Российско-турецкое энергетическое сотрудничество по состоянию на 2020 год. Часть 4

Перспективы российско-турецкого сотрудничества в сфере поставок природного газа, в последние месяцы, вызывают заметные вопросы. Речь идет о заметном снижении закупок природного газа Турцией у России и сложностями с получением российской стороной платежей за невыбранный российский газ, предусмотренных условием take or pay («бери или плати») ранее подписанных соглашений.

Впрочем, представляется, что это — лишь одно из проявлений системных проблем в «российско-турецком многоплановом энергетическом партнёрстве», которое было провозглашено на рубеже первого – второго десятилетий 21-го века.

Можно говорить о том, что энергетическое партнёрство в прежнем, достаточно комфортном, для России виде с Турцией подходит к своему концу. Со всей очевидностью, прежнего доминирования «Газпрома» в Турции уже не будет, причем, случится это в обозримой перспективе – приблизительно в течение 5 лет.

9 июня с.г., пожалуй, главным на сегодняшний день, центром исследований России RUSEN (Анкара) была опубликована статья под заголовком «Турция отказывается от российского газа? Провал «Турецкого потока» и господство TANAP, или краткосрочная флуктуация?» (имея в виду резкий спад закупок Турцией природного газа у России в начале 2020 года – И.С.).

Напомним мы остановились на общей оценке нынешней ситуации, которая складывается с экспортом российского газа. В частности, турецкими экспертами велась речь о том, что России не удалось уйти от своего газового транзита через Украину, да ещё и была оплачена украинской стороне крупная сумма, в размере 3 млрд долларов. Законным вопросом, в этой связи, является тот, каково будет значение «Турецкого потока» в новых условиях? Очевидно, что прежний геополитический расчет России, на полное исключение Украины из транспортной цепочки российского газа в Европу, не оправдался.

Что заставило авторов статьи RUSEN сомневаться на тему того, является ли для России, в настоящее время, «Турецкий поток» лишь только политическим проектом, лишенным к настоящему моменту экономической составляющей (к слову сказать, сама постановка этого вопроса, в очередной раз, заставляет задуматься о перспективах так называемого «многопланового энергетического сотрудничества между Россией и Турцией» — И.С.)?

Далее авторы материала напоминают историю вопроса, в частности, делая отсылку читателей к дате 1 декабря 2014 г., когда президент России В.Путин после встречи с президентом Турции Р.Т.Эрдоганом в Анкаре неожиданно заявил о своем отказе от прокладки «Южного потока» по Черному морю из России в Болгарию и заявил, что 4 нитки этого газопровода будут перенаправлены в Турцию. Однако президент Р.Т.Эрдоган отклонил предложенное Россией соглашение и потребовал сократить пропускную способность трубопровода, уже названного «Турецким потоком», до двух веток.

Процитируем турецкого автора: «Идея превратить Турцию в газовый хаб, с помощью поставок из России, явно перестала интересовать Турцию».

В результате, как отмечается авторами материала, президент Р.Т.Эрдоган получил «свою трубу», а у «Газпрома» осталась только одна труба для дальнейшего экспорта газа в ЕС.

Цитируем: «Из-за этого многомиллиардные мощности, проложенные по России для заполнения «Южного потока», оказались частично ненужными». И далее: «Если посмотреть на «Турецкий поток» с российской точки зрения, Россия не только усилила бы зависимость Турции от поставок газа, но и рассматривала «Турецкий поток» как полноценный стратегический и политический проект. Для России (построить – И.С.) «Турецкий поток» означает обезопасить себя от проекта TANAP и минимизировать экспорт СПГ Турции из других стран, таких как, Алжир, Катар, Нигерия и США. Россия стремилась получить власть на Балканах, где страна уже успешно распространяет свою мягкую силу через культурные, социальные, гуманитарные и гражданские связи».

Как напомнили авторы статьи, в марте 2020 года поставки «Газпрома» в Турцию упали на 35%, до 15 млрд куб. м, что является минимальным показателем за последние 10 лет. В результате «Турецкий поток» и «Голубой поток» суммарной мощностью 35 млрд куб. м остались полупустыми. В марте месяце 2020 года мощности двух газопроводов (2,9 млрд куб. м в месяц) были загружены менее чем на 10% (!).

Цитируем авторов статьи:

«Турция увеличивает закупки СПГ на спотовом рынке, и теперь сжиженный газ значительно дешевле, чем газ, получаемый из российских трубопроводов. Частные турецкие импортеры газа, у которых есть открытые контракты с «Газпромом» до 2035 – 2042 годов, в течение двух лет нарушали условие «бери или плати», закупая меньше согласованной суммы, чтобы диверсифицировать поставки и потребности Турции в энергоресурсах. Очевидно, что на поставки через «Турецкий поток» также повлияли рыночные колебания из-за COVID-19 и дестабилизация энергетических рынков».

После прочтения изложенных выше фактов, должно сложиться достаточно полное впечатление о том, что Турция собирается полностью отказаться от поставок российского природного газа, однако, авторы RUSEN придерживаются несколько иной точки зрения:

«Падение цен на сжиженный газ подрывает роль как «Турецкого потока», так и экспортного потенциала российских трубопроводов в целом, однако, Турция не откажется от поставок российского газа в долгосрочной перспективе по следующим причинам».

И далее авторами перечисляются следующие причины:

«1. Долгосрочные контракты «бери или плати» с «Газпромом».

2. Для Турции «рационально» принимать участие в российских энергетических проектах, потому что страна хотела бы в будущем усилить свою незаменимую роль энергетического узла между поставками газа из России и Европы.

3. После первой сделки по С-400 и после недавних новых обсуждений по поставке второй партии систем, можно ожидать, что Россия и Турция будут продолжать подписывать коммерческие проекты и, как важный союзник НАТО, Турция будет продолжать разыгрывать «карту Кремля» против Запада.

4. Турция одобряет развитие своей атомной энергетики с Россией через проект АЭС «Аккую». Решительные шаги, которые необходимо предпринять в этом проекте, приблизят две страны к более тесному сотрудничеству в двусторонних отношениях в области энергетики».

На самом деле, нельзя не согласиться с тем, что для Турции невыгодным является полностью отказываться от поставок газа из России. Куда как выгоднее, указав «Газпрому» на наличие альтернатив, сделать его более сговорчивым по условиям сделок. А также, через диверсификацию своего портфеля заказов, лишить Россию «психологического преимущества» монопольного продавца природных ресурсов на турецком рынке.

Вопрос лишь заключается для турок лишь в том, чтобы «не перегнуть палку», когда Россия снова на 180 градусов поменяет свою энергетическую политику, оставив Турцию за бортом своих текущих и будущих проектов. Для того, чтобы быть активным игроком, Турции предстоит и дальнейший контакт с Россией.

Цитируем:

«COVID-19 углубил раскол между севером и югом в Европе. Скорее всего, произойдет сближение и сотрудничество Турции со странами Южного Средиземноморья и совместное использование богатых запасов энергоресурсов в регионе путем принятия конкретных шагов с Грецией, Италией и Ливией.

Идею превратить Средиземное море в эффективный регион морской торговли поддерживают такие страны, как Марокко, Алжир, Тунис, Ливия, Египет, Северная Африка, Турция, Греция и Израиль.

Еще одним важным аспектом энергетической безопасности Турции, который сегодня стоит на повестке дня, является TANAP и повышение важности азербайджанских поставок в Турцию. Государственная энергетическая компания Азербайджана SOCAR готова пересмотреть свои замещающие контракты с Турцией, чтобы отразить преобладающие низкие цены, на которые «Газпром» настаивает. Впервые турецкий импорт СПГ опережает закупки трубопроводного газа.

За последние несколько месяцев Турция резко увеличила импорт СПГ из Азербайджана, получив в марте (2020 года – прим.) 924,28 млн куб. м азербайджанского природного газа, что соответствует почти четверти импорта природного газа в месяц.

Другой сценарий, прогнозирующий ситуацию с региональным энергетическим проектом – TANAP, довольно сложен. Чтобы обезопасить себя от проекта TANAP, сделать «Турецкий поток» конкурентом проекта — одна из первоначальных целей для России. Общая мощность TANAP составляет 16 млрд куб. м, а с «Турецким потоком» на завершающей стадии мощность будет достигнута почти 31,5 млрд куб. м…

Однако, если роль Азербайджана в уравнении энергетической безопасности Турции увеличится в ближайшем будущем, Россия может оказать определенное политическое давление как на Грузию, так и на Азербайджан (через неурегулированный конфликт между Азербайджаном и Арменией из-за Карабаха), чтобы обеспечить себе место в качестве одного из незаменимых поставщиков природного газа в Турцию.

Несмотря на разногласия как в Сирии, так и в Ливии, отношения Турции и России в сфере энергетики в долгосрочной перспективе не изменятся из-за возросшей взаимозависимости в энергетических вопросах. Турция начала импорт природного газа из России до окончания Холодной войны, заложив основу для важных отношений на десятилетия вперед, а запуск «Турецкого потока» в январе этого (2020 – прим.) года консолидирует интересы обеих стран в энергетической игре, которая в настоящее время разыгрывается в регионе».

Итак, если вернуться в начало статьи и ответить себе на вопрос, заданный в заголовке статьи, а именно: отказывается ли Турция от российского газа? Что означает мартовское снижение закупок Турции у России – одноразовое отклонение от нормы или новую реальность?

Из статьи можно понять, что авторы стремятся уйти от ответа на этот вопрос, который же сами и сформулировали. Что, впрочем, понятно с учетом намерения турецкой стороны – а именно, по снижению закупок природного газа у «Газпрома» до объема, оговоренного в соглашении по «Турецкому потоку».

Впрочем, как показывает Турция подписанием этого соглашения, она не заинтересована в разрыве энергетического сотрудничества с Россией, пытаясь играть свою партию более тонко. Руководство Турции отлично понимает, что дела у «Газпром» на зарубежных рынках идут не очень хорошо. А, следовательно, от него можно ждать уступок не только в адрес Украины, но и в сторону Турции. В такую игру играть намного выгоднее, чем в простое сворачивание отношений.

На самом деле, стоит заметить, что действия турецкой власти в плане энергетики встречаются с самыми разными оценками со стороны наблюдателей. Проправительственные эксперты говорят о тонкой игре, которую ведет власть под руководством президента Р.Т.Эрдогана, который постепенно уводит Турцию от её энергетической зависимости от России. Оппозиционные эксперты возражают тем, что говорят о том, что Турция «по горло» зависима от поставок природного газа из России и о том, что винить в этом надо действующую турецкую власть и недальновидность её политики. Впрочем, если обратиться к цифрам, то падение доли «Газпрома» на турецком рынке становится очевидным. Причем, при относительно стабильном ежегодном потреблении газа Турцией. Заметим, что происходит это, несмотря на заключение так называемой «сделки века» по газопроводу «Турецкий поток».

Тем не менее, скептики нынешней энергетической политики говорят о том, что эпитет «сделка века», как минимум, не применим к проекту «Турецкого потока». В начале этого года, накануне торжественной церемонии открытия «Турецкого потока», в оппозиционных СМИ появилось множество подобных оценок, которые отражают настроения определенных кругов по отношению к российско-турецкому энергетическому сотрудничеству. Стоит обратить внимание на оценки, данные в начале этого года оппозиционному изданию Cumhuriyet со стороны главы Рабочей группы по энергетической политике турецкой Палаты инженеров-нефтяников Недждета Памира.

Приведем некоторые, наиболее характерные, цитаты из его интервью видному турецкому изданию.

  1. Становится ли Турция незаменимым игроком на международных рынках, с учетом того, что она начинает транспортировать в Европу газ не только с востока, но и с северного направления?

Цитируем:

«Следует посмотреть, что подразумевается под словом «незаменимые» на международных рынках. Турция снабжается газопроводами с востока, севера и с запада. В общем объеме потребляемой энергии, 30,5% покрывается за счет природного газа, а 30,5% за счет сырой нефти. Если так посмотреть (на ситуацию –И.С.), то в обеих источниках (энергии – И.С.) Турция полностью зависит от зарубежных источников. Вы не являетесь центром торговли (газом – И.С.) ни с другими существующими соглашениями о трубопроводе, ни с соглашением по «Турецкому потоку». Потому что о возможности покупать и продавать газ в рамках существующих соглашений не может быть и речи. По данным на 2018 год, Турция импортирует около 50 млрд куб. м природного газа. Он полностью расходуется. Из этого объема, в Грецию можно передать только 670 млн куб. м».

  1. Является ли «Турецкий поток» «историческим проектом»?

Цитируем:

«В нашей стране такие жаргонные слова, как «сделка века» и «сделка столетия», используются, прямо-таки, в состоянии болезни и неуместно. Я думаю, что эти высказывания — для внутренней политики. Давайте объясним, почему же мы не «сделаем исторический шаг» с «Турецким потоком»: мы (и так) покупали у России 30 млрд куб. м  газа по двум трубопроводам. Из них 16 млрд куб. м поступает из «Голубого потока», 14 млрд куб. м — из России по Западной ветке через Украину, Румынию и Болгарию. Теперь Россия деактивирует 14 млрд куб. м Западной линии, предлагая проект «Турецкий поток». Она наказывает Украину и дает сигнал Европе, которая пытается «наказать» и ограничить её (Россию – И.С.). Вместо 14 (Россия) будет поставлять 15,75 млрд куб. м газа с проектом «Турецкий поток», который мы можем назвать параллельным этому «Голубому потоку». Когда мы смотрим на это с точки зрения объемов, для нас нет ничего «исторического». Вы отменяете 14 (млрд куб. м), а будет поступать 15,75 млрд куб. м. Почему и как мы становимся «незаменимыми», когда отключена Западная линия в 14 млрд куб. м и активирован «Турецкий поток» в 15,75 млрд куб. м?».

  1. Про рост объемов поставки газа из России (по факту, как мы можем видеть роста поставок из России – нет и, напротив, наблюдается снижение объемов закупки газа у «Газпрома», что, собственно, и заставило всех говорить о перспективах поставок газа из России в Турцию – И.С.).

Цитируем турецкого эксперта топливно-энергетического комплекса:

«Да, немного увеличивается (объем поставок газа из России – И.С.). С нашей точки зрения, другая причина может быть исторической, давайте подумаем … Вы совершили такое революционное преобразование в технологии, что вы построили корабли, которые будут прокладывать трубопроводы, которые проходят на глубине 2200 метров, вы достигли этой технологии. Это тоже исключено. Русские это сделали. Вы участвуете только в строительстве трубопровода с русскими в наземной части, а строительство трубопровода на суше, вероятно, не является «проектом века»».

51.9MB | MySQL:101 | 0,365sec