Издание «Единый подход Турции к обеспечению безопасности». Часть 2

В 2020 году в турецкий свет появилась книга «Целостный подход Турции к обеспечению безопасности». В подзаголовке книги значится «От энергетики – к здравоохранению, от миграции до внутренней и внешней безопасности, многомерная национальная оборона». Книга была издана компанией оборонно-промышленного комплекса STM и созданным при ней издательством Think Tech. Технологический мозговой центр.

Продолжаем разбираться с этим изданием. Часть 1 нашего обзора опубликована на сайте ИБВ (http://www.iimes.ru/?p=78520#more-78520).

Напомним, что мы остановились на обсуждении особенностей постановки задачи турецкими авторами. Они говорят о комплексном подходе к понятию безопасности, с учетом расширившегося перечня вызовов и угроз современного мира.

В конце Части 1 нашей публикации мы поговорили про энергетическую безопасность Турции и про настойчивые попытки страны диверсифицироваться в плане источников поставки своих энергоносителей из-за рубежа, а также уйти от своего статуса нетто-импортера энергетических ресурсов. Пытается решить этот вопрос Турция путем настойчивых постоянных поисков энергоносителей в черноморском бассейне страны. Сюда же следует отнести и турецкую концепцию «Синяя Родина». Ведь речь, в данном случае, идет не просто о том, чтобы получить ценные, в материальном плане, запасы энергоносителей. Речь идет о том, чтобы перейти полностью на энергетическое самообеспечение. От этого и идет турецкая готовность идти на самые крайние меры в решении данного вопроса. Просто потому, что Турция с энергоносителями и Турция без них – это две совершенно разных страны.

Обладание Турцией собственными запасами энергоносителей одновременно решает множество задач, включая «оздоровление бюджета» и переход на бюджет профицитный, исправление отрицательного сальдо внешней торговли на сальдо положительное, снижение цен на энергоносители внутри страны, за счет этого, рост конкурентоспособности турецкой экономики и благосостояния граждан, снижение зависимости турецкой экономики от колебаний курса лиры по отношению к доллару США (в которых определены цены сделок на импорт энергоносителей в страну) и проч. Это если говорить на предмет экономических эффектов, которые вкупе могут привести к тому, что турецкие идеи о вхождении страны в 10-ку крупнейших мировых экономик получат если не твердую основу, то, по крайней мере уж, свою небезосновательность.

Если же говорить про политический аспект, то Турции будет проще конкурировать с Россией на территориях пересечения своих интересов, когда Анкара не будет столь уж крупным клиентом отечественного «Газпрома». Который не просто покупает российский газ в определенном объеме. Турция ведь регулярно обращается с просьбой к российскому поставщику в зимний период о том, чтобы осуществлять поставки в объемах, сверх предусмотренных в российско-турецких соглашениях.

Реалистично ли Турции «развязаться» с Россией в краткосрочной перспективе? – Очевидно, что нет. Тем более, что при наличии газопровода «Голубой поток» на смену так называемому «Западному коридору» в строй был введен «Турецкий поток». А это – ещё одна долгосрочная «скрепка» в российско-турецкий энергетический диалог.

Тем не менее, мы не раз говорили о том, что современная Турция демонстрирует то качество, чтобы быть готовым долго и последовательно идти к поставленным целям. При том, что эти цели – уже поставлены, они понятны и иррелевантны по отношению к тому, кто сегодня находится у руля в Анкаре. Будь то Реджеп Тайип Эрдоган или коалиционный оппозиционный блок. Беремся утверждать, что партии или отдельные лица на вершине властной пирамиды отнюдь не изменят позиции Турции по той же энергетической политике и по её фундаментальным целям и задачам. Более того, после смены министров и замминистров на местах остаются работать все тот же самый средний эшелон управленцев, который, по сути, и «забрасывает» идеи наверх.

Более того, приход той же коалиции способен лишь ускорить процесс возвращения Турции на «западную траекторию». С учетом многократно повторяемого тезиса о том, что «Турция чересчур сблизилась с Россией» и «утратила баланс», который необходимо «выправить».

Про продовольственную безопасность Турции мы уже отметили, что пресловутые «турецкие помидоры» — это «семечки» по сравнению с поставками Россией Турции пшеницы. Пшеница – это одна из важнейших статей дохода российского экспорта за рубеж, в целом, и в Турцию, в частности. В соответствующем разделе нашего обзора мы коснемся этих тезисов более предметно с цифрами в руках. Равно как и такой болезненной для Турции темы, как поставка из-за рубежа мяса – прежде всего, дефицитной в стране говядины.

Отметим, что обеспечение продовольственной безопасности для Турции – тем более важно при том, что население Турции растет. Тут ведь ещё не стоит забывать, что и вода – это тоже про продовольственную безопасность, а Турция – это пусть и не бедная (как страны Аравийского полуострова) в плане водных ресурсов. Но нельзя сказать, что и самая богатая и засухи в стране и перебои с водой являются далеко не редкостью. Ещё 15 лет назад в столице Турции Анкаре бывали отключения воды продолжительностью в несколько недель по причине не ремонтов водопроводной системы, а именно что отсутствия в городе воды из-за засухи и пустых водохранилищ.

Так что, с водными проблемами Турции ещё только предстоит столкнуться. Хотя это – не краткосрочная, а, по крайней мере, среднесрочная перспектива. Но при вероятности возникновения отдельных сезонных всплесков, в случае каких-либо природных аномалий.

Следующая тема, которая выведена турецкими авторами издания в отдельную главу – это вопрос миграции и безопасности границы.

На самом деле, в отечественной среде принято говорить о том, что Турция «шантажирует» Запад беженцами, добиваясь для себя денежных субсидий. Разумеется, Турция рассматривает для себя беженцев в качестве рычага, прежде всего, на Грецию в своем споре со страной за раздел исключительных экономических зон в Средиземном море и в Эгейском море. Об этом, ничуть не смущаясь и не скрываясь пишет та же «Большая стратегия Турции», которую мы подробно разобрали на страницах сайта ИБВ (в более чем 40 частях). Но является ли это чем-то из ряда вон выходящим использовать подобные факторы для давления на своих соседей. Представляется, что отнюдь не является. Та же Беларусь после скандала с посадкой в Минске самолета и «извлечением» из него оппозиционера, а также после последовавших за этим против страны санкций, моментально заявила, в лице президента А.Лукашенко, о том, что не готова «держать» у себя мигрантов – их поток моментально, кратно вырос в направлении Латвии, Литвы и Польши.

Для Турции же беженцы — это не столько инструмент, сколько большая головная боль. Когда ситуация с приемом беженцев лишь только начиналась, была идея о том, что гражданская война в Сирии не продлится сколь-нибудь долго и мигранты не успеют в достаточной степени осесть в Турции, что бы их нельзя было бы направить обратно. Однако, сирийской гражданской войне уже минуло 10 лет. И, невзирая на то, что у Турции нет европейских пособий для беженцев, тем не менее, определенные права, в финансовом эквиваленте, им Турцией предоставляются. Более того, под них адаптируется Управление по делам миграции, система образования и здравоохранения Турции. Турция права, когда её президент Реджеп Тайип Эрдоган говорит о тех больших расходах, которые несет страна на содержание на своей территории сирийских беженцев. Суммы, разумеется, — дискусионны, однако, факт остается фактом.

По истечении 10 лет сирийские беженцы уже достаточно прочно осели в Турции, их дети учатся в турецких школах и сподвигнуть их к возвращению назад, допустим, в специально построенные поселки на сирийской земле вдоль турецко-сирийской границы уже достаточно нереалистично. Скорее, они предпочтут найти способ для того, чтобы остаться на турецкой территории. А это существенная смена демографического состава населения – последствия такой 4-миллионной «инъекции» для турецкого общества, вряд ли, легко предсказать на этом этапе.

Однако, можно провести параллели с курдским меньшинством страны, требования которых можно выразить одной фразой: требование признания себя в качестве отдельно взятой народности, проживающей на территории Турции. Потому как Турция, в современном республиканском виде, создавалась в качестве моногосударства, где все жители являются турками. Так вот, курды с этим не вполне согласились, результатом чего стала многолетняя ожесточенная, кровопролитная борьба с Рабочей партией Курдистана.

Конечно же, численность сирийских беженцев – кратно меньше численности курдов (по разным оценкам, на территории Турции проживает до 20 млн курдов – И.С.), однако, со временем и они могут создавать для Турции такие же или сходные проблемы.

Опять же, может ли Турция выступить для мигрантов в качестве своего рода «плавильного котла» и «переплавить» всех прибывающих в страну в турок? – Разумеется, турецкое руководство будет к этому стремиться. Однако, возможность этого подлежит проверку практикой.

Заметим принципиальное, в этой связи, обстоятельство: Турция, в 1923 году, была провозглашена в качестве моногосударства, где все являются турками. Однако, все последние годы турецкое руководство, в лице президента Р.Т.Эрдогана и его Партии справедливости и развития пытаются, вроде как, усидеть на двух стульях одновременно. В том смысле, что, выступая на выборах в стране, риторика руководства страны – национальна и националистична. Однако, действия Турции на внешнеполитической арене больше напоминают действия империи и цивилизационного государства, нежели моногосударства. Турция много говорить о своих корнях в Османской Империи, про свою многонациональность и толерантность, однако, побеждает Р.Т.Эрдоган и его Партия справедливости и развития не с цивилизационными, а именно с национальными лозунгами.

Сколько удастся турецкому руководство продолжать такое балансирование – это отдельно взятый большой вопрос, однако, в какой-то момент турецкому руководству придется давать на него свой ответ, выбрав «одно из значений».

И потом ещё не стоит в этом смысле забывать про, как минимум, три вещи.

Во-первых, Турция предлагает и позиционирует себя в качестве транспортного хаба. Через который должны следовать вереницей товары и люди. Для этого, собственно, Турция строит такое количество объектов транспортной инфраструктуры и так расширяет инфраструктуру существующую: аэропорты, морские порты, автодороги и прочее. К слову сказать, и проект Канала «Стамбул» — то же в эту самую «степь». В том смысле, что факт его строительства должен также подстегнуть следование через территорию Турции всего, что по ней можно везти.

Так вот, при такой постановке вопроса, на территории Турции неизбежно будет «оседать» множество иностранцев. Если Турция – это один из крупнейших международных экономических хабов, то она обречена на то, чтобы интернационализироваться. А это, как ни крути, также подстегивает иммиграцию в Турцию.

Во-вторых, Турция активно привлекает к себе покупателей недвижимости, домов и квартир, при этом, не делая для них различий, которые делают некоторые государства, допустим, та же Швейцария, где недвижимость не продается всем, кто в состоянии за неё заплатить. А вот Турция продает недвижимость всем без разбора и, при наличии таковой, практически очень простым делом является получение турецкого вида на жительство. А при достижении порога в 250 тыс. долларов можно получить и турецкое гражданство.

Опять же, отсутствие разборчивости приводит к тому, что главные покупатели турецкой недвижимости – это выходцы из таких стран как, допустим, Ирак, Иран и Саудовская Аравия, между которыми фундаментально отличающимся образом смотрятся российские покупатели. Так в период с 2013 по 2020-й год иностранцам продано 220 тыс. домов и квартир. Здесь получается ровно такой же вопрос: 220 тыс. домов – это как минимум полмиллиона людей с видами на жительство или же паспортами. Ещё одна серьезная инъекция в турецкое общество, которая, допустим, уже серьезным образом сказалась на обликах турецких городов.

Не является секретом, что Стамбул арабизировался за последние годы, что проявляется в том, что таблички и указатели в городе – уже на трех языках, включая турецкий, английский и арабский язык. Возникает и расширяется арабский сектор экономики, призванный обслуживать их нужды. Он не может не развиваться достаточно опережающими темпами, потому что приезжающие в Турцию выходцы Аравийского полуострова не просто тратят деньги, они ими в Турции «сорят». А это значит, что арабы, пусть и не во всех провинциях Турции, но, в целом ряде, оказываются желанными гостями. В данном случае, речь идет о Стамбуле и о Черноморском побережье страны, где, в последние годы, просто массовый наплыв гостей из арабских государств.

Разумеется, если говорить про южное, Средиземноморское побережье Турции, то там произошла серьезная русификация. Происходит она как за счет массового российского туризма, за счет покупки недвижимости, а также за счет многочисленных турецко-русских семей, которые возникли за последние три десятка лет, с момента распада СССР и падения так называемого «Железного занавеса». В результате получилось так, что юг Турции оказался настолько русифицирован, что приезжающие из России туристы практически не ощущают сколь-нибудь серьезных языковых проблем. Более того, под нужды именно что россиян возникает обслуживающая их инфраструктура, включая, допустим, российские школы, обучающие по российским программам и стандартам, и встроенные в российскую систему образования. Заметим, это позволяет российским семьям переезжать, допустим, в Анталью с тем, чтобы проводить там очень большую часть своей жизни с детьми, которые не выпадают из российского контекста, но при этом происходит то, что наличие россиян на юге Турции приводит к тому, что они «русифицируют» собой окружающую действительность.

В-третьих, стоит заметить и тот фактор – возможно, он является чуть ли не самым важным – что Турция находится в регионе многочисленных напряжений и внутренних конфликтов. Идет ли речь о Северной Африки и о Ближнем Востоке. Турция является подлинным «мостом» между Востоком и Западом, Югом и Севером, а, следовательно, неизбежно принимает на себя первые миграционные волны, которые возникают при любой эскалации ситуации. И нет оснований полагать, что, в обозримой перспективе, жизнь в регионе будет становиться стабильней.

Тем более, что Турция и сама прилагает усилия к тому, чтобы изменять регион вокруг себя, в частности, повторяя постоянно свой тезис о том, что на Ближнем Востоке созрел запрос на перемены в сторону ухода от «замшелых монархий» в сторону «демократизации региона». А это лишь усиливает шансы на то, что в обозримой перспективе возможно возникновение новых потрясений. И хорошо будет для Турецкой Республики, если эти потрясения не будут «расплескиваться» в регионе волнами беженцев и мигрантов, которые, в первую очередь, «накроют» собой и Турцию, которая, в результате, первой же и окажется у них на пути следования в сторону от очага потрясения.

52.5MB | MySQL:104 | 0,320sec