Газопровод Иран-Пакистан-Индия. Судьба на перепутье

Одной из главных политических интриг в отношениях Тегерана, Исламабада и Нью-Дели вот уже более 10 лет является судьба проекта прокладки газопровода протяженностью 2775 км и стоимостью не менее 7 млрд долл. США от иранского месторождения Южный Парс через территорию Пакистана в Индию. Долгое время диалог, в котором главную скрипку играл Иран, не давал какого-либо результата из-за напряженности отношений между двумя другими участниками строительства. Лишь в 2004 г. положительные перемены в индо-пакистанских отношениях позволили сделать определенные шаги в плане продвижения этого масштабного проекта по пути его реализации. В 2005–2007 гг. последовала целая серия двусторонних и трехсторонних встреч.

В феврале 2007 г. стороны пришли к соглашению о механизме определения цены на газ, в основе которого лежит стоимость так называемого Japan crude cocktail (JCC)*. Единственным нерешенным ключевым вопросом тогда оставался механизм оплаты транзита «голубого топлива» через территорию Пакистана. На трехсторонних переговорах в Нью-Дели в июле 2007 г. были достигнуты принципиальные договоренности относительно данной проблемы, и в СМИ появились сообщения о предполагаемой дате запуска проекта (2010–2011).

Однако в июле 2007 г. иранцы предприняли попытки пересмотреть результаты ранее проведенных переговоров. Тегеран потребовал проводить перерасчет цены на газ каждые три года, что не устроило индийцев и пакистанцев. Изначально предполагалось, что ИРИ будет делать это не чаще чем раз в семь лет, так как проекты, подобные газопроводу Иран–Пакистан–Индия (ГИПИ), как правило, затратны и участие в их реализации принимает не только поставщик газа, но и его потребитель. С целью компенсации испытываемых покупателем рисков продавец заключает долгосрочный договор, не позволяющий ему пересматривать цену на «голубое топливо» в течение длительного времени. Попытка представителей ИРИ потребовать ревизии контракта каждые три года нарушила данный принцип долгосрочности и вызывала в Исламабаде и Нью-Дели недоверие и настороженность, подкрепленные недавними событиями вокруг поставок иранского сжиженного газа в Индию. Тогда Тегеран в нарушение всех договоренностей значительно поднял стоимость МБТЕ (миллионов британских термических единиц), чем завел в тупик выполнение данного проекта.

После того как противоречия подверглись огласке, стороны (прежде всего Иран и Индия) активно начали обвинять друг друга в нечистоплотной игре и акцентировать технические недостатки проекта. В конце июля – начале августа 2007 г. в иранскую прессу попали заявления бывшего заместителя министра нефти Х. Нежад-Хосейнияна, участвовавшего в переговорном процессе по ГИПИ, о том, что Индия намеренно занижает стоимость газа и тем самым перекладывает бремя своих внутренних субсидий на энергоносители на плечи Ирана. По его словам, Тегеран, заинтересованный в политическом эффекте от реализации данного проекта, пошел на уступки и фактически предоставил своим партнерам 30%-ную скидку. Несмотря на то, что официальные представители власти опровергли эти высказывания, шум, поднятый в иранских политических кругах данным заявлением, был настолько велик, что группа депутатов иранского парламента даже выступила с инициативой вызвать министра нефти в меджлис, чтобы он прокомментировал слова Х. Нежад-Хосейнияна.

Своеобразным ответом индийцев на прозвучавшие обвинения стали высказывания некоторых экспертов из Нью-Дели, поставивших под сомнение историческую значимость и стратегическую важность ГИПИ. По их предварительным оценкам, газ, который поступит по трубопроводу, удовлетворит не более 5–10% потребностей Индии. Вдобавок они указали на то, что поставляемое сырье будет представлять собой такой газ, который можно использовать только в качестве топлива. Ни о какой его дальнейшей химической переработке не может быть и речи.

В результате, столкнувшись с отсутствием у партнеров по сделке желания искать компромиссные варианты решения по наиболее острым для себя вопросам (таким, как размер транзитной пошлины на газ, гарантии обеспечения безопасности трубопровода в Пакистане, механизм пересмотра стоимости «голубого топлива»), с лета 2007 г. представители Индии решили временно воздержаться от участия в дальнейших переговорах. По мнению некоторых аналитиков, к данному шагу их также подтолкнуло давление со стороны США. Последняя попытка совместными усилиями найти выход из сложившейся ситуации была предпринята иранцами на переговорах в Тегеране 24–26 сентября 2007 г. Однако она закончилась неудачей из-за отказа индийской стороны принять участие во встрече. Тогда представители Ирана и Пакистана продолжили диалог 23 октября 2007 г. в Исламабаде в двустороннем порядке, что, по мнению некоторых экспертов, ознаменовало начало возможного конца ГИПИ.

Согласно заявлениям иранских СМИ, пакистанцы, демонстрирующие сильную заинтересованность в газе из ИРИ, который может удовлетворить минимум треть их внутренних потребностей, согласились с наиболее спорным требованием ИРИ о необходимости пересмотра цены на газ каждые три года. Сообщается, что теперь будет вестись подготовка к подписанию двустороннего документа. Аналитики считают, что Исламабад и Тегеран фактически пришли к решению начать реализацию проекта без участия Индии. К этому выводу их подталкивает и озвученное в октябре 2007 г. представителями Пакистана предложение увеличить планируемые поставки газа из Ирана с возможностью последующего экспорта его части в Китай. Интересы Нью-Дели в данной инициативе во внимание не принимались. Более того, по некоторым данным, пакистанцы готовы покупать для своих нужд и индийскую долю газа. Иранская сторона пока никак не отреагировала на это предложение.

Итоги октябрьских переговоров в Исламабаде значительно изменили расстановку сил при обсуждении проекта: теперь представители ИРИ и Пакистана создали своеобразный блок, который может более эффективно навязывать свое мнение Нью-Дели. По некоторой информации, индийскую сторону и ранее беспокоило сближение двух других партнеров по переговорам при явном отсутствии активных технических консультаций с ней. Тем более что 10 ноября 2007 г. представители Тегерана и Исламабада закрепили успех диалога, завершив работу над договором о поставках иранского газа в Пакистан и тем самым подтвердив опасения экспертов о фактическом выходе Нью-Дели из участия в строительстве ГИПИ.

Как сообщил официальный куратор проекта с иранской стороны Х. Ганимифард, делегации подтвердили принципиальное согласие относительно сроков пересмотра и самого механизма определения цены на газ. По его словам, сторонам осталось обсудить лишь ряд технических вопросов, таких как окончательный маршрут прокладки газопровода и уровень необходимого в нем давления. Достигнутые соглашения сформируют приложение к договору, после чего он будет подписан на официальном уровне (изначально это событие было намечено на начало 2008 г.).

При этом характерно, что иранцы все же продолжают говорить о ГИПИ как о трехстороннем проекте. По их мнению, Индия может в любой момент вновь присоединиться к нему. Одновременно в Тегеране всячески стараются подчеркнуть неизбежность реализации проекта. В частности, заявляется, что работы по строительству трубопровода уже ведутся и на участке Асалуйе–Ираншахр они практически завершены. В целом эксперты из ИРИ прогнозируют окончание строительства ГИПИ к 2010 г. Представители Индии и Пакистана дают менее радужные оценки. Индийцы считают, что даже если контракт удастся подписать в ближайшие два года, иранцам и пакистанцам потребуется не менее пяти лет на реализацию договоренности. Прогнозируемой иностранными аналитиками датой ввода ГИПИ в строй называются 2013–2015 гг.

Особое беспокойство в Нью-Дели и Исламабаде вызывает фактическое отсутствие у Ирана необходимых добывающих мощностей, для развития которых потребуются значительные инвестиции. Косвенное подтверждение находит и просачивающаяся в прессу информация о том, что работы на месторождении «Асалуйе», на котором должен добываться газ для поставок по ГИПИ, с 2005 г. были значительно сокращены. Блоки № 17–24 проекта «Южный Парс» практически не разрабатываются. Компания, которой поручили их развитие, на данный момент не обладает необходимыми технологиями и средствами. Приток же инвестиций из-за рубежа в условиях применения санкций весьма затруднен. По этой причине, чтобы единолично не финансировать строительство трубопровода, Нью-Дели и Исламабад поддержали решение о прокладке участков газопровода силами той страны, по территории которой они проходят. Совместный консорциум был неудобен еще и тем, что предполагал возможность привлечения компаний из третьих стран, чье участие в условиях потенциально возможного ужесточения санкций против Ирана могло бы создать дополнительные проблемы.

Определенную остроту в ситуацию вокруг ГИПИ внесло подписание в середине июля 2007 г. меморандума о взаимопонимании между министром энергетики Турции Х. Гюлером и министром нефти ИРИ К. Вазири-Хамане, в котором оговаривалось желание сторон организовать транзит «голубого топлива» в страны Европы. Учитывая нехватку газа на внутреннем рынке ИРИ, Тегеран в среднесрочной перспективе скорее всего не сможет обеспечить добычу «голубого» топлива в объемах, необходимых для экспорта даже по одному трубопроводу. Иранцы уже используют данный факт в качестве инструмента для оказания давления на участников обоих мегапроектов.

В этом ключе некоторые эксперты считают, что подписание трехстороннего договора по ГИПИ также затягивается по причине развернувшейся борьбы в Министерстве нефти ИРИ. Аналитики указывают на существование сильной прозападной группировки, которая хочет переориентировать нефтегазовые потоки с Востока на Запад, делая, в частности, ставку на проект транзитного трубопровода Туркменистан–Иран–Турция–Европа, а не на ГИПИ. Последний в ее глазах выступает значимой помехой при реализации своих планов. В этих условиях дальнейшее пребывание у власти М. Ахмадинежада в глазах ряда экспертов остается важным гарантом дальнейшего продолжения переговоров по ГИПИ. Замена его на любую другую фигуру, особенно поддерживаемую А.А. Хашеми-Рафсанджани, будет означать невыгодное Пакистану и Индии усиление прозападной группировки.

С оглядкой на подобный вариант в Исламабаде и Нью-Дели рассматриваются возможные контрмеры. Представители Индии, по некоторым данным, прорабатывают альтернативные варианты обеспечения «голубым топливом» своих северных провинций. В частности, рассматривается возможность разработки месторождения на востоке страны с последующей прокладкой газопровода протяженностью 2500 км в районы, испытывающие нехватку энергоносителей. Они также временно сократили взаимодействие с двумя другими участниками проекта.

Пакистанцы выбрали другой путь, активизировав взаимодействие с иранской стороной и постаравшись получить как можно больше гарантий. В первую очередь, Исламабад добился, чтобы документ, который должен быть подписан с Тегераном, назывался Межправительственным рамочным соглашением, а не договором (в таком случае он потребовал бы согласования с меджлисом и Наблюдательным советом, где сильно антипакистанское лобби), и подробно прописал в нем систему штрафов за невыполнение обязательств. Пакистанцам также удалось заручиться поддержкой Верховного лидера ИРИ. Впрочем, все эти приготовления обошлись им недешево. Испытывающий энергетический голод Пакистан был вынужден согласиться на предложенный иранцами механизм определения цены. В результате ранее согласованная стоимость МБТЕ поднялась с 5,25 до 8 долл. США, что весьма дорого для Исламабада, продающего газ внутри страны по 4 долл. США. Он также был вынужден отстаивать свое право на выбор подрядчика по строительству пакистанской части трубопровода, который будет проведен на основе тендера. Больше всего пакистанцы хотели бы видеть возможным строителем своей ветки трубы «Газпром», однако иранское правительство негативно восприняло этот факт и попыталось навязать свою фирму — «Хатам-ал-анбия», предположительно связанную с КСИРом.

В итоге, на данный момент можно говорить о том, что судьба ГИПИ находится на перепутье. Отмечаются как определенные подвижки в ирано-пакистанском диалоге, так и явный отход Индии от участия в проекте. После ноября 2007 г. стороны явно взяли паузу в переговорном процессе и планируют свои дальнейшие действия. При этом, как и ранее, многое будет зависеть от Тегерана, который должен выбрать: попытаться ли сохранить проект в изначальном трехстороннем формате или принять предложение Пакистана, предусматривающее в будущем вовлечение КНР. Любое решение будет судьбоносным.

*Ежемесячно определяемая средняя цена на сырую нефть, импортируемую в Японию.

51.91MB | MySQL:101 | 0,439sec