Ситуация в Тунисе: сентябрь-октябрь 2019 г.

Президентско-парламентские выборы 2019 г., названные «второй революцией», дали проявиться с новой силой социально-политическим трудностям тунисского общества: кризису легитимности политической системы, неспособности политиков вывести экономику из регресса, чрезмерному влиянию на Тунис внешних игроков.

Особенности президентских выборов 2019 г.

Президентские выборы проходили в два тура: 15 сентября и 13 октября. По результатам первого тура, в котором за высший государственный пост сражались 24 кандидата, в лидеры выбились правовед Каис Саид и медиамагнат Набиль Каруи. Во втором туре Саид одержал уверенную победу над Каруи – 73% голосов против 27%. На выборах 2019 г. традиционно отмечалась сравнительно низкая явка – 45-55% из 7 млн зарегистрированных избирателей. Большое количество заявок (более 80) и длинный список соперников (26 допущенных кандидатов), как и в 2014 г., приводили в замешательство голосовавших. Одни и те же политические течения были представлены сразу несколькими кандидатами едва ли ни с идентичными программами.

Самая крупная левая партия — Народный фронт ввиду внутренних противоречий выдвинула двух кандидатов – своего бывшего лидера Хамму Хаммами и нового спикера Монджи ар-Рахви. От бургибистов выступили министр обороны Абделькарим Збиди, Абир Муси, Мухсин Мазук и др. Кроме официального выдвиженца от «Ан-Нахды» – Абдельфаттаха Муру, идеологию исламистов несли Хатим Бульбьйар, покинувший ряды «Ан-Нахды» в 2019 г., и бывший член движения и премьер-министр Туниса в 2011-2013 гг. Хамади аль-Джебали. Кроме того, исламисты давали понять, что в целом поддерживают своего «запасного кандидата», нынешнего премьер-министра Юсефа Шахеда. В итоге голоса избирателей сильно рассеивались. Неудивительно, что Муру занял в первом туре лишь третье место, хотя партия умеренных исламистов считается одной из самых организованных и тратит немалые средства на агитационные цели. Для них это поражение было настолько горьким, что пресс-секретарь штаба исламистов Самир Дилу до последнего не признавал предварительные результаты, ожидая данных Высшей независимой избирательной комиссии (Центризбиркома) и в тайне уповая на вероятность вынесения Каруи обвинительного приговора, чтобы Муру вышел во второй тур, но — увы. Медиамагнат Набиль Каруи, задержанный в августе 2019 г. по обвинению в отмывании денег и прозванный «тунисским Берлускони», 9 октября был освобожден по формальным основаниям и смог полноценно участвовать во втором туре выборов.

СМИ преподнесли итоги выборов как «протестное голосование» и «политическое землетрясение», ведь все фавориты признали поражение. «Случившееся – результат раздробленности демократических рядов… мы приняли послание от избирателей, …это урок, который нам нужно усвоить», — печально заявил Юсеф Шахед.[1] Большинство экспертов сошлись во мнении, что сокрушительный провал как либералов-модернистов, так и исламистов свидетельствует о кризисе легитимности новой элиты в Тунисе, пробивавшей себе дорогу после «арабской весны». Потерпел провал тунисский политический истеблишмент и связанные с них круги, в то время как народ отдал предпочтение простому честному и скромному человеку, не причастному к политике, взявшему на вооружение революционный лозунг «Народ хочет!». Уже во время принесения присяги 23 октября Каис Саид заметил, что выборы 2019 года в Тунисе «это настоящая революция в том смысле, что обычно революция совершается против закона, а произошедшее в Тунисе – это истинная революция при помощи исключительно легитимных инструментов». [2] Единственное, что обещал Саид – в полной мере следовать Конституции и закону и обеспечить независимость судов.

С другой стороны, вторые после «арабской весны» свободные демократические президентские выборы имели ряд особенностей. Во-первых, их итоги до самого последнего дня оставались трудно предсказуемыми, от чего атмосфера была крайне напряженной. Обозреватель газеты «Ас-Сыхафа» рассуждал накануне второго тура выборов: «Даже если кто-то поклянется, что он был уверен в победе Каиса Саида и Набиля Каруи в первом туре, не поверю». [3]

Во-вторых, на удивление активно в ходе агитационных кампаний повела себя молодежь, так что газета «Ля Пресс» озаглавила одну из статей о выборах «Пробуждение молодежи». Опросы общественного мнения показали, что более 90% молодых тунисцев 25-28 лет голосовали за Каиса Саида, поверив в него. Студенты добровольно и безвозмездно проводили для него агитационную кампанию. Даже те молодые люди, кто не решился дойти до избирательной урны, не остались равнодушными к постам социальных сетей, связанным с выборами. А колоритность этих постов напоминала состояние информационной войны, где в ход шел и черный PR, и фейки против всех, кроме, пожалуй, Каиса Саида. Молодежь, как и прежде, в составе НПО охотно выполняла роль наблюдателей. Группы молодых активистов знакомили население с программами кандидатов. Один из сайтов такой группы привлек внимание способом презентации программ. В интерактивной форме можно было познакомиться с ответами всех кандидатов на 45 вопросов, а среди таковых были весьма разноплановые – как касающиеся экономики, внутренней и внешней политики, так и следующие: нужно ли подвергать медосмотру подозреваемых в гомосексуализме, возможно ли равенство мужчин и женщин в вопросе наследования, можно ли открывать кафе в рамадан и т.д. Характер вопросов наглядно демонстрировал, что политики иногда не представляют круг тем, интересующих молодежь.

В-третьих, оказалось, что победа на выборах не коррелируется с суммой затраченных средств на предвыборную кампанию и силой политического влияния кандидата. Даже давление на журналистов и пышные агитационные мероприятия оказались бесполезными. Максимальную поддержку избирателей получил вышедший на пенсию преподаватель конституционного права, не просивший помощи от какой-либо политической партии. Тунисцы шутили, что Каису Саиду агитация обошлась в стоимость «пачки сигарет и чашки кофе». Он даже не нанимал главу штаба, а сам штаб наскоро был устроен в скромной трехкомнатной квартире. Удивительно, но его в целом популистская платформа держалась на нескольких фразах: «Власть народу!», «Народ хочет!», «Независимость судов лучше тысячи конституций!», обещаниях соблюдать законность, восстановить систему образования и здравоохранения. Главным его козырем стала отстранённость от всех партий и политиков, противостояние сложившейся политической «системе», так же как в 2011 г. «режиму».

Остальные кандидаты из кожи вон лезли ради успеха своих агитаций. Кто-то, как Абделькарим Збиди, делал ставку на реформу социальных служб (образования, здравоохранения, занятости). Кто-то, как Набиль Каруи, видел корень всех зол в бедности и клялся ее побороть. Кто-то, как Абдельфаттах Муру и Юсеф Шахед, посещая бедняцкие кварталы, обещал искоренить коррупцию. Мухаммед Абу украсил своей эмблемой почти все автобусы в стране. Абир Муси яростно критиковала политический ислам в целом и партию «Ан-Нахда» в частности. На антиисламской риторике пытались заработать очки не только бургибисты, но и левые. Так же, как Каис Саид, Сейфуддин Махлюф продолжил революционную тему слоганом «Достоинство прежде всего!». Так же поступила Муси со слоганом «Ответственная демократия, гарантированные свободы!». У Махди Джумаа был довольно пустой лозунг — «Будущее Туниса вместе с Махди Джумаа», но в основном в лозунгах содержалось обещание вывести Тунис из кризиса и улучшить положение дел в стране. Например, у Шахеда — «Тунис станет сильнее!», Муру – «Выбирайте сильнейшего, чтобы Тунис стал лучше!» и Мухаммед Абу – «За сильное и справедливое государство!».

За Набиля Каруи агитацию бодро проводила его супруга Сальма Самави, которая неустанно объезжала самые захудалые деревеньки и повторяла за мужем его речи. Лозунг «Карви в сердце Туниса» не только цитировал название партии, основанной в июне 2019 г. Каруи – «Сердце Туниса» («Къальб Тунис»), но и означал, что заключённый не одинок, ведь почти как в тюрьме живут тысячи бедняков. При этом семья Каруи обитала в особняке роскошного столичного квартала, достойном медиамагната и успешного бизнесмена. Но даже так, Каруи умело сыграл на образе якобы политического заключенного. А после победы в первом туре за него стали заступаться и президент, и французский посол в Тунисе и другие официальные лица.

Тот факт, что содержание Каруи в заключении может отрицательно сказаться на образе Тунис и исходе выборов, сильно беспокоил временного президента Туниса Мухаммед ан-Насера, о чем он и сообщил 4 октября, указав на необходимость соблюдать принцип равноправия кандидатов.  Ранее иностранные правозащитные организации и даже посольство Франции указывали на неравенство шансов кандидатов, когда в ходе первого тура Каруи не допустили до участия в теледебатах, которые, к слову, тоже были предусмотрены в качестве обязательной процедуры впервые. После оглашения четко выраженной позиции президента Каис Саид 5 октября добровольно отказался от проведения какой-либо свей предвыборной кампании «по моральным соображениям». Вслед за этим 8 октября заместитель председателя Европарламента Фабио Массимо Кастальдо, возглавлявший миссию наблюдателей от ЕС, выразил сожаление по поводу «молчаливой» предвыборной кампании перед вторым туром президентских выборов: один из претендентов в заключении, а второй отказался от агитации, которая в нормальных условиях должна освещать отрытый обмен мнений и позиций. Давление со стороны европейских партнеров быстро подействовало, и Каруи оказался на свободе, так и не дождавшись окончательного вердикта суда.

Высокая степень участия иностранных игроков, проявившаяся на выборах 2019 г., стала их четвертой отличительной чертой. Традиционно сильное влияние оказывает на тунисскую внутреннюю политику Франция. В частности отмечалось, что накануне выборов французский посол в Тунисе встретился с некоторыми кандидатами в президенты (Абир Муси, Мухаммед Абу и др.). Выяснилось также, что у некоторых из кандидатов двойное гражданство, и если Юсеф Шахед, надеясь таким образом увеличить свои шансы на победу, в августе 2019 г. от своего французского гражданства отказался, то другой кандидат – Аль-Хашми аль-Хамди от своего британского гражданства отказываться не стал. Зато он отклонил приглашение на аудиенцию к французскому послу, сославшись на недопустимость вмешательства Франции во внутренние дела Туниса. Юсефа Шахеда также подозревали в связях с американцами, учитывая, что ранее он работал в американском посольстве в Тунисе, также как и Абелькарима Збиди. Абделььфаттаха Муру — в наличии у него саудовского подданства, что он резко опроверг. Как бы то ни было, ни для кого не секрет, что движение «Ан-Нахда», которое некоторые считают ответвлением «Братьев-мусульман», щедро спонсирует Катар, где лидер движения Рашид аль-Ганнуши является частым и желанным гостем. В СМИ ходила информация, что Абир Муси опирается на личные связи с ОАЭ.

В отношении Набиля Каруи СМИ распространили сведения, что его телеканал Nessma частично использует финансирование Италии. Однако 3 октября просочилась информация о том, что в конце августа 2019 г. Каруи заключил через доверенное лицо соглашение с канадской PR-компанией Dickens & Madson об организации встречи с президентами США и РФ. Глава Dickens & Madson, бывший сотрудник «Моссада», Ари Бен-Менаше, подтвердил факт сделки, стоимость которой составила 1 млн долларов. Позже Бен-Менаше в соцсетях рассказал, что целью Каруи было лоббирование своих интересов и давление на США, Россию и ООН для его избрания в президенты Туниса. Он охарактеризовал команду Каруи как не особенно профессиональную, но заметил, что у Каруи была глобальная программа превратить Тунис в «остров мира и созидания» после того, как страна будет переориентирована с французского влияния на влияние США. В интервью телеканалу «Аль-Хивар ат-Тунисий» 11 октября Каруи и сам подтвердил факт встречи с Ари Бен-Менаше.

В довершение всего глава администрации бывшего президента Туниса Бульбаба Газбар дал 28 октября интервью, которое было опубликовано на сайте «Евроньюс». [4] Газбар через это интервью предупредил нового тунисского президента, что Карфагенский дворец до сих пор прослушивается иностранными разведками, и это, по его словам, наносит ущерб суверенитету страны. Кроме того, в интервью содержится свидетельство того, что «американцы не были уверены в Юсефе Шахеде, полагая, что он не способен управлять страной, раз не стал успешным на посту премьера».

Учитывая вышесказанное, можно сделать вывод, что и для иностранных агентов, пытавшихся, судя по косвенным признакам, повлиять на исход выборов в Тунисе, появление в кресле президента «серой лошадки» Каиса Саида стало большим сюрпризом.

Кто же он – Каис Саид?

Вышедший на пенсию в 2018 г. университетский преподаватель конституционного права Каис Саид являет собой пример скромности и порядка. Он при любых обстоятельствах держится уверенно и говорит на литературном арабском языке, как если бы вел лекцию. Он отказался поначалу переезжать после победы на выборах в Карфагенский дворец, предпочтя остаться жить в своей квартире в одном из столичных кварталов, где живут люди среднего достатка. Он отказался от охраны, которая пыталась сопроводить его в любимое кафе-закусочную. Такого человека неуместно подозревать в коррупции или вообще нарушении закона. Образ честного и бескорыстного президента, конечно, подкупает.

В интервью телеканалу «Ватанийа» 27 сентября новый президент поблагодарил  всех, кто его поддержал, какими бы ни были их партийная принадлежность и убеждения, добавив, что не просил ни от кого конкретно финансовой помощи, но поблагодарил тех, кто его поддержал. Он указал, что не стоит ждать от него какой-то награды за помощь, поскольку «объединяют не конкретные люди, а политические и идейные проекты». По поводу расследования политических убийств 2013 г. Саид заверил, что избавит судебные органы от политического влияния ради честного и справедливого расследования этого дела. Между тем, самые серьезные опасения тунисских демократов-модернистов связаны с той дружелюбностью, с которой исламисты «Ан-Нахды» агитировали голосовать за Каиса Саида во втором туре.

Кандидатуру Каиса Саида «Ан-Нахда» поддержала практически сразу после оглашения итогов первого тура, в то время как центристы и демократы заняли нейтральную позицию. Лидер партии Народный республиканский союз Лютфи аль-Мараихи заметил, что «Ан-Нахда» хочет использовать «взлет» Саида, чтобы избежать своего провала.   Заняв на парламентских выборах первое место, исламисты для убедительности прибегли к доводу о неизбежном глубоком конфликте президента и правительства, если президентом станет ненавидящий исламистов Набиль Каруи. При этом исламисты намекали на то, что с Саидом они сработаются.

Некоторые взгляды Саида исламистам действительно импонируют. Так, он выступает против равенства полов в наследовании имущества, настроен исключительно решительно в защиту палестинского народа и наотрез отвергает идею нормализации отношений с Израилем. Первые шаги Саида на посту президента подтверждают, что обещания для него – не просто слова. При содействии премьер-министра Юсефа Шахеда 29 октября Каис Саид отправил в отставку министра обороны Абделькарима Збиди и министра иностранных дел Хмаиса Жинауи. Осведомленные источники сообщили, что отставки связаны с визитом тунисской молодежной делегации на Молодежный средиземноморский форум, проходивший в Израиле. Позже тунисский МИД опроверг факт этого визита в Израиль, хотя подробности об участии группы из 20 тунисцев в составе европейской делегации во главе с депутатом бельгийского парламента тунисского происхождения в этом форуме были обнаружены в социальных сетях. Новым главой тунисского МИД стал Сабри Баштабджи.

Что касается Абделькарима Збиди, то после формирования нового парламента он намеренно манкировал совещания в министерстве, чтобы избежать встречи с Шахедом. Их личные отношения обострились ввиду того, что еще 4 сентября Збиди практически обвинил премьер-министра в попытке государственного переворота. Он рассказал в телеинтервью каналу «Ганнибал», что пока предыдущий президент Беджи Каид ас-Себси пребывал в больнице, Збиди предотвратил силами охраны правопорядка и армии попытку госпереворота: стратегические объекты в столице были взяты под усиленную охрану, а премьер-министру напрямую дали понять, что заседания парламента будут блокированы во избежание попытки отстранить президента от власти по медицинским показаниям.

Обозреватели заметили и еще один тревожный факт. Обычно вступивший в должность президент первым делом формирует свой аппарат и назначает советников. Первая встреча министра иностранных дел Германии с Каисом Саидом в Карфагенском дворце происходила в присутствии тунисского посла в Иране Тарика Беттайеба и бывшего дипломата Абдельрауфа Беттайеба. Важно даже не то, что это можно квалифицировать как нарушение дипломатического обычая, важно, что это породило слухи, будто Беттайеб, свояк Каиса Саида, займет место главы президентской администрации. Другие слухи касались того, что раз приближенным президента станет посол в Иране, то не исключен рост иранского влития на Тунис.

Как бы то ни было, кажется, что новый тунисский президент пока не особенно силен в мировой политике. Палестинская проблема давно уступила место проблеме противостояния союзников США и Ирана, на первое место вышла борьба с терроризмом и стабилизация в свете протестных настроений в арабских странах. Политическую неосведомленность Саида обнаруживает и его призыв поддержать официальный сирийский режим, вразрез всей прежней политической линии  Туниса. Один из аналитиков, рискнувший осудить внешнеполитические позиции нового президента, пошел дальше, заметив, что «Тунису нужен не правовед, а экономист». [5]

Экономическая ситуация

Средний уровень безработицы в Тунисе превышает 15%, но в некоторых городах выше 30%. Правительству не удается сократить инфляцию, выросшую до 7,8% в прошлом году. Население борется с высокими ценами на продукты питания своими силами. Так, в октябре успешно прошла народная акция «Не покупай дорого, живи хорошо!», которую тунисские граждане запустили через социальные сети. Суть акции состояла в том, чтобы отказаться от покупки бананов и картофеля, поскольку цена на эти товар, по мнению граждан, была чрезмерно завышена. Килограмм картофеля продавали на потребительском рынке не меньше чем за доллар, килограмм бананов – за 2 доллара. По словам одной из участниц акции, благодаря совместным и скоординированным действиям граждан удалось реально повлиять на поставщиков и заставить их снизить цены в рамки разумного.

Некоторым достижением стало заключение договора о повышении жалования врачам, преподавателям вузов и инженерам, которое было подписано 5 сентября между правительством и всеобщим союзом тунисских трудящихся (ВСТТ, профцентр). Повышение составит от 165 до 380 долларов и будет произведено постепенно в течение 2020-2021 гг. Ранее правительство не шло на подобные повышения, ссылаясь на дефицит бюджета, соответствующие требования МВФ о сокращении зарплат госслужащих и необходимость оздоровления экономического климата. Учитывая, что решение о повышении было принято накануне выборов, оно вероятнее всего имело целью добавить популярности главе правительства – Юсефу Шахеду, баллотировавшемуся на пост президента.

Между тем не успели выборы завершиться, как в стране разразился крупный скандал вокруг заявления посла ЕС в Тунисе Патриса Бергамини о том, что страны ЕС выделили Тунису с 2011 г. в качестве помощи порядка 10 млрд евро. Бергамини упомянул эту значительную сумму в интервью местным СМИ 25 октября, с упреком подчеркнув, что ЕС может выделить финансовые средства, но, к сожалению, не может за тунисцев разрешить экономические проблемы в их стране.

Учитывая, что население Туниса всего 13 млн чел., а обозначенная сумма сопоставима с бюджетом страны на 2019 г., вызывает удивление отсутствие какого-либо экономического прогресса и заметных мер по улучшению экономики. Видимо, средства была израсходованы на что-то другое. Аналитик Алифа Юсеф в телеинтервью частному каналу «Аль-Хивар ат-Туниси» призвала ЕС подробнее раскрыть факты: каким ведомствам была предоставлена финансовая помощь и на чьи счета направлена. Она привела пример бывшего главы МИДа Рафика Абдессалама (зятя лидера «Ан-Нахды» Рашида аль-Ганнуши), который в 2012 г. предстал перед судом после того, как принял в виде подарка от Китая один миллион долларов. Теперь тунисцы пристально следят за расследованием по делу о трате донорской помощи, и, не исключено, что больше всего вопросов по этому делу будет к лидерам «Ан-Нахды».

Кризис идентичности партии исламистов

После того, как на президентских выборах кандидат от умеренных исламистов признал поражение, на парламентских выборах 6 октября 2019 г. партия «Ан-Нахда» заняла первое место. «Ан-Нахда» сформировала в 217-мандатном парламенте самую крупную фракцию из 52 депутатов, но многие обозреватели назвали эту победу «пирровой», потому как лидеру «Ан-Нахды» Рашиду аль-Ганнуши будет крайне трудно заручиться поддержкой нужного количества депутатов других фракций. Проводить свою политику нахдисты смогут только, если обеспечат себе в парламенте хотя бы простое большинство в  109 голосов. Но светские партии с относительно многочисленными мандатами – «Сердце Туниса», Демократическое течение и Народное движение, а также Движение свободной демократической партии уже не пожелали примкнуть к исламистам.

Сразу после объявления предварительных итогов выборов Ганнуши начал серию переговоров с партийными лидерами, но, не справившись, под конец октября обратился за помощью к президенту Каису Саиду. А 18 октября в партии «Ан-Нахда» заявили, что, вероятно, согласятся на повторные парламентские выборы, ввиду создавшегося тупика. По закону, если правительство не будет сформировано в течение 2 месяцев, то президент поручит сделать это премьер-министру, которого назначит сам, а в случае, если правительство не получит одобрения в течение 4 месяцев, то по ст. 89 конституции, будут проведены новые парламентские выборы.

При этом по итогам состоявшегося 20 октября заседания Совета шуры партии «ан-Нахда» его председатель Абделькарим аль-Харуни дал понять, что движение отдает предпочтение идеи назначения в качестве премьер-министра какого-либо члена этого движения. Ранее Р.аль-Ганнуши предлагал в качестве уступки отдать премьерское кресло представителю другой фракции, однако, видимо, его в движении не поддержали.

После победы на парламентских выборах члены «Ан-Нахды» стали распространять в соцсетях слоган «Народ снова хочет «Ан-Нахду!»». Но один из пользователей Фейсбука опубликовал ответный пост, не нуждающийся в комментариях: «Да нет же! Народ вас снова не хочет. Вы представляете лишь 17,5% из 40% избирателей, т.е. 500 тыс. из 7 млн чел…. Лишь 52 места из 217 в парламенте. Другие 85,5% голосовавших желали бы видеть не вас. … Около 60% избирателей не пожелали выбрать ни вас, ни кого-либо другого. Народ вас не хочет. Вы всего-навсего хорошо организованная и структурированная партия, готовая разбираться в политической кухне и тратить любые деньги ради достижения своей цели».

Причин падения популярности «Ан-Нахды» довольно много: исламистов винят в излишнем внимании к политике в ущерб экономике, нецелевой растрате средств в личных корыстных интересах, двуличии и неразборчивости в средствах достижения целей, светские партии больше не идут с ними на сотрудничество, чтобы не стать очередной «проглоченной жертвой», ведь исламисты губили всех своих партнеров по коалициям. Перспективы развития идеологии «Ан-Нахды» также остаются слабым местом в свете постоянных слухов об идеологическом расколе и отсутствии единых подходов внутри партии. Один из аналитиков — Салахаддин Джурши, справедливо увязал последний провал «Ан-Нахды» с «кризисом идентичности». По его мнению, «Ан-Нахда» «до сих пор колеблется между исламским путем и светским, и это ее истощает». В 2016 г. на X съезде движение официально сменило идеологию и самоназвание с «исламисты» на «исламские демократы», признав разделение политики и религии и отказавшись от следования пути «Братьев-мусульман». Однако от смены вывески мало что изменилось – единство движения держится лишь на влиятельной фигуре его лидера Рашида аль-Ганнуши, который в спешном порядке должен искать себе преемника, т.к. в 2020 г. очередной съезд «Ан-Нахды» анонсировал переизбрание глав руководящих органов.

Как бы то ни было, хочется верить оптимизму известного тунисского журналиста Зийада Кришана, который в преддверии выборов написал: «В 2019 г. тунисцы не спасутся и не утонут. …Сначала они испробовали власть исламистов, затем центристов. Вероятно, будут новые опыты.  Но я считаю, что принципы и составляющие демократии не изменятся». [6]

 

[1] https://ara.reuters.com/article/idARAKBN1W115F

[2] http://www.assabahnews.tn/article/224822/%D9%82%D9%8A%D8%B3-%D8%B3%D8%B9%D9%8A%D8%AF-%D9%81%D9%8A-%D8%A7%D9%88%D9%84-%D8%AE%D8%B7%D8%A7%D8%A8-%D9%84%D9%87-%D8%A8%D8%A7%D9%84%D8%A8%D8%B1%D9%84%D9%85%D8%A7%D9%86-%D9%84%D8%A7-%D9%85%D8%AC%D8%A7%D9%84-%D9%84%D9%84%D8%AA%D8%B3%D9%85%D8%A7%D8%AD-%D9%81%D9%8A-%D9%85%D9%84%D9%8A%D9%85-%D9%88%D8%A7%D8%AD%D8%AF-%D9%85%D9%86-%D8%B9%D8%B1%D9%82-%D8%A7%D9%84%D8%B4%D8%B9%D8%A8-%D8%A7%D9%84%D8%B9%D8%B8%D9%8A%D9%85

[3] http://www.essahafa.tn/index.php?id=24&tx_ttnews[tt_news]=13358&tx_ttnews[backPid]=5&cHash=42f0facc28

[4] https://arabic.euronews.com/2019/10/28/tunisian-adviser-presidential-palace-is-penetrated-here-is-my-advice-to-pr-kais-saied

[5] https://middle-east-online.com/%D9%82%D9%8A%D8%B3-%D8%B3%D8%B9%D9%8A%D8%AF-%D9%87%D9%84-%D8%AA%D8%B9%D9%84%D9%91%D9%85%D9%87-%D8%A7%D9%84%D8%B3%D9%84%D8%B7%D8%A9%D8%9F

[6] https://www.mc-doualiya.com/articles/20190915-7-%D9%85%D9%84%D8%A7%D9%8A%D9%8A%D9%86-%D8%AA%D9%88%D9%86%D8%B3%D9%8A-%D8%A8%D8%AF%D8%A3%D9%88%D8%A7-%D9%81%D9%8A-%D8%A7%D9%86%D8%AA%D8%AE%D8%A7%D8%A8-%D8%B1%D8%A6%D9%8A%D8%B3%D9%87%D9%85-%D8%A7%D9%84%D8%AC%D8%AF%D9%8A%D8%AF

49.76MB | MySQL:107 | 1,037sec