Афганистан: саудовское посредничество

Станет ли Саудовская Аравия посредником в деле внутриафганского политического урегулирования – вопрос, которой сегодня во все большей мере обсуждается ведущими арабоязычными печатными изданиями. Для этого есть все основания, — на страницах этих изданий регулярно публикуются сообщения о встречах между представителями различных афганских политических группировок (в их числе и представители правительства Хамида Карзая), организуемых саудовской стороной, в интересах достижения взаимопонимания между этими группировками и в отношении возможности вывода войск международной коалиции с территории Афганистана, и в связи с проблемами будущего политического устройства этой страны.

Едва ли не впервые открытое заявление саудовской стороны о ее стремлении играть существенную роль во внутриафганском урегулировании было сделано, наверное, в конце октября 2008 г., когда в ходе совместной пресс-конференции министра иностранных дел королевства принца Сауда Аль-Фейсала и его германского коллеги Франка-Вальтера Штайнмайера (посетившего Эр-Рияд после его поездки в Пакистан). Именно тогда (28 октября 2008 г.) глава саудовского внешнеполитического ведомства заявил о том, что под эгидой саудовского руководства уже были проведены встречи, объединившие за одним столом представителей афганских политических партий и движений, обсуждавших насущные вопросы будущего Афганистана. Как подчеркивал С. Аль-Фейсал, «Королевство лишь ожидает официальной просьбы афганского правительства в качестве первого шага, за которым последуют открытые и серьезные переговоры».

В то же время принц С. Аль-Фейсал говорил и о некоторых условиях, выполнение которых будет необходимо прежде, чем Саудовская Аравия станет играть роль официального посредника по вопросам отношений между различными афганскими сторонами. По его словам, будущее «межафганское примирение должно быть инициировано сторонами, которые примут в нем участие с открытым сердцем и разумом, имея в виду достижение соглашения, а не провоцирование новых проблем». При этом глава саудовского министерства иностранных дел отмечал возможность начала межафганских переговоров на саудовской территории, но только в том случае, если соответствующие афганские группировки (речь шла, в первую очередь, о движении Талибан) предпримут действия, направленные на «отказ от террора, и прекратят сотрудничество с террористами». Без выполнения этих предварительных условий, как подчеркивал С. Аль-Фейсал, «никакой плодотворный диалог между афганскими сторонами не будет возможен». Одновременно, в ходе все той же совместной пресс-конференции Ф.-В. Штайнмайер заявил о том, что его страна полностью поддерживает точку зрения Саудовской Аравии, направленную на «недопущение распространения идей движения Талибан в пределах всей территории Афганистана», а лондонская «Аш-Шарк Аль-Аусат» добавляла, что Германия стала второй страной Европейского Союза (после Франции), поддержавшей идею саудовского посредничества в деле достижения внутриафганского политического урегулирования.

Иными словами, Саудовская Аравия проделала существенный путь в развитии своего подхода к вопросу о положении в Афганистане. Этот путь начался с официальной поддержки действий движения Талибан (и, в целом, внутриафганской оппозиции) против советского военного присутствия на территории этой страны, когда официальное саудовское издание подчеркивало: «Саудовское руководство высоко подняло знамя джихада, предоставив помощь афганским группам исламского действия и заявив о безусловной поддержке моджахедов. Сыновья королевства были в первых рядах тех, кто вместе с афганскими братьями сражался против коммунистической агрессии. Наши сыновья жертвовали собой ради того, чтобы высоко развивалось знамя ислама». Достаточно напомнить, что цитируемое издание было выпущено в свет саудовским министерством иностранных дел всего лишь в 1999 г. (оно называлось «Королевство Саудовская Аравия: сто лет на службе исламу и мусульманам»). Достаточно заметить также, что Саудовская Аравия оставалась одной из немногих стран мира, имевших дипломатические отношения с режимом Талибан, разорванные только в канун ввода войск антитеррористической коалиции на территорию Афганистана.

Однако при этом после создания правительства Х. Карзая саудовское королевство стало одним из его ведущих финансовых доноров, а поддержка этого правительства (демонстрировавшаяся саудовским истеблишментом и в ходе посещения главой Афганистана святых мест ислама) выглядела в качестве безусловного внешнеполитического приоритета Саудовской Аравии, вступившей после сентября 2001 г. в ряды международной антитеррористической коалиции.

По данным «Аш-Шарк Аль-Аусат», в конце октября 2008 г. в саудовской Мекке была проведена очередная встреча представителей афганских противоборствующих сторон (правительства Х. Карзая, «деятелей, близких к движению Талибан» и Исламской партии Гульбеддина Хикматияра), на которой присутствовали «некоторые высшие члены политического истеблишмента в королевстве». Эта встреча была оформлена как «ифтар», совместный ужин после окончания очередного дня месяца рамадан. В ходе этой встречи, как подчеркивало все то же лондонское саудовское издание, была предпринята «очередная попытка сблизить точки зрения правительства Карзая и движения Талибан» по вопросам внутреннего развития Афганистана. Но наиболее ярким проявлением саудовского курса на осуществление посредничества во внутриафганском урегулировании стало, тем не менее, стремление саудовской стороны привлечь к поддержке своей позиции некоторых активных деятелей организации «Аль-Каида» или, по крайней мере, той их части, которые известны как «афганские арабы».

22 декабря 2008 г. «Аш-Шарк Аль-Аусат» опубликовала развернутое изложение точки зрения одного из представителей этой группы сторонников «Аль-Каиды» – алжирца Абдаллы Унса (известного под псевдонимом Абу Джума) по вопросам осуществляемого Саудовской Аравией курса на внутриафганское урегулирование (под названием «Все афганцы, как таджики, так и пуштуны, считают Саудовскую Аравию заслуживающим доверия посредником»). Представляя этого человека, цитируемое издание сообщало, что он стоял у истоков создания «Аль-Каиды», был, вместе с тем, среди приближенных к убитому (видимо) агентами этой организации Ахмадшаху Масуду, ныне же А. Унс «вместе с группой из десяти арабских улемов и афганских моджахедов» занимается «реализацией программы движения в направлении внутриафганского политического урегулирования под эгидой саудовского монарха». По его словам, к настоящему времени уже прошло не менее десяти раундов межафганских переговоров, включая и встречу Мекке.

Все так же по сообщению А. Унса, деятельность его группы сталкивается с существенными трудностями, связанными с тем, что некоторые из «участников переговоров преследуются американским командованием в Афганистане», как и с тем, что им трудно «получать въездные визы в те страны, где проходят эти переговоры». Тем не менее, «благодаря мудрости саудовского монарха» эти трудности преодолеваются.

Важное место в материале, опубликованном «Аш-Шарк Аль-Аусат», занимала точка зрения А. Унса, связанная с тем, что «посредническая роль Саудовской Аравии приемлема для всех внутриафганских сторон». По словам, такую роль не может играть Иран, «имеющий дурные отношения с населением пуштунского Юга Афганистана, с одной стороны, а, с другой, движение Талибан обвиняет Иран в том, что он участвовал в свержении власти этого движения после начала вооруженных акций» сентября 2001 г. Если Иран и «имеет хорошие отношения с таджикским Севером Афганистана», то это обстоятельство, тем не менее, не дает ему оснований «быть эффективным политическим игроком во внутриафганском процессе». То же самое, по словам А. Унса, относится и к Пакистану, который, конечно, «имеет хорошие отношения с афганским пуштунским Югом, создал движение Талибан и поддерживал его руководителей», но находится в плохих отношениях с таджикским Севером. В силу этих оснований Саудовская Аравия действительно сможет сыграть роль «эффективного посредника», — «ее народ и правительство заняли добрую позицию в отношении происходившего тридцать лет тому назад афганского джихада, десятки молодых саудовцев пролили свою кровь в годы противостояния русскому вторжению на землю Афганистана». С другой стороны, «наличие мусульманских святынь на ее территории», заставляет всех афганцев без различия их этнической принадлежности «обращать из взоры к стране Двух Благородных Святынь».

Существенные обстоятельства, свидетельствующие, в том числе, и том, как события прошлого, а также «исламская миссия» королевства, могут быть превращены в основы для проведения и придания законности нынешним саудовским устремлениям в связи с задачами внутриафганского урегулирования.

Материал «Аш-Шарк Аль-Аусат», опубликованный этой газетой со ссылкой на точку зрения А. Унса, важен также и потому, что он содержит указания на то, какие задачи ставит перед собой саудовское королевство в связи с достижением стабильности в Афганистане.

Первая задача – это вывод войск международной коалиции, решение которой осмысляется, прежде всего, не на основе «подъема общенародного сопротивления», а «давления со стороны международного сообщества» (в этой связи становится понятным то, почему А. Унс особо подчеркивал факт преследования «американским командованием» участников межафганских переговоров под саудовской эгидой). Более того, эта первая задача осмысляется только в связи с решением второй и главной задачи – не допустить повторения ситуации, возникшей после вывода советских войск с территории Афганистана, когда в условиях вакуума власти «моджахеды обратили свое оружие друг против друга».

В этой связи А. Унс говорил, что его патронируемая саудовским руководством группа действует в настоящее время в направлении выработки «определенного сценария, который устроит все заинтересованные стороны, в отношении сроков и методов вывода иностранных войск». Речь идет о некоем подобии того, что предполагается осуществить в Ираке, откуда вывод иностранных войск будет осуществляться только на основе соответствующих соглашений и в рамках четко оговоренных временных сроков. В дальнейшем же, по его словам, речь должна будет идти о «создании такой формы афганской власти», которая «будет компромиссом между нынешним правительством, движением Талибан и прежними моджахедами (имеются в виду иные афганские партии и движения)». По крайней мере, в нынешних переговорах, по словам А. Унса, участвуют представители шейха Юнеса Кануни, Бурхануддина Раббани, а также мулла Мухаммед Тайиб Ага – секретарь муллы Омара, как и еще один из близких к мулле Омару людей – мулла Бердар. Среди них, в том числе, и брат Х. Карзая мулла Каюм.

Что ж, из этого могут быть сделаны некоторые выводы. Если первый из них состоит в том, что Саудовская Аравия начинает последовательное движение в направлении достижения внутриафганского урегулирования, то второй состоит в том, что это движение видится ею при опоре на диалог с реальными игроками внутриафганского политического процесса. В этой связи подключение королевством к решению вопросов урегулирования в Афганистане тех кругов в «Аль-Каиде», которые сегодня принимают саудовскую точку зрения, выглядит как во многом нетривиальное решение методов осуществления контактов с противоборствующими афганскими сторонами. Наконец, саудовские действия не провисают в воздухе, — на их стороне серьезные силы и в рамках международного сообщества.

28.2MB | MySQL:67 | 0,754sec