О ситуации вокруг ядерной программы Ирана

Власти Ирана проинформировали исполняющего обязанности генерального директора Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) Корнела Феруцэ на переговорах в Тегеране о третьем этапе сокращения его обязательств, предусмотренных Совместным всеобъемлющим планом действий (СВПД) по ядерной программе. Об этом сообщили в воскресенье 8 сентября в штаб-квартире МАГАТЭ в Вене. «Обсуждения также включали проверку и контроль МАГАТЭ за выполнением Ираном ядерных обязательств в рамках СВПД. В связи с этим Феруцэ был проинформирован о заявленной Ираном деятельности по исследованиям и разработкам центрифуг. Он [Феруцэ] сообщил, что доложит об этой деятельности Совету управляющих МАГАТЭ», — говорится в заявлении организации. В международном агентстве также сообщили, что Феруцэ провел в иранской столице официальные переговоры с министром иностранных дел Ирана Мохаммадом Джавадом Зарифом, главой Организации по атомной энергии Ирана Али Акбаром Салехи и другими высокопоставленными иранскими представителями. «Обсуждения затронули деятельность МАГАТЭ в Иране с акцентом на постоянное взаимодействие между МАГАТЭ и Ираном по вопросу реализации Соглашения о гарантиях и Дополнительного протокола», — отметили в агентстве. «Исполняющий обязанности генерального директора Феруцэ подчеркнул, что эти взаимодействия требуют полного и своевременного сотрудничества со стороны Ирана. Он также указал, что деятельность МАГАТЭ в области гарантий осуществляется беспристрастным, независимым и объективным образом и в соответствии со стандартными процедурами», — заключили в агентстве. Как информировал ранее представитель Организации по атомной энергии Ирана Бехруз Камальванди, Тегеран в пятницу 6 сентября приступил к третьему этапу по сокращению обязательств в рамках ядерной сделки и отказался от ограничений исследовательской деятельности: ввел в эксплуатацию блок из 20 центрифуг нового поколения IR-6 для обогащения урана и в дальнейшем запустит блок из 30 центрифуг IR-6, а также блок из 20 центрифуг IR-4. Будущее иранской ядерной сделки оказалось под вопросом после одностороннего выхода США из соглашения 8 мая 2018 года и введения Вашингтоном санкций против Ирана в сфере нефтяного экспорта. Ровно через год — 8 мая 2019 года — Иран объявил о первом этапе приостановки части обязательств по ядерной сделке (остановка на 60 суток продаж обогащенного урана) и дал другим участникам два месяца (до 8 июля) на то, чтобы вернуться к ее выполнению. 7 июля Тегеран перешел ко второму этапу приостановки (объявил об обогащении урана свыше 3,67%) и пообещал сокращать обязательства каждые 60 дней, если другие участники не будут придерживаться достигнутых договоренностей.

Таким образом, эксперты однозначно приходят к выводу о том, что Иран четко исполняет, как им и было обещано, свои  отступления от обязательств, взятых им в рамках ядерной сделки 2015 года, известной как Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД). В этой связи важно заметить, что новые шаги иранцев связаны в основном с исследованиями, разработками и испытаниями центрифуг. При этом Тегеран четко выполняет следующие ограничения:

— Проведение обогащения осуществляется  таким образом, чтобы не накапливался обогащенный уран.

— Ограничение обогащения урана только центрифугами IR-4, IR-5, IR-6 и IR-8.

— Ограничение механических испытаний этих центрифуг двумя одиночными центрифугами каждого типа.

— Прекращение исследований для других технологий разделения изотопов.

Первый этап постепенного приостановления действия СВПД Ирана был объявлен в мае, и вскоре после этого Тегеран увеличил свои запасы низкообогащенного урана. Второй этап был объявлен в июле, когда Иран заявил, что он увеличит свое обогащение урана за пределами СВПД. Тегеран предупредил, что если Европа снова не сможет предоставить финансовую помощь Ирану, как было обещано в сделке, она предпримет четвертый шаг для дальнейшего сокращения своих ядерных обязательств еще через 60 дней (или 5 ноября  2019 года). Это последнее сокращение обязательств Ирана по СВПД призвано продемонстрировать решимость против эскалации американской санкционной кампании и создать рычаги для будущих переговоров по снятию таких санкций. При этом, повышение уровня обогащения  урана в передовых центрифугах и других областях является относительно мягким шагом по сравнению с установкой и использованием более современных центрифуг и повышением уровня обогащения до 20 процентов. В этой связи эксперты отмечают, что пока обязательства по СВПД, которые Иран уже приостановил, все еще обратимы. И действительно, Иран объявил, что любые действия в отношении центрифуг будут по-прежнему контролироваться МАГАТЭ, сигнализируя тем самым, что Тегеран все еще планирует пока оставаться в сделке. Однако любые сокращения обязательств Ирана по СВПД одновременно, вне зависимости от их реального воплощения и качественного наполнения,  принципиальны, поскольку каждое из них теоретически ускоряет сроки разработки ядерного оружия в стране.

Что за всем этим стоит? Американские эксперты полагают, что, прежде всего, таким шагом Иран продолжает оказывать давление на Европу, чтобы поддержать механизмы финансирования, которые создают некоторую финансовую подушку безопасности для Ирана. Таким образом, все внимание будет приковано к усилиям ЕС найти способ успокоить Тегеран, не прибегая к дополнительным санкциям по примеру США. Это сложная задача, но есть небольшое окно для переговоров, поскольку Вашингтон указал, что он все еще хочет избежать подталкивания Ирана к ядерному распространению и более агрессивному возмездию. Однако чем дольше Иран будет находится под санкциями, тем больше вероятность того, что Иран будет вынужден пойти на такие крайние меры. И если Иран продолжит эскалацию своих угроз дальнейшего отхода от СВПД, тем больше он рискует в конечном итоге пересечь «красную линию» с Европой и попасть под абсолютный пакет санкций. Рискнем в данном случае не вполне согласится с американцами. Борьба между Вашингтоном и Тегераном за Европу в принципе уже окончилась патовой ситуацией. Позиция Брюсселя по этому вопросу остается абсолютно беззубой, которая должна,  по замыслу европейских стратегов, сохранять нужную позицию нейтральности по отношению к каждой из сторон этого противостояния. Такая позиция подразумевает, что Брюссель не пойдет на возобновление санкций против Ирана в полном объеме, но при этом и никаких внятных действий в рамках формирования альтернативных от США инструментов осуществления финансовых расчетов с Ираном он также делать не будет. О такой позиции Брюсселя свидетельствует реакция и конкретные действия в рамках продолжающегося противостояния между Вашингтоном и Тегераном. Евросоюз призывает Иран не отказываться от выполнения обязательств в рамках Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по ядерной программе Тегерана. Об этом заявила официальный представитель внешнеполитической службы ЕС Майя Косьянчич на брифинге в Брюсселе в пятницу 6 сентября. «Мы призываем Иран отказаться от ядерной деятельности, которая не соответствует его обязательствам в рамках СВПД, и воздерживаться от любых шагов, которые подрывают полное выполнение соглашения», — заявила Косьянчич. «Мы глубоко озабочены решением Ирана в третий раз снизить свои обязательства в рамках СВПД. Мы придерживаемся последовательной позиции, что наша поддержка ядерного соглашения зависит от уровня его выполнения Ираном. Мы продолжаем оценивать выполнение Ираном этих договоренностей на основании отчетов МАГАТЭ», — сказала она. Вот собственно пока все ограничивается выражением такой озабоченности. Плюс невразумительные и плохо просчитанные инициативы Парижа.  Недавно Франция предложила предоставить Ирану кредитную линию в размере 15 млрд долларов в обмен на соблюдение СВПД, в отношении которого Соединенные Штаты, в частности, сохранили нейтралитет. Инициатива глупая и популистская: если хочешь дать кредит, дай его от имени государства в евро. В этой комбинации США надо будет вводить санкции против Франции, как государства, что вообще нереально по многим причинам.  В этой связи все эти инициативы должны только подтвердить реноме Э.Макрона, как одного из архитекторов внешней политики Брюсселя. Но пока ни одна инициатива французского президента не то, чтобы не была реализована, а даже не дошла до попытки какого-то практического воплощения. Но в то же время Вашингтон демонстративно не показал никаких признаков того, что он планирует ослабить свою политику максимального давления на Иран и разрешить создание таких механизмов финансирования.  Соединенные Штаты пока изучают предложение президента Франции Эммануэля Макрона о выделении Ирану кредитной линии на 15 млрд долларов для сохранения Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по ядерной программе. Об этом заявил в среду 4 сентября  постоянный представитель США при ЕС Гордон Сондлэнд на брифинге в Брюсселе. «Что касается инициативы Макрона по кредиту для Ирана, правительство США изучает это. Вопрос кредитной линии изучается, и на данный момент никаких других комментариев нет», — подчеркнул он. В то же время Сондлэнд отметил, что «политика США в отношении Ирана заключается в поддержании максимального давления на Тегеран». В данном случае мы имеем здесь редкий пример американской дипломатической вежливости, поскольку никакой практической реакции на такое предложение по определению не будет. Американцам нужно совсем другое: они хотят добиться абсолютного дистанцирования европейцев от сделки, и такие шаги такому сценарию не способствуют. По утечкам из Белого дома,  вероятность того, что Соединенные Штаты поддержат этот план Франции, остается низкой. В этой связи отметим, что Париж (а вместе с ним и Брюссель) играет на две доски, одной рукой выдавая какие-то безумные инициативы о кредитах, а другой — фактически блокируя задействование альтернативного от американцев механизма финансовых расчетов с иранцами. В январе Европейский союз одобрил платежный механизм, названный инструментом поддержки торговых обменов (INSTEX), для облегчения торговли с Ираном, несмотря на санкции США. Но  4 сентября  Франция, как сообщается, предупредила, что INSTEX не будет создан до тех пор, пока зеркальный платежный инструмент Ирана не будет признан действующим и пока его действия по борьбе с финансированием терроризма и отмыванием денег не будут признаны соответствующими международным стандартам. Это требование Франции оказывает давление на Иран с тем, чтобы он продвигался вперед с законодательными реформами по сокращению финансирования терроризма и отмывания денег, которые застопорились в 2019 году. Целевая группа по финансовым мероприятиям также угрожает вновь ввести дорогостоящие контрмеры в отношении Ирана, если он не добьется достаточного прогресса в проведении таких реформ. То есть, одной рукой разрешаем, другой — запрещаем и подвешиваем ситуацию на возможно больший срок. Но это совершенно не означает, что Вашингтон может расчитывать на то, что Брюссель вдруг решит присоединится к американским санкциям. Даже, если ЕС вдруг официально рано или поздно объявит о прекращении действия СВПД, к санкциям в полном объем он прибегать не будет. Политика «страуса» по равноудаленности это не предусматривает, поскольку в этом случае надо будет нести ответственность за возможные негативные последствия. А для современного политика-европейца  важно досидеть с минимальными политическими рисками до конца своего демократического срока. Отсюда и отказ реагировать положительно на инициативы США по созданию каких-то коалиций по охране судоходства в Персидском заливе.   Евросоюз в обозримом будущем не примет решения о начале военной миссии в Ормузском проливе, поскольку это может способствовать военной эскалации в регионе. Об этом заявил в конце августа  глава МИД Латвии Эдгарс Ринкевичс по прибытии на неформальную встречу глав МИД и министров обороны ЕС. «Военная миссия может привести к военной эскалации в регионе, по этому вопросу нет согласия. Мы будем обсуждать эту проблему, но в ближайшее время не стоит ожидать никаких практических решений, — заявил он. — Даже в моей стране Латвии нет согласия, когда речь заходит об этой миссии».  Опасения, что миссия ЕС может быть неблагоприятна для военной стабильности в регионе ранее в Хельсинки выразила и верховный представитель Евросоюза по иностранным делам и политике безопасности Федерика Могерини. «Безусловно, мы заинтересованы в обеспечении свободы и безопасности морских путей ближе к дому, включая Ормузский пролив. Но мы также хотим способствовать деэскалации обстановки в регионе и поддержать общие позитивные усилия игроков в этом регионе», — отметила она. Она сообщила, что на этой встрече обстановка в Персидском заливе будет обсуждаться лишь в контексте общей ситуации на Большом Ближнем Востоке. Она также подчеркнула, что ситуация вокруг Ирана на нынешней встрече будет рассматриваться «в более широком ключе, в рамках дискуссии по Большому Ближнему Востоку с главами МИД» 28 стран ЕС. Ситуация в регионе Персидского залива обострилась после того, как 13 июня в Оманском заливе на двух танкерах после предполагаемого нападения произошли взрывы и пожары. США возложили ответственность за инцидент на Иран, их поддержали Великобритания и Саудовская Аравия. Тегеран эти обвинения отверг. В этой связи важно отметить и тот факт, что «танкерную войну» Тегеран выиграл. По крайней мере на нынешнем этапе.  Иранский танкер, задержанный ранее в Гибралтаре по запросу США по подозрению в нарушении санкций против Сирии, выгрузил находившуюся на его борту нефть в сирийской порту. Об этом сообщил в пятницу 6 сентября  со ссылкой на собственные источники базирующийся в Лондоне интернет-портал «Миддл Ист ай» (Middle East Eye), освещающий проблемы Ближнего Востока. По данным издания, танкер Adrian Darya 1 («Адриан Дариа-1»), прежде носивший название Grace 1 («Грейс-1»), выгрузил 55% своего груза нефти в одном из портов Сирии поздно вечером в четверг. Напомним, что 4 июля власти Гибралтара задержали иранский танкер Grace 1, следовавший под флагом Панамы, по подозрению в том, что он доставлял иранскую нефть в Сирию в нарушение режима санкций. 15 августа Гибралтар освободил иранское судно, и танкер покинул воды пролива. В Организации портов и судоходства Ирана сообщили, что танкер сменил название с Grace 1 на Adrian Darya 1 и направится в один из средиземноморских портов. 2 сентября онлайн-трекер судов Shiptracker.live информировал, что Adrian Darya 1 находится в Восточном Средиземноморье в 80-90 км к западу от ливанского порта Триполи и на примерно таком же расстоянии к северо-западу от Бейрута. Вот собственно, что и следовало доказать. Жесткий ответ иранцев на арест своего танкера, который британцы осуществили явно по просьбе своих американских партнеров, со всей очевидностью показал, что ЕС не держит ответного удара, и спокойствие для него является приоритетом. Этот приоритет и определяет невнятную и двойственную политику Брюсселя на иранском направлении. Это надо учитывать, и обращать мало внимания на различные мертворожденные инициативы и озабоченности. Тегеран же четко на этом примере показал Западу, что является для него «красными линиями», и выиграл.  В более общем плане это говорит нам о том, что ни американцы, ни, тем более, европейцы воевать с Ираном не собираются в принципе.

Это о позиции ЕС. Теперь более принципиальный вопрос — какова позиция Вашингтона, и имеет ли она шансы трансформироваться в среднесрочной перспективе, оч ем все более настойчиво говорят в Белом доме? В этой связи американские эксперты отмечают, что Соединенные Штаты пригласили Роухани сесть с президентом США Дональдом Трампом в конце сентября.  Возможность проведения встречи американского лидера Дональда Трампа с президентом Ирана Хасаном Роухани на полях общеполитических дебатов Генассамблеи (ГА) ООН будет зависеть от решений, которые примет Тегеран. Об этом заявил в воскресенье 8 сентября госсекретарь США Майкл Помпео в эфире телеканала Эй-би-си. «Мы хотим провести консультации. Президент Трамп заявлял, что он готов встретиться с президентом Роухани без предварительных условий. Он неоднократно это говорил», — констатировал шеф американской дипломатии. На вопрос о том, полагает ли он, что лидеры встретятся во время ГА ООН в текущем месяцев, Помпео ответил: «Я не могу сказать. От аятоллы (руководитель и духовный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи — прим. ТАСС) зависит, примет ли он верное решение относительно курса его страны». В эфире телеканала «Фокс ньюс» Помпео заявил: «Президент Трамп решит, следует ли встречаться, в зависимости от того, будет ли, по его мнению, возможность добиться позитивных для американцев результатов. Он заявлял, что встретится с ним без предварительных условий». Трамп в среду допустил возможность проведения встречи с Роухани на полях общеполитических дебатов ГА ООН. «Все возможно», — сказал он. «Они хотят поговорить. Они хотят заключить сделку», — добавил американский лидер, говоря об иранских властях. Сразу отметим, что перспективы такой сделки туманны, а все заявления американцев о желании иранцев «говорить» надо делить на десять. В этой связи отметим, что даже в самом Госдепе такой сценарий полагают излишне оптимистичным. По их оценке, маловероятно, что Иран примет такое предложение без перспективы возможного ослабления санкций. Но суть в данном случае в ином: этот подход отражает подход Белого дома на сегодня. Он включает в себя комбинацию публичной открытости для переговоров с Тегераном, при одновременном наращивании объема санкционного давления. Задача-минимум в данном слух — окончательное артикулирование позиции Европы, а максимум — смена режима в самой ИРИ. И такой подход в общем-то делает эту политику малопродуктивной в среднесрочной перспективе с точки зрения сохранения СВПД.

52.75MB | MySQL:104 | 0,460sec