Доклад турецких экспертов об участии РПК в незаконной торговле наркотиками

Турция выступает против поддержки Францией курдских формирований «Силы народной самообороны» (СНС), которые Анкара считает сирийским ответвлением запрещенной в республике Рабочей партии Курдистана (РПК). Об этом сообщил в четверг 13 июня министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу на пресс-конференции с французским коллегой Жан-Ивом Ле Дрианом в Анкаре.  «Мы считаем неправильным, что Франция находится в тесном сотрудничестве с СНС. Сотрудничество Франции с СНС не подобает Парижу», — отметил глава турецкого внешнеполитического ведомства. Париж ранее неоднократно направлял своих военных в сирийские регионы, подконтрольные курдским отрядам СНС. В Анкаре подобные действия французской стороны подвергали критике и заявляли, что отправка воинского контингента в Сирию для помощи курдским формированиям может быть расценена как попытка оккупации сирийской земли.  «Силам народной самообороны» (СНС) оказывается и серьезная поддержка со стороны США, что также всерьез беспокоит Турцию. Анкара ассоциирует эти формирования с Рабочей партией Курдистана, которую причисляет к разряду террористических организаций, и утверждает, что полученное СНС американское оружие может быть направлено против Турции. Если брать эти заявления без подобающих таким моментам дипломатических условностей, то в сухом остатке остается принципиальное расхождение коллективного Запада и Турции по самому важному вопросу, который определяет будущее севера Сирии и еще в более глобальной степени —  весь характер развития ситуации в этой части региона. Констатируем один факт — эти расхождения носят принципиальный характер и пока какого-то сближения на этом направлении не предвидится, что объективно самым серьезным образом облегчает Москве проведение необходимой политики на сирийской направлении. Турки в этой связи будут продолжать делать все возможное для того, чтобы  максимально дискредитировать РПК и его филиалы в Сирии и Иране в глазах европейцев, обвиняя эти структуры в терроризме и, с недавних пор, в контрабанде наркотиков в ту же Европу. Эта тема так четко никогда еще не артикулировалась,  и в этой связи обратим внимание на июньский доклад турецкого исследовательского фонда SETAV. Этот анализ главным образом фокусирует внимание на описании маршрутов контрабанды наркотиков СНС/РПК и борьбы Турции против наркотерроризма РПК. Согласно его основным выводам с момента своего основания в 1980-х годах РПК занималась организованной преступностью, что позволяло ей обеспечивать  поддержку своей террористической деятельности. Следовательно, РПК и ее ответвления, такие как СНС в Сирии представляет на сегодня целую паутину преступных сетей по контрабанде наркотиков, которые охватывают  основные международные маршруты наркотиков на  Кавказе, в Африке, и на Балканах с конечным адресатом в странах ЕС. Эти группы, по приблизительными оценкам, имеют годовой доход до 1,5 млрд долларов от наркотрафика в Европе. В этой связи Турция провела несколько серьезных операций против РПК с 1980-х годов, чтобы остановить в том числе и криминальную активность этой структуры.  При этом учитывалось, что к концу 1960-х и 1970-х годов РПК в принципе сформировала незаконные криминальные структуры в рамках обеспечения своего самофинансирования для того, чтобы продолжить свои тератаки и достичь политических целей. Помимо наркотрафика эта сфера включала в себя  и элементарных эксы, и введение налогов на ряда бизнесменов, и т.п. Турецкие исследователи  полагают, что серьезная активизация  такой деятельности РПК и ее филиалов началась в 1984 году, а своего пика она достигает в  1990-х годах.  В настоящее время РПК занимается такими преступлениями не только на своих границах, но и в ближнем зарубежье. По данным международных и национальных докладов, основные каналы наркотрафика, которые курирует РПК,  проходят из  Африки, Кавказа через Турцию в Европу. При этом РПК использует при транспортировке героина наработанные каналы контрабанды, которые ранее использовались и используется в рамках материально-технического обеспечения своей партии. В своем отчете за 2016 год соответствующие службы ЕС дали  углубленный анализ этой темы. При этом они указывают, что курды не занимаются выращиванием или производством наркотиков, они только курируют собственно сам наркотрафик. При этом они активно взаимодействуют с этническими ОПГ  «в ключевых регионах Европы». Среди последних отмечают прежде всего  белуджей и пуштунов. Албанские и турецкоязычные ОПГ, занимающиеся контрабандой героина, в этой цепочке имеют  второстепенную роль. В 2008 году такие группы наркоконтрабандистов, которые действуют в Иране и через него, включают в себя в основном  азербайджанские, арабские, персидские и курдские группы. Причем последние здесь имеют решающее значение. По данным иранских служб, курды в этой связи предпочитают обеспечивать каналы наркотраффика в районе своего компактного проживания на турецкой границе в обмен на соответствующий процент от самих наркоторговцев.  В докладе  говорится, что данные полученные от арестованных иранцами наркоторговцев  в 2013 году,  не указывают напрямую на роль в этом РПК. Речь идет об возможно аффилированных с ними групп этнических курдов, которые обкладывают налогом контрабандистов в районе своего проживания. При этом часть собираемых таким образом денег затем передается в кассу РПК. Торговцы либо обязаны платить организованным преступным сетям из Турции, либо курдам в Черноморским регионе, который доминировал в торговле героином в 1980-е и начало 1990-х.  Доклад Управления по наркотикам и преступности (УНП ООН) указывает при этом, что оно не имеет достоверных данных  о том, что РПК является необходимым звеном в наркотрафике.  При этом иранские и грузинские криминальные группировки сотрудничают с РПК на Кавказе с точки зрения гарантий безопасности с ее стороны в рамках пересечения границы.

Отметим, что эти выкладки европейских структур расходятся с видением проблемы турецкими аналитиками. В этой связи авторы турецкого доклада делают вывод о том, что РПК — аффилированный участник в этом криминале, и   играет роль в этом криминальном бизнесе, которая  аналогична роли колумбийских «Революционных вооруженных сил», которые крышуют наркобизнес на местах. При этом одним из важных моментов участия курдов в наркобизнесе является факт присутствия курдских общин в странах ЕС, через которые идет распространение героина. Про оценкам французских спецслужб, в 1990-е годы РПК получала через такого рода операции порядка  300 млн долларов ежегодно, а на сегодня этот оборот составляет порядка   1,5 млрд долларов ежегодно. По данным британских спецслужб, «РПК через аффилированные с ней курдские группы в Европе, контроль за контрабандой и налоги на наркоторговцев  отвечает за 40% героина, продаваемого в Европейском Союзе…». В этой связи отметим, что никаких реальных уликовых и юридически закрепленных материалов такого участия РПК в наркоторговле до сих пор не получено. За исключением возможно только дела курдского клана  Байбашына в 2000 годах. Он контролировал торговлю наркотиками в Великобритании, Нидерландах, Франции. При этом, по данным французских спецслужб,   он был связан с  рядом  турецких ОПГ на юго-востоке Турции, сотрудничая при этом с РПК в рамках контрабанды героина. На тот момент времени он был основным дилером в ЕС при  контроле около 60% оборота героина во всей Европе. В конечном счете представители этого клана переехали из Франции в Британию, что стало возможным в результате того, что они стали информаторами британских служб. При этом интересно, что в рамках организации такого переезда большую роль играли лоббисты в Британии из числа местных филиалов РПК. По данным британцев, РПК также тем или иным образом курирует наркоторговлю в самой Турции (до 90% всего оборота), откуда собственно и идет основной вал героина в Европу. При этом до 2000-х годов курды при поддержке британских спецслужб очень быстро вытеснили с этого рынка в Британии  порядка  25  конкурирующих банд из числа  албанцев и болгар. Причем при этом были убиты фактически все главари конкурирующих банд. В этой связи отметим, что британцы практически под копирку использовали аналогичный опыт своих французских коллег. Только те использовали для ликвидации албанской и вьетнамской мафии на Лазурном берегу чеченских беженцев.  Как полагают турки, этот клан и его лидеры имели тесные связи с РПК. Кончилась вся эта история тем, что глава клана Хусейн Байбашын был арестован в 2000 году в Нидерландах по ряду обвинений, в том числе и контрабанде наркотиков. После этого в 2002 году  его брат Абдулла  взял на себя руководство организацией и также был вскоре арестован полицией Франции «по обвинению в торговле людьми». Сообщалось, что некоторые турецкие контрабандисты наркотиков при Абдулле Байбашине передавали через него деньги РПК для того, что она проводила рейды против их конкурентов в Турции.

С началом гражданской войны  в Сирии центр наркоторговли переместился в эту страну и его основным куратором стал филиал РПК в лице СНС. Основными центрами такого криминала стали Айн эль-Араб, Африн и Камышлы. Организаторами  такого бизнеса стали функционеры этой группы  Али Риза Алтун и Зубейр  Айдар. В начале 2018 года СНС потеряли Африн  в результате военных действий. Таким образом центр наркоторговли  переместился  в районы Манбиджа, Табка и Рифаат  западнее Евфрата, и восточнее Евфрата от Айн эль-Араб  до Багуза и сирийской границы.  В этой связи отметим, что такие выводы турецких исследователей, которые априори полагают курдов главными наркоторговцами в Сирии, надо считать сильно ангажированными. Тем более, что курдам не совсем выгодно заниматься там этим бизнесом просто в силу сложности логистики трафика наркотиков. Отметим, что основными источниками финансовых поступлений сирийских курдов являются совсем не наркотики.   Курды контролируют сейчас примерно  57% плодородных земель в Сирии. При этом до 2011 года, именно сельское хозяйство давало примерно 2 млрд из  12 млрд долларов экспорта страны. К тому же те же турки утверждают, что курды контролирует практически весь нефтяной экспорт Сирии, что дает им в год примерно 1,3 млрд долларов в год. Рискнем усомниться в такой цифре, но то, что курды получают свою очень приличную долю от фактической контрабанды нефти в Турцию, Ирак и те районы Сирии, которые  находятся под контролем Дамаска, — это факт. Также достоверными можно полагать и оценки того, что в случае нормализации ситуации курды смогут в потенциале сгенерировать  более  1 млрд долларов в год в рамках экспорта продукции сельского хозяйства. Другой и главный вопрос заключается в том, что местные арабские племена с такой монополией курдов на их земли и нефтяные вышки не согласны.

Тем не менее, турецкие исследователи полагают, что под эгидой сельскохозяйственного производства курды культивируют и производство наркотиков. РПК имеет два различных известных источника выращивания наркотиков. В Сирии это земли вокруг реки Хабур, на которых якобы выращивается хлопок и лекарственные травы. И горные районы Кандиль в Ираке.  На этих землях, которые находятся под контролем  РПК, по данным турецких спецслужб, выращивается мак и марихуана разных сортов. В этой связи указывается, что центрами такого производства  являются деревни  Амират и Абу Расин. Там же выращивается и  индийская конопля.  Известно, также, что РПК курирует такое же производство в Камышлы, Аль-Малики (индийская конопля), Рас эль-Айн, Ракка, Хасеке, Айн эль-Араб. Особое внимание при этом уделяется и высокогорному району  Абьяд, где наркотики можно собирать два раза в год. Выращивание мака и конопли также культивируется в районе реки Джулаб к востоку от Талль-Абьяда и реки Хабур. При этом плантации наркотиков маскируются среди хлопковых плантаций и иных плантаций вполне легальных сельскохозяйственных культур. Самый подходящим регионом для выращивания наркотиков (климат, орошение и благоприятная почва) турки полагают Хилалии и Каддур-Бека в Камышлы на берегах реки Джулаб. Турецкие спецслужбы утверждают, что основными центрами выращивания наркотиков в этом регионе являются деревни Хаммам Туркмен, Ум Изам, Димашлия, Высокий Фенде и Багдик. В этом регионе наркотики посеяны на кукурузных полях. Турки также полагают, что местные наркоторговцы имеют контакты со спецслужбами сирийского режима. В этом контексте упоминается один из главных кураторов этой криминальной деятельности в этом районе Мухаммед Мансур, который был замечен в контактах к офицерами подразделений военной разведки Сирии (так называемые «силы 222»).  Мансур также работает с руководством СНС в деревне Димашлия, к югу от Хамама, и местными туркоманами. Турецкие эксперты полагают, что под его эгидой в этом районе выпускаются наркотические «лекарственные таблетки» в жилом районе дороги у аэропорта Камышлы, часть выручки от продажи которых поступает в казну СНС. Интересно, что  в переправке этих таблеток за пределы Сирии участвует, по данным турецких спецслужб, местный курдский активист  Тер Анвар Аллуш, который в настоящее время занимает важное положение в доставке лекарственных средств в этот регион по линии структур ООН и ряда НПО. Он же имеет доверительные связи и с местными курдами, и с функционерами ливанской «Хизбаллы». Тер Анвар Аллуш является близким другом лидера РПК  Абдуллы Оджалана, который останавливался в его доме несколько раз  в прошлом.  По этому каналу наркотики уходят как в Турцию, так и в Ливан.  При этом наркотики распространяются под видим «лекарственных таблеток» через социальную систему распространения лекарств сирийских курдов. Эта система, кстати, предполагает предельную дешевизну препаратов.  По данным турок, главным наркотическим средством, которые маскируются под лекарства  в этой системе, являются таблетки «Каптикол» (цена пачки  7 турецких лир). Интересно, что во время операции в Африне турецкие вооруженные силы  изъяли миллионы таблеток «Каптикол».  Таким образом, турецкие службы делают вывод о том, что создание ополчения СНС привело к созданию нелегальных секторов экономики и производства наркотиков в Сирии.  Согласно этим выводам, РПК имеет связи с партнерами  в Африке, на Кавказе и на Балканах, где находятся основные контрагенты партии с точки зрения пополнения ресурсов через наркотраффик. Именно РПК держит основные каналы контрабанды наркотиков через Восточную и Юго-Восточную Анатолию. Эти  регионы играют основную роль в трафике наркотиков из Афганистана и Африки в ЕС. Именно через этот путь идет примерно  80% наркотиков в Европу. По данным турецких экспертов, РПК с 2016 по 2018 гг.  получила в результата контроля над этим каналом примерно  3 млрд долларов.  По другим данным европейских соответствующих структур, эту сумму надо уменьшить по крайней мере в два раза. Общий бюджет РПК, по оценкам турок,  составляет более  50 млрд долларов. При этом основными источниками доходов являются незаконный оборот наркотиков, торговля людьми и отмывание денег. Опять же рискнем высказать серьезное сомнения в приведенных цифрах. В реальности, по данным тех же европейских структур, сумму бюджета РПК следует уменьшить, как минимум, в два раза.

В этой связи следует сделать, видимо, несколько выводов. Данные, которые приводят турецкие исследователи, содержат мало фактуры с точки зрения документальных уликовых материалов. Все их сведения базируются на данных сирийских источников, которые требуют перепроверки просто в силу ангажированности турецких обвинений в отношении курдских сепаратистов. При этом нет никаких сомнений, что курды из РПК и сирийского филиала этой партии, как минимум, закрывают глаза, на производство наркотиков в областях своего контроля в Сирии. При этом объем и масштабы такого культивирования мака или конопли неизвестны. Оправданно в этой связи сделать пока только один вывод — на севере Сирии в основном выращивается конопля, из которых потом делаются некие БАДы, распространяемые через систему социального медицинского страхования РПК. При этом реальный ущерб и содержания в таких препараты реально наркотических средств официально никем не подтверждены. Мы имеем ввиду официальные структуры ООН. При этом отметим, что турецкие военные, которые изъяли «миллионы таблеток» в Африне по какой-то причине не стали отдавать образцы этих таблеток на необходимые исследования международными структурами, что  имело бы безусловный пропагандистский эффект.  Этот момент вызывает серьезные сомнения с точки зрения достоверности этих данных. Не вызывает больших сомнений при этом, что отряды РПК действительно «крышуют» контрабанду наркотиков в районах своего присутствия на границе Турции с Ираком и Ираном. Но это не дает основания полагать, что РПК, как афганский «Талибан» например, полностью инкорпорирован в систему выращивания, производства и транспортировки наркотиков. Он получает свой процент за такое покровительство от международных криминальных групп, и в случае необходимости — за деньги по заказу  физически воздействует на те или криминальные структуры в интересах их конкурентов. Скорее всего, филиалы РПК  в Европе занимаются ровно такой же деятельностью. При этом многие из них активно контактируют в этой связи с местными органами правопорядка.

42.47MB | MySQL:92 | 0,983sec