Саудовский король о диалоге между цивилизациями

24 марта с.г., принимая участников проходившего в Эр-Рияде шестого форума Диалога между Японией (представленной в том числе выходцами из ее мусульманской общины) и исламским миром, саудовский монарх выступил с заявлением, которое в дальнейшем было опубликовано во всех саудовских печатных и электронных изданиях. Речь шла о принципиально новом с точки зрения его содержания документе, впервые преданном гласности главой саудовского политического истеблишмента. В тот же день это заявление было размещено на сайте Министерства иностранных дел Саудовской Аравии.

Прежде всего, король Абдалла обратился со словами благодарности к участникам форума за те усилия, которые они предпринимают ради сближения ислама и других монотеистических религий, что, по его словам, «отвечает интересам всего человечества». В этой связи саудовский монарх сообщил следующее: «Я хотел бы поделиться с вами возникшей у меня еще два года тому назад мыслью (надеюсь, что она будет успешно осуществлена) обратиться к представителям всех монотеистических религий с предложением собраться вместе с их братьями по искренней вере (мусульманами. – Г.К.), поскольку все мы, исповедующие эти религии, обращаемся к единому Господу». Идея монарха (так, как она была представлена в его выступлении) не выглядела как далекая абстракция. Он говорил участникам форума, что «изложил эту мысль улемам Королевства Саудовская Аравия с тем, чтобы получить от них “зеленый свет” на ее реализацию, и, слава Богу, они ее одобрили». В чем заключается идея такой встречи? В своем выступлении король ответил и на этот вопрос: «Сегодня человечество находится в состоянии кризиса. Этот кризис преступил все рамки дозволенного разумом, моралью и гуманностью».

Вспоминая в своем выступлении состоявшийся летом 2007 г. первый визит в Ватикан, король Абдалла сказал: «Я встретился с папой как человек с человеком, и эту встречу я никогда не забуду. Мою мысль я высказал также и папе в ее качестве идеи обращения к Всевышнему Господу, как об этом говорится в Книгах богооткровенных религий – Торе, Евангелиях и Коране. В этой связи я вновь обращаюсь к Господу, чтобы он облагодетельствовал всех нас, верящих в Него, своей милостью, когда мы обращаемся к нему и действуем, как Он нам повелел в интересах всего человечества».

Продолжая свое выступление, саудовский монарх изложил собственное видение кризиса человечества, предполагающее единство действий представителей всех монотеистических религий. Это – «деградация семьи» и «распад семейных уз». Это – «падение морали» и «преданности друг другу». Это, наконец, «повсеместная потеря веры в доктрины монотеистических религий», «все большее распространение безбожия в современном мире» и, как его следствие, «потеря веры в будущее человечества». Но все эти проявления «кризиса», как отметил король Абдалла, «недопустимы для представителей всех богооткровенных религий – для верующих в Коран, в Тору и в Евангелия».

Но как будет реализовываться идея этого единения в противостоянии «кризису человечества»? Саудовский монарх подчеркнул: «Я намереваюсь, если соблаговолит Господь, организовать несколько, а не одну, конференций, прежде всего для братьев-мусульман различных стран мира, чтобы обсудить складывающуюся ситуацию, а затем мы будем встречаться с нашими братьями – представителями других религий, которые я назвал, – с приверженцами Торы и Евангелий. Мы будем собираться с ними, чтобы вместе выработать меры, способные сохранить человечество, движущееся ныне в небытие». Призвав участников форума (неяпонская мусульманская сторона которого была представлена гражданами стран арабо-мусульманского мира и Европы), разъяснять его предложение после своего возвращения на родину, саудовский монарх подчеркнул: «Сразу же, как только вы примете ваше решение, я обращусь в Организацию Объединенных Наций с предложением провести межрелигиозную конференцию. Надеюсь, что в ней примут участие и представители неавраамических религий, но нашу надежду мы возлагаем прежде всего на приверженцев Торы, Евангелий и Корана».

Беспрецедентное заявление! Оно беспрецедентно в первую очередь с точки зрения его вербального оформления. Король в его качестве «Служителя Двух Благородных Святынь» в своем выступлении называл Бога «Аллах» только, когда использовал традиционные формулы, вроде «Ин шаа Алла – Если соблаговолит Аллах», предпочитая обращение: «Рабб – Господь». Равным образом, называя в своем выступлении Коран, король, возглавляющий политический истеблишмент страны, на территории которой находятся святыни Мекки и Медины, ни разу не употребил в отношении этой Книги обычный для мусульманина ее эпитет: «Карим – Благородный», что предполагало равноценность его оценки богооткровенных Книг всех трех авраамических религий, а также возвращение к традиции – вера в богооткровенность Корана обязывает мусульманина верить и в богооткровенность ниспосланных Господом ранее Торы и Евангелий.

Заявление монарха беспрецедентно и в силу того обстоятельства, что король Абдалла – первый саудовский властитель, выступивший с инициативой широкого межконфессионального диалога. Разумеется, его инициатива не могла содержать четкого указания на место проведения будущей межрелигиозной конференции (или конференций), но ее выдвижение, по сути дела, предполагает, что, вне зависимости от того, где состоятся встречи представителей трех авраамических религий, сами эти встречи будут финансово спонсироваться саудовским руководством.

Саудовский монарх вновь предстает перед своими подданными, да и перед всем мусульманским миром, как пример для подражания. Его инициатива не призывает к бессмысленным и разрушительным выступлениям в связи, например, с публикациями карикатур на пророка Мухаммеда. Напротив, сама возможность появления этих карикатур, по мнению короля, свидетельствует о «повсеместном» распространении «безбожия», «кризиса», в котором находится «все человечество», в равной мере неприемлемого не только для мира ислама, но и для иудеев и христиан. Так не стоит ли бороться против коренных причин этого кризиса, объединяя усилия всех тех, кому Господь ниспослал Книги Откровения, а не выступать против его частных проявлений? Собственно, именно в этом и состоит основная мысль цитировавшегося выше выступления саудовского монарха. При этом король вовсе не призывает обсуждать на будущих встречах вопросы политики (хотя что в этом мире не есть политика?), примером которых является, в частности, продолжение ближневосточного конфликта. Такие конференции (что заранее известно) не дадут ощутимого эффекта. Он призывает обсуждать происходящую в современном мире «деградацию» моральных ценностей — беспроигрышная позиция!

Вместе с тем важен и еще один аспект инициативы короля Абдаллы, имеющий непосредственное отношение к процедуре проведения предлагаемых им межрелигиозных конференций. Нет никакого сомнения в том, что сторона, принимающая или спонсирующая их проведение, стремится оказать свое воздействие на состав участников тех или иных встреч. Иными словами, конференции «организуются»; наиболее яркий пример такой «организации» – состав (в том числе и несколько раввинов) тегеранской конференции, занимавшейся «разоблачением мифа» Холокоста. Саудовский же монарх предложил реализовать его инициативу под эгидой ООН в качестве принципиального условия относительной беспристрастности в подходе к выбору тех, кто будет представлять те или иные религиозные конфессии на предлагаемых им межрелигиозных встречах. Более того, эти люди будут представлять официальные религиозные структуры, а не маргинальные течения в рамках иудаизма, христианства и ислама. Впрочем, по словам выходящей в Лондоне саудовской газеты «Аш-Шарк Аль-Аусат» от 27 марта, инициатива короля Абдаллы была положительно встречена Всемирным советом церквей (сообщение об этом было опубликовано газетой со ссылкой на агентство Франс Пресс) и «обоими верховными раввинами Израиля».

Инициатива саудовского монарха не спонтанна. Напротив, она выросла из уже накопленного в его стране опыта организованного «национального диалога». С августа 2003 г. в Саудовской Аравии действует Центр национального диалога им. короля Абдель Азиза. При формулировании задач центра точка зрения саудовского истеблишмента выступала в качестве определяющей. Речь шла об «укреплении национального единства в рамках доктрины ислама», о «содействии в выработке верного исламского дискурса, основанного на умеренности», об «обсуждении национальных проблем социального, культурного и политико-экономического характера». Одним из наиболее ярких мероприятий Центра национального диалога стало проведение осенью 2005 г. региональных и общенациональных дискуссий на тему «Мы и другой: общенациональное видение взаимодействия с культурами мира». Речь шла о выработке подходов к взаимодействию между гражданами Саудовской Аравии или, если пользоваться произнесенными в то время словами одного из руководителей центра, между «мусульманами, живущими на земле Королевства Саудовская Аравия, управляемыми нормами шариата, принимающими ислам в качестве доктрины, определяющей всю нашу жизнь», и «другими» – «миром, в котором существуют иные религии, культуры и национальные идентичности». В 2005 г. саудовское руководство приняло решение о расширении спектра деятельности центра — его задача более не состояла в организации внутрисаудовских дискуссий по проблемам, имеющим отношение к социально-политическим и экономическим проблемам королевства, а должна была выйти и на международный уровень. Организация диалога с приверженцами неисламских монотеистических религий будет, в чем не приходится сомневаться, возложена в первую очередь на Центр национального диалога.

Важен, тем не менее, еще один аспект инициативы саудовского монарха. Сообщая о своей инициативе, он подчеркнул, что консультировался в связи со своей инициативой с «улемами Королевства Саудовская Аравия» и, сказал он, «слава Богу, они ее одобрили». Обычная саудовская практика в процессе принятия того или иного политического решения — правитель консультируется с представителями официального корпуса законоучителей. Но в какой мере его точка зрения принимается этими законоучителями, пусть даже они и представляют официальный религиозный истеблишмент?

20 марта «Аш-Шарк Аль-Аусат» сообщила, что в Саудовской Аравии инициирован проект «переподготовки 40 тысяч имамов мечетей различных регионов страны», которые должны будут пройти курсы «культуры диалога». Организация этих курсов также возложена на Центр национального диалога, который в этой сфере будет действовать совместно с Министерством исламских дел. Это важное сообщение доказывает вместе с тем, что политический истеблишмент страны активно действует на поприще изживания практики «нетерпимости и разжигания розни», которая все еще остается частью проповеднических усилий огромной армии низовых служителей религии в Саудовской Аравии. Именно о них уже не раз говорил министр внутренних дел королевства принц Наеф бен Абдель Азиз, подчеркивавший, что то антисистемное террористическое подполье, которое в его стране обычно называют «заблудшей сектой», поддерживает связи с «частью имамов», призывающих «освободить Аравийский полуостров от многобожников (всех немусульман. – Г.К.)».

Существует ли поддержка инициативы короля в высшем эшелоне саудовского религиозного истеблишмента?

В 1971 г. в Саудовской Аравии королевским указом был создан Совет высших улемов (Хейъа кибар аль-уляма) в качестве возглавляемой верховным муфтием страны высшей инстанции (члены которой назначаются специальными королевскими указами), публикующей шариатски обоснованные юридическо-правовые суждения – фетвы — по важнейшим вопросам религии и жизни страны. Говоря об одобрении улемами его инициативы, саудовский монарх имел в виду, конечно же, этот совет.

22 марта выходящая в Лондоне саудовская газета «Аль-Хайят» опубликовала широкое интервью самого молодого члена Совета высших улемов, преподавателя факультета шариата эр-риядского Исламского университета им. имама Мухаммеда бен Сауда Саада бен Насера Аш-Шасри, получившего в последнее время особую известность в своей стране и в арабо-мусульманском мире благодаря участию в программах спутниковых арабских телевизионных каналов, посвященных вопросам религии.

Из текста его интервью вытекало, по меньшей мере, несколько важных проблем. Как это ни парадоксально, но первая из них состояла в том, что, по словам Аш-Шасри, в Саудовской Аравии «крайне незначительно» число «шариатски образованных» законоучителей-факихов. Из этого вытекает, в частности, то, что законоучители-самоучки определяют общую атмосферу религиозной активности в стране. Это находит свое выражение, в частности, в распространении «отлучительных (от ислама. – Г.К.)» фетв, обрушиваемых ими на «любого гражданина» страны, высказывающего «собственное суждение» в отношении той или иной проблемы современной жизни.

Разумеется, как подчеркивает Аш-Шасри, отвечая на вопрос о том, как «подлинные улемы относятся к модернизационным начинаниям государства», члены высшего эшелона религиозного истеблишмента «действуют в союзе с государством, озабочены сохранением государства, а также тем, чтобы это государство принесло пользу всем мусульманам и всему человечеству». Однако те, кто входит в Совет высших улемов, назначаются королем, их «уважение к государству и сотрудничество с ним», если цитировать слова Аш-Шасри, понятно и объяснимо. Но как быть с теми сорока тысячами имамов мечетей, которые далеки от того, чтобы занимать идентичную позицию? Да и на вопрос корреспондента «Аль-Хайят» о том, правда ли, что в Совете высших улемов «проходят бурные дискуссии» в связи с нынешними начинаниями государства, Аш-Шасри дал слишком уклончивый ответ, сообщив лишь, что в основе «действий улемов лежат благочестие и высокая нравственность».

Возможно ли открытие церквей на территории Саудовской Аравии? «После того как во всех странах Залива появились церкви, взоры всего направлены на Саудовскую Аравию, — задал вопрос корреспондент «Аль-Хайят». – Существует ли какой-либо четко выраженный шариатский запрет на их открытие в пределах саудовской территории, но, конечно, вне Двух Святынь?» Отвечая на этот вопрос, молодой королевский назначенец был откровенен: «Правители этой страны, обладающие мудростью и знанием шариата, постоянно взаимодействующие с улемами, и прежде всего с Верховным муфтием и Советом высших улемов, знают, что немусульмане еще со времен Пророка находились на полуострове. Они всегда отправляли свои религиозные культы, не привлекая к этому никакого внимания и не сооружая здания, предназначенные для совершения этих культов. Не существует никаких запретов на то, чтобы они могли это делать и сегодня. Да и, кроме того, немусульмане в этой стране – временные жители. Нет смысла создавать что-то постоянное для временного явления».

Итак, еще одна проблема, вытекающая из цитируемого интервью, — король, реформирующий свое государство и общество, связан в своих начинаниях. Эти начинания всегда будут иметь свои пределы, определяемые не только «улемами-самоучками», но и представителями официального корпуса саудовских законоучителей.

Однако именно в этом контексте инициатива короля Абдаллы о проведении межрелигиозного диалога представителей всех трех авраамических конфессий приобретает тем более яркий и принципиальный оттенок.

42.98MB | MySQL:92 | 0,991sec