О новом президенте Ирана Эбрахиме Раиси

Эбрахим Раиси, бескомпромиссный священнослужитель и глава иранской судебной системы, выиграл президентские выборы в Иране, которые показали самую низкую явку избирателей в истории Исламской Республики. Чтобы узнать, кто такой Э.Раиси и как он пришел к власти, нужно взглянуть на его прошлое. За четыре года до Исламской революции 1979 года 15-летний Раиси покинул свой город Мешхед и отправился в священный город Кум, где располагались самые важные религиозные учебные заведения  страны. В 1981 году Раиси бросил учебу, чтобы стать высшим судебным чиновником Караджа, города, расположенного недалеко от столицы Тегерана. Менее чем за десять лет он получил несколько высоких должностей в судебной системе, став самым молодым членом того, что оппозиция окрестила «комитетом смерти». В 1988 году комитет распорядился казнить от 2000 до 4000 иранских политических заключенных, включая членов Организации народных моджахедов Ирана (МЕК), группы, которую в Иране назвали террористами, а также некоторых членов марксистских и левых групп. Масштаб, быстрота и отсутствие процесса в отношении казней вызвали возражения даже у покойного аятоллы Хосейна Али Монтазери, назначенного в то время преемником верховного лидера (рахбара) ИРИ аятоллы Рухоллы Хомейни. Критика Монтазери в отношении казней, помимо прочего, привела к его отстранению от должности в 1989 году. В том же году Раиси был назначен прокурором Тегерана, где покойный аятолла Али-Акбар Хашеми Рафсанджани охарактеризовал его как «умеренного» человека. Затем, в 1994 году, Раиси поднялся до должности начальника Управления генеральной инспекции под надзором судебной власти. Хотя Раиси стремился изобразить себя истинным сторонником и последователем верховного лидера ИРИ аятоллы Али Хаменеи, он иногда критиковал некоторые его высказывания и действия. В 1996 году Раиси посетил Рафсанджани, в ходе беседы с ним он подверг критике высказывания Хаменеи, намекающие на коррупцию, имевшую место в стране во время президентства Рафсанджани. Раиси назвал комментарии Хаменеи «вредными», отметив, что его ведомство не отметило ни одного случая или документа, относящегося к этому вопросу. Однако источник, пожелавший остаться анонимным, сказал: «Раиси лично был умеренной фигурой, но, хотя он, возможно, и критиковал политику истеблишмента, он никогда не менял своего направления и всегда точно выполнял приказы». Вот этот момент и надо прежде всего иметь в виду, когда мы характеризуем нового президента Ирана. И очень возможно – будущего рахбара. В 2009 году Раиси, будучи первым заместителем главы судебной системы, критиковал двух кандидатов в президенты от реформистов Мир Хосейна Мусави и Мехди Карруби, которые считали, что бюллетени были сфальсифицированы в пользу жесткого президента Махмуда Ахмадинежада, угрожая предать их суду за их «непростительный грех». Проработав десять лет первым заместителем главы судебной власти, Раиси был понижен в должности до генерального прокурора страны тогдашним главой судебной власти аятоллой Садеком Амоли Лариджани. По словам источника, это понижение в должности, по-видимому, произошло из-за того, что Раиси интриговал против  Лариджани, который был одним из кандидатов на смену Хаменеи. Но потом ситуация изменилась, и рахбар сделал выбор в пользу Раиси. Предлагая свой анализ и выступая на условиях анонимности, бывший чиновник жесткой линии в Тегеране в этой связи подчеркнул, что казал: «Лидер всегда стремился иметь президентов под своим контролем. Вот почему он всегда был против того, чтобы реформаторы заняли этот пост. Хаменеи и истеблишмент помогли Ахмадинежаду выиграть президентские выборы, поскольку они были уверены, что он будет [их] пешкой. Однако Ахмадинежад начал проявлять свое неповиновение во второй период своего президентского срока в 2009 году, превратившись в горькую память и урок для лидера. Поскольку истеблишмент был разочарован реформистским [президентом] Хасаном Роухани и его политикой и действиями, нарушающими табу, команда Хаменеи стремилась найти новое лицо с нулевым процентом шансов попытаться обойти Хаменеи и проявить неповиновение. Человек, которого не знает большинство людей и у которого «доброе лицо»: Раиси». В результате Раиси, несмотря на то, что он уже был понижен Лариджани, в 2015 году был внезапно назначен рахбаром главой организации «Астан Кудс Разави», управляющей святыней восьмого шиитского имама. «Астан Кудс Разави» входит в число самых богатых и влиятельных организаций в Иране, а его председатель входит в пятерку самых важных должностных лиц Исламской Республики. В то же время начали распространяться слухи о том, что Раиси рассматривается Хаменеи как серьезного претендента на место рахбара после его смерти. В этом ключе некоторые сторонники жесткой линии стали называть Раиси аятоллой, чтобы повысить его положение среди элит, в то же время сигнализируя о том, что он обладает полным знанием исламоведения. Следует отметить, что человек, занимающий должность рахбара, должен обладать способностью «иджтихад» (умение выводить правила шариата из источников юриспруденции) от нескольких великих аятолл. Новое положение Раиси, ссылки на аятоллу и слухи о Хаменеи постепенно подняли его статус среди простых людей и на политической арене. Через год, возглавив «Астан Кудс Разави», Раиси вступил в президентскую гонку 2016 года с поддержкой  всего истеблишмента Исламской Республики, который  стремился отстранить от власти Роухани. При этом, как утверждают местные источники, Раиси проиграл Роухани опосредованные дискуссии и дебаты в СМИ. В этой связи и в попытке перетянуть на свою сторону часть электората Роухани, он совершил тогда еще одну стратегическую ошибку.    Раиси  договорился о встрече с рэп-певицей Таталу, которая очень популярна среди иранского молодого поколения. Вульгарные песни Таталу считаются аморальными в глазах религиозных иранцев. В то время как кампания Раиси была направлена на то, чтобы завоевать голоса молодых людей, эта инициатива эффектно обернулась против него и стоила ему поддержки религиозных кругов и элит. Несмотря на провал на выборах, в 2019 году Хаменеи назначил Раиси главой судебной системы Ирана. Этот шаг вызвал гнев сторонников Роухани и реформаторов, которые рассматривали это назначение как возмездие за провал любимого кандидата Хаменеи в президентской гонке. По данным ряда источников, несмотря на серьезные намерения Раиси заменить своего заместителя по судебной системе Голама Хоссейна Мохсени Эджеи и генерального прокурора Мохаммада Джафара Монтазери, Хаменеи хотел, чтобы они остались на месте, и Раиси не решился протестовать.  Потом он предпринял попытку снова поиграть с демократическим электоратом, использовав для этого судебный процесс над двумя рупорами реформаторов «Сигнал» и «Клуб».    В суде Раиси планировал изобразить себя кем-то, кто против блокировки социальных сетей и за свободу прессы. Однако и «Сигнал», и «Клуб» были запрещены судебными органами, а реформаторский еженедельник «Голос» был закрыт. В преддверии президентских выборов 2021 года истеблишмент, похоже, опасался еще одного неудачного выступления Раиси в дебатах и возможной победы его оппонентов. В результате Совет стражей, контролирующий выборы, запретил баллотироваться нескольким популярным реформаторам и умеренным. Даже умеренному Али Лариджани, советнику Хаменеи, которого покойный популярный командир спецподразделения «Аль-Кудс» КСИР Касем Сулеймани назвал фигурой, наиболее подходящей на пост президента, не позволили стать кандидатом. Таким образом, был проложен путь для  Раиси.   В то время как на первый взгляд Раиси кажется умеренным человеком с мягким подходом, он, похоже, пока полностью управляется закулисными высокопоставленными фигурами иранского истеблишмента, которым он полностью подчиняется. Но опять же рискнем предположить, что это справедливо лишь на сегодня и пока жив рахбар Хаменеи. Если новым рахбаром станет Раиси, безусловно, он сам станет определять свою повестку дня. И какие же основные  аспекты видения ряда проблем внутренней и внешней политики у самого Раиси?  Понятно, что это пока только намеки и основываются они на цитатах самого Раиси. В частности, он защищал правила, введенные иранским правительством для ограничения взаимодействия между мужчинами и женщинами в общественных местах, что особенно вызывало споры у реформаторов. В комментариях, подхваченных Иранским студенческим информационным агентством в 2014 году, он утверждал, что сегрегация действительно пойдет на пользу женщинам: «Предотвращение смешения мужчин и женщин в офисной среде — это для того, чтобы мужчины и женщины могли предоставлять лучшие услуги людям, и это хороший шаг для создания подходящей рабочей среды и усилий для женщин».

Любые шансы на изменение отношений между Ираном и Израилем, по-видимому, исчезают с приходом к власти Раиси. Выступая в мае 2021 года во время израильской бомбардировки Газы, он похвалил ХАМАС за борьбу против Израиля и призвал освободить Иерусалим (Кудс) от израильского контроля: «Героическое сопротивление Палестины вновь вынудило оккупационный сионистский режим отступить и сделать еще один шаг к высокому идеалу освобождения Священного Кудса. Палестинское сопротивление в Газе и палестинская молодежь смогли принести великую победу мусульманской и арабской умме, принести честь мусульманам и искателям свободы во всем мире и скомпрометировать правительства, которые уже некоторое время конкурируют за нормализацию отношений с израильским режимом убийства детей и заставляют их еще больше стыдиться», — сказал он.

Пытаясь дать рецепт преодоления финансового кризиса, Раиси в прошлом призывал к развитию самодостаточной «экономики сопротивления» и говорил, что больше внимания следует уделять сельскому хозяйству, а не обеспечению западных инвестиций. «Я вижу активизацию экономики сопротивления как единственный способ покончить с бедностью и лишениями в стране», — сказал он, выступая во время президентских избирательных кампаний 2017 года. В недавней кампании он добавил, что было бы неправильно считать санкции причиной всех экономических проблем Ирана. «Инфляция — одна из серьезных проблем, с которыми сегодня сталкиваются люди. Значительно выросли цены на основные продукты», — сказал он.  Он сравнил чиновников, обвиняющих во всех проблемах США, с «вратарем, который пропускает 17 голов… а потом говорит: «Без меня было бы 30 голов!»».

Раиси пообещал взять на себя обязательства по сделке 2015 года с западными державами, что позволит Ирану ограничить свой ядерный потенциал в обмен на снятие санкций. «Мы будем привержены СВПД как соглашению, которое было одобрено верховным лидером», — сказал Раиси во время дебатов 12 июня.  «Ядерная сделка должна быть реализована сильным правительством, вы не можете ее выполнить», — добавил он, имея в виду своего оппонента Абдолнасера Хеммати. Однако в отдельном интервью государственному телевидению он заявил, что его внешняя политика «поставит национальные интересы на первое место» и что он считает, что «репрессивные санкции должны быть сняты и не следует жалеть никаких усилий [в этом отношении]».

В связи с приведенными цитатами отметим только тот факт, что не стоит делать на их основании долгоиграющих выводов. Они были сказаны, исходя из конъюнктуры в тот или иной конкретный момент; что на самом деле думает по тому или иному вопросу сам  Раиси, пока тайна за семью печатями. Его позиция может трансформироваться очень быстро в ту или иную сторону в зависимости от ситуации. Но одно точно – потенциальный рахбар несравненно более гибок, и если хотите, настроен более прогрессивно, чем аятолла Хамнеи. Это политик нового поколения, который действительно хочет стать «своим» и для умеренных консерваторов, и для реформаторов.

55.84MB | MySQL:105 | 0,432sec