Алжирское руководство декларирует окончание финансового кризиса

Алжирская экономика преодолела кризис и впервые с 2014 года АНДР начинает вновь накапливать золотовалютные резервы, которые к настоящему времени якобы превысили 44 млрд долларов, тогда как по другим данным, реально к концу 2021 года они могут снизиться за отметку в 30 млрд долларов.

Это заявил на своей пресс-конференции президент АНДР Абдельмаджид Теббун и основания утверждать о ее «восстановлении» у главы алжирского государства следующие: «По последним данным, мы достигли ежегодных темпов роста 3.8 процента после снижения из-за пандемии COVID-19 и уменьшения цен на нефть».

По его информации, в том числе это наблюдается в условиях стимулирования властями страны сектора стартапов, а также о развитии неуглеводородного экспорта, который якобы впервые за 25 лет преодолел порог в 1.8 млрд долларов и достиг отметки в 2.1 млрд долларов.

Причем, по словам Теббуна, к концу текущего года соответствующие показатели могут вырасти до 5 млрд долларов.

В результате, согласно его утверждениям, «Мы снова начали накапливать валютные резервы, невзирая на то, что Алжир потратил около 3 миллиардов долларов на приобретение оборудования, вакцин и лекарств, необходимых для борьбы с COVID-19».

Заметим, что накануне выступления Теббуна алжирское Национальное статистическое управление (UNS) опубликовало данные, согласно которым промышленное производство государственного сектора в первом квартале текущего года выросло всего лишь на 0.4% в первую очередь из-за сохраняющихся трудностей нефтегазовой отрасли.

Как мы уже писали ранее, общее производство в этом «кормящем» всю страну секторе сократилось на 2%, причем добыча сырых нефти и природного газа сократилась за год на 6.5%.

Откуда же президент Алжира взял цифры о преодолении кризиса? Напомним, что недавние ожидания представителей алжирских госструктур были даже выше. Так, в июне Министерство финансов АНДР объявило о своих прогнозах экономического роста страны, повысив их с +3.98% до +4.2% в 2021 году «в связи с постепенным возвращением экономической активности».

Причем согласно его уточнениям, рост неуглеводородного сектора составит +3.2% в том же году, увеличив ожидания с 2.4% «с учетом возобновления активности в секторах строительства (+3.8%) и торговых услуг (+3.6%)».

Таким образом, алжирский президент даже понизил ожидания своих экспертов-экономистов. Предположим, что Теббун взял указанные выше цифры из распространенного недавно Всемирным банком последнего по времени информационного бюллетеня, в котором его аналитики предположили, что у АНДР имеются «хрупкие экономические перспективы восстановления в 2021 году на 3.7 процента».

Однако реальная их достижимость будет определяться, по их данным, «устойчивостью Алжира», которая возможна лишь в случае «ускорения реформ, которые должен способствовать росту частного сектора и восстановлению макроэкономического баланса».

Иными словами, речь идет о ничем не гарантированной перспективе. Причем данные прогнозы даются с серьезными оговорками относительно того, что Алжир не окажется уязвимым к сегодняшним кризисам, особенно связанным с пандемией коронавируса.

Между тем, по мнению независимых экономистов, заявленный Теббуном рост может объясняться направлением банками на государственные нужды инвестиций (реально кредитов) в размере 1.6 трлн динаров (11.878 млрд долларов).

Какие именно сектора экономики и в каком размере их получили, точно неизвестно, во всяком случае, представители нефтегазовой отрасли жалуются на отсутствие необходимых ей инвестиций.

Обратим более пристальное внимание на ту часть доклада авторитетного международного финансового учреждения, которая посвящена Алжиру. Его аналитики ожидают, что экономические показатели после роста на 3.7% в 2021 году замедлятся в 2022 году, но тем не менее, дополнительно вырастут на 2.5%, что и позволит АНДР реально вернуться по финансово-экономическим показателям к допандемийному уровню.

Однако Всемирный банк предупреждает, что в первую очередь это ожидается за счет газового сегмента энергетики (что в первую очередь связано с ростом стоимости газа в текущем году), но «восстановление в секторах, не связанных с углеводородами должно быть медленным и постепенным».

Иными словами, глава алжирского государства выставляет желаемое за действительное. Тем более, что все эти представленные выше данные не включают в себя другие многомиллиардные расходы, уже осуществленные и предстоящие в текущем году.

Так, кроме продолжающейся борьбы со все более усугубляющимся в Алжире коронавирусным кризисом стране приходится затрачивать серьезные ресурсы на «амортизацию» водной проблемы.

Дополнительно уже в ближайшем будущем ему предстоят дополнительные серьезные расходы на обеспечение собственной продовольственной безопасности ввиду неблагоприятных климатических особенностей текущего года. Так, согласно самым оптимистичным прогнозам, АНДР не досчитается из-за жары и недостатка воды как минимум 40% ожидаемого урожая пшеницы и других культур.

И, наконец, еще один маркер неблагополучия. Казалось бы, в случае перелома ситуации с расходованием накопленных средств первым делом, что алжирское руководство должно было сделать – это пустить их на инвестиции в собственную «кормящую» углеводородную отрасль, тем более, что в 2020 году из-за пандемии COVID-19   инвестиций туда практически не было.

И, по оценкам независимых экспертов, уже сейчас для недопущения реального обвала производства углеводородов Алжиру требуется одномоментно вложить в нее как минимум 7 млрд долларов.

И еще один момент – если принять слова алжирского президента на веру, то получается, что в 2021 году, несмотря на многочисленные серьезные затраты на борьбу с коронавирусным и водным кризисами страна вдруг начала копить средства. Хотя, к примеру, в 2014 – 2019 гг., когда данные проблемы не ощущались и давление «демографического фактора» было слабее, производство и экспорт углеводородов были выше, и общая ситуация практически по всем параметрам представлялась гораздо лучше.

И почему это не произошло тогда, непонятно. Равно как и то, почему «преодолевший кризис» Алжир продолжает «прицениваться» к иностранным кредитам.

И, как представляется, в условиях непрекращающихся народных протестов и реального ухудшения социально-экономического положения в стране, президент Теббун пытается «пустить пыль в глаза».

Во-первых, иностранным инвесторам с целью привлечь их в свои проекты, а во-вторых, собственному народу, пытаясь ввести его в заблуждение относительно внезапных успехов после семи лет безостановочного падения, и чья протестная активность не проходит и ищет пути к своему выбросу.

51.85MB | MySQL:101 | 0,336sec