Армяно-азербайджанский конфликт и позиция Турции. Часть 4

27 сентября 2020 года отмечено резким обострением конфликта между Арменией и Азербайджаном из-за Нагорного Карабаха. Исповедующая на протяжении всего периода независимого Азербайджана принцип «два государства – один народ» Турция, вне всякого сомнения, уже является участником противостояния на Южном Кавказе.

Однако, вопрос вызывает та степень вовлеченности, на которую готова пойти Турция, исходя из нынешней обстановки внутри страны и за её пределами. А также с учетом её геополитических интересов и планов.

Напомним, что в предыдущей части нашей публикации (доступна на сайте ИБВ по ссылке: http://www.iimes.ru/?p=73530) мы начали разбирать мероприятие самого влиятельного турецкого мозгового центра, Фонда политических, экономических и социальных исследований Турции, который запустил серию онлайн конференций, посвященных ситуации в Нагорном Карабахе и турецко-азербайджанским отношениям.

В частности, 1 октября состоялась веб-конференция «Турецко-азербайджанские отношения с точки зрения безопасности, энергетики и международной политики».

Напомним, что мы остановились на тезисе первого выступающего, исследователя Фонда Мурата Аслана, который отметил, что в 1990-е годы Турция не могла активно вмешаться в конфликт на территории Нагорного Карабаха, ввиду своей экономической неготовности и отсутствия сильной политической власти. Более чем откровенное признание от представителя ведущего мозгового центра SETAV, напрямую спонсируемого турецким государством.

Иными словами, получается, что верно и обратное: современная, экономически и политически сильная Турция, теперь готова к тому, чтобы вмешиваться в различные проблемные зоны, как минимум, на постсоветском пространств.

Про восприятие территориальной целостности России, в частности, территорий на юге страны, можно регулярно составлять свое мнение, знакомясь с публикациями ведущих информационных агентств страны. Прямых сепаратистских призывов в таких публикациях нет, однако, делается подача истории в духе того, что территории были оккупированы русскими, а местное население подвергнуто и, до сих пор, подвергается давлению со стороны Москвы. Но есть и куда как более яркие примеры.

Проиллюстрируем:

Это тестовая публикация Исламской энциклопедии, которая издана со стороны Религиозного фонда Турции. Желающие могут полностью ознакомиться с публикацией, посвященной Чеченской Республике. Она полностью выдержана в вышеупомянутом контексте. Однако, нас здесь интересует лишь только заголовок: «ЧЕЧЕНИСТАН (приставка «-стан» означает либо собственную государственность, либо высокую степень автономии), страна (!!!) на Северо-Восточном Кавказе».

Для сравнения: а вот статья, посвященная Республике Татарстан. Опять же, смотрим заголовок:

«Татарстан – это автономное государство (!), связанное с Российской Федерацией». Заметим два обстоятельства. Во-первых, не республика, а государство. А, во-вторых, не в составе Российской Федерации, а связанное с Россией. Согласимся, что это несколько разные вещи. И пусть читатели не думают, что это – казуистика. Напротив, турки – это народ, который очень тщательно выбирает выражения и знает разницу между «государством» и «республикой», а также между «в составе» и «связанный». И употребляет их «по месту».

Допустим, Дагестан той же самой энциклопедией называется «автономной республикой, связанной с Российской Федерацией».

Вообще говоря, то, что мы говорим для профессионалов, занимающихся российско-турецкими отношениями, никакой новостью не является. Посольство РФ в Анкаре регулярно обращает внимание турецких официальных лиц на факты неправильных упоминаний названий субъектов Российской Федерации, а также на тот исторический контекст, который присутствует в описании истории Российской Федерации. Заметно, что и то, и другое, так или иначе, ведет к вопросу о территориальной целостности Российской Федерации.

Тем не менее, в дни обострения Нагорно-Карабахского конфликта, когда Турция вошла уже в постсоветское пространство, на упомянутые обстоятельства, в ряду многих других схожих, следует вновь обратить самое пристальное внимание. Как на свидетельство того, что принцип невмешательства во внутренние дела друг друга, как минимум, турецкой стороной ставится под вопрос. В определенном смысле, можно считать эту ситуацию повторением «лихих 1990-х годов», когда Турции попросту не хватило ресурсов, как экономических, так и политических, для того, чтобы конвертировать распад Советского Союза и образование сонма независимых государств себе на пользу. Понимая, что и как можно / нужно делать, как можно понять турецкого докладчика, у Турции просто не хватило ресурса (хватит ли его сейчас – это отдельный вопрос, заслуживающий специального обсуждения)

В чем же видит турецкий исследователь качественное изменение ситуации, по сравнению с прошлым?

Прежде всего, он ведет речь о том, что около трех десятков лет Турция была активно вовлечена в подготовку азербайджанских военнослужащих, что придало совершенно другое качество азербайджанской армии и позволило ей, в плане выучки, добиться преимущества над противником из Армении.

Во-вторых, как отметил докладчик, в Турции, динамичным образом, развивается собственный оборонно-промышленный комплекс.

Если раньше Турция, целиком и полностью, зависела от поставок вооружений и боеприпасов из-за рубежа (из США, ЕС и Израиля), которые она не могла «реэкспортировать» в третьи страны, то теперь ситуация кардинальным образом изменилась. Турции больше не надо ждать разрешения от США и / или Европы для того, чтобы использовать вооружения по своему усмотрению и, в том числе, поставлять их за рубеж в регионы своих интересов.

Это – то, что мы сейчас наблюдаем со стороны Турции, которая, допустим, активно экспортирует свои беспилотные летательные аппараты или же предоставляет их сторонам различных конфликтов. Катар, Украина, Сирия и Ливия – это лишь первые примеры той политики, которая, как следует ожидать, будет в обозримой перспективе продолжена и даже активизирована. При этом, понятно, что использование тех же БПЛА немыслимо без подготовленного персонала, предоставляемого со стороны Турции. Что предполагает непосредственное участие персонала ВС Турции в вооруженных противостояниях, допустим, в том же Нагорном Карабахе. Что, разумеется, турецкой стороной отвергается на фоне заявлений о «всемерной поддержке страны».

Говоря о конечной цели Азербайджана в противостоянии в Нагорном Карабахе, турецкий докладчик отметил, что целью является «спасение оккупированных земель» и установление полного контроля над его территорией и оккупированными азербайджанскими селами. Исходя из той простой истины, что если проблема не решается, то она «узаконивается». То есть, приобретает силу статус-кво, которое изменить крайне сложно. Поэтому спустя 30 лет топтания на месте, пора уже предпринимать решительные, силовые шаги по решению вопроса, иначе он окончательно устаканится в своем нынешнем положении.

В геополитическом смысле, как отметил докладчик, если не решить проблему Нагорного Карабаха, то получится так, что Азербайджан займет положение тюркского государства, зажатого на Кавказе между Россией, Грузией и Арменией. Также возникают вопросы с безопасностью страны. Да и сам Азербайджан оказывается изолированным от мира и зависимым от России.

Одним из важных аспектов вопроса для Азербайджана является социальная безопасность. На территории страны проживает 1 млн перемещенных лиц (надо понимать, что докладчик имеет в виду – из Нагорного Карабаха – В.К.) и их невозможно «растворить» на территории Азербайджана (кстати, вопрос возникает «почему невозможно?» — В.К.).

Энергетический аспект проблемы заключается в том, что на протяжении ряда лет Россия выступает с предложениями к Азербайджану экспортировать его энергоресурсы через российскую территорию и нерешение вопроса Нагорного Карабаха могло, как указывает турецкий докладчик, привести к тому, что, рано или поздно, это может фактически случиться.

В целом же, вопрос Нагорного Карабаха, самым непосредственным образом, оказывается связанным с безопасностью Кавказа и Каспия.

Следующим докладчиком на мероприятии стал Мустафа Джанер, который представляет Институт ближневосточных исследований (ORMER) в Университете Сакарьи.

Его выступление было посвящено международному аспекту конфликта в Нагорном Карабахе. Свое выступление Мустафа Джанер начал с той позиции, которую по этому вопросу занял Иран. Как он отметил, Иран с 1990-х годов поддерживает посредническую миссию ОБСЕ в конфликте.

Как указал докладчик, Иран, на протяжении ряда лет, занимает позицию отстаивания существующего статус-кво в Нагорном Карабахе.

При этом он обратил внимание, что поддерживать статус-кво в сложившейся ситуации в Нагорном Карабахе является эквивалентом того, что оказывать поддержку «оккупации» азербайджанских земель со стороны Армении.

Тем не менее, автор указал, что у внешней политики Ирана есть другие, отличные от кавказского направления приоритеты. Они, прежде всего, сосредоточены на Ближнем Востоке. И, в принципе, приоритетом Ирана является защита границ в их нынешнем положении на Кавказе.

Впрочем, надо учитывать тот факт, что на территории Ирана проживают миллионы азербайджанцев в одноименной провинции, которые разделяют, по мнению автора, ценности с Азербайджаном. И сейчас в Иране наблюдается протестный подъем поддержки действий Азербайджана в Нагорном Карабахе.

Влияние на Иран оказывает и его отношения с Турцией и тот новый региональный баланс, который складывается, буквально, на глазах.

Тем не менее, турецкий докладчик охарактеризовал позицию Ирана выражением «пусть все остается по-прежнему».

С другой стороны, под давлением азербайджанского населения, как он указал, Иран заблокировал проезд фур и пролет самолетов, (якобы) доставляющих (военную) помощь из России в Армению.

С другой стороны, докладчик призывает не забывать и о том, что на территории Ирана проживает армянская диаспора, численность которой он оценил приблизительно в 100 тыс. человек, чье влияние также не стоит сбрасывать со счетов.

Следующим игроком, чью позицию по ситуации в Нагорном Карабахе рассмотрел турецкий докладчик, является Россия.

Как указала докладчик, Россия пытается защищать свои интересы на постсоветском пространстве. При этом, если сравнивать между собой Армению и Азербайджан, то у последнего, все-таки, потенциал – выше (как минимум, с точки зрения ресурсной базы Азербайджана – В.К.). Тем не менее, более тесные отношения поддерживаются Россией именно с Арменией.

Как оценивает турецкий эксперт те факторы, которые окажут влияние на формирование российской позиции в отношении событий в Нагорном Карабахе? – Они перечисляются им следующим образом.

Прежде всего, речь идет о том, что Россия «занята» Белоруссией.

С другой стороны, Турция является для Россией «фактором», который она учитывает при принятии собой решений. Особенно, с учетом того, что происходит в Ливии и в Сирии. Турецкий эксперт обратил внимание на то, что во всех этих конфликтах Россия и Турция оказываются по противоположные линии фронта.

Прогноз докладчика заключается в том, что Россия будет «пробовать говорить» с Турцией.

Ну, а Турция, в свою очередь, проводит четкую энергетическую политику, которая направлена на повышение объемов закупки природного газа у Азербайджана, что сопровождается снижением объемов, получаемых турецкой стороной у России и у Ирана. Что, разумеется, не может не вызывать у последних беспокойства.

И, наконец, третьим докладчиком на мероприятии стал Юнус Фурунджу (Университет Коджаэли). Его выступление было посвящено энергетическому аспекту нынешнего Нагорно-Карабахского обострения.

Его главная идея заключается в том, что Турция укрепила с 2000-х годов свое положение в качестве транзитного государства. Это стало возможным благодаря наращиванию сотрудничества страны как с Азербайджаном, так и с Грузией. Совместные энергетические проекты между этими странами оставляют Россию «за бортом». Более того, реализация проектов, пунктом назначения которых является порт Джейхан, позволяет снижать нагрузку на Проливы (об экологической опасности для которых, со стороны энергетического транзита, так много говорится в Турции – В.К.).

Целью Турции, которая переключается на энергетическую торговлю с Азербайджаном, является также и развитие своего сотрудничества с Казахстаном и Туркменистаном. С первым – по нефти, со вторым по газу.

При этом уже сейчас можно говорить о том, что Турция сменила свое качество, став пайщиком (!) в важных региональных проектах. В проекте TANAP турецкая трубопроводная компания BOTAŞ имеет долю в 30%. В разрабатываемом Азербайджаном месторождении Şah Deniz турецкая нефтяная корпорация ТРАО имеет долю в 20%. Получается, что Турция, уже сегодня, является не только транзитной страной, но и страной, производящей энергоносители.

В целом, нынешние турецко-азербайджанские отношения характеризуются большим количеством совместных проектов, которые могут пострадать от негативной обстановки в регионе. Турецкие инвестиции в Азербайджане составляют сумму около 10 млрд долларов. С другой стороны, Азербайджанские инвестиции в Турции – приблизительно 12 млрд долларов. Включая 51% доли в нефтеперерабатывающей компании PETKİM.

Переходя к сессии «вопрос ответ», которая состоялась после докладов участников веб-конференции.

Прежде всего, прозвучал вопрос относительно того, что является конечной целью Армении в нынешнем конфликте?

Этот вопрос был обращен к первому докладчику – Мурату Аслану. Отвечая на этот вопрос, он говорил о «мистицизме» армян. А также о их видении «Большой Армении». Впрочем, тут же он отметил и про то, что Армения пытается, всеми силами, удержать достижения 1990-х годов (когда Армения оккупировала Нагорный Карабах и ряд азербайджанских сел – В.К.), принимая во внимание, что страна – слабее Азербайджана.

Как указал турецкий докладчик, Армения приступает к активным действиям, направленным на обеспечение признания независимости Нагорного Карабаха. В частности, важным аспектом действий Армении на этом направлении является предпринимаемая страной и упомянутая докладчиком «арменизация» географических названий региона.

С другой стороны, есть статус-кво, который фиксируется Минским форматом, который категорически не устраивает Азербайджан.

Ещё одним вопросом к Мурату Аслану стал тот, почему Армения именно сейчас пошла на обострение конфликта в Нагорном Карабахе?

Заметим, что в Турции не ставится под сомнение тот факт, что агрессором в нынешнем обострении выступает именно Армения. Хотя те доводы, которые звучат в пользу того, что именно Армения является агрессором, являются крайне неубедительными. Ну нет у Армении необходимой мотивации для того, чтобы атаковать Азербайджан. Напротив, армянская сторона должна быть довольна нынешним статус-кво, чтобы начать его раскачивать своими действиями. Как правильно заметили турецкие докладчики, что все, что работает на сохранение статус-кво, автоматически работает на оккупанта. То есть, раскачивание статус-кво работает на Азербайджан.

Отвечая же на этот вопрос, почему Армения сейчас пошла на обострение, турецкий докладчик ответил, что армянская сторона пытается нынешним кризисом затянуть конфликт и воспрепятствовать мирному урегулированию вопроса.

50.16MB | MySQL:115 | 0,884sec