О политическом значении проекта единого бюджета Ливии на 2021 год

17 января высокопоставленный сотрудник Министерства финансов ПНС на условиях анонимности сообщил представителям СМИ, что предлагаемый единый бюджет на 2021 год составляет от 70 до 75 млрд динаров по новому обменному курсу 4,48 динара за доллар.

В интервью для веб-сайта Al-Araby Al-Jadeed, чиновник сообщил, что имеет место быть увеличение нового бюджета двух правительств, ПНС и временного в Тобруке, которое включает в себя субсидии на жен и детей, в дополнение к восстановлению пострадавших от войны районов.

Он добавил, что это увеличение также включает в себя «активизацию местных органов власти» и их роли в управлении местными услугами и некоторыми другими проектами, устранение перебоев в подаче электроэнергии и предоставление средств Национальной нефтяной корпорации для увеличения добычи.5

12 января экономические дискуссии, в которых участвовали официальные лица двух правительств в Бреге, подчеркнули необходимость согласовать размер государственных расходов и принцип эффективности их расходования в дополнение к необходимости подготовить в ближайшие дни окончательное видение общего бюджета в рамках подготовки к его представлению следующему единому правительству.

Утечка о параметрах будущего бюджета произошла на фоне положительных новостей из Женевы.

Исполняющая обязанности специального представителя генерального секретаря ООН в Ливии Стефани Уильямс объявила, что члены Консультативного комитета Форума ливийского политического диалога достигли договоренности о механизме выбора исполнительной власти.

«Мне очень приятно сообщить вам, что члены Консультативного комитета действительно ответственно подошли к делу и выполнили эту задачу в конструктивном духе, совместных усилиях и высоком патриотизме», — сказала Уильямс на пресс-конференции 16 января во Дворце Наций в Женеве.

Специальный представитель добавила: «Я рада сообщить, что они достигли соглашения по рекомендуемому механизму отбора, которое было передано 75 членам Форума ливийского политического диалога».

«75 членов проголосуют за этот механизм в понедельник, — добавила С.Уильямс. — Они сделали решительный шаг к достижению целей, которые мы поставили в Тунисе».

Она пояснила, что на основе предложения, составленного Консультативным комитетом, каждая коллегия выборщиков отдельно назначает представителя собрания в Президентский совет, полагаясь на принцип консенсуса при согласии 70%выборщиков по той, или иной кандидатуре.

Если этого будет невозможно достичь, то будут формироваться списки из всех регионов, состоящие из 4 человек, каждый из которых определяет должность, на которую он баллотируется (председательство в Президентском совете, членство в Президентском совете, премьер-министр). Для того, чтобы список был представлен для голосования, каждый список должен получить 17 рекомендаций. (8 с запада, 6 с востока и 3 с юга страны), список, получивший 60% голосов, побеждает в первом раунде, и если ни один из списков не получает этот процент, два списка, которые получают самый высокий процент, будут соревноваться во втором раунде. Список, набравший 50% + 1 голос выигрывает.

С.Уильямс подчеркнула: «Я вижу, что решение, принятое сегодня, является лучшим урегулированием, которое может быть достигнуто, потому что это предложение уважает региональное мнение, и, фактически, побуждает людей преодолевать свои разногласия и свои территориальные предпочтения, чтобы улучшить понимание и построить единство в стране, а также воплотить принципы всеобщего участия, прозрачности и представительства справедливо реализованные по регионам и среди разных групп населения. Я хотела бы подчеркнуть, что Организация Объединенных Наций никоим образом не будет участвовать в подготовке списков, и, как я неоднократно указывала, это решение является ливийско-ливийским, и наша роль ограничивается поддержкой и содействием».

«Важно подумать и напомнить всем, что речь идет о единой временной исполнительной власти, которую сменит постоянное правительство, демократически избранное ливийским народом 24 декабря этого года», — сказала он.

«Наши принципы ясны и недвусмысленны», — добавила С. Уильямс, — и наша цель состояла в том, чтобы определить механизм выбора единой исполнительной власти, которая воплощает эти принципы, и сегодня я обращаюсь к ливийскому народу с хорошей новостью — ваши представители в Консультативном комитете, обладающие патриотическим чувством и духом приверженности, выполнили свои обязательства».

Если основным отличием нынешнего проекта единого бюджета является то, что Тобруку предоставлена возможность озвучить свои пожелания, ранее Киренаика финансировалась по остаточному, или «явочному» порядку, то есть, денег давали тогда, когда их не дать было нельзя и столько, сколько было минимально необходимо, то, в части механизма отбора кандидатов, основной вариант с коллегией выборщиков повторяет прежний джамахирийский, когда на сессии Всеобщего народного конгресса выбирали руководящий состав генеральных комитетов.  Озвученные бюджетные параметры также близки к временам поздней Джамахирии – около 18 млрд долларов США против нынешних, примерно, 16 млрд.

Эти факты в очередной раз подтверждают наш тезис, что в Ливии, после 2011 года, фактически, сохраняется Джамахирия, с той лишь разницей, что М.Каддафи был отстранен от власти и было убито по разным оценкам от 25 до 50 тысяч человек, и около полумиллиона были вынуждены покинуть родину, спасаясь от военных бедствий и политического преследования. Убедившись, что на «освободившемся» от М.Каддафи политическом пространстве ничего, кроме оголтелого терроризма, сепаратизма и анархии существовать не в состоянии, о чем тот, кстати, предупреждал, США и их ближайшие военно-политические союзники решили навести в Ливии порядок, и то, что у миссии С.Уильямс – Р.Норланда это получается, на самом деле, объясняется не какой-то изощренной политтехнологией или  особым знанием местной специфики, а прагматичным подходом к проблеме, основанным на четком представлении того, что раз ливийцы не в состоянии организовать свое социальное общественное пространство по другому, значит не надо им ничего навязывать, возвращать монархию, устраивать конфедерацию или любым иным образом «изобретать велосипед». Достаточно изменить формулировки и поставить местные бизнес- и родоплеменные элиты перед фактом: первые, если хотите зарабатывать, а вторые —  пользоваться системой льгот и дотаций, умерьте свои амбиции, договоритесь между собой о перераспределении долей, к слову, незначительном, поскольку за 40 лет Джамахирии все эти вещи были, как говорится, «отточены» до совершенства. Тех, кто эти очевидные вещи не понял, устранили или устранят. Особняком, пока что, остается фактор Х.Хафтара, но то, что фельдмаршал, возомнивший в какой-то момент себя новым М.Каддафи, с которым он ни в коей мере не сравнится, будучи напрочь лишенным его харизмы, и не являясь политиком от слова «совсем». То, что он до сих пор присутствует в ливийском политическом поле, объясняется просто: во-первых, он ничем не мешает процессу политического диалога в вещах принципиальных, и, до поры до времени, даже удобен в качестве жупела, которым можно припугнуть Триполи и особо непонятливых (вернее сказать, жадных) в Бенгази и Тобруке. Во-вторых, ну не хотят США портить из-за него отношения с ОАЭ. То, что Х.Хафтару в будущем едином политическом формате Ливии места не будет, тоже понятно: Запад не примет его ни при каких условиях, а восточным элитам, как только они поймут какой объем власти и средств они гарантировано получат при новом раскладе, он также не нужен. Кроме двух-трех «придворных» батальонов ЛНА, ливийские военные его не воспринимают, прекрасно помня историю его пленения и последующего предательства. И как только восточная военная элита получит свою часть полномочий и гарантированное жалование из единого Министерства обороны, Хафтар ей тоже становится безоазличен.

Что характерно, РФ, старавшаяся выстраивать политику на ливийском направлении, исходя из того же понимания, что и США, только перевернутого «с ног на голову», пыталась воспринимать ливийцев, точно также, исходя из джамахирийских реалий. Но с одной принципиальной разницей, демонстрирующей всю глубину ее нынешней североафриканской политической «мудрости»: сдав вначале М.Каддафи в 2011 году, Москва затем, решив вновь заняться ливийской проблематикой, с невиданным упрямством принялась цепляться за персоналию Сейфа аль-Ислама аль-Каддафи. Эту линию реализовывала группа, которую мы условно назовем, «питерской». Она ассоциируется с Фондом защиты национальных ценностей, и вся ее активность, чья логика и механизмы вызывали, мягко говоря, недоумение, на сегодня, достигла некоего апогея в истории с задержанием «политтехнолога» М.Шугалея и его спутника, изобличенных во вмешательстве во внутренние дела Ливии, граничащем со шпионажем и подрывной деятельностью. Вторая группировка, решившая попытать удачи в Ливии, это, условно говоря, «военные». Это те люди, которые, по всей видимости, по корпоративным понятиям, и, исходя из того факта, что Х.Хафтар когда-то учился в советской Военной академии им. Фрунзе, решили выступить в качестве внешнеполитического субъекта, особенно тогда, когда тот вначале стал щедро расплачиваться за оружие и услуги из средств, полученных от ОАЭ. Ну, и кто-то надстоящий над этими двумя группами, решил им не мешать, у кого-нибудь, из них глядишь, что-то и получится, хотя на деле, эмиссаров первой ливийцы арестовали и затем, проявив добрую волю, амнистировали и отдали, а представители второй, до сих пор что-то делают в ливийской пустыне, то ли воплощая представления своего начальства о гибридной войне и, якобы, чем-то мешая туркам в Ливии, то ли просто, утверждая их амбиции, но и первая, и вторая группы, поставили на отдельные персоналии, видя их в качестве проходного варианта, в одном случае, сына М.Каддафи, в другом – его бывшего военачальника, но, при этом, искренне считая, что этого достаточно. При этом, первые не удосужились выяснить, каков реальный потенциал Сейфа аль-Ислама в нынешних условиях, а вторые решили, ну, а что, хорошо  же, сейчас наш коллега, военный, у нас учился, всех этих террористов — бандитов-партизан разгонит, станет вторым Каддафи, и отдаст нам все перевооружение страны. Утрем нос и США и Турции, и, вообще, всем. Утирают до сих пор.

Но, видимо, то, что Хафтар, «сыгранная карта», начинает доходить в Москве, нет, не у первой партии, о ней, применительно к Ливии, пока вообще ничего не слышно, и слава богу, и не у второй, до которой, как известно, истины доходят с некоторым опозданием. В процесс, по всей видимости, вмешался тот самый, надстоящий фактор, давший указание МИД РФ, которому до сих пор, на ливийском треке, неизменно приходилось отдуваться за авантюризм и некомпетентность питерской группы и делать вид, что ничего не известно о «деятельности военной.

В МИД РФ сообщили, что в 15 января спецпредставитель президента России по Ближнему Востоку и странам Африки, заместитель министра иностранных дел  Михаил Богданов обсудил с послом Абдель-Баситом аль-Бадри, личным посланником и специальным советником спикера парламента Акилой Салехом, развитие ситуации в Ливии во время их встречи в Москве. В заявлении МИД РФ пояснили, что на встрече обсуждались задачи скорейшего политического урегулирования ливийского кризиса в соответствии с решениями Берлинской международной конференции и резолюцией 2510 Совета Безопасности ООН. Источники в Консультативном комитете Форума ливийского политического диалога,  попросившие не называть их имени, заявили российскому агентству «Спутник», что заседание Консультативного комитета в Женеве приблизилось к пониманию некоторых разногласий, по которым комитет 75 не согласился, и что Миссия ООН настаивает на компромиссном решении на предварительном этапе. Дальнейшее известно: Миссия ООН объявила, что Консультативный комитет Форума добился большого прогресса в переговорах по механизму выбора единой исполнительной власти, подтвердив, что 70% «дорожной карты» выполнено, и что дата выборов 24 декабря является главным приоритетом.

Ссылка на решения Берлинской конференции, о которых кроме МИД РФ уже никто не вспоминает, кроме, изредка, в Париже и в Брюсселе, понятна, это единственное, к чему Россия имеет хоть какое-то отношение в плане урегулирования ситуации в Ливии. Встреча же с представителем Акилы  Салеха дает надежду, что в Москве начинают понимать, с Хафтаром может что-то пойти не так. Декабрьские контакты МИД РФ с ПНС и редкие консультации с представителями гражданских из Киренаики, это, конечно, капля в море, но, в данной ситуации, МИД РФ занимает позицию, подчиненную политике двух российских групп, каждая из которых пытается вести свою игру, и лишен инициативы, изначально не выступая в Ливии в свойственной ему роли. Впрочем, это не впервые, и касается не только Ливии.

Тем временем, горизонтальные процессы структурирования ситуации в Ливии, наподобие верстки нового единого бюджета, и вертикальные – по итогам работы Консультативного комитета в Женеве, получают дальнейшее признание и закрепление в лице ведущих субъектов международной политики. Причем, с их региональной проекцией.

Генеральный секретарь НАТО, Йенс Столтенберг приветствовал соглашение о прекращении огня в Ливии, которое было достигнуто в октябре прошлого года, а также предварительные результаты Форума ливийского политического диалога.

«Мы призываем все стороны в Ливии и всех членов международного сообщества поддержать усилия Организации Объединенных Наций», — сказал он во время пресс-конференции, проведенной совместно с президентом Мавритании, Мухамедом ульд аль-Газуани, после их встречи 15 января в штаб-квартире НАТО в Брюсселе.

«Мы готовы поддержать наращивание потенциала Ливии при наличии соответствующих политических и политических условий», — добавил генсек НАТО.

Параметры единого бюджета на новый год, в принципе, сверстаны. Это означает, что все, примерно, понимают, кто и сколько получат денег. А значит, шансы на военное обострение уменьшаются, ведь военные из ЛНА точно так же будут получать жалование, как и их коллеги из сил ПНС. Как и все прочие бюджетники Киренаики и все депутаты и прочая номенклатура. А сытые не особо расположены воевать.

51.51MB | MySQL:101 | 0,394sec