О поставках турецкого оружия и вероятности военной интервенции Турции в Ливию

Великое национальное собрание Турции (ВНСТ, парламент) разрабатывает законопроект, который в будущем позволит Анкаре направить своих военнослужащих в Ливию. Об этом заявил во вторник 24 декабря на пресс-конференции в Анкаре официальный представитель президента Турции Тайипа Эрдогана Ибрагим Калын. «Нам может понадобиться законопроект, который позволит нам направить военных в Ливию. Парламент работает над этим», — сказал представитель Эрдогана. Калын при этом отметил, что характер военной помощи Турции Правительству национального согласия (ПНС) в Ливии будет определяться, исходя из тех или иных обстоятельств. «Это может быть и обучение военных, но также и гуманитарные миссии», — добавил он. В понедельник 23 декабря глава ПНС Ливии Фаиз Сарадж подтвердил, что обратился к Анкаре за военной помощью. Подписанный в ноябре ливийско-турецкий меморандум о сотрудничестве в военной сфере предусматривает возможность поставок техники, оборудования и вооружений для использования в наземных, морских и воздушных операциях. В настоящее время в Ливии параллельно существуют два органа исполнительной власти: международно признанное ПНС Фаиза Сараджа и временный кабинет Абдаллы Абдуррахмана ат-Тани, действующий на востоке страны совместно с парламентом и поддерживаемый Ливийской национальной армией (ЛНА) фельдмаршала Халифы Хафтара. Последний объявил 12 декабря, что его вооруженные силы приступают к «решающей битве за столицу». Командование ЛНА ранее неоднократно подчеркивало, что будет противостоять любой иностранной интервенции в Ливии, а также пригрозило топить суда и сбивать транспортные самолеты с военной помощью из Турции. В этой связи отметим, что сам этот момент свидетельствует о серьезном нежелании Анкары полноценно входить в Ливию. Турки явно начали снова играть в свою излюбленную игру, активно блефуя по вопросу своего вмешательства в ливийское досье, но при этом не обладая для этого ни достаточным количеством сил и средств, ни глубинным желанием с учетом осознания многочисленных рисков в результате  такого шага. Отсюда и все эти символические шаги Анкары, начиная от вербальных сигналов о готовности к интервенции и заканчивая нынешним внесением законопроекта в парламент Турции. Выглядит это довольно наивно, поскольку динамика развития ситуации на фронте под Триполи может сделать принятие такого законопроекта просто уже ненужным. Другой вопрос, что в данном случае возможно, что речь может идти о спасении Мисураты, который ЛНА будут штурмовать обязательно следующим шагом в случае взятия ливийской столицы. К этим же чисто пропагандистским моментам информационной войны отнесем и появившиеся сообщения о направлении сирийских наемников в Ливию.  Турция потребовала от поддерживаемых ею вооруженных формирований сирийской оппозиции предоставить списки добровольцев, которые направятся воевать в Ливию. Об этом сообщил во вторник 24 декабря телеканал «Аль-Маядин». По его информации, каждая группировка выделит на первом этапе по 60 боевиков. Как утверждает телеканал, в среду отряды добровольцев будут перевезены на территорию Турции, откуда будут доставлены по воздушному мосту в Триполи. Снова выразим в этом сомнение — вброс явно рассчитан на оппонентов Триполи и Анкары из числа спонсоров ЛНА. Непонятно, о каких группировках вообще идет речь, что не позволяет сделать даже приблизительный вывод о том, сколько человек должен составлять такой контингент. Но даже если представить себе, что таких боевиков будет около тысячи, то они все равно не решат вопроса обороны столицы. Тем более, что главная проблема не в дефиците наземных сил, а в преимуществе ЛНА в воздушной поддержке. Таким образом, основной проблемой для турок на сегодня является принятие решения о направлении своих ВВС в Ливию (как вариант — Турецкую Республику Северного Кипра). Здесь возникает снова масса вопросов: где будут базироваться турецкие самолеты (на сегодня есть только один действующий аэродром в Мисурате) и кто их будет охранять, обслуживать  и наводить на цель. Все это у турок, как показывает пока не очень убедительная история с использованием в Ливии своих беспилотников (все они на сегодня уже уничтожены), совершенно не отработано и не отлажено. К тому же запас беспилотников на турецких складах  исчерпан, о чем собственно Сараджу и было заявлено во время его срочного визита в Турцию в этом месяце. Что же касается  отправки сирийских боевиков в Ливию, то главным препятствием в данном случае является как раз вопрос недостаточности боевого потенциала протурецких группировок в самой Сирии. Динамика последних недель со всей очевидностью доказывает, что турки и их сирийские союзники начинают испытывать все большее силовое давление со стороны курдских отрядов. В данном случае туркам явно не хватает количества и качества их местных союзников для того, чтобы уверенно перекрывать уже контролируемые территории, не говоря уже о направлении таких контингентов еще куда-нибудь на севере страны, не говоря уже об обострении ситуации в том же Идлиб. К тому же констатируем, что  в той же Ливии сирийцы не знают и не понимают ни местных условий, ни местных реалий. Но при этом турки активно блефуют угрозой начала военной интервенции, явно пытаясь вынудить Россию и ЕС позитивным образом повлиять на Хафтара с точки зрения снижения рисков захвата силами ЛНА столицы.

В принципе чисто технически Турция может организовать военную интервенцию и без соответствующего закона, утвержденного  турецким парламентом. Подписанный президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом меморандум о взаимопонимании в области военной подготовки между Турцией и Ливией в качестве предлога для направления турецких войск в охваченную войной страну не позволяет организовать развертывание там большого контингента войск, но вполне позволяет осуществить  некоторое развертывание войск в рамках учебных программ. В тексте этого документа  особое внимание уделяется созданию механизмов сотрудничества между сторонами в области военной подготовки, как это предлагается в статье 1. Толкование статей о размещении большого контингента турецких войск на ливийской территории представляется надуманным с учетом статьи 4, в которой перечислены области сотрудничества. Тем не менее, если Ливия и Турция согласятся, они вполне могут оправдать присутствие турецких войск в соответствии с некоторыми положениями меморандума. Деятельность осуществляется в следующих областях, указанных в статье 4:

— Обучение в штабных училищах, Военно-Медицинской академии имени Гюльхане и Главном управлении картографии, в подведомственных учебных заведениях (военные вузы, военные академии, военно-медицинские училища, сержантские профессиональные вузы и отраслевые училища);

— Обучение осуществляется инструкторами из жандармерии и береговой охраны без отрыва от производства в подразделениях, штаб-квартирах и учреждениях

— Предпрофессиональная и профессиональная подготовка в ливийских военных в учебных центрах;

— Сотрудничество и контактные визиты между подразделениями, штаб-квартирами и учреждениями силовых структур обеих стран;

— Дружеские визиты кораблей ВМС Турции в ливийские порты;

— Обмен делегациями; приглашения наблюдателей на учения; участие в совместных учениях;

— Взаимный обмен информацией для совершенствования процесса обучения,  в области военной истории, военного музееведения и военного издания;

— Сотрудничество в области подготовки кадров по логистическим вопросам;

— Сотрудничество в операциях по поддержанию мира, таких как поддержание мира, гуманитарная помощь и борьба с пиратством;

-Специальные курсы специализации (подводная оборона, офицер подводной лодки / унтер-офицер, водолаз 1-го класса и др.)

— Обмен персоналом

— Назначение турецкого и ливийского персонала на курсы турецкого / арабского языков;

— Обучение для получения офицерами / сержантами базовых военных знаний (в группах или на индивидуальной основе) и другие подобные тренинги.

Соглашение устанавливает конкретные сроки сотрудничества и требует от Турции сделать запрос на начало той или иной программы не позднее чем за 30 дней  до начала обучения или курса в рамках Меморандума о взаимопонимании. Однако в исключительных случаях соглашение допускает краткосрочное обучение и другие курсы без соблюдения крайнего срока при условии, что обе страны согласны на это в письменной форме. Любой спор, который может возникнуть в результате осуществления или толкования соглашения, будет урегулирован путем переговоров и консультаций между сторонами и не будет передан для урегулирования в какой-либо национальный, международный трибунал или третью сторону, согласно тексту. Соглашение может быть пересмотрено в течение 30 дней после письменного уведомления сторон, что означает, что Турция и Ливия могут изменить соглашение, чтобы лучше обосновать присутствие турецких войск в Ливии. Меморандум действует в течение пяти лет с автоматическим продлением на один год. Он был подписан 4 апреля 2012 года в Анкаре турецким бригадным генералом Салихом Севилем и заместителем министра обороны Ливии Эль-Сиддиком Эль-Мабруком. В этой связи отметим, что в рамках заявления  на государственном телеканале TRT 9 декабря 2019 года, президент Турции Р.Т.Эрдоган сделал ссылку именно на это соглашение в контексте  оправдания возможной отправки турецких войск в Ливию.

При этом массовая переброска вооружения из Турции в принципе продолжается. И собственно больших проблем с этим нет, поскольку эти логистические пути  уже давно отработаны еще со времен свержения Каддафи. Интересно в этой связи отметить, что реальные попытки помешать этому процессу предпринимали именно Греция. В частности, именно  греческая  береговая охрана 10 января 2018 года перехватила танзанийское судно «Андромеда»  с грузом взрывчатки на борту, которое предназначалось для Мисураты. Этот эпизод тогда стал  поводом для разбирательства соответствующих структур ООН. По ее итогам было сообщено, что  регулярные поставки оружия в основном из Турции продолжаются со времен революции в Ливии. Также было установлено, что судно под флагом Танзании с восемью членами экипажа вышло из турецких средиземноморских портов Мерсин и Искендерун и перевозило около 410 тонн взрывчатых веществ в 29 контейнерах с детонаторами, нитратом аммония и специальным гелем-все материалы, которые могут быть использованы для изготовления бомб. Греческая береговая охрана перехватила судно у берегов греческого острова Крит и конфисковала его в порту Ираклиона. Хотя в коносаменте было указано, что груз был погружен в Турции и направлялся в Джибути и Оман, капитан признался, что ему было приказано доставить груз в ливийский город Мисурата. Этот инцидент напоминает случай с зарегистрированным в Боливии судном «Хаддад-1», которое было захвачено в сентябре 2015 года греческой береговой охраной во время перевозки  партии оружия из Турции в Ливию. Были обнаружены два контейнера с 5000 единиц оружия производства «Торун Армс» и 500 000 патронов производства «Явашчалар», двух турецких производителей оружия. «Явашчалар» принадлежит известному   торговцу оружием Латифу Аралу Алишу, который очень близок к Эрдогану. По данным группы экспертов ООН, которая расследовала этот инцидент, турецкие власти пытались ввести в заблуждение относительно фактов отправки груза. Первоначально турецкое правительство утверждало, что оружие предназначалось для Ливана, а боеприпасы — для суданской полиции. Однако проверка не выявила никаких доказательств в поддержку этого утверждения, а скорее выявила противоречивые доказательства в виде маршрута на морской карте и грузового манифеста, которые указывали, что груз направлялся в Мисурату. Показания членов экипажа также подтверждали этот вывод экспертов. По данным инспекторов ООН, которые собирали разведданные о незаконной перевозке оружия и боеприпасов в Ливию во время их визита в Тобрук в июле 2015 года, ливийские власти сообщили о захвате, как минимум, четырех контейнеров с оружием и боеприпасами, предназначенными для Мисураты, которые были обнаружены на борту судна. Согласно морским данным, «Хаддад-1» отплыл в Ливию в июне 2015 года и перевозил винтовки и боеприпасы, спрятанные под потребительскими товарами. В докладе, который был опубликован Советом Безопасности ООН 1 июня 2017 года и подготовлен группой экспертов по Ливии, содержится больше информации о незаконных поставках оружия, а также о контрабанде нефти, которая дошла до самой Турции. Доклад, подписанный координатором группы Стивеном Спиттаэлсом и экспертами Наджи Абу-Халилом, Кассимом Бухоу, Монсефом Картасом, Дэвидом Макфарландом и Хуаном Альберто Пинтосом Сервиа, также раскрывает, что джихадистские группировки, включая «Ансар аш-Шарив Бенгази» и «Ансар аш-Шариа Сирт», конкурировали за контроль над управлением записи актов гражданского состояния и паспортными службами. «Это позволило им незаконно выдавать паспорта, в том числе иностранным боевикам, которые впоследствии выезжали за границу. Группа изучила копии незаконно выданных паспортов и смогла подтвердить личность одного гражданина Судана, который получил такой паспорт в Мисурате и отправился в Турцию в мае 2015 года», — говорится в докладе. В него вошли фотографии из ливийского паспорта, на которых были проставлены штампы прилета и вылета в стамбульском аэропорту имени Ататюрка 7 мая 2015 года и 7 сентября 2015 года. 22, 2015. Это согласуется с расследованием, которое раскрыло, как боевики «Аль-Каиды» и «Исламского государства» (запрещены в России) использовали ливийские паспорта для перемещения боевиков из Северной Африки в Сирию через Европу и Турцию. Это расследование было замято правительством Эрдогана, которое в ряде случаев  отказываясь отвечать на запросы группы экспертов ООН, которая расследовала нарушения санкций ООН в отношении Ливии. Согласно документу Совета Безопасности ООН, распространенному 3 января 2019 года, в котором упоминались выводы доклада экспертов ООН, турецкое правительство ответило на запросы только в четырех случаях, либо отказавшись отвечать, либо предоставив лишь частичную информацию по остальным запросам в течение отчетного периода с 7 апреля 2017 года по 15 июля 2018 года. Когда Анкара отвечала на вопросы экспертов ООН, которые хотели узнать о нарушениях ливийских санкций, правительство Эрдогана часто прибегало к политике отрицания или давало неуместные ответы. «Утечка оружия подпитывает растущее отсутствие безопасности и представляет собой постоянную угрозу миру и безопасности в Ливии и соседних странах», — говорится в докладе группы экспертов, опубликованном 5 сентября 2018 года. Этот доклад был представлен комитету Совета Безопасности, учрежденному резолюцией 1970 (2011) по Ливии. Второй инцидент, о котором говорится в этом докладе ООН, касался поставок оружия из Мисураты в «Совет революционеров Бенгази»-союз исламистских боевиков, в который входила связанная с «Аль-Каидой» группировка «Ансар аш-Шариа». В этой связи отметим, что поставляемое Турцией оружие и боеприпасы в Мисурату предназначалось не только для собственно ливийских групп, но и переправлялось затем маломерными судами на тот же Синай в рамках стимулирования там партизанской войны.

1 мая 2017 года военная операция Европейского союза в южной части Центрального Средиземноморья, известная тогда как EUNAVFOR Med, провела инспекцию Эль-Мухтара в международных водах у берегов Ливии. В ходе проверки было обнаружено и впоследствии изъято оружие, боеприпасы и связанные с ними материальные средства. Взрывчатка была произведена в Турции. Согласно кадрам, на коробках была этикетка турецкого производителя Kapeks Üretim Patlayıcı Maddeler Ticaret Limited Şirketi, который базируется в турецкой столице Анкаре. Генеральным директором Kapeks является Хакай Кайя, который работал в Orica-Nitro в качестве операционного менеджера и теперь является владельцем химико-инжиниринговой фирмы HTD Kimya ve Mühendislik A. Ş. Этот же корабль был остановлен и снова обыскан 19 июня 2017 года в международных водах у берегов Ливии. Инспекторы обнаружили оружие и боеприпасы. На допросе следователей ООН турецкое правительство заявило, что компания не имела никаких записей об экспорте в Ливию в период с 1 марта 2011 года по 4 октября 2017 года. Турецкий дипломат Али Давутоглу координировал поставки оружия в Ливию в первые годы конфликта там. Сейчас он является послом в Танзании. Турция была отмечена в докладе ООН за 2018 год не только в связи с нарушениями в области контрабанды вооружений, но и контрабандными операциями с нефтью. 6 октября 2017 года ливийская береговая охрана открыла огонь по танкеру «Гойсту», предположительно причастному к контрабанде топлива. После инцидента турецкие власти предоставили танкеру якорную стоянку и доступ в порт. Группа ООН связалась с турецкими властями, но не получила никакой информации о своем грузе.

55.55MB | MySQL:105 | 0,354sec