О неэффективности властей Иордании в деле принца Хамзы

Политики, близкие к кругам принятия решений в Аммане, говорят, что государственный публичный  нарратив в деле принца Хамзы, который в течение нескольких недель доминировал в общественном внимании в королевстве, проиграл в конечном счете публичную площадку оппозиционному нарративу. Враждебные королю Абдалле II медийные личности, особенно из-за рубежа, наводнили иорданское информационное пространство, и хэштеги в поддержку принца Хамзы продолжают доминировать. Сотни тысяч поддельных аккаунтов в социальных сетях из соседних арабских стран работают над тем, чтобы блокировать официальный нарратив и внутреннюю стабильность государства, заявил журналистам премьер-министр Иордании Бишер аль-Хасауна.  При этом государственная трактовка произошедших событий не убедила многих простых иорданцев, несмотря на то, что часть общества склоняется к точке зрения «наличия заговора», а многие продолжают сочувствовать принцу Хамзе. Аналитики приводят две основные причины очевидного провала государственного публичного нарратива трактовки событий. Первый-это непоследовательность и отсутствие единства позиций в самой государственной власти. Сама история, с самого раннего заявления официального Аммана о неудачной попытке государственного переворота с участием региональных государств, которая была пресечена в «час ноль», до обвинения в том, что принц Хамза был вовлечен в эту схему, вызвали противоречивые отклики в обществе. В конце концов, король Абдалла II заявил, что угроза была минимизирована. Государственный отчет колебался между двумя крайностями: а) что спорное поведение принца Хамзы в интернете и частые его визиты в различные провинции представляют собой беспрецедентную угрозу наследию королевской семьи и политической стабильности в Иордании  на фоне общественных требований восстановить принца Хамзу в качестве наследного принца; б) принц Хамза был напрямую вовлечен в заговор, координировавшийся с внешними враждебными государствами, и претендовал на  трон. Второй причиной неверия общественности в государственный нарратив, по мнению аналитиков, является растущий разрыв в доверии и авторитете, от которого в течение многих лет страдали сменявшие друг друга иорданские правительства. Это побудило многих усомниться в государственной версии событий. Однако есть и третья причина, которая может оказаться более важной, чем две предыдущие: политический вакуум в Иордании, очевидный из-за слабости и хрупкости правительства и государственных институтов. Иными словами, существует жесткий дефицит тех сил,  у кого есть политическое присутствие на улицах и возможность давать советы королю, включая тех, чьи взгляды отличаются от его предвзятых представлений, если это в интересах стабильности. Покойный иорданский король Хусейн был окружен государственными деятелями мирового класса из различных политических кругов, которые служили советниками и участвовали в длительных политических дискуссиях. Некоторые выступали против монарха по некоторым вопросам и в конечном итоге убеждали его изменить курс, как это видно из дневников бывшего высокопоставленного военного Заида ибн Шакера, бывшего политика Мудара Бадрана и бывшего дипломата Аднана Абу Одеха. Такое наличие альтернативных советников сегодня часто отсутствует в правительственных решениях, что объясняет несогласованность различных государственных институтов  в работе с кризисами — некоторые из них начинаются с малого, но выходят из-под контроля из-за «кризиса антикризисного управления». Дело принца Хамзы не достигло бы этой стадии поляризации во  внутреннем общественном  мнении, если бы государственные институты были уверены в своих силах и были бы способны оперативно заполнить появившийся информационный вакуум. Вместо этого с самого начала большинство министров сохраняли полное молчание в публичной сфере, и было ясно, что даже те чиновники, которые хотели оправдать позицию государства, не имели точной информации и четких директив о нужной линии поведения, что наносило большой ущерб имиджу страны внутри и снаружи, одновременно ослабляя доверие населения к государственному нарративу. Несмотря на поддержку Иордании со стороны мировых правительств во время этого кризиса — в частности, со стороны администрации Джо Байдена в США — освещение событий в западных СМИ пошатнуло доверие местных чиновников и заставило их занять осторожную позицию. Как полагают просаудовские обозреватели, этот вопрос выходит за рамки дела принца Хамзы и касается общей политической ситуации в Иордании в целом. Даже если недавний кризис удалось сдержать, по крайней мере, в краткосрочной перспективе  и большинство обвиняемых были освобождены, призывы к политическим реформам после кризиса указывают на коллективное осознание того, что в Иордании существует некий политический вакуум, который необходимо заполнить. Если проще, то допустить к активной политической жизни прежде всего тех представителей бедуинских кланов Южной Иордании, которые собственно и являются на сегодня основными внутренними оппонентами короля Абдаллы II.

55.75MB | MySQL:105 | 0,453sec