Американские эксперты об экономическом развитии Ирана в 2020 году

В представлении аналитиков консалтинговой компании Eurasia Group в завершающемся 2020 году экономика Исламской Республики Иран столкнулась с двумя комплексными вызовами: экономическими санкциями США и коронавирусом. В рамках своей кампании «максимального давления», начатой в 2018 году, администрация Д.Трампа еще больше усилила санкции против ИРИ. Одновременно, COVID-19, о котором в Иране впервые сообщили в феврале 2020 года, создал новые проблемы и усугубил существующие.

 

Санкции США, введенные против Ирана в 2020 году, и их влияние на экономику ИРИ

Согласно оценкам американских экспертов, санкции США, введенные в 2018 и 2019 годах, нанесли больший ущерб иранской экономике, чем какие-либо действия подобного рода в течение 2020 года. Общей направленностью санкционных мер американской администрации в 2020 году стало обеспечение наложенных ранее ограничений, а не их расширение.

В частности, 26 июня 2020 года Управление по контролю за иностранными активами Министерства финансов США (OFAC) приняло меры против капитанов пяти танкеров, принадлежащих «Судоходным линиям ИРИ» (IRISL) и «Национальной иранской танкерной компании» (NITC). Утверждалось, что управляемые ими суда CLAVEL, PETUNIA, FORTUNE, FOREST и FAXON, действуя под иранским флагом, доставили бензин и его компоненты в Венесуэлу.

Двумя месяцами позднее, 3 сентября 2020 года, OFAC внесло в «черный список» шесть организаций из Ирана, ОАЭ и Китая. Им вменялось в вину участие в продажах иранской нефтехимической продукции, которая, как говорится в пресс-релизе Казначейства США, «остается ключевым источником доходов иранского режима, помогая финансировать дестабилизирующую поддержку коррумпированных режимов и террористических группировок на Ближнем Востоке…»

Исключением из этой тенденции стали санкции, введенные США 8 октября 2020 года, в отношении всего финансового сектора ИРИ и 18 частных банков. Причем,  санкции против банков вызвали опасения европейских партнеров США, что Иран не сможет получить доступ к лекарствам и продуктам питания во время пандемии. По сообщению агентства Рейтер, «в конце октября Германия, Франция и Великобритания призвали администрацию Д.Трампа пересмотреть новые широкие санкции против банков Ирана, поскольку этот шаг будет препятствовать законной гуманитарной торговле и нанесет ущерб общим интересам союзников».

По данным Eurasia Group, в 2020 году администрация США ввела множество других санкций против ИРИ, не имевших строгой экономической направленности. Так, 20 мая OFAC включило в санкционный список министра внутренних дел Ирана, семь высокопоставленных должностных лиц правоохранительных органов и одного представителя провинциальных властей за их роль «в серьезных нарушениях прав человека».

В сентябре OFAC наложило санкции на трех заместителей директора Организации по атомной энергии Ирана (AEOI) и ряд ее дочерних подразделений. К ним также добавили структуры, курируемые Иранской организацией аэрокосмической промышленности (AIO) и поставляющие оборудование для производства баллистических ракет, и высокопоставленных чиновников, работающих над ракетными программами ИРИ.

В октябре 2020 года санкционный список пополнил посол Ирана в Ираке Ирадж Масджеди, генерал КСИР и, в прошлом, соратник убитого США Касема Сулеймани. Утверждается, что И.Масджеди отвечал за подготовку и оказывал поддержку группам иракских ополченцев, а также руководил или поддерживал лиц, ответственных за нападения на силы США и коалиции в Ираке. В своем нынешнем качестве И.Масджеди «использовал свое положение посла иранского режима в Ираке для сокрытия финансовых переводов в пользу корпуса «Кудс» КСИР». Тогда же Казначейство США выявило и ввело ограничения на пять иранских организаций, якобы совершивших кибератаки с целью повлиять на выборы в Соединенных Штатах.

Некоторые санкционные действия, по мнению экспертов Eurasia Group, по всей видимости, в первую очередь направлены на то, чтобы затруднить дипломатию США с Ираном в будущем. Например, 26 октября 2020 года Министерство финансов США ввело контртеррористические санкции в отношении ключевых игроков нефтяного сектора Ирана за поддержку сил «Кодс».

 

Влияние пандемии коронавируса на экономику Ирана

Руководство ИРИ сопротивлялось установлению строгих ограничений, наблюдаемых в Западной Европе или Азии, в первую очередь из-за экономических проблем. Введение запрета на работу потребовало бы от правительства предоставить альтернативную и значительную экономическую поддержку. В представлении американских аналитиков Тегеран не мог и не хотел этого делать.

По данным Международного валютного фонда власти ИРИ сообщили о первых подтвержденных случаях заражения коронавирусом в городе Кум 19 февраля 2020 года. После вспышки правительство приняло ряд мер по ограничению распространения вируса: остановило рейсы из Китая, закрыло школы, торговые центры, рынки и основные религиозные объекты, ввело запрет культурных и религиозных собраний. 25 марта президент Хасан Роухани объявил о частичной изоляции, закрытии предприятий и государственных учреждений на две недели и запрете поездок между разными городами. Соответственно, индекс закупок в марте и апреле рухнул.

Обеспокоенное экономическим ущербом от вспышки, правительство приказало, начиная с 8 апреля, поэтапно возобновить работу предприятий, имеющих низкий или средний риск распространения вируса. С 26 мая были открыты все учреждения, предприятия и основные религиозные объекты. Индекс закупок за май и июнь показал, что промышленность начала восстанавливаться, но в июле он сократился на 6 процентов.

В конце марта президент Х.Роухани объявил, что меры по ликвидации последствий пандемии и восстановлению экономики составляют более 10 % ВВП. По данным МВФ перечень проведенных мероприятий включает: дополнительное финансирование сектора здравоохранения (2% ВВП); денежные переводы уязвимым домохозяйствам (0,3% ВВП); поддержку фонда страхования от безработицы (0,3% ВВП); субсидированные кредиты для затронутых предприятий и уязвимых домохозяйств (4,4% ВВП). Кроме того, иранское руководство объявило мораторий на уплату налогов в пользу государства сроком на три месяца (6% ВВП).

Хотя эти меры и предотвратили худшие экономические последствия, они не давали правительству достаточной свободы действий для принятия более агрессивных мер изоляции, особенно на ранних этапах пандемии. В отличие от других развивающихся стран Иран не мог воспользоваться экстренной поддержкой международных финансовых институтов (США заблокировали запрос ИРИ к МВФ о ссуде в 5 млрд долл. для борьбы с коронавирусом), а международные долговые рынки оставались закрытыми.

Ущерб от пандемии оказался значительным. Наибольшее влияние COVID-19 оказал на ненефтяной сектор (сельское хозяйство, производство и услуги), который обеспечивает большую часть экономики после того, как санкции США ограничили иранский экспорт нефти. По данным Всемирного банка, к середине года работу потеряли 1,5 млн человек. По мере ослабления риала потребительские цены продолжали расти. В октябре месячный уровень инфляции достиг 7% — самого высокого уровня за последние два года.

 

Показатели ненефтяной торговли Иран в 2020 году и влияние на неё пандемии

Согласно сообщению Таможенного управления ИРИ (IRICA), за первые восемь месяцев персидского года (с 20 марта по 20 ноября) объем ненефтяного сектора иранской торговли достиг 44,6 млрд долл. Из указанной суммы страна экспортировала товаров на 21,5 млрд долл., а импортировала на 23,1 млрд долл. В целом, текущие показатели на 20% меньше общего объема торговли по сравнению с тем же периодом прошлого года. При большем импорте, чем экспорте Иран накопил дефицит торгового баланса, без учета нефти, в размере 1,6 млрд долл. в сравнении с 1,3 млрд долл. в прошлом году.

Общий объем проданных товаров оценивается примерно в 97,7 млн ​​тонн, из которых более 75 млн тонн приходится на экспорт и около 21,8 млн тонн – на импорт товаров. Импорт за указанный период снизился на 1% и 18% по весу и стоимости соответственно. По аналогичным показателям экспорт также упал на 14% и 19%.

В пятерку основных направлений экспорта Ирана, не связанного с нефтью, в этот период входили Ирак с объемом экспорта более 5,3 млрд долл., Китай с такой же суммой, ОАЭ с более чем 2,7 млрд долл., Турция с 1,6 млрд долл. и Афганистан с 1,5 млрд долл. Пятью основными поставщиками импорта в этот период стали Китай с 6 млрд долл., ОАЭ с 5,4 млрд долл., Турция с 2,6 млрд долл., Индия с 1,4 млрд долл. и Германия с объемом импорта 1,1 млрд долл. Большая часть продукции, ввезенной в страну, относится к товарам первой необходимости или сырью.

В указанный период через Иран в соседние страны транзитом перевезено 4 471 тыс. тонн грузов, что на 15 % меньше, чем за тот же период прошлого года.

 

Продажи Ираном нефти в 2020 году, выполнение планов продаж, и влияние колебания нефтяных цен на чистую прибыль ИРИ

Бюджет ИРИ на текущий год предусматривал экспорт 1 млн баррелей нефти в день по цене 50 долл. за баррель – на общую сумму около 18 млрд долл. Оба пункта не выполнены. Всего за несколько дней до начала персидского календарного года, в марте 2020 года, из-за распространения коронавируса мировые цены на нефть упали в глобальном масштабе.

С марта по декабрь цена на нефть марки Brent в среднем составляла 39 долл. за баррель, что ниже среднего показателя 2019 года в 64 долл. за баррель. Тяжелая иранская нефть торговалась на несколько долларов ниже международного эталона. Кроме того, Тегеран предложил своим клиентам дополнительную скидку с учетом рисков, связанных с санкциями США. В итоге, правительству страны не удалось приблизиться к запланированным 50 долл. за баррель.

Оценки относительно того, сколько нефти Иран ежедневно экспортировал в 2020 году, варьируются. Некоторые аналитики предполагают, что экспорт составлял менее 500 тыс. баррелей в сутки. Другие утверждают, что этот суточный показатель, особенно в конце 2020 года превышал 1 млн. баррелей. По информации Eurasia Group, ответственный за бюджет высокопоставленный иранский чиновник сообщил, что страна экспортировала 700 тыс. баррелей в сутки, хотя впоследствии эта цифра была опровергнута. Американские эксперты полагают, что более низкие оценки в большей степени согласуются с тем, что в этом году Иран получит менее 5 млрд долл. доходов от нефти. Результат крайне мал, если сравнивать с 53 млрд долл. в 2017 году.

Считается, что Иран в некоторой степени оказался изолированным от волатильности цен на нефть весной, поскольку только 9% его бюджета в 2020 году зависело от нефтяных доходов. Однако, из-за нехватки иностранной валюты каждый потерянный доллар имел непропорционально большое значение. В конце 2020 года цены восстановились, что частично ослабило давление.

 

Стоимость иранской валюты в 2020 году и её влияние на правительство и общественность

По состоянию на середину декабря 2020 года иранский риал обесценился на 49 % по отношению к доллару. Своего самого низкого уровня – 322 000 риалов за доллар – риал достиг в октябре. В сочетании с инфляцией около 30% слабость и нестабильность риала вынуждали население ИРИ искать другие способы для сохранения своих сбережений. Как правило, ими становились недвижимость, золото, акции или иностранная валюта, что, в свою очередь, привело к росту цен в этих секторах экономики.

В качестве попытки стабилизации риала и увеличения количества долларов в экономике правительство предприняло два заметных шага. Во-первых, Тегеран активизировал усилия по принуждению экспортеров репатриировать доллары, угрожая возбуждением судебных исков против отказывающихся от сотрудничества предприятий. Некоторые экспортеры не желают возвращать доллары в Иран, поскольку их приходится продавать по более низкому курсу в рамках государственной системы валютных операций. Усилия правительства способствовали повышению курс риала, особенно летом, но эффект оказался недолгим.

Во-вторых, в конце 2020 года для повышения курса национальной валюты Центральный банк ИРИ начал вливать в экономику по 50 млн долл. в день. Денежные интервенции в сочетании с оптимизмом по поводу конца президентства Д.Трампа и его кампании «максимального давления» укрепили риал. К середине декабря риал стабилизировался на уровне 260 000 риалов за доллар.

 

О новом бюджете ИРИ на 2021 год

Правительство президента Х.Роухани 2 декабря представило в парламент проект бюджета на 2021 год в размере почти 34 млрд долл. Как и в случае с бюджетом на 2020 год, эксперты оценивают перспективный план правительства, как довольно оптимистичный.

С поправкой на инфляцию, будущий бюджет на 10% больше, чем в 2020 году. Он содержит многообещающие предположения относительно экспорта нефти, налоговых поступлений, приватизации и выпуска облигаций. Увеличившиеся доходы правительство планирует использовать для роста расходов на заработную плату, субсидии и программы социального обеспечения.

Экспертов впечатляют ожидания Тегерана относительно поступлений от энергоносителей. Иран планирует заработать доходов от нефти в 2021 году на 170% больше, чем в 2020 году (с поправкой на инфляцию). Это составит 21% государственных доходов по сравнению с 9% в 2020 году (включая конденсат и природный газ, которые составляют небольшую долю общего экспорта энергии).

По словам Х.Роухани, правительство намерено продавать в 2021 году 2,3 млн баррелей нефти в день по цене 40 долл. за бочку. Продажи будут включать как физический экспорт, так и эквивалент в облигациях с нефтяным покрытием, предлагаемых на внутреннем рынке.

Специалисты считают, что расчетная цена достаточно консервативна, поскольку нефть марки Brent в декабре 2020 года торгуется по 50 долл. за баррель, однако, общий объема продаж продолжает оставаться низким. Поскольку ожидать быстрой отмены санкций со стороны новой администрации Дж.Байдена Ирану не стоит – достичь заявленной цели будет не просто.

Помимо прочего, с учетом избранного в феврале 2020 года консервативного парламента ожидаются новые столкновения между законодательной властью и правительством центриста Х.Роухани. Отношения между президентом и новым парламентом значительно ухудшились в ноябре и декабре 2020 года. Несмотря на возражения президента, парламент продвинул законодательство, касающееся денежных субсидий и ядерной программы. В последнем случае правительство обязано прекратить инспекции ООН иранских ядерных объектов и увеличить обогащение урана сверх норм, установленных ядерной сделкой 2015 года, если санкции не будут ослаблены в течение двух месяцев. Предполагается, что в 2021 году парламент, займет столь же агрессивную позицию и в отношении бюджета, особенно касательно увеличения военных и социальных расходов.

Таким образом, прошедший 2020 год для экономики Исламской Республики Иран оказался сложным. Пандемия коронавируса, имеющая глобальное влияние, была усилена санкционным давлением со стороны уходящей администрации Д.Трампа. Представляется возможным согласиться с оценками Eurasia Group в отношении слишком оптимистичного взгляда иранского правительства на перспективы 2021 года. Кроме того, очевидно, что имеющие место столкновения между завершающим свой второй и последний срок президентом и парламентом, пытающимся в этот период «играть мускулами», в большей степени связаны с политической властью, чем с экономической философией.

51.92MB | MySQL:109 | 0,365sec