Ситуация в Судане и Южном Судане: май 2019 г.

1 мая Африканский союз (АС) дал суданским военным еще 60 дней для того, чтобы передать власть гражданскому переходному правительству. В случае невыполнения этого требования АС пригрозил приостановить участие Судана в этой организации.

В тот же день лидер суданской оппозиции Садык аль-Махди предостерег участников манифестаций протеста против каких-либо попыток провоцирования военных. При этом он утверждал, что военные не будут тянуть с передачей власти гражданским, как это они обещали. «Мы не должны провоцировать «Военный переходный совет» (ВПС), пытаясь минимизировать их позитивную роль, которую они сыграли в революции», — сказал он в интервью агентству АФП. Здесь он имел ввиду свержение военными 11 апреля президента Омара аль-Башира после почти 4-месяцев массовых манифестаций протеста, начавшихся после 19 декабря, когда были повышены в три раза цены на хлеб. ВПС отвел себе 2 года для передачи власти гражданским.

«Не стоит доходить то точки, когда в глазах военных появится убеждение в том, что они должны утвердить новую власть другими путями», — сказал С.аль-Махди. «Если мы спровоцируем военных, которые способствовали изменениям, мы станем врагами», — предупредил он. По его оценке, военные передадут власть гражданским, если активисты протестного движения представят им «дееспособное гражданское правительство». Свой оптимизм он пояснил тем, что «военные знают: если они останутся у власти и установят военную диктатуру, они окажутся в том же положении, что и О.аль-Башир».

Призыв С.аль-Махди к спокойствию прозвучал в момент, когда накалились отношения между ВПС и активистами протестного движения из-за противоречий между ними по поводу состава Совместного совета (его еще иногда называют Суверенный совет), призванного сменить у власти ВПС. Гражданские предлагали, чтобы в состав Совместного совета вошли 15 человек, в том числе 8 представителей протестного движения. Военные настаивали на 10-местном Совместном совете, 7 мест из которых должны были занять военные во главе с лидером ВПС генералом Абдель Фаттахом аль-Бурханом.

Входящая в «Альянс за свободу и изменения» (АСИ) Ассоциация суданских профессионалов (АСП) обвинила в этой связи военных в стремлении «ежедневно усиливать их власть». По оценке АСП, военные не планируют «серьезно уступать власть народу».

Тысячи суданцев в попытке оказать давление на военных с 6 апреля жили в палаточном лагере, разбитом перед зданием генштаба в Хартуме. 1 мая руководство протестного движения призвало провести на следующий день «марш миллионов». На этот призыв откликнулись десятки тысяч суданцев. Шествие перед генштабом проходило под лозунгом «Падешь ты или нет, мы останемся». Этот лозунг адресовался ВПС.

2 мая один из лидеров АСИ Халид Омар Юсеф призвал к интеграции в будущую гражданскую администрацию представителей повстанческих группировок, действующих в разных районах страны. При этом он не уточнил, о каких точно группах шла речь.

В настоящее время повстанческое движение развернуто в регионе Дарфур на западе страны, а также в штатах Голубой Нил (юго-восток страны) и Южный Кордофан (юг). Повстанческие группы, действующие в Дарфуре, ранее присоединились к АСИ.

2 мая лидеры протестного движения представили ВПС их предложения по учреждению гражданской администрации, в состав которой должны были войти «Суверенный совет, исполнительные и законодательные власти». Как сообщил один из лидеров протестного движения Сатеа аль-Хадж, предполагается, что в составе Переходного гражданского правительства будет 17 министров, в законодательной инстанции – 120 – 150 человек. Он отметил, что АСИ ожидает ответ ВПС на эти предложения в течение 72 часов.

К тому времени сложилось впечатление, что арабские союзники Судана – Египет, Саудовская Аравия, ОАЭ – сделали ставку на ВПС, в то время как США поддержали АСИ. Причина такой позиции арабских стран очевидна – они, и в первую очередь Саудовская Аравия, заинтересованы в сохранении суданских подразделений в составе войск арабской коалиции в Йемене. Точная численность суданских военных в этой стране не известна, однако то и дело приходившие похоронки из Йемена послужили только одному – росту недовольства суданцев режимом Аль-Башара.

2 мая в Хартуме было объявлено, что генеральный прокурор Судана Аль-Валид Сайед Ахмед распорядился допросить находившегося в заключении бывшего президента Омара аль-Башира по делам, связанным с «отмыванием денег и финансированием терроризма». Как известно, Судан фигурирует в «черном списке» стран, поддерживающих терроризм, американского Госдепа. В период с 1992 по 1996 гг. он принимал будущего международного террориста №1 Усаму бен Ладена.

Как ранее заявил глава ВПС, суданская делегация должна отправиться в Вашингтон, чтобы обсудить возможность удаления Судана из американского «черного списка».

5 мая посредники на переговорах между ВПС и АСИ предложили сформировать два совета, в том числе один — во главе с генералами, который бы занялся вопросами безопасности страны. Второй совет с задачей  управления страной предполагалось составить из гражданских лиц. Прерогативы каждого из советов предполагалось очертить позднее. Эта идея, похоже, не понравилась ни ВПС, ни АСИ.

6 мая напомнили о себе полувоенные «Силы быстрой поддержки» (СБП), которые в последние годы вели боевые действия против повстанцев в Дарфуре. Они объявили, что арестовали несколько человек и изъяли у них оружие и взрывчатку. Рейд проводился в Хартуме в нескольких километрах от комплекса зданий генштаба, где на тот момент продолжалась сидячая забастовка. Согласно коммюнике СБП, этот рейд позволил «провалить» планы, нацеленные на нанесение ущерба безопасности и стабильности Судана. Он проводился в квартале Ат-Таиф на востоке Хартума после получения информации об «иностранной активности» в одном из домов.

СБП обвиняются правозащитниками в совершении многочисленных преступлений в Дарфуре. В настоящее время они входят в состав суданской армии. Возглавляет СБП генерал Мухаммед Хамдан Дагло по кличке «Хемидти».Он также является заместителем главы ВПС.

СБП были сформированы в 2013 г. при режиме О.аль-Башира для борьбы против повстанцев в Дарфуре. До этого такие функции выполняли арабские формирования «джанджавид».

6 мая комитет врачей, близкий к протестному движению, сообщил, что с 19 декабря, когда в Судане начались массовые манифестации против режима О.аль-Башира, погибли по меньшей мере 90 их участников. Официальные власти утверждают о 65 погибших.

7 мая свое истинное лицо показал ВПС, заявивший, что шариат должен остаться основным источником законодательства в Судане, как это было при О.аль-Башире. Он обвинил АСИ в том, что тот убрал упоминание об этом в своих предложениях на переходный период. Таким образом ВПС дал ясно понять, что он видит будущий режим, равно как и предыдущий, исламистским по своему характеру. В ответ АСИ назвал проблему шариата вторичной.

Были высказаны и другие оговорки военных к предложениям АСИ. В ответ последний обвинил 8 мая военных в попытке задержать передачу власти гражданским. Он пригрозил запустить национальную кампанию «неповиновения».

11 мая военные в лице ВПС предложили гражданским из АСИ возобновить переговоры относительно передачи власти. Первоначально предполагалось, что это случится уже 12 мая, однако затем переговоры были перенесены на 13 мая. Со стороны АСИ в них приняли участие Омар Дигейр и Сатеа аль-Хадж. По итогам переговоров их участники пришли к соглашению относительно нового Суверенного совета и его структуры, а также правительства и законодательной ветви власти..

Как бы пытаясь успокоить движение протеста, власти подталкивали его к этому все новыми жестами. 13 мая в коммюнике генерального прокурора было объявлено, что О.аль-Баширу и его ближайшим сподвижникам предъявлено обвинение в «убийствах манифестантов» в ходе акций протеста против его режима.

14 мая, буквально несколько часов спустя после достижения соглашения о новом Суверенном совете, в Хартуме погибли 6 человек – 1 военный и 5 манифестантов, ранения получили до 200 человек. Как сообщил ВПС, «неизвестные открыли огонь с тем, чтобы саботировать переговоры между двумя сторонами». Инцидент имел место в районе генштаба, где проходила сидячая забастовка. Погиб майор военной полиции, ранения получили 3 солдата. Стрелявшие находились среди манифестантов. Последние обвинили в стрельбе сторонников прежнего режима. Это был первый инцидент с погибшими со времени свержения О.аль-Башира 11 апреля. Сразу подозрение пало на бойцов СБП. Посольство США в Харуме возложило ответственность за случившееся на ВПС.

15 мая было объявлено о достигнутой договоренности между ВПС и АСИ относительно 3-летнего переходного периода , призванного подготовить передачу власти гражданским. До этого военные выступали за 2-летний переходный период, гражданские  — за 4-летний. Предполагается, что в первые 6 месяцев переходного периода будут достигнуты мирные соглашения с повстанцами на западе и юге страны. В будущий парламент войдут 300 назначаемых человек, 67% из них – выходцы из АСИ. Остальные будут представлять политические силы, неаффилированные с АСИ. На тот момент не было ясности относительно Суверенного совета.

Тут же ВПС пошел дальше. Он объявил о приостановке переговоров с АСИ вплоть до ликвидации баррикад на улицах Хартума. При этом речь не шла о прекращении сидячей забастовки перед генштабом. Затем было объявлено, что приостановка военных в переговорах будет действовать 72 часа.

К 17 мая баррикады исчезли с улиц Хартума, однако участники протестного движения пригрозили вновь возвести их в случае, если генералы не вернутся за стол переговоров.

18 мая подали голос исламисты. Они призвали провести в тот день манифестацию против передачи власти гражданским и против проектов отказа от шариата как основы суданского законодательства.

19 мая, накануне возобновления переговоров между военными и гражданскими, АСИ вновь подтвердил свою принципиальную позицию, согласно которой Суверенный совет должно возглавить гражданское лицо. В итоге к утру 20 мая переговоры ни к чему не привели. Они возобновились вечером того же дня, и тут же прекратились из-за разногласий сторон по двум ключевым пунктам – их представительству в Суверенном совете и главе этой инстанции. Как следствие – АСИ объявил 21 мая о намерении организовать «всеобщую забастовку». Ее дата первоначально не была названа. 3 дня спустя было названо 28 и 29 мая. Показательно, что главная оппозиционная партия страны «Аль-Умма» выступила против этой акции.

Также 21 мая Ассоциация суданских работников прокуратуры сообщила, что сотрудники суданской службы разведки NISS воспрепятствовали аресту бывшего главы этой службы Салаха Гоша, в отношении которого был выписан соответствующий мандат по делу о коррупции. С.Гош ушел в отставку 13 апреля, два дня спустя после того, как военные отстранили от власти О.аль-Башира. В связи с происшедшим прокурорские потребовали отставки преемника С.Гоша во главе NISS – генерала Абубакера Мустафы.

25 мая глава ВПС генерал Абдель Фаттах аль-Бурхан посетил Каир. Это была его первая зарубежная поездка в таком качестве. Известно, что глава Египта Абдель Фаттах ас-Сиси поддерживает ВПС – он прошел похожий путь.

 

Тем временем представители сторон южносуданского конфликта по призыву региональных посредников собрались 2 -3 мая в Аддис-Абебе с тем, чтобы попытаться придать новое дыхание находившемуся в тупике мирному соглашению, подписанному в сентябре 2018 г. в столице Эфиопии. Согласно этому соглашению, переходный период должен был завершиться 12 мая формированием правительства национального единства. Но реализация соглашения проходила с очевидным отставанием от установленного графика.

Джуба возложила ответственность за это на повстанцев, поскольку их руководитель Риек Машар, который теоретически должен вновь стать вице-президентом, заявил, что в столице Южного Судана отсутствуют условия безопасности, которые позволили бы ему вернуться. В этой связи он потребовал перенести на 6 месяцев формирование правительства национального единства. По состоянию на начало мая Р.Машар находился в Хартуме. 2 мая он прибыл в Аддис-Абебу, однако не принял участия в переговорах. Со стороны Джубы в них участвовал министр информации Майкл Макей.

После подписания мирного соглашения интенсивность боев снизилась, но они полностью не прекратились.

По итогам переговоров в Аддис-Абебе было объявлено, что стороны согласились перенести на 6 месяцев срок формирования правительства национального единства (ПНЕ). Уже 8 мая президент Южного Судана Сальва Кир назвал слишком коротким срок в 6 месяцев для формирования ПНЕ. Одновременно он обвинил Р.Машара в вербовке новых бойцов в ряды повстанцев.

Уже 14 мая С.Киир вновь призвал Р.Машара вернуться в Джубу, пообещав сотрудничать с ним.

6 мая ЮАР подписала контракт, оформленный еще в ноябре 2018 г., относительно разведки на нефть и ее добычи в Южном Судане. Согласно документу, ЮАР инвестирует в нефтедобычу в Южном Судане 1 млрд долларов. Предусмотрено, что южносуданская компания Nile Petroleum Corporation (Nilepet) совместно с южноафриканской национальной компанией Strategic Fuel Fund (SFF) будут разрабатывать так называемый блок B2 площадью 31 тысяча кв. км.

До начала гражданской войны в декабре 2013 г. в Южном Судане ежедневно добывалось 350 тысяч баррелей нефти. Этот показатель сократился до 150 тысяч баррелей в день к концу 2018 г. Благодаря подписанию мирного соглашения он вырос к настоящему времени до 175 тысяч баррелей в день.

До настоящего времени в Южном Судане были представлены главным образом нефтедобывающие компании из Китая и Малайзии. На этот рынок вышли также компании  из России и Нигерии.

В целом, в Судане по итогам мая вновь сложился блок между военными и исламистами, как это было в момент военного переворота 1989 г. и в первое время после него.

В этой связи представлялась не очень обязательной публикация в мае на портале правовой информации в связи со вступлением в силу текстов Соглашения между правительствами РФ и Судана о военном сотрудничестве и Соглашения между правительствами двух стран о создании представительства Минобороны РФ при военном ведомстве Судана. Понятно, что эти документы готовились в период, когда О.аль-Башир был еще у власти. Здесь закономерны вопросы. А кому были нужны такие соглашения? России при известной репутации О.аль-Башира? Вряд ли. А разве нельзя было просчитать ситуацию заранее?  Ведь протестные выступления в Судане начались еще в декабре. Видно, некому. И несмотря на известное развитие событий в Судане бюрократическую машину оказалось невозможно остановить.

43.59MB | MySQL:87 | 1,004sec