Обсуждение израильско-иранского конфликта на Герцлийской конференции. Часть 2

Институт политики и стратегии (Institute for Policy and Strategy, IPS) при Междисциплинарном центре Герцлия 10 сентября 2020 года провел международную онлайн конференцию на тему «Израиль в эпоху кризисов: куда мы движемся?» в рамках ежегодной Герцлийской конференции. Одна из ключевых рассматриваемых проблем – конфликт между Израилем и Ираном, а также вероятность того, что еврейское государство останется в одиночестве перед лицом иранской угрозы. На одной из дискуссионных площадок обсуждался следующий вопрос: что произойдет с политикой США в отношении Ирана, если после президентских выборов в США в ноябре 2020 года Белый дом займет Джо Байден?[i]

По мнению Д.Росса, бывшего специального помощника президента Б.Обамы и координатора Белого дома по Ближнему Востоку и региону Персидского залива, научного сотрудника Вашингтонского института ближневосточной политики, в случае победы Д.Байдена произойдет изменение в стиле и сути американской политики. Во-первых, начнется координация действий с близкими союзниками для проведения общего политического курса. Во-вторых, несмотря на то, что Джо Байден заявил о намерении вернуться к Совместному всеобъемлющему плану действий (СВПД от 2015 года), не стоит ожидать, что это произойдет быстро. Иранцы начнут торговаться с Белым домом по поводу снятия санкций, а администрация США будет требовать от них соблюдения всех ограничений, предусмотренных СВПД. К тому же в июне 2021 года в Иране также пройдут президентские выборы, и вполне вероятно, что в этот период руководство страны будет испытывать значительное внутреннее давление, которое не даст им свободы действий в ведении переговоров с Вашингтоном. Поэтому, скорее всего, немедленного возврата к СВПД не произойдет, но будет вестись открытая дипломатия, которая видоизменится.

Произойдет ли заключение соглашения с Ираном в течение 30 дней в случае победы на выборах Д.Трампа, удастся ли ему проделать с иранцами такой же трюк как с Северной Кореей? По мнению Далии Дассы Кайе, директора Центра ближневосточной публичной политики RAND Corporation, иранцы попытаются восстановить рычаги давления в любом потенциальном соглашении. Заключая сделку во время администрации Б.Обамы, они преследовали цель добиться возможностей для получения ядерного оружия. После американских выборов произойдет активизация иранцев в ядерной сфере и в регионе, как это было в прошлом году в Заливе, что в итоге привело к убийству Касема Сулеймани. Поэтому после выборов в ноябре 2020 года, скорее всего, произойдет эскалация напряженности, а не заключение нового соглашения.

Генерал-майору Амосу Гиладу (исполнительному директору Института политики и стратегии при МДЦ Герцлия) и Ницану Алону (генерал-майору запаса, бывшему руководителю проекта по Ирану, экс-главе Оперативного управления Армии обороны Израиля) задали вопрос относительно загадочных взрывов на ядерных объектах Ирана. Возможно ли, что «такие военные действия неких сил в регионе смогут остановить ядерную программу Ирана?».

По словам Н.Алона, взрывы в иранском Натанзе действительно нанесли определенный ущерб ядерному оборудования и производству центрифуг. Но это лишь эпизод в виде тайных операций, которые сами по себе должны стать элементом комплексных мер, направленных на противостояние амбициям Ирана. Не стоит ожидать, что секретные операции смогут остановить Иран в продвижении к ядерному оружию.

Исходя из того, что стратегическая цель сейчас – заключить новое соглашение с Ираном, которое было бы лучше ранее подписанного СВПД, Израилю необходимо обеспечить, чтобы в нем был зафиксирован ряд пунктов. А.Гилад отметил в данном контексте наличие двух направлений – ядерная проблема и региональная угроза. Как он видит, Д.Трамп готов подписать соглашение по ядерным аспектам, однако оно не будет касаться усиливающихся региональных угроз Израилю, исходящих от «Хизбалластана» (так израильский генерал называет Ливан – авт.), Ирака, Сирии. По его словам, «с оперативной точки зрения израильская армия наносит успешные удары, но это не является стратегией. В таких условиях иранцы развивают свою ракетную программу, окружая Израиль».

А.Гилад полагает, что если на выборах победит Д.Трамп, будет заключен «исторический и самый грандиозный договор в мире, не включающий все виды угроз, кроме ядерной, и это очень печально». Иранская угроза возрастет, американский воинский контингент в регионе будет сокращаться, с 18 октября с.г. Россия и Китай начнут продавать Ирану современное оружие, это дестабилизирует баланс сил на Ближнем Востоке. Но самое важное, по словам А.Гилада, заключается в том, что «Иран остается приверженным экстремистской религиозной идеологии, призывающей к уничтожению Израиля, от которой он не откажется, несмотря на экономические трудности». Поэтому «если происходят взрывы – с оперативной точки зрения это хорошо, точно также как и убийство Касема Сулеймани, но это не стратегическое решение», – сожалеет А.Гилад.

Модератор дискуссии Уди Сегаль, главный политический аналитик и ведущий вечерних выпусков новостей на израильском телеканале «Решет 13» утверждает, что заключение «ядерной сделки» с Ираном при администрации Б.Обамы на основе предположений, что в этом случае поведение Ирана изменится, оказалось «огромной ошибкой». Д.Росс также полагает, что надежды на то, что Иран изменит свое поведение после подписания соглашения – были иллюзиями, т.к. верховный лидер А.Хаменеи должен был показать приверженность своей идеологии. Поэтому, считает он, иранцы активизируются в случае переизбрания Д.Трампа.

По мнению Н.Алона, возможности Ирана в области современного конвенционального оружия угрожают не только Израилю, но затрудняют присутствие американских военных в регионе – в Катаре, Саудовской Аравии – и даже использовать им авианесущие крейсеры в районе Персидского залива. «Это то, над чем Израилю и США стоит задуматься», – говорит израильский генерал.

У.Сегаль поинтересовался, сможет ли политика «максимального давления на Иран» в сочетании с военными операциями привести к тому, что он назвал «столь желанной сменой иранского режима?».  По словам Далии Дассы Кайе, «военные операции и саботаж действительно стратегически не решают проблему иранской ядерной программы, хотя и позволяют выиграть время. Однако в Вашингтоне больше не говорят о смене режимов, новым выражением дня там является «крах режима». Идея в том, что Иран очень уязвим, в стране проходят массовые протесты, экономика в тяжелом положении». Проблема только в том, что иранский режим оказался слишком устойчивым, больше, чем многие могли предположить; у него есть стратегический союзник, такой как Китай. Поэтому США приходится иметь дело с Ираном таким, какой он есть, дипломатическими методами.

По мнению эксперта RAND, представление о том, что США могут разом решить ядерную проблему и угрозу региону, является слишком амбициозным. При этом нет сомнения, что Америка продолжит сдерживать «враждебную военную активность Ирана в регионе». Но она подчеркнула следующий факт – несмотря на жесткую санкционную политику администрации Д.Трампа в отношении Тегерана и выход из СВПД, Иран в разы усилил поддержку негосударственных вооруженных отрядов по всему региону. Политика максимального давления на Иран не приводит к изменению его поведения, наоборот – он активизировался в своей ядерной программе, в разных местах региона, поддерживая своих прокси.

«В таких условиях, – полагает Далия Дасса Кайе – США необходимо быть умнее и использовать естественные региональные инструменты в виде тех, кто не хочет быть под влиянием Ирана. Такие силы есть в Ливане и Ираке, и США должны их всячески подталкивать к антииранским действиям. Необходимо также использовать дипломатические инструменты совместно с европейскими партнерами – особенно Францией, Великобританией и Германией. И объединившись, может быть получится подписать соглашение, по крайней мере, по баллистическим ракетам».

В ходе обсуждения У.Сегаль пришел к выводу, что, скорее всего политика максимального давления на Иран является единственным и самым простым путем, который может привести к краху иранского режима. По мнению А.Гилада – «проблема в том, что это единственное решение, но этого не произойдет. США и Израиль продолжат иметь дело с Ираном. В регионе Израиль останется один перед лицом иранцев, поэтому придется найти способ, чтобы их ослабить». По его словам, сегодня Израиль столкнулся не с Сирией, Ливаном и Ираком, а с одним (в случае с Ливаном и Сирией) северным фронтом против Израиля, которым управляет Иран. Он полагает что «решением проблемы с Сирией является свержение существующего режима, однако этого не произойдет. Более того, режим в Дамаске может даже усилиться в военном отношении и оказывать еще больше давления на Израиль». В оперативном плане израильские военные проводят успешные операции на этом фронте. Но стратегически в будущем продолжится израильско-иранское противостояние, поэтому Израилю придется предотвратить получение иранцами ядерного оружия.

У.Сегаль уточнил у А.Гилада, действительно ли он считает, что Израиль останется наедине с Ираном независимо от того, кто займет Белый дом после ноябрьских выборов. Он поправился и продекларировал, что за Израилем стоит мощный союзник в лице Вашингтона, с которым Израиль взаимодействует в сфере разведки, в вопросах обороны и военной помощи. По его словам, сближение с арабскими странами очень важно для Израиля (в области политики, а не вопросах безопасности), поэтому необходимо избегать таких провокаций, как аннексия территорий Западного берега р. Иордан. А.Гилад полагает, что даже если Д.Трамп или Дж.Байден подпишут ядерное соглашение с Ираном, оно будет касаться ядерных аспектов,  но не региональных угроз Израилю.

По словам Н.Алона, «Иран не является проблемой Израиля, так как угрожает многим странам Ближнего Востока, американским интересам в регионе, к тому же существует еще ряд причин, по которым Израиль не останется один. С военной точки зрения у Израиля есть возможность действовать против Ирана и не только посредством тайных операций. Однако за это придется заплатить высокую цену, чего бы Израилю ни хотелось». Н.Алон полагает, что Израиль обладает не только военными возможностями, т.к. у него есть стратегический союзник в виде США, но и разделяет общие интересы с рядом региональных мусульманских стран, а также европейскими партнерами. Поэтому он бы посоветовал израильскому руководству комбинировать военные средства с дипломатическими методами и экономическим давлением на Иран.

Далия Дасса Кайе отметила, что США необходимо аккуратнее использовать такое понятие как фронт умеренных суннитских государств в контексте противостояния Ирану, т.к. каждый из них преследует свои национальные интересы.

В целом, несмотря на то, что участники дискуссии сошлись во мнении относительно того, что Израиль не останется наедине перед лицом иранской угрозы, в высказываниях некоторых из них (что особенно проявилось в позиции А.Гилада) прослеживался скептицизм по этому поводу и  необходимость придерживаться пиетета по отношению к «американским друзьям». Последние, в свою очередь, единогласно подтверждают приверженность США Израилю, а качественное и количественное ослабление американских позиций в регионе объясняют соображениями целесообразности и оптимального соотношения «человеческих жертв и материальных затрат».

[i] The Israeli-Iranian Conflict: Will Israel Be Left Alone? // IPS-IDC Herzliya — https://www.idc.ac.il/en/research/ips/pages/events/vod-online%202020/iran-israelvod.aspx

53.2MB | MySQL:101 | 0,349sec