace Research Institute (SIPRI) опубликовал отчет, в котором внес Израиль в клуб ядерных держав, а также сообщил, что страна располагает 80-90 боеголовками. Одновременно с этим многие американские эксперты, мысля в духе наиболее решительно настроенных членов американской администрации, полагают, что в случае возобновления Ираном ядерной программы, Израиль нанесет по стране превентивный удар, пользуясь т.н. доктриной Бегина. В Израиле придерживаются иного мнения. Так, еще в 2018 г. директор INSS А.Ядлин, рассуждая о применимости к Ирану сценария, некогда опробованного в Ираке и Сирии, пришел к двум выводам. С одной стороны, такая тактика позволяет замедлить развитие ядерных программ на срок, больший, чем потребовалось бы для простого восстановления уничтоженных объектов. С другой стороны, иранские технологии обладают иными характеристиками, а для их защиты применяются более современные средства, что осложняет задачу уничтожения.

В целом одной из основных в рамках трехстороннего саммита в Иерусалиме стала задача добиться максимально возможного отхода России от альянса с Ираном. Вместе с тем ключевым направлением здесь все же оказалась Сирия и попытки убедить российскую сторону через Б.Асада обеспечить вывод из республики проиранских сил. Ядерный фактор представляет собой элемент сближения на американо-израильском треке, поскольку включение его в общую повестку дня осложнено противоречиями Москвы и Вашингтона в данной сфере. Хотя не исключено, что появление этой темы накануне переговоров было призвано подчеркнуть дополнительную опасность Тегерана, что способствовало бы мотивации Кремля пересмотреть свой подход к нему. Кроме того, поскольку тема контроля над вооружениями фигурировала в беседе Н.Патрушева и Дж.Болтона, не исключено, что Вашингтон попытался оправдать свою риторику и образ действий усиливающейся иранской угрозой. Несмотря на общность подходов, для партнерства Израиля и США здесь также есть определенные риски. Сторонам выгодна тактика такого рода сдерживания иранской угрозы, дающая обоснование санкциям. Вместе с тем вопросы применения ядерного оружия, особенно в ограниченном формате, могут способствовать нарастанию ядерных амбиций государств региона, что Израиль предпочитал бы наоборот сдерживать.

51.47MB | MySQL:104 | 1,057sec