О заявлениях президента Турции Р.Т.Эрдогана по Ливии. Часть 2

9 декабря 2019 года президент Р.Т. Эрдоган выступил в специальном эфире государственной теле- и радиовещательной компании TRT World. Основной темой выступления турецкого лидера стало подписание Турцией Меморандума о демаркировании морской границы с Ливией и дальнейшие шаги страны, направленные на защиту её интересов в регионе Восточного Средиземноморья, где наблюдается серьезная и нарастающая напряженность в связи разделом крупных газовых месторождений.

Напомним, что в предыдущей части обзора мы остановились на том, что турецкое руководство воспринимает подписанный с правительством национального согласия Ливии Меморандум, во-первых, действительным и соответствующим нормам международного права, а, во-вторых, справедливым и защищающим интересы всех сторон – стран Средиземноморского бассейна, а не только Турецкой Республики и Турецкой Республики Северного Кипра (ТРСК).

Однако, как можно понять Р.Т.Эрдогана, турецкое руководство готово к тому, чтобы отстаивать свои права, вытекающие из подписанного с Ливией Меморандума с оружием в руках.

Немало шума наделало громкое высказывание турецкого лидера о том, что Турецкая Республика готова отправить своих военнослужащих в Ливию в том случае, если она будет приглашена со стороны законного правительства Ф.Сараджа, пользующегося признанием международного сообщества (очевидны параллели с тем, как действует в Сирии Российская Федерация по приглашению законного правительства Б. Асада, пусть и не пользующегося поддержкой значительной части международного сообщества, и как сейчас начинает «отрабатывать» Ливию Турция – В.К.).

На этот счет прямой вопрос был задан журналистами президенту Р.Т.Эрдогану: «Отправятся ли наши военные в Ливию, если последует просьба о помощи, исходящая из Ливии от законного правительства, признанного со стороны ООН?» (заметим, что вопрос изначально комфортен для президента с учетом упоминания о признании ПНС со стороны ООН – В.К.).

Вот, что на этот счет ответил президент Р.Т. Эрдоган: «В особенности, если последует подобный призыв, то у Турции возникнет такое право. То есть, если последует такое приглашение от ливийского народа, от ливийского руководства, то у нас возникнет прямое право». Здесь президент Турции напомнил н то, что ими подписаны (Турцией с Ливией – В.К.) соглашения в сфере военной безопасности и судоходства.

При этом, Р.Т.Эрдоган напомнил, что, согласно решению ООН, с 2011 года в отношении Ливии действует оружейное эмбарго: «Однако, при наличии приглашения со стороны ливийского национального правительства, отправка нами военных (в Ливию – В.К. ) не может рассматриваться в этих рамках (то есть, не подпадает под эмбарго со стороны ООН – В.К.). В случае если поступит такое приглашение, то Турция сама решит, какую миссию (в оригинале – «инициативу» — В.К.) она на себя возложит. Мы не получаем разрешение откуда-либо. Мы решаем сами за себя».

При этом не стоит забывать, по словам турецкого президента, что турецко-ливийский Меморандум о сотрудничестве в сфере обеспечения военной безопасности, предполагает, помимо всего прочего, ещё и взаимную поддержку между двумя странами в области подготовки кадров и технической помощи.

Как подчеркнул Р.Т.Эрдоган: «Это сотрудничество, которое мы начали в Ливии с правительством национального согласия, следует оценивать с точки зрения работ по обеспечению политического урегулирования в Ливии, а также с точки зрения вклада в работы по реформе безопасности в Ливии. Мы в этом вопросе готовы оказать Ливии любую поддержку».

Касательно России, президент Р.Т.Эрдоган сообщил собравшимся, что со стороны президента В.Путина поступил запрос о встрече. Также турецкий лидер напомнил, что 8 января В.Путин будет в Турции (с целью принятия участия в церемонии завершения строительства сухопутного участка газопровода «Турецкий поток», проходящего по турецкой территории вплоть до границы в Европой — В.К.).

Процитируем турецкого лидера: «Потому что, на самом деле, в вопросе Хафтара я хочу, чтобы в отношениях с Россией не родилось новой Сирии и я верю, что Россия также в вопросе Хафтара рассмотрит существующее положение дел. Потому что у него нет юридической основы (проще говоря, Хафтар стоит за рамками закона – В.К.). Аналогичным образом, та поддержка, которая оказывается, она реализуется на незаконной основе».

Вот на этот счет стоит сделать ремарку: очевиден призыв к России со стороны Турции поддержать турецкие действия в Ливии и оказаться «по правильную сторону истории». На самом деле, активные действия Турции в Ливии и, говоря шире, в Восточном Средиземноморье вписываются в российские интересы. В том смысле, что, чем более активно Турция предпринимает попытки стать газодобывающей страной, тем острее будет её клинч с соседями, поддерживаемыми коллективным Западом.

Выразим свое сугубо личное мнение о том, что этот клинч является большим шансом для России по тому, чтобы, если не оторвать Турцию от Запада и от НАТО, то уж по крайней мере вовлечь Турцию, в том или ином статусе, в российские интеграционные проекты – ЕвраЗЭС и ОДКБ. Очевидно, что в одиночку Турции двигаться в выбранном направлении невозможно, а не двигаться нельзя – слишком уж серьезным куском представляется Восточное Средиземноморье и слишком серьезная, в случае достижения заявленной цели, случится перемена в турецкой экономике. А блок НАТО со своей статьей про коллективную безопасность уже четко всему миру показал, что Турцию он не поддерживает. Во всяком случае, по её повестке дня (сирийские курды и Восточное Средиземноморье – В.К.). Что заставляет Анкару искать альтернативные варианты и главным из них является вариант российский.

К вопросу о российско-турецком военном сотрудничестве: одним из вопросов к турецкому лидеру стал тот, реализуется ли соглашение между Турцией и Россией по Сирии, включая совместное патрулирование, в том формате, в каком предусмотрено российско-турецкими договоренностями, достигнутыми, напомним, в Сочи.

Как ответил турецкий лидер: «К сожалению, что с Россией, что с Соединенными Штатами в настоящее время наше совместное патрулирование не имеет тех результатов, которые от них ожидались. То есть, ситуация улучшается, однако это — еще не ожидаемый результат. Вот сегодня, например, двое солдат, к сожалению, погибли».

Р.Т.Эрдоган указал, что необходимо проводить более жесткий курс на встречах с президентом России В.Путиным и президентом США Д.Трампом. Как он отметил, Турция направила России и США запрос о выводе террористов (курдские «Силы народной самообороны» – В.К.) из зоны между Телль-Абьядом и Рас-эль-Айном и Дериком, однако, ни одна из сторон не смогла этого реализовать.

Как указал президент Р.Т.Эрдоган: «Мы, разумеется, сказали, что сами сделаем эту работу. В конце концов, так и случилось. Сейчас между Рас-эль-Айном и Дериком есть шесть районов и 70 деревень, в которых могут разместиться 530 000 человек. Посмотрим на район между Телль-Абьядом и Рас-эль-Айном. Здесь расположены три района, 63 села и может быть размещено 405 тысяч человек. Наша цель — разместить 1 миллион человек между Телль-Абьядом и Рас-эль-Айном. Это — наша цель в безопасной зоне, согласно (проведенному) планированию и (подготовленному) проекту. Мы фактически достигаем этой запланированной цели теми шагами, которые сейчас предпринимаются».

Касательно той поддержки, которую оказывают США деятельности курдских Партии демократический союз и «Сил народной самообороны», Р.Т.Эрдоган указал, что им были (в ходе визита в Вашингтон и его встреч с президентом США Д. Трампом и некоторыми американскими сенаторами– В.К.) продемонстрированы американской стороне те кадры видеозаписей, на которых руководитель СНС Абди Шахин проводит подготовку к террористическим атакам на Турцию. Как отметил Р.Т.Эрдоган, им была четко донесена до американских коллег мысль о том, что рассматривать террориста в качестве стороны – беспрецедентно для военного права и для международной политической науки (может быть, для науки это является беспрецедентным, но для практики – очень распространенный подход, который, к тому же, практиковала и практикует Турция в Сирии – кто есть для официального Дамаска вооруженная оппозиция? – В.К.).

Тема С-400 продолжает оставаться на турецкой повестке дня (накануне, 13 декабря, появилась новость о том, что Турция рассматривает возможность дополнительной закупки батарей С-400 к тем 4-м дивизионам, которые закупаются страной сейчас – В.К.).

Так что, в ходе эфира на TRT президент Р.Т.Эрдоган был, в очередной раз, запрошен о том, может ли Турция отказаться от закупки С-400 в том случае, если стране американцами будут проданы The Patriot (вопрос – из разряда уже весьма теоретических, с учетом того, какие настроения присутствуют в американской администрации в отношении Турции – В.К.).

И, в очередной раз, предсказуемым образом, Р.Т. Эрдоган указал на то, что невозможно отказаться от систем С-400, однако, системы The Patriot могут диверсифицировать систему ПВО Турецкой Республики, если от американцев поступит предложение (разумеется, устраивающее турецкую сторону и конкурентоспособное, по сравнению с российским предложением – В.К.).

Еще одной темой стали мирные протесты матерей в неофициальной курдской столице Турции, в г. Диярбакыре, против похищения их детей террористической Рабочей партией Курдистана.

Вот что на эту тему заявил Р.Т. Эрдоган: «Мы видели, время от времени, на различных телевизионных каналах, как дети похищаются под различными предлогами, и также видели положение девочек в Кандиле (штаб-квартира РПК – В.К.) и в прочих местах. Мы видели непристойное отношение глав этих террористов и прочих руководителей в отношении тех, кого там обманули и похитили. Можно ли ждать иной позиции от матерей? Если моя мама плачет, то она плачет, а все остальное – ложь. Сейчас там матери подают самый лучший пример, самый личный пример, самый благородный пример. Встав, они требуют от тех, кто бросается пустыми заявлениями в парламенте, прийти и дать им отчет. Смотри как, вы покинули свое логово и переехали в другое место (про террористов – В.К.). Почему вы ушли? Вы ищите каждую дыру, чтобы сбежать. Может быть и эти попрячутся по своим логовам, это похоже на них. А здесь через два дня исполнится 100 дней. 100 дней матери уже здесь. И я надеюсь на то, что без промедления здесь начнется обратный отсчет времени. И вместе с надеждой на этот обратный отсчет мы надеемся на то, что матери, иншаллах, встретятся со своими детьми. Мы, конечно, делаем все, что можем, и мы принимаем все необходимые меры. Я особенно желаю этим матерям в Диярбакыре терпения».

Весьма широкое медийное освещение в России получило использование Турцией права вето при голосовании в НАТО по принятию Плана по обороне Балтики и Польши. Это было, и совершенно напрасно, расценено в качестве жеста в сторону России (допустим, в ответ на применение Россией, что случилось несколько раньше, права вето в СБ ООН при голосовании по антитурецкой резолюции в связи с началом Турцией операции «Источник мира» — В.К.).

Намного меньше был «подсвечен» тот факт, что на Лондонском саммите Турция свое вето отозвала. При этом, еще до поездки Р.Т.Эрдогана в Лондон в Турции много говорили о том, что турецкое руководство разыгрывает козырь своего вето на Плане по обороне Балтики и Польши в обмен на то, что НАТО официально признает Партию демократический союз и «Силы народной самообороны» «террористическими организациями». По крайней мере, таков был турецкий замысел.

Итак, на Саммите в Лондоне, как и ожидалось, Турция отзывает свое право вето, а публике в Турции становится понятно, что НАТО официально не признало ПДС и СНС террористами. То есть, задуманного турецким руководством размена не состоялось.

Отсюда, у журналистского пула возникает в адрес Р.Т. Эрдогана вопрос относительно перемены (видимо, не предполагающей официального признания – В.К.) в НАТО – случилось ли изменение в подходе или же нет? В том смысле, что официального признания сейчас не произошло, так, может быть, достигнута договоренность о том, что НАТО изменит свою позицию в какие-то согласованные сроки.

Вот как на этот вопрос ответил президент Р.Т.Эрдоган: «На самом деле, в отношении Рабочей партии Курдистана проблемы нет. Есть проблема и сейчас мы её испытываем в отношении ПДС и СНС. Конечно же, на эту тему мы говорим со всеми. Однако, все еще, не доходит до того, чтобы они были признанными (террористическими организациями – В.К.). Здесь, ещё одного измерения добавляет принцип неделимости безопасности».

Здесь Р.Т.Эрдоган напомнил журналистскому пулу, что Турция является «восточным флангом НАТО», однако в НАТО не произведен ни разбор угроз, ни их классификация.

Разумеется, Р.Т. Эрдоган имел в виду тот факт, что НАТО не приравнивает Партию демократический союз и Силы народной самообороны к другим уже признанным террористическим организациям, включая, к примеру, «Исламское Государство» (ИГ, здесь и далее, запрещенные в РФ террористические организации – В.К.).

При том, что, допустим, в докладе ЦРУ, на который любит ссылаться президент Р.Т.Эрдоган, эти две организации признаются в качестве ответвления Рабочей партии Курдистана, признаваемой, в свою очередь, террористической организацией.

В принципе, то же самое касается и так называемой «террористической организации Фетхуллаха Гюлена» или ФЕТО, которую не признают, кроме Турции, террористической организацией практически нигде. Даже невзирая на то, что Турции удается закрывать школы ФЕТО за рубежом и / или передавать их в пользу вновь созданного Фонда Maarif («Образование»).

Процитируем президента Р.Т. Эрдогана: «Когда Турция блокировала планы по обороне некоторых союзников НАТО, в Лондоне, на последнем Саммите, стало понятно, до какой степени некоторые утверждения являются безосновательными, даже искусственными. Мы уже в полночь, то есть ближе к 12-ти часам по Турции, в конце концов, сказали, хорошо мы снимаем барьер для этого (то есть, отзывается право вето на плане по обороне Балтики – В.К.). Как бы то ни было, в будущем снова будет возможность заблокировать этот вопрос, но вы держите то слово, которое вы нам дали. То есть, мы продолжим демонстрировать блоковую солидарность, вне зависимости от географического положения членов Альянса – Балтики, Центральной Европы и Средиземного моря».

Опять же, если переводить с русского на русский то, что пытается завуалированно сказать президент Р.Т.Эрдоган: наблюдается различный и заметно отличающийся подход НАТО в отношении защиты разных членов Альянса. То есть, НАТО идет на то, чтобы принимать планы по обороне Балтики и Польши – то есть Восточной Европы, однако, не торопится оборонять Турцию, хотя она и является восточным флангом НАТО. Иными словами, по отношению к Турции, руководитель страны усматривает дискриминационный подход.

Процитируем турецкого лидера: «Сегодня Ближний Восток сотрясают протесты и насилие. Однако, НАТО дистанцируется от обеспокоенности Турции, которая, как раз, и формирует границу Ближнего Востока. При этом угрозы в адрес Турции, в той же самой мере, являются и угрозами в адрес самого Альянса».

55.83MB | MySQL:105 | 0,532sec