О попытках Турции юридически обосновать свои действия в вопросе досмотра грузовых судов, направляющихся в Ливию

Глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу считает, что Франция своими действиями на ливийском направлении пытается укрепить позиции РФ в этой стране и действует деструктивно. Такое заявление он сделал во вторник 30 июня на пресс-конференции в Анкаре. «Абу-Даби (ОАЭ — прим. ТАСС) дает [фельдмаршалу Ливийской национальной армии Халифе] Хафтару деньги, а Франция — оружие. НАТО видит в России угрозу (Турция тоже член альянса, следовательно она тоже видит российскую угрозу? – авт.), но Франция, член альянса, своими действиями пытается усилить влияние и присутствие России в Ливии», — цитирует министра телеканал Эн-ти-ви. Чавушоглу отметил, что Париж «действует вопреки решениям СБ ООН» по ливийскому урегулированию, «поддерживает пирата и путчиста» Хафтара. Турция, поддерживающая противников Хафтара — заседающее в Триполи Правительство национального согласия (ПНС) Фаиза Сарраджа, — ранее уже выступала с утверждениями относительно российского участия в ливийском конфликте. Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков, комментируя эти заявления, подчеркивал, что российские войска в Ливию не отправлялись и никаких приказов на этот счет власти РФ не отдавали. Заявления США о якобы дестабилизирующей роли «военного вмешательства» Москвы он назвал «уткой». Действительно в Ливии нет кадровых российских военных, но есть сотрудники ЧВК «Вагнер», которые по большому счету сейчас играют основную роль в блокировании дальнейшей экспансии протурецкого ПНС на восток страны. То есть, играют стабилизирующую роль, что турок сильноточной. раздражает. «Франция, которой управляет или же не может управлять [президент Эмманюэль] Макрон, таким деструктивным образом действует только лишь в собственных интересах. И вот именно позицию Франции и Макрона нужно критиковать. Надеюсь, он усвоит, что от нападок на Турцию ему не будет внутриполитической выгоды», — отметил Чавушоглу. Глава МИД Турции в очередной раз ответил таким образом на выпад Парижа 22 июня, когда Э.Макрон заявил турецкому лидеру Р.Т.Эрдогану, что Анкара играет в «опасную игру» в Ливии и «нарушает все обязательства, данные по итогам прошедшей в Берлине конференции» по Ливии. Между тем в понедельник Макрон назвал неверными утверждения, что Париж поддерживает командующего Ливийской национальной армией (ЛНА) фельдмаршала Халифу Хафтара, а «делает все для того, чтобы прийти к долговременному политическому решению в Ливии, и постоянно придерживается этой роли».   Эта перепалка возникла после того, как 18 июня случился инцидент между фрегатами Турции и Франции у побережья Ливии, а за два дня до этого французский фрегат перехватил неизвестный нефтяной танкер у ливийского побережья. и призвал к проведению военного расследования.   По данным телеканала «Франс 24», турецкий фрегат у побережья Ливии отказался выполнить распоряжение о досмотре груза со стороны французского фрегата, принимающего участие в операции НАТО Sea Guardian. Уклоняясь от досмотра, турецкий корабль взял на прицел французский военный корабль с помощью радарной системы ракетного наведения, что во французском военном ведомстве расценили как «исключительно враждебные и агрессивные действия». В свою очередь турецкое Анатолийское агентство, сославшись на представителя ВС Турции, опровергло сообщения французской стороны, сообщив, что турецкий фрегат использовал свои радарные системы не для прицеливания, а для наблюдения за французским военным кораблем, «который осуществлял опасное маневрирование». При этом, по данным агентства, несмотря на необходимость поддержания постоянного контакта в ходе операции Sea Guardian, на связь с турецким кораблем никто так и не вышел. Кроме того, отмечается, что незадолго до инцидента турецкая сторона пополнила запасы топлива на французском фрегате. «Это подтверждает необоснованность и умышленность утверждений об агрессивном преследовании [со стороны Турции]», — заявил неназванный представитель ВС Турции. Есть очень большие сомнения в правдивости утверждений турецкой стороны, но суть сейчас не в этом. Вообще вся эта история попытки досмотра военным кораблем страны-члена НАТО другого военного корабля этого же альянса выгладит странно, и есть все основания полагать, что турецкий фрегат отгонял французов от высадки на другое торговое судно. А оно, судя по нервной реакции турок, в свою очередь перевозило явно не бананы.
Описанное является первым инцидентом после введения станами ЕС в действие формата морской операции «Ирини».  В настоящее время Турция блокирует все попытки достижения договоренности между ЕС и НАТО об оказании кораблями альянса в регионе содействия военно-морской операции Евросоюза «Ирини», которая направлена на контроль за соблюдением эмбарго ООН на поставки оружия в Ливию. По информации как европейских, так и арабских СМИ, Анкара систематически нарушает эмбарго ООН, перебрасывая оружие и наемников, в том числе из Сирии для поддержки базирующегося в Триполи Правительства национального согласия Фаиза Сарраджа, воюющего с Ливийской народной армией Халифы Хафтара.
В этой связи видимо есть смысл поподробнее остановится на юридической стороне дела, иди вернее, тех аргументах, которые Анкара выдвигает на международное юридической площадке в рамках защиты своей позиции. По оценке турецких государственных юристов, Турция имеет право вмешаться, если судно, находящееся под ее защитой, подвергнется нападению в Средиземном море. Недавно греческие и французские военные корабли пытались остановить грузовые суда, которые шли в Ливию из Турции. Но турецкие военные корабли, сопровождавшие грузовые суда, не допустили вмешательства. Юсель Асер, заведующий кафедрой международного права Университета Анкары Йылдырым Беязит, заявил, что любое вмешательство других стран с целью досмотра торговых судов, которые идут в Ливию из Турции, не может быть законным. Асер сказал, что в соответствии с международным правом суверенитет любой страны не применяется в международных водах. Ссылаясь на Конвенцию Организации Объединенных Наций по морскому праву, принятую в 1982 году, Асер сказал, что открытое море — это районы, которые все страны могут свободно использовать независимо от того, имеют они побережье или нет. «Эти свободы, которыми обладают страны: свобода транспорта, свобода летать над открытым морем, свобода прокладывать подводные кабели и трубопроводы, свобода строить искусственные острова и другие объекты, разрешенные международным правом, свобода рыболовства и свобода научных исследований», — сказал он. Он подчеркнул, что в этом контексте Турция, независимо от того, объявлена ли она исключительной экономической зоной (ИЭЗ) или нет, определенно имеет право защищать свои суда в открытом море. Как правило, каждое судно (гражданское, военное, частное или официальное) в открытом море подчиняется законодательной, исполнительной и судебной власти страны, для которой оно находится под флагом.

Исключения
Об условиях, которые узаконивают вмешательство в международные воды, Aceр перечислил работорговлю и торговлю наркотиками, пиратство или несанкционированное вещание из открытого моря. «Если судно не имеет гражданства или плавает под иностранным флагом, или отказывается показать свой флаг, или оно связано хотя бы с одной из вышеупомянутых криминальных ситуаций, — сказал он, — то может быть произведено вмешательство. Асер сказал, что в соответствии с Конвенцией ООН по морскому праву такие вмешательства называются «правом посещения». «Когда на борту находятся уполномоченные военные, они имеют право только проверить документ или груз, связанный с подозрением», — сказал он. Однако он добавил, что даже в этих случаях официальные суда, которые используются в некоммерческих целях, и военные корабли имеют иммунитет. Из этого следует, что любое вмешательство других стран в турецкие торговые суда, которые идут в Ливию из Турции, не может быть законным. Сделаем замечание: если нет соответствующей резолюции Совбеза ООН, а она есть в части соблюдения оружейного эмбарго.

Право на самооборону
В случае возможного вмешательства государство защиты или государство флага получает право на самооборону. «В случае незаконного вмешательства турецкие военные корабли имеют право принять необходимые меры для защиты судов, несущих турецкий флаг», — сказал он. Далее он сказал, что турецкие военные корабли могут ответить взаимными необходимыми военными мерами, если возникнет такая необходимость. «Если есть доказательства, свидетельствующие о том, что вмешательство совершено с политической целью, то также возможно возбуждение уголовного судебного процесса против вмешивающегося персонала», — добавил Асер. При этом любое вмешательство на судне под турецким флагом считается юрисдикцией турецких властей. другой вопрос, что под эти определения не попадают таинственные танкера и грузовые корабли, которые заходят в Мисурату и Триполи. А это дает право кораблям ЕС досматривать их без всякого исключения. Но в целом отметим, что в этой части больших возражений нет, поскольку турецкие юристы оперируют общепринятыми канонами конвенций о морском праве, но вот дальше начинаются собственные трактования и коллизии. Прежде всего, это касается темы законности инспекции турецких судов в Средиземном море в рамках операции «Ирини», которую ЕС начал в марте этого года для обеспечения соблюдения эмбарго на поставки оружия в Ливию. Анкара в этой связи утверждает, что на самом деле в открытом море имеет значение инспекция государства флага. «Если государство флага произведет инспекцию, то в принципе никакого разрыва не будет», — добавил Ю.Асер. То есть, Анкара должна сама иметь исключительное право досматривать свои суда, что конечно делает такую инспекцию фарсом. Асер также заявил, что если государство считается нарушившим эмбарго, то открытое море не подходит для таких инспекций. В таких обстоятельствах следует применять другие методы (это какие? – авт.), не посягая на права государств на суверенитет, в соответствии с международным правом. Далее он уточнил, что эмбарго на поставки оружия распространяется только на незаконные поставки оружия в Ливию, а не на те, которые направляются законному правительству страны, признанному ООН, на основе различных соглашений в области безопасности. «С этой точки зрения любая инспекция турецких кораблей не будет законной. Потому что в ноябре между двумя странами было подписано соглашение о безопасности и военном сотрудничестве» — сказал Асер. Он сказал, что причина, по которой ЕС считает необходимым провести такую операцию, проистекает из политических соображений, а не из каких-либо юридических соображений, и должна рассматриваться как таковая. Вот здесь турецкие юристы откровенно лукавят. Начнем с того, что все турецкие действия в Ливии имеют прежде всего политическую основу. Но главное не в этом.
Оружейное эмбарго распространяется на все поставки оружия в Ливию. В декабре 2011 года Совет Безопасности ООН (СБ ООН) принял решение ввести эмбарго на поставки оружия и военной техники в Ливию и из нее. В июне 2016 года СБ ООН уполномочил все государства-члены ООН инспектировать суда в открытом море у берегов Ливии, которые, как считается, нарушают эмбарго. При этом ЕС не предпринимал никаких конкретных шагов по борьбе с поставками оружия и боеприпасов в Ливию, хотя с момента принятия решения СБ ООН прошло уже четыре года, а начал операцию «Ирини» 31 марта для проверки судов после успешных операций ливийских сил при поддержке Турции против ЛНА Халифы Хафтара. Как утверждают турки, единственный законный представитель Ливии в ООН, премьер-министр Фаиз Саррадж, выступил против операции «Ирини», заявив, что она носит предвзятый характер. Это опять лукавство, помимо международно признанного правительства Сарраджа есть еще международно признанный парламент Ливии — Палата представителей в Тобруке, которая эту операцию не осудила, как минимум. В этой связи надо отметить, что оружейное эмбарго уже давно в общем-то стало большой фикцией, а противоборствующие стороны и их спонсоры нарушают его давно и последовательно. Кроме того, очевидно, что аргументация Анкары по вопросу досмотра грузовых судов и танкеров в открытом море юридически не мотивирована. Она может касаться исключительно судов под турецким флагом, да и то в ряде случаев условно, поскольку помимо морского права есть еще и соответствующая резолюция Совбеза ООН.

56.92MB | MySQL:109 | 0,713sec