О проблемах в развитии отношений Израиля с ОАЭ и КСА

Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ) объявили 11 марта, что они создают инвестиционный фонд на сумму 10 млрд долларов, предназначенный для стратегических секторов в Израиле. Эти две страны нормализовали отношения в прошлом году, что было расценено как крупный триумф бывшего президента США Дональда Трампа. В сообщениях говорится, что это решение было принято после «конструктивного» телефонного разговора между наследным принцем Абу-Даби шейхом Мухаммедом бен Зайедом и премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху. Лидеру Ликуда, чья партия исторически выступала против палестинского самоопределения, было отказано в доступе в иорданское воздушное пространство для его первого официального визита в ОАЭ. В комментариях после отмены своего рейса в ОАЭ Нетаньяху объяснил, что поездка «была невозможна из-за недоразумения» с Иорданией, с которой Израиль связан мирным договором с 1994 года. Но он сказал, что разговаривал с Мухаммедом бен Зайедом, фактическим лидером ОАЭ, и что они согласились встретиться «очень скоро». Таким  образом, Амман неожиданно очень весомо обозначил свою позицию в отношении динамики нормализации отношений  Израиля с ОАЭ и КСА. Или, если совсем точно, исключительно с КСА, если мы имеем ввиду, что Нетаньяху должен был провести переговоры с Мухаммедом бен Зайедом (МБЗ) и наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммедом бен Сальманом (МБС) в Эмиратах. Эту встречу долго готовили ОАЭ, которые собственно и выступали посредниками. В этой связи сразу отметим, что в такую очень самостоятельную позицию Аммана поверить сложно (КСА выступает сейчас крупнейшим финансовым спонсором Иордании и наряду с Ираком главным  поставщиком дешевой электроэнергии), хотя иорданский король Абдалла II несколько раз за последние недели резко критиковал «соглашения Авраама», которые не учитывают права палестинцев в рамках создания независимого государства и позицию Израиля по недопуску паломников в мечеть Аль-Акса. Вообще тема патронажа над этой мечетью для иорданского монарха вопрос не праздный: он обоснованно подозревает ОАЭ и КСА в стремлении перехватить у него эту привилегию.  Поэтому некоторые эксперты указывают на то, что встреча была фактически сорвана самой Саудовской Аравией (а ОАЭ на последнем этапе сильно не возражали: почему – ниже), которые через дипломатические каналы намекнули  Амману на желательность такого демарша, который бы позволил Эр-Рияду дистанцироваться от этой встречи под благовидным предлогом. При этом, не очень сильно напрягая отношения с США, и сохраняя лицо.  Интересно, что позже Иордания разрешила Нетаньяху лететь на самолете, сообщили в его офисе, но поездка уже была отложена до дальнейшего уведомления.  Дело в том, что эта встреча задумывалась В Абу-Даби и поначалу благосклонно рассматривалась в Эр-Рияде как  шаг (больше символический) в рамках разрядки напряженности именно с  Вашингтоном, но после недавнего доклада  американской разведки по делу Дж.Хашогги с резкой критикой МБС, этот маневр был признан в саудовском руководстве нецелесообразным, тем более что политическая судьба самого Нетаньяху пока еще остается под вопросом. Одновременно  Эр-Рияд направил косвенный сигнал в Абу-Даби о своем недовольстве его позицией по этому досье, которое возникло еще месяц назад. Именно тогда советник по национальной безопасности ОАЭ Тахнун бен Зайед направил конфиденциальный доклад министру иностранных дел Абдалле бен Зайеду, в которых он указывал на «раздражение  Саудовской Аравии по поводу позиции ОАЭ в связи  с кризисом Хашогги». В докладе говорилось, что беспокойство Саудовской Аравии было вызвано двусмысленностью политической позиции Абу-Даби. Многие чиновники, близкие к МБС, считали, что политические лидеры ОАЭ и руководители спецслужб не заняли достаточно сильной позиции в защиту Эр-Рияда в то время, когда наследный принц КСА столкнулся с жесткой критикой. В докладе также подчеркивается растущее недовольство саудовских улемов, политической и силовой элиты королевства в отношении ОАЭ. «Даже в частных советах и кабинетах государственных служащих ходят разговоры о том, что ОАЭ прямо или косвенно критикуют  саудовского наследного принца, позиционируя его как крайне импульсивного человека, который отклоняется от традиций саудовской политической школы, основанной на терпении, выдержке и терпимости», — говорится в докладе.

Это что касается подоплеки этого демарша Аммана, который по факту не запретил полет, а лишь затянул время принятия решения. При этом сами саудовцы еще 8 марта дали утечку о том, что МБС не планирует присутствовать на этой встрече. Это, кстати, полностью опровергает спекуляции на тему того, что израильский премьер отменил визит сам в силу приступа аппендицита у своей жены Сары 11 марта. Это не так, отрицательное решение в Эр-Рияде приняли еще до этого приступа.  В данном случае повышенная активность Нетаньяху понятна. Предстоящий накануне парламентских  выборов визит высветил бы в крайне положительном ключе исторические соглашения о нормализации отношений, достигнутые Израилем с несколькими арабскими странами,  сначала с ОАЭ и Бахрейном, согласившимися в сентябре установить отношения, а затем Суданом и Марокко. Хотя правая партия премьер-министра Ликуд намерена получить на выборах наибольшее число мандатов среди всех партий, ему и его союзникам все еще не хватает большинства, чтобы в одностороннем порядке сформировать правительство. Плюс неприятности по линии генерального прокурора Израиля. В этой связи Нетаньяху давил на Абу-Даби предельно  сильно: он разговаривал по телефону с МБЗ 10 дней назад, призывая его организовать такую встречу, и даже  отправил главу Моссада Йоси Коэна в ОАЭ в рамках этого прессинга с командой «давить до последнего». И на этом фоне, как сообщают некоторые источники, в Абу-Даби пришел сигнал из Вашингтона, из которого следовало, что излишняя активность ОАЭ в рамках организации такого визита и встречи с МБС  может быть воспринято как «вмешательство ОАЭ в израильские выборы». А это уже неприятный сигнал из США для самого Нетаньяху

Отметим также, что посредничество Абу-Даби в рамках налаживания израильско-саудовских контактов далеко не бескорыстно: ОАЭ таким образом дают дополнительный импульс собственному сотрудничеству с Израилем прежде всего в сфере безопасности. Дело в том, что израильтяне также маневрировали последнюю неделю, стараясь увязать прогресс в этом аспекте сотрудничества со «знаменательной встречей» с МБС, что расценивается тем же Нетаньяху как весомый козырь в свой электоральный портфель. И они даже пошли на некоторый демарш: отменили за 11 часов до начала свое участие в ежегодной выставке вооружений в ОАЭ в прошлом месяце под предлогом пандемии коронавируса, что некоторые эксперты расценили чуть ли не как блокировку  всего ВТС Израиля с ОАЭ.   Это не так. Это было лишь дипломатическая игра намеков и полунамеков, хотя спорные вопросы коммерции там тоже присутствовали.   Сообщая о эмиратско-израильском инвестиционном фонде, официальное информационное агентство Абу-Даби WAM подчеркнуло, что ОАЭ будут использовать фонд в размере 10 млрд долларов для «инвестиций в Израиль и вместе с ним в различные секторы, включая энергетику, водоснабжение, космос, здравоохранение и агротехнологии. Фонд опирается на историческое «соглашение Авраама» и направлен на укрепление экономических связей между двумя процветающими экономиками региона, открывая возможности инвестиций и партнерства для стимулирования социально-экономического прогресса, а ассигнования фонда будут поступать от государственных и частных институтов». Это не совсем так: основной упор будет сделан как раз на военных технологиях и кибербезопасности, хотя энергетика и сельское хозяйство там тоже будут присутствовать, но в гораздо меньших объемах.  Новость об инвестиционном фонде появилась после того, как Israel Aerospace Industries (IAI) и Emirates Edge – обе государственные оборонные компании – заявили в своем заявлении, что они будут сотрудничать над «передовым решением C-UAS (противобеспилотная авиационная система), адаптированным к рынку ОАЭ, с более широкими преимуществами для региона БВСА и за его пределами». Израильская правительственная аэрокосмическая компания объявила о планах сотрудничать с производителем оружия ОАЭ для разработки системы борьбы с беспилотниками, адаптированной к потребностям Абу-Даби, которая, вероятно, включает в себя защиту от йеменской группировки хоуситов. IAI в своем заявлении 11 марта объявила о планах совместной разработки передовой системы борьбы с беспилотниками «для обнаружения, идентификации, классификации и перехвата широкого спектра угроз». Компания заявила, что система противодействия беспилотным летательным аппаратам (C-UAS) будет включать в себя решения «мягкого» поражения, такие как электронные помехи и киберзахваты, и возможности «жесткого» уничтожения, такие как пушки, ракеты, электромагниты и лазеры, а также усовершенствованное командование и управление. C-UAS полностью автономен, не требуя никакого ограниченного человеческого надзора, а ряд контрмер, начиная от помех и заканчивая уничтожением беспилотников, будет предложен в зависимости от уровня угрозы и целевой операционной среды заказчика. Движение хоуситов, борющееся с международно-признанным правительством в Йемене, недавно активизировало трансграничные ракетные и беспилотные атаки на Саудовскую Аравию, соседнюю с ОАЭ, и пригрозило нанести удар по Абу-Даби. В то время как ОАЭ объявили в октябре, что они прекратили свое военное участие в Йемене, правозащитные группы и местные политики обвинили бывшего саудовского партнера в продолжении более «скрытой» военной стратегии. ОАЭ уже имеют усовершенствованную американскую систему противоракетного перехвата, известную как THAAD. При этом на сегодня дальнейшие сделки по ВТС Вашингтоном временно подвешены в воздухе на фоне критики правозащитных групп.  Отсюда, в том числе, и более осмысленный разворот ОАЭ к Израилю.  Фейсал аль-Баннай, генеральный директор и управляющий директор EDGE, партнерской компании ОАЭ, сказал, что проект направлен на укрепление портфеля передовых технологий Абу-Даби и партнерских отношений в регионе, добавив, что сделка «соответствует» недавно заключенным соглашениям о нормализации. Тем временем Боаз Леви, президент и генеральный директор IAI, приветствовал этот проект как «ступеньку для дальнейшего развития бизнеса и стратегических альянсов между ОАЭ и Израилем». Этот проект будет иметь «более широкие преимущества для региона [Ближнего Востока и Северной Африки] и за его пределами». Мы считаем, что это сотрудничество поможет обеим компаниям через передачу знаний и обмен возможностями», — сказал в свою очередь Баннай, добавив, что он «надеется на расширение сотрудничества между двумя странами в области исследований и разработок в области технологических инноваций». В этой связи также подчеркнем, что ОАЭ заинтересованы в получении от Израиля именно антидронной технологии, поскольку саму технологию производства беспилотников они развивают в первую очередь с Китаем.

51.51MB | MySQL:104 | 0,826sec