Проблема сирийских и афганских беженцев осложняет отношения между Турцией и ЕС

Лидер турецкой националистической оппозиции предложила Вене 3 млрд евро, чтобы принять всех афганских беженцев в Австрии, в ответ на замечания австрийского премьер-министра Себастьяна Курца, предлагающего им остаться в Турции. Мераль Акшенер, председатель Хорошей партии, также известной как IYI, заявила, что держать мигрантов внутри Турции — предложение  Курца по выходу из кризиса — неуместно. «Этот бестактный австрийский премьер сказал, что все афганцы должны остаться в Турции, и он может заплатить нам. Я говорю так называемому австрийскому премьер-министру: мы дадим вам 3 миллиарда евро, чтобы вы могли принять всех беженцев», — сказала Акшенер 28 июля. Замечания Акшенер были очевидной ссылкой на обещание Европейского союза в прошлом месяце предоставить новые средства в размере 3 млрд евро для поддержки беженцев в Турции. В этой связи очевидно, что миграционная тема на фоне последних событий в Афганистане  превращается в Турции в очередной козырь для внутриполитической борьбы. Главный тезис здесь – обвинение стран-членов ЕС в том, что они  пытаются создать резервации внутри Турции, но ничего  не делают для структурных решений кризисов   в регионе или не рассматривают Турцию в качестве равноправного партнера. Помимо 3,7 млн сирийских беженцев в Турции, в стране также проживает много мигрантов из Центральной Азии и Африки. Ранее в этом месяце ведеоролики в социальных сетях показывали, как десятки афганцев свободно бегут на турецкую территорию через границу с Ираном, что вызвало резкую  негативную реакцию общественности. Приток афганцев в Турцию значительно увеличился с тех пор, как администрация президента Джо Байдена приняла решение вывести военный контингент США из Афганистана. Заявление Курца также вынудило  МИД  Турции в начале этой недели выпустить специальное заявление, в котором говорилось, что упоминание Турции «как более подходящего места» для афганских беженцев «было удивительным» для турецких дипломатов. «Турция не допустит массового миграционного кризиса, который возникает в регионе, и не потерпит новой миграционной волны. Передавая наш подход нашим собеседникам по любому поводу и на любом уровне, мы вновь заявляем, что Турция не будет пограничником или лагерем беженцев Европейского союза», — говорится в заявлении. Если отбросить в сторону чисто предвыборные электоральные моменты, то в основе такой риторики стоит и вопрос финансовый. Если грубо, то Анкара указывает очень прозрачно Брюсселю, что речи о приеме афганцев на своей территории по примеру «сирийских беженцев» пока не едет ровно по той причине, что эта категория беженцев не входит в лимиты предыдущей сделки между Анкарой и Брюсселем. То есть, они выходят за рамки обещанного ЕС финансирования этой программы. Напомним,  что месяц назад Анкара вела трудные переговоры с Брюсселем на эту тему.  Европейский союз рассматривает пакет мер в размере 3,5 млрд евро (4,18 млрд долларов) для Турции, чтобы она продолжала принимать сирийских беженцев до 2024 года. Общий пакет в размере 5,77 млрд евро (6,87 млрд долларов) для Турции, Иордании, Ливана и Сирии, который идет на гуманитарные проекты, а не на проекты местных правительств, направлен на то, чтобы остановить новый приток беженцев в ЕС. Турция принимает 3,7 млн сирийских беженцев и потратила более 40 млрд долларов на предоставление им основных услуг, но хочет, чтобы средства ЕС выплачивались непосредственно турецкому правительству. Лидеры ЕС, обеспокоенные тем, что они считают растущим авторитаризмом Турции и ухудшением положения в области прав человека, не  соглашаются с этим требованием. Они также обвинили Турцию в использовании беженцев в качестве разменной монеты, что Анкара отрицает. Однако, в отличие от предыдущего раунда финансирования в размере 6 млрд евро (7,15 млрд долларов), который был частично оплачен непосредственно правительствами ЕС, эти деньги будут полностью получены из общего бюджета ЕС и поэтому еще будут нуждаться в одобрении Европейского парламента. В этой связи в Анкаре хотят разделить финансово два потока беженцев: афганцев и сирийцев.  В том числе и в этом контексте  надо рассматривать последние по времени заявления Эрдогана, которые можно оценить как послание Брюсселю о готовности соблюдать прежние параметры сделки по сирийцам в обмен на новые переговоры по афганцам. Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил 21 июля, что его правительство не будет возвращать сирийских беженцев обратно в контролируемые режимом Башара Асада  районы до тех пор, пока он находится у власти, на фоне гнева в социальных сетях по поводу прибытия афганских беженцев с восточной границы. «Пока мы находимся у власти, мы не бросим никого из Божьих подданных в лапы убийц», — заявил он группе журналистов, сопровождавших его во время визита на Северный Кипр. — Мне все ясно. Они нашли убежище у нас. Они молят о безопасности. Мы не можем приказать им вернуться туда, где они были».  Это понятно: сирийские беженцы помимо прочего являются еще инструментом влияния Турции в Сирии и рычагом давления на Дамаск. Высказывания Эрдогана явились явным ответом лидеру турецкой оппозиции Кемалю Кылычдароглу, председателю Народно-республиканской  партии (НРП). Кылычдароглу в минувшие выходные заявил в своем видеообращении, что его правительство, в случае прихода к власти, отправит сирийских беженцев обратно на родину через два года. «Мы восстановим наши отношения с сирийским правительством и направим посла в Дамаск. Я получу финансирование от стран ЕС для строительства школ и бизнеса для сирийцев», — сказал Кылычдароглу.  Он яростно отрицал, что его план отправить почти 3,7 млн беженцев, бежавших от гражданской войны с 2011 года, обратно в Сирию является расистским. И все же он повторил фразу о том, что турецкие рабочие недовольны тем, что сирийцы вытесняют их. «Сирийцы — наши родственники. Однако я верю, что они будут гораздо счастливее, если будут жить на земле, на которой родились», — сказал он. В ответ на эти комментарии Эрдоган также заявил, что то, что предлагает Кылычдароглу, будет нарушением международного права, поскольку это будет принудительная депортация. Однако его правительство в прошлом также обвинялось в принудительной депортации сирийцев, особенно после местных выборов в 2019 году. Антисирийские настроения в Турции были исторически высокими в последние годы, но опрос Университета Кадир, проведенный в апреле и мае среди 1000 участников в 26 провинциях, показал, что эта тенденция несколько ослабла по сравнению с прошлым годом. Примерно 46% опрошенных заявили, что они не довольны присутствием сирийских беженцев, что на 10% меньше, чем в прошлом году. Однако 66% заявили, что не верят, что сирийцы когда-либо вернутся на родину. Помимо сирийских беженцев, Турция также является домом для многих нелегальных мигрантов из Центральной Азии и Африки.

Как полагают американские аналитики, в Турции потенциальная новая волна афганских беженцев создает новый всплеск негативизма, который может привлечь больше международной критики и увеличить риск насильственных протестов в стране по мере того, как движение «Талибан» добивается успехов в Афганистане. Турецкие политики бьют тревогу по поводу возможности еще большего осложнения ситуации с беженцами , в то время как другие предпринимают шаги по дискриминации уже существующих беженцев, которых принимает Турция. 27 июля губернатор восточной провинции Ван  заявил, что регион укрепит свою восточную границу с Ираном — место многих незаконных пересечений границы афганскими беженцами — 183-мильной пограничной стеной в попытке гарантировать, что никакие новые крупные волны беженцев не затопят Турцию. Между тем, на северо-западе страны мэр Болу, города за пределами Стамбула, заявил, что он будет настаивать на увеличении платы за воду и вывоз отходов до десяти раз для иностранцев — шаг, который однозначно рассматривается как нацеленный на сирийских беженцев в этом районе, а также на сдерживание уровня потенциальных и прибывающих афганских беженцев. Статус беженцев вызывают серьезные разногласия в обществе: некоторые турки хотят принять их на гуманитарных и религиозных основаниях, в то время как другие осуждают  использование ресурсов, жилья и государственных расходов в стране с проблематичной экономикой. Правящая в Турции Партия справедливости и развития (ПСР) попыталась повысить свой гуманитарный авторитет в стране и за рубежом, принимая беженцев. Но эти усилия попали под растущий политический контроль со стороны ЕС на фоне слабой экономики Турции. Кроме того, многие турки с низкими доходами считают, что они конкурируют с беженцами за рабочие места и ресурсы. Турецкие негативные настроения, вероятно, будут расти под двойным давлением  экономики и большего числа потенциальных беженцев из зон военных действий в Афганистане и Сирии. Даже ПСР, которая по-прежнему привержена приему беженцев как по гуманитарным соображениям, так и в качестве полезного рычага давления на Европейский союз для получения экономических уступок, скорее всего, будет все чаще прибегать к антибеженской риторике, чтобы попытаться привлечь под свои знамена   националистических и экономически отсталых избирателей в преддверии национальных выборов в Турции в 2023 году. Между тем новые волны беженцев остаются очень возможными в ближайшие два года, поскольку ситуация в Афганистане и Сирии остается нестабильной, а их гуманитарные кризисы далеки от разрешения. ПСР плохо показала себя в рамках последних по времени социологических опросов, что вынуждает ее предпринять попытки  обновления своей политической стратегии в преддверии следующего национального избирательного цикла. Партия давно поддерживает турецко-националистическую позицию, но избегает открытого нативизма (политика, проводящаяся в интересах коренного населения, направленная на сохранение и защиту его собственной  культуры и устранение элементов чужой культуры — авт.)., который может усилить социальную напряженность с другими мусульманскими беженцами в стране. По мере усиления антибеженских настроений Турция столкнется с растущим давлением с целью либо дискриминации беженцев, либо вытеснения их из страны, что вызовет критику со стороны стран, ориентированных на права человека, и вызовет протесты беженцев в Турции. Передача беженцев в соседние государства, в частности, также обострит напряженность в отношениях с этими странами. Если турецкие политики будут придерживаться более нативистской риторики и политики, они рискуют вызвать негативную реакцию со стороны общин беженцев, что может привести к массовым протестам и даже беспорядкам. Турецкое правительство может также попытаться переселить беженцев в их родные страны, например в Сирию, где оно удерживает территорию вдоль границы. Однако это еще больше обострит отношения Анкары с Россией, Сирией и Ираном, которые считают, что Турция пытается создать оплот своего постоянного присутствия в Сирии. Отправка беженцев  в Европу  поставит под угрозу соглашение между ЕС и Турцией о беженцах (с соответствующими финансовыми потерями) и может спровоцировать более широкое распространение антитурецких настроений в Европейском союзе. Отправка беженцев обратно в Иран спровоцирует вероятную дипломатическую конфронтацию с Тегераном, который борется с перманентным экономическим кризисом.

52.82MB | MySQL:104 | 0,348sec