Марокко использует берберский фактор в противостоянии с Алжиром

Вновь назначенному на должность министра иностранных дел АНДР Рамтану Ламамре пришлось открыть новый дипломатический фронт. Противник – Марокко, неожиданно ударивший Алжир по очень больному месту – берберской проблеме.

На прошлой неделе посол Королевства Марокко в Нью-Йорке (постоянный представитель в ООН) распространил официальную записку с призывом обратить внимание на наличие проблемы с самоопределением кабильского народа, подавляемого алжирскими властями, и поддержать эти устремления.

Тем самым Рабат фактически взял на себя роль официального глашатая данной идеи, ясно и публично поддержав соответствующее право кабилов.

В распространенном им документе подчеркивается, что «Алжир, выступающий решительным сторонником права на самоопределение (намек на его действия по решению западносахарского вопроса – авт.), отказывает в этом же универсальном праве кабильскому народу, одному из древнейших народов Африки, подвергающемуся самой длительной колонизации в истории. Самоопределение не является принципом на карте. Именно поэтому доблестный народ кабилов заслуживает более, чем любой другой, полного осуществления своего права на это».

Показательно, что данная записка была направлена прежде всего странам-членам Движения неприсоединения и распространена в ООН.

О произошедшем стало известно вечером 16 июля. И уже утром 17 июля алжирский МИД с несвойственной для бюрократических учреждений страны оперативностью дал на это весьма нервный ответ, охарактеризовав действия Рабата как «особенно опасный аморальный, безответственный, подрывной, провокационный дрейф в рамках авантюристической, безответственной, манипулятивной, ненавистнической и враждебной политики Марокко в отношении Алжира.

Она представляет собой недальновидную, упрощенную и тщетную попытку заговора, направленного против единства алжирской нации. Это же сообщение наносит удар по принципам и соглашениям, определяющим алжирско-марокканские отношения. Это является грубым нарушением международного права и Учредительного акта Африканского союза и служит признанием вины в отношении многосторонней марокканской поддержки.

В настоящее время она предоставляется известной террористической группе (название не указывается, но вариантов немного – джихадисты или Движение за автономию Кабилии – авт.) как это было в случае поддержки террористических групп, которые залили кровью Алжир во времена «черного десятилетия».

Фактически, власти АНДР тем самым остановились в полушаге от выдвижения Марокко обвинений в поддержке терроризма на государственном уровне.

На неофициальном уровне оценки алжирских дипломатов носят куда более яркий характер и сводятся к тому, что Марокко «объявил Алжиру войну».

Не случайно, что МИД АНДР 18 июля по распоряжению Рамтана Ламамры отозвало своего посла из этой страны «для консультаций», призвав одновременно «прояснить свою окончательную позицию по крайне тяжелой ситуации, созданной недопустимыми высказываниями марокканского посла в Нью-Йорке».

Одновременно в коммюнике алжирского министра иностранных дел прозвучала и открытая угроза. В частности, там утверждалось, что его ведомство не исключает «других возможных мер в зависимости от развития этого дела».

И это не случайно – по оценке алжирских дипломатов произошедшее является самой серьезной провокацией за последние десятилетия, «которая может иметь серьезные последствия для стабильности в регионе», поскольку «призывая поддержать так называемое право кабильского народа на самоопределение, Рабат играет на явно опасной почве. Это не более и не менее как призыв к мятежу в третьей и к тому же соседней стране, с которой она имеет общую историю, языки, религию. Действия Марокко создают серьезный прецедент, который, несомненно, будет иметь далеко идущие последствия».

Заметим, что сложности у Марокко с Алжиром отмечаются практически на всем протяжении их независимой истории, что во многом обусловлено их борьбой за доминирование в Магрибе.

Причем агрессию по отношению к соседу обычно проявлял именно Алжир. Так, в октябре 1963 года, заручившись вооруженной поддержкой Кубы и Египта, он устроил конфликт в районе Бешара и попытался отторгнуть спорную территорию. С помощью Франции и США этот удар был отбит с гораздо большими потерями для нападающей стороны, чем для обороняющейся.

После этого, получив такой урок, Алжир уже не рисковал испытывать силу Марокко в открытом бою и предпочитал действовать руками спецслужб.

Так, особенно серьезные осложнения в двусторонних отношениях возникли в 1994 году. Тогда власти королевства обвинили алжирские спецслужбы в подстрекательстве к теракту в Марракеше, что привело к закрытию границ двух государств.

В свою очередь, Алжир пожаловался на совершение нападений радикальных джихадистов в «течение черного десятилетия 1990-х годов» с марокканской территории. Впрочем, реальных доказательств этого предъявлено не было.

Впрочем, нелояльные официальному режиму АНДР источники указывают, что в алжирской провинции Тиндуф под видом беженцев были размещены террористические лагеря Фронта ПОЛИСАРИО, ведущего борьбу за отторжение от Марокко Западной Сахары.

Почти 30 лет с 1991 года там действовало перемирие, которое было разорвано в ноябре 2020 года по инициативе Алжира, который поддерживает Фронт ПОЛИСАРИО.

Однако прошло уже полугода и никаких серьезных последствий «разморозка» западносахарского конфликта Алжиру, кроме многомиллионных растрат, не принесла.

Впрочем, куда большие неприятности его действия имели для королевства на дипломатическом направлении, сводившиеся к давлению на западные компании, ведущие хозяйственную деятельность в Западной Сахаре (в том числе по разработке фосфоритов и рыболовству).

И вот Марокко наносит болезненный удар Алжиру на направлении национальном. И острая реакция последнего представляется неслучайной, ведь берберская проблема для АНДР становится год от года все актуальнее. Наглядным тому примером служит голосование 12 июня текущего года, когда в населенных берберами провинциях явка на избирательные участки составила менее одного процента.

По сути, в переводе на русский язык это означает, что абсолютное большинство берберов, главной по численности нацией которых являются кабилы, не считают парламентские выборы своими. А значит, под большим вопросом находится их общая лояльность властям АНДР.

Следует особо заметить, что на поведение кабилов, к которым апеллировал марокканский посол, во многом равняются и другие берберы, включая мозабитов, шавийя и другие. И у них имеются свои претензии к алжирским властям, и подобные факты ранее неоднократно освещались на сайте ИБВ.

Напомним, что весной 2001 года власти АНДР силой подавили протесты берберов против арабизации и прочих ущемлений своих прав. Тогда по разным данным погибло от 100 до нескольких сотен человек, чего самые пострадавшие в тех событиях кабилы не забыли.

Показательно, что именно в национальных провинциях отмечается наибольший протестный уровень, причем не только мирных демонстраций, но и силового сопротивления. Именно там чаще всего совершают вылазки радикальные группировки.

И это все не случайно, поскольку берберы подвергаются всестороннему давлению. Например, на национально-автономном (в том числе образовательном, поскольку власти АНДР не обеспечивают государственные гарантии на получение берберами образования на родном языке), экономическом (национальные провинции снабжаются ресурсами по остаточному принципу).

И, наконец, необходимо напомнить о существовании сепаратистского Движения за автономную Кабилию, возглавляемую Ферхатом Мехенни, отметившегося контактами с влиятельными политиками и специалистами иных государственных служб Марокко, Израиля и Франции.

Возвращаясь к Западной Сахаре, отметим, что в распространенном Рабатом официальном документе недвусмысленно делается намек на защиту Алжиром местных сепаратистов и, разумеется, попытка Марокко давления на кабильскую «мозоль» служит жесткой ответной мерой на его действия «по защите народа сахрави».

Иными словами королевство демонстрирует готовность перейти к более серьезным действиям на берберском направлении в случае, если АНДР не прекратит свои действия в Западной Сахаре.

И это вызывает растущую тревогу властей АНДР, которые не исключают, что за «марокканской провокацией стоят израильские сионисты и некоторые традиционно враждебные ей арабские монархии (в первую очередь намек на Саудовскую Аравию – авт.)».

Кроме того, отмечается, что на такие действия Марокко вдохновляет и невнимание новой администрации США Дж.Байдена, который так полноценно и не отказался от действий своего предшественника Д.Трампа, демонстрировавшего готовность полноценно признать власть Рабата над Западной Сахарой.

Болезненность удара Марокко объясняется и тем, что он был нанесен в трех измерениях – не только среди стран третьего мира, но и с использованием площадки ООН. И особое значение имеет тот факт, что это произошло в США.

Все вместе это демонстрирует серьезность намерений Рабата, открыто выводящего кабило-берберскую проблему на международный уровень.

Заметим, что у Марокко есть особые основания взять берберов под свою защиту: по разным данным, от 50 до 70% населения королевства составляют представители именной этой нации.

В этой связи необходимо напомнить, что на его территории берберы в минувшие годы также устраивали массовые выступления, но в отличие от Алжира их недовольство носило больше «экономический» характер, но теперь Рабат исправляет эти упущения. Соответственно, сейчас эти протесты несколько угасли.

И, как представляется, наступает самое время закрепить эти успехи на государственном уровне, взяв на себя защиту берберской нации не только в Алжире, а возможно и во всей Северной Африке.

Это не только укрепит страну внутренне, но и даст ей дополнительный моральный авторитет не только в Афрке, но и вообще в мире.

В любом случае, столь явное вмешательство иностранной державы в алжирские дела способно окрылить оппозицию, особенно национальную.

Вопрос, как будут развиваться далее события, поскольку расширение рамок конфликта невыгодно обеим сторонам, чего не сказать о расширении рамок информационной кампании.

И здесь у Алжира крайне недостаточно ресурсов. Во всяком случае, ряд известных телеканалов из арабских монархий Персидского залива, как представляется, смогут при необходимости умело вести антиалжирскую пропаганду в пользу союзного Марокко.

И в сложившейся ситуации для АНДР, лишенной серьезных ресурсов в период усугубляющегося финансово-экономического кризиса, не только расширять, но и продолжать конфликт было бы опрометчиво. Алжиру гораздо выгоднее было бы свернуть западносахарский конфликт в обмен на отказ от действий марокканских спецслужб на кабильском направлении. Которые, пользуясь вызванным алжирскими же властями недовольством кабилов, вполне могут создать дополнительные точки напряжения в стране.

И это своего рода сигнал для властей АНДР для попытки решения давно назревшего «национального вопроса», наличие которого, как известно, служит одним из признаков созревания серьезных социальных потрясений.

В свою очередь, заявление Марокко является важнейшей вехой в развитии берберского национального движения не только в Алжире, но и Магрибе и в целом Северной Африке.

52.49MB | MySQL:104 | 0,306sec