К итогам международной конференции по Сирии, организованной Народно-республиканской партией Турции. Часть 3

28 сентября 2019 года в Стамбуле состоялось мероприятие, организованное со стороны главной оппозиционной Народно-республиканской партии Турции. Оно получило название Международная конференция по Сирии, которая проходила под заголовком «Дверь, открывающая мир для Сирии». Продолжаем делать обзор этого мероприятия, которое встретило жесткий отпор со стороны действующего руководства Турции, усмотревшего в инициативе оппозиции вызов с её стороны и вторжение в свою сферу компетенции (ссылка на часть 2 публикации: http://www.iimes.ru/?p=61604).

Напомним, что мы остановились на обзоре Второй сессии Конференции, которая называлась «Проблемы, с которыми сталкиваются сирийские беженцы (в Турции – И.С.)». Это была, безусловно, одна из сессий мероприятия, к которой докладчики были вооружены фактами, оформленными в презентации, наилучшим образом.

В частности, мы рассматриваем презентацию Мурата Эрдогана, который является директором Исследовательского центра по миграции и интеграции Турецко – Германского университета.

В ходе своей презентации он привел цифры Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев, по состоянию на сентябрь 2018 года. В частности, число лиц, «вызывающих обеспокоенность», в Турции составляет приблизительно 3,9 млн человек, которые включают: 3,5 млн выходцев из Сирии, 170 тысяч выходцев из Афганистана, 142 тысячи выходцев из Ирака, 39 тысяч выходцев из Ирана, 5,7 тыс. граждан Сомали и ещё 11,7 тыс. граждан других национальностей.

Ещё одним важным фактором является неуклонный рост рождаемости среди сирийских беженцев в Турции. Это М.Эрдоган иллюстрирует следующими показателями.

В период с 2011 по 2015 год в Турции родилось около 100 тыс. детей от сирийских беженцев.

В 2016-м году родилось уже 82 850 детей (то есть, рождаемость составила 225 детей в день).

В 2017-м году родилось 11 1325 детей (304 детей в день).

В 2018-м году – 140 тыс. детей (383 детей в день).

В 2019-м году, как ожидается, число детей, родившихся от сирийских беженцев, проживающих на территории Турции, составит около 170 тыс. новорожденных или около 465 детей в день.

Такое количество детей уже сформировало серьезный спрос на образовательные услуги для сирийских отпрысков в Турции. В свою очередь, это требует серьезных вложений со стороны турецкого государства в образовательную сферу и даже некоторой адаптации образовательного процесса.

Если рассматривать сирийских детей школьного возраста в Турции (от 5 до 17 лет), то получится следующая картина. Детей этого возраста от сирийских беженцев в Турции насчитывается 1 045 000 чел. Плюс сюда же надо добавить иностранных детей от «несирийцев» — числом около 190 тыс. детей. Итого, в общей сумме, получится 1 млн 235 тыс. детей.

Какую же потребность в школах и учителях они создают?

Согласно расчетам М.Эрдогана, для этих детей требуется дополнительно 1713 школ и 60 тысяч учителей (!).

Какую поддержку оказывают находящимся на территории Турции сирийским беженцам?

Один из каналов поддержки – это «Красный полумесяц», по линии которого каждый беженец получает ежемесячно около 120 турецких лир, что, по текущему курсу, составляет менее 20 евро в месяц.

Далее докладчик дает краткую картину сделки между Турцией и ЕС (т.н. Брюссельское соглашение- И.С.).

Картина получается у него, для турецкой стороны, не слишком радужная. И, наоборот, сделка выглядит крайне выгодной для европейцев.

Турция обязуется оставить сирийских беженцев на своей территории. В обмен, ЕС обязуется выделить сумму около 42 евро в месяц на человека. В качестве «приятных бонусов», ЕС обеспечивает либерализацию проезда турок в ЕС, а также открывает некоторые переговорные досье в рамках процесса по вступлению страны в ЕС. Как напомнил докладчик, вот эти дополнительные обещания ЕС, до сих пор, так и не выполнил. То есть, нет никакой либерализации режима въезда турецких граждан в Европейский союз – ни безвизового режима, ни упрощения процедуры въезда. Также нет никакого переговорного процесса между Турцией и ЕС – он официально свернут, а Министерство по делам ЕС в Турции, пусть и не ликвидировано, но понижено в статусе до уровня Управления при МИДе страны.

Понятно, что для Турции сирийские беженцы – это существенная нагрузка. То, что для ЕС является 0,2% населения, для Турции – это 4% населения. А, следовательно, экономический и социальный эффект от пребывания сирийцев для Турции – в разы существеннее, чем это могло бы быть для Европы.

Европейская политика в отношении сирийских беженцев сформулирована М.Эрдоганом следующим образом: «Самый лучший беженец для ЕС – это счастливый беженец, находящийся в Турции».

Почему? – Это очевидно: стандарты пособий для беженцев в Европе – достаточно высоки (а что происходит в Турции европейцев, разумеется, не беспокоит — И.С.).

В качестве примера, автор публикации говорит о Германии, где пособия для беженцев составляют около 1250 евро в месяц или 15 тыс. евро в год. Далее автор, с учетом волн беженцев за пределы Сирии, рассчитывает во что бы обошлись те же самые беженцы, которые сейчас находятся в Турции, самой Германии. Автор «насчитывает» Германии астрономическую сумму в 239 млрд евро с 2011 года вплоть по настоящее время.

При этом реалистичная сумма оценки прямых и косвенных издержек, связанных с пребыванием сирийцев на турецкой территории, составляет сумму около 50 млрд евро, что далеко от тех договоренностей, которые были достигнуты между Турцией и ЕС в рамках так называемого «Брюссельского соглашения».

Иными словами, турецкая оппозиция прямо говорит о том, что, выражаясь в терминах маркетинга, налицо — downsell. То есть, продажа по заниженной стоимости, согласованная турецким руководством. Да ещё и при том, что Европа не исполнила часть взятых, в рамках достигнутой сделки, обязательств. Это касается как виз, так и переговорного процесса Турция – Европа. При этом Турция свои обязательства по тому, чтобы предоставить свою территорию для беженцев, так или иначе, выполняет и останавливает поток беженцев, который, в противном случае, неминуемо захлестнул бы Европу. Разумеется, отдельным вопросом являются условия пребывания беженцев в Турции, которые далекие от европейских. Но, повторимся, до тех пор, пока это происходит на турецкой территории этот вопрос если кого-то и беспокоит, то европейских правозащитников, но не налогоплательщиков.

В своей презентации автор отметил то, что зачастую остается за кадром – то, что Турция сооружает стену вдоль турецко-сирийской границы. Её целью является как борьба с терроризмом, так и установление контроля над потоком беженцев из Сирии. При этом один из слайдов презентации озаглавлен весьма характерно: «Политика в отношении беженцев не выдерживает эмоциональных оценок: государство, которое не в состоянии защитить свои границу, не проводит, одновременно, и совестливую политику в отношении беженцев».

Завершает автор тем, что в мире есть универсальные принципы, однако нет универсальных принципов, касающихся «гармонизации» (то есть, адаптации для беженцев или выходцев из других стран – И.С.). Заключает автор тем, что предлагает разработать самим эти принципы.

В основе этого автор предлагает проявить стратегическую решимость, обеспечить административные и законодательные изменения (в частности, касающиеся статуса тех, кто пребывает на турецкой территории – И.С.), проводить политику, основанную на (конкретных статистических – И.С.) данных, обеспечить готовность и принятие обществом (прибывших в страну из-за рубежа, в качестве беженцев; с этим, в последнее время, в стране ситуация стала заметно хуже, чем была раньше – И.С.), подключить беженцев к процессам (с ними связанным), создать модели гармонизации на местах и т.д.

Последнее обстоятельство заслуживает небольшой ремарки: как можно судить из увиденного и из услышанного на Конференции, Народно-республиканская партия, которая получила под свое начало немало мэрских должностей, декларирует свое намерение по тому, чтобы на местах проводить свою собственную политику в отношении беженцев, находящихся на территории вверенных представителям НРП городов.

В частности, никто им не мешает оформлять свои проекты в форме технико-экономических обоснований и подавать заявки на получение европейского проектного финансирования (как не раз заявлялось на Конференции, Европа не доверяет действующей турецкой власти, а также не хочет выделять средства под уже понесенные расходы; европейцы готовы финансировать проекты, но не понесенные расходы и не будущие расходы, которые определены исходя из нормы расходов на беженца в месяц или в год его пребывания в Турции – И.С.). Собственно, НРП желание следовать такому пути по налаживанию прямых контактов с Европой обозначило достаточно четко.

Следующим докладчиком на конференции был Омар Кадкой, политический аналитик из Турецкого фонда исследований экономической политики (TEPAV). Его сферой научных интересов является миграция, а также социально-экономическая интеграция перемещенного населения. Его исследования касаются рынка труда Турции в части сирийских беженцев, вопросов предпринимательства сирийцев, а также политики Турции в отношении беженцев и оценки происходящих в стране законодательных изменений.

Собственно, его презентация и была посвящена рынку труда Турции для выходцев из Сирии. На самом деле, это – в значительной мере, неизвестный вопрос для широкой публики не только за пределами Турции, но и в самой стране. Хотя все и говорят о том, что сирийцы, в значительной степени, изменили рынок труда в некоторых отраслях, сбив цены и вызвав раздражение у местных жителей. Но это – лишь общие слова, за которыми крайне редко следует конкретика. Та, в частности, которой пестрили доклады на этой части Конференции.

Итак, в самом начале автор, как раз, и задает вопрос, а что, собственно, известно в Турции про сирийских беженцев.

Какие на этот счет есть твердые факты?

Для начала, известно количество сирийских учащихся школ, есть данные по разрешениям на работу, а также по выдаче гражданства. Кроме того, в крупных городах страны, таких как Стамбул и Анкара, можно наблюдать места компактного расселения беженцев. Также, так или иначе, может быть оценено влияние сирийцев на турецкий рынок рабочей силы.

Итак, теперь как это автор презентации выразил языком цифр? Приведем данные с его слайдов.

В Турции проживают 3 663 863 сирийца. 98% из них находятся в городской среде и лишь 2% в специально отведенных для этой цели лагерях. 1,98 млн – это мужчины, и 1,67 млн – это женщины.

Треть сирийцев, согласно данным, приведенным в презентации, — это дети школьного возраста. Их численность составляет 1 047 536 человек. Из них 62,53% детей обучаются в школе (50,8% мальчиков и 49,2% девочек).

Две трети сирийцев – это лица трудоспособного возраста. И только 1,5% имеют официальные разрешения на работу в стране. Все остальные, так или иначе, трудятся на нелегальном рынке труда.

Натурализовавшиеся сирийцы (надо понимать, получившие турецкое гражданство) представлены весьма немногочисленным срезом. Их число составляет всего 108 тыс. человек (что, согласимся достаточно немного на фоне общего притока беженцев и, кстати, автоматически снимает обвинение в адрес действующего руководства страны о том, что оно, дескать, «растит» себе армию избирателей, которые проголосуют на выборах и, будучи лояльной аудиторией, непременно выберут Партию справедливости и развития – И.С.). И приблизительно половина из них – это лица возраста до 18 лет. Иными словами – те, кто, по всей видимости, получил образование в Турции и, в значительной мере, вписался в турецкую жизнь уже на полноценных правах.

Довольно интересную карту расселения сирийских беженцев показал в своей презентации Омар Кадкой. Там показано, что около одной трети сирийских беженцев проживают на юго-востоке страны. Также изрядное количество сирийцев находится в Анкаре, в Стамбуле и в близлежащих населенных пунктах. Остальные, пусть и неравномерно, но покрывают чуть ли не всю территорию страны.

Говоря об эффекте сирийцев на турецкий рынок рабочей силы, автор презентации приводит ряд цитат, где утверждается, что сирийцы дополняют (!) турецкий рынок рабочей силы, но не приводят к тому, к примеру, что средние заработные платы для мужчин и для женщин в Турции снижаются.

При этом около 650 тыс. сирийцев неформально (то есть, без выдачи разрешений на работу — И.С.) задействованы в работе в таких отраслях как сельской хозяйство, легкая промышленность и строительство. Разумеется, они работают на худших, по сравнению с местными жителями, условиях. Пожалуй, единственная сфера, где можно наблюдать замещение местной рабочей силы приезжими касается «черного рынка труда». Где местные турки трудились без должного оформления на работу и без выплаты, разумеется, соответствующих налогов и сборов (социальные отчисления, подоходные налог и т. д. — И.С.).

При этом, понятно, что на пути к полноценной интеграции сирийцев в турецкий рынок труда стоит безработица среди местного населения. Как отметил докладчик, в возрастной категории от 15 до 24 лет безработица среди турок составляет около 24,8%.

В числе прочих барьеров к тому, чтобы вывести из тени сирийских работников в Турции, называются сопутствующие издержки. Впрочем, правительство предусмотрело сокращение административных расходов по выпуску разрешений на работу.

Ещё одним барьером называется отсутствие эффективной системы мониторинга за теневым рынком труда. А также эффективных инструментов, включающих как «кнут», так и «пряник», использование которых мотивировало бы работодателей работать «в белую».

Также понятно, что сирийские беженцы зачастую не имеют необходимых документов, которые требуются для выпуска разрешений на работу. Работодатели в Турции, при этом, как правило, не в курсе того, что в стране создано и работает Национальное агентство по занятости, предоставляющие различные услуги. Сирийцы испытывают языковые проблемы, когда ознакомляются с предоставляемыми турецким государством услугами (проще говоря, соответствующие материалы не всегда переведены на арабский язык; хотя надо отметить, что в Управлении по иммиграции сейчас немало персонала, владеющего основными для ведомства языками, в числе которых как арабский язык, так и русский язык – И.С.).

Ещё один момент – это то, что сирийцы зависят от получаемой ими финансовой помощи. А, следовательно, они склонны к тому, чтобы работать неофициально, чтобы не лишиться существенного для них источника финансов.

Помимо тех сирийцев, которые работают неофициально в Турции, есть целая категория перемещенных лиц, которые пытаются в стране заниматься бизнесом. В частности, в период с 2010 года по второй квартал 2019 года в Турции было зарегистрировано 14634 компании с участием сирийских предпринимателей. При этом их суммарный уставной капитал составил сумму приблизительно в 1,3 млрд тур. лир (что в пересчете на доллары по текущему курсу составляет около 224 млн долларов или, в среднем, около 15 тыс. долларов на компанию).

52.84MB | MySQL:106 | 0,467sec