Китайские эксперты оценивают возможность продления оружейного эмбарго против Ирана

По данным СМИ КНР, Тегеран заинтересован в приобретении новых вооружений у России, заявил 21 июля 2020 года посол Ирана в России Казем Джалали[i]. «Естественно, это так. Мы будем проводить консультации с Россией по поводу того, что нам необходимо для укрепления нашей обороноспособности. Российское правительство и российский народ были и остаются рядом с нами в трудные минуты. В этом плане для нас Россия – приоритетный партнер», – сказал К.Джалали. «Мы с Россией активно развиваем отношения в самых разных сферах, в том числе в военно-технической. В этом у наших стран взаимный интерес. У России в этой сфере большие возможности, и мы надеемся, что наши связи в этой области со временем будут только крепнуть», – подчеркнул К.Джалали. Тегеран также получил предложения по поставке военной техники и вооружений оборонительного характера от ряда стран. 13 мая 2020 года К.Джалали напомнил, что период особого режима поставок вооружений Ирану, согласованный в рамках Совместного всеобъемлющего плана действий по иранской ядерной программе, истекает осенью 2020 года. «Обеспечение оборонных потребностей является законным правом Ирана, и после окончания ограничений будут предприняты необходимые действия. До настоящего времени Иран получал предложения на поставку военной техники и оборонительных вооружений, однако существовавшие ограничения не позволяли совершению сделок в данной области», – заявил К.Джалали.

Известно, что Иран и «шестерка» международных переговорщиков в июле 2015 года достигли соглашения об урегулировании многолетней проблемы иранского атома. Многомесячные переговоры завершились принятием совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД), выполнение которого полностью снимет с Ирана введенные ранее экономические и финансовые санкции со стороны СБ ООН, США и Евросоюза. Договоренность, в том числе, предусматривала, что оружейное эмбарго будет снято с Ирана в течение 5 лет, поставки вооружений возможны и раньше, но только с разрешения СБ ООН. Сделка в первоначальном виде не просуществовала и трех лет: в мае 2018 года США объявили об одностороннем выходе из нее и восстановлении жестких санкций против Тегерана. Ранее госсекретарь Майк Помпео отмечал, что США сделают все, чтобы продлить оружейное эмбарго в отношении Ирана и не допустить, чтобы Тегеран закупил вооружение у России или Китая.

2 июля стало известно, что  США будут инициировать в середине июля голосование в Совете Безопасности ООН по продлению оружейного эмбарго против Ирана. Об этом заявила постоянный представитель США при ООН Келли Крафт. Ранее постпред Германии при ООН Кристоф Хойсген заявил, что СБ ООН не планирует в июле рассматривать вопрос продления оружейного эмбарго против Ирана. По данным китайских источников, 5 июня США направили Великобритании, Франции, Германии и России проект резолюции СБ ООН. При этом, Келли Крафт подчеркнула, что РФ и КНР должны присоединиться к глобальному консенсусу после истечения оружейного эмбарго. К.Крафт также подчеркнула, что в случае если не удастся продлить эмбарго в отношении Ирана, США будут пытаться восстановить санкции ООН против ИРИ в соответствии с ядерной сделкой 2015 года.

Согласно проекту, Совбез должен постановить, что после истечения срока действия мер, введенных в резолюции 2231, «все государства-члены должны препятствовать прямым или косвенным поставкам, продаже или передаче Ирану через свои территории или своими гражданами, либо с использованием их судов или самолетов … оружия и связанных с ним материалов». Исключение, исходя из американского проекта, может быть в случае, если специальный комитет одобрит по крайней мере за 30 дней такую деятельность «в гуманитарных целях или для любых других задач, соответствующих целям этой резолюции». Кроме того, документ предполагает введение запрета на поставки, продажу или передачу из Ирана оружия. Страны-члены ООН, согласно тексту проекта документа, должны запрещать своим гражданам закупать оружие у Ирана. Авторы документа предлагают запретить государствам делиться с Ираном специалистами, информацией, финансовыми ресурсами, которые могут быть использованы для создания и обслуживания иранских вооружений. США также предлагают запретить Тегерану осуществлять такие действия в отношении внешнего мира.

Участие КНР в международном договоре о торговле оружием

По информации китайского постпредства при ООН, 7 июля постпред Китая при ООН Чжан Цзюнь передал генсеку ООН Антониу Гутеррешу документ о присоединении КНР к Международному договору о торговле оружием (МДТО). «Шестого июля посол Чжан Цзюнь, постоянный представитель Китая при ООН, передал документ о присоединении КНР к Договору о торговле оружием генеральному секретарю ООН Антониу Гутеррешу», – отмечается в сообщении. Договор вступит в силу для Китая через 90 дней после передачи документа о присоединении, отмечает китайское постпредство. Напомним, что международный договор о торговле оружием, вступивший в силу 24 декабря 2014 года, является юридически обязывающим документом, регламентирующим международную торговлю оружием. По состоянию на декабрь 2019 года МДТО подписали 135 государств, однако его участниками на сегодняшний день являются 105 государств, в том числе все страны Евросоюза. Из крупнейших импортеров и экспортеров оружия участниками МДТО не являются Индия, Пакистан, Саудовская Аравия, а также все государства-члены ОДКБ (за исключением Казахстана, присоединившегося к Договору в декабре 2017 года). США, традиционно занимающие лидирующие позиции на мировом рынке вооружений, подписали МДТО в сентябре 2013 года, но не ратифицировали его. В 2019 году президент США Дональд Трамп заявил о выходе страны из договора.

Китайско-иранская «сделка века»

Китай в течение ближайших 25 лет инвестирует в Иран 400 млрд долларов. Соглашение охватывает такие сферы, как торговля, экономика, политика, культура и безопасность, обширную область взаимодействия, от строительства высокоскоростных железнодорожных линий до автомагистралей, от создания зон свободной торговли до портов, от коммуникации до киберпространства, от создания инфраструктуры 5G до расширения китайской системы спутниковой навигации «Бэйдоу» (Beidou). Можно сказать, что подобные соглашения о сотрудничестве заключают многие страны, и это одно из них. Но если рассматривать его в контексте отношений Китай — США и Иран — США, станет понятно, что делает его «совершенно особенным». В этой связи выбор времени тоже весьма важен. Китай садится за стол переговоров с измученным экономическими санкциями США и международной изоляцией Ираном в критически важный момент. С другой стороны, Иран в силу своего геополитического положения становится важной частью амбициозного китайского проекта «Один пояс, один путь». Эта ситуация требует от Китая выстраивания долгосрочного сотрудничества с Ираном в политической, военной сферах, в области безопасности, а также усилий в направлении сохранения «стабильного Ирана». Кроме того, Китай, обеспечивающий за счет импорта 75% своих потребностей в нефти и природном газе, надеется с помощью этого соглашения преодолеть будущие проблемы с поставками. Действительно, решение трудностей, связанных с колебанием цен и поставками, возникающих в силу политических, экономических событий и по таким непредвиденным причинам, как коронавирус, необходимо для обеспечения устойчивого роста. Со стратегической точки зрения подписание Китаем соглашения с Ираном означает, что политика США в отношении Ирана получает сильный удар и все расклады в регионе меняются. Успех, которого Китай достигнет в результате этого события, дав Ирану определенное облегчение, может вылиться в серьезное «бросание вызова» Соединенным Штатам Америки не только на Ближнем Востоке, но и во всем мире. Достаточно обратить внимание на то, что дало Тегерану подписанное с Китаем в 2016 году соглашение о сотрудничестве в области обороны и военной сфере. Частью этого соглашения было не просто легкое вооружение и амуниция, а тактические баллистические противокорабельные ракетные системы, ракеты малой дальности, технологии беспилотных летательных аппаратов. Результаты наращивания иранского военного потенциала можно было увидеть в Ливане, в ходе гражданской войны в Сирии и Йемене, атаках на Саудовскую Аравию. Благодаря соглашению в ближайшие 25 лет Иран и КНР смогут влиять на США. Проанализировав материалы китайско-иранского соглашения, китайские специалисты приходят к выводу, что данное мероприятие является составной частью китайского проекта «Один пояс, один путь». Соглашение пойдет на пользу нефтедобывающей отрасли ИРИ: по китайской оценке модернизация нефтедобывающего оборудования ИРИ нуждается в инвестициях на сумму около 150 млрд долларов. В европейских СМИ, данное соглашение называют «контрактом на продажу Родины», подразумевая, что в среднесрочной перспективе ИРИ станет «спутником» КНР. Больше всего европейских экспертов возмутила возможность предоставления иранской территории для «размещения китайских военных объектов». Вероятно, что данной территорией может стать порт Чабахар, обладающий стратегически выгодным положением. Примечательно, что даже с учетом американских санкций в отношении  ИРИ, ограничительные меры не затрагивают этот порт. В Тегеране отмечают, что основной оператор – Индия – «не в полной мере реализует потенциал объекта инфраструктуры». В итоге, ИРИ получит дополнительные инвестиции в Чабахар, а КНР смогут снизить индийское влияние в ИРИ. С учетом современной военно-политической обстановки,  китайские политологи говорят о возможности создания «тройственного союза» – КНР, ИРИ и Пакистан (ИРП). Коалиционные силы будут способны повлиять на ситуацию в Афганистане а через какое-то время – в Ираке и Сирии. В отдаленной перспективе он станет противовесом альянсу Вашингтон – Дели.

Таким образом, представляется возможным согласиться с оценками китайских специалистов в том, что пролонгация оружейного эмбарго в отношении Ирана является возможной. США, которые последовательно выводят подразделения своих вооруженных сил из стран Ближнего Востока и одновременно усиливают ВС данных стран, заинтересованы во всеобъемлющем сдерживании ИРИ за счет конвенционального сдерживания. Однако у ИРИ остается стратегический партнер – КНР, который в свое время уже передал значительную часть технологий военного назначения в Иран в обмен на углеводороды. Наличие китайских «военных объектов» на территории ИРИ позволит китайскому руководству не только обеспечить безопасность своего проекта «Один пояс, один путь», но и реализовать элементы военной политики, в частности военно-техническую политику, в отношении ИРИ. Отметим также, возможность участия китайских капиталов в восстановлении военных ядерных объектов ИРИ, которые стали мишенью для спецслужб Израиля и некоторых арабских стран Персидского залива.

[i] Илан хэ чжунго цяньшу 25 нянь сеи: ши дуй мэйго де хуэйцзи ма? // Иран и Китай подписали соглашение на 25 лет: как это ударит по США? // Информационно-аналитическое агенство «Сина» (URL: https://mil.news.sina.com.cn/china/2020-07-16/doc-iivhvpwx5669968.shtml )

52.99MB | MySQL:104 | 0,295sec