О проблемах турецкой экономики и их возможном решении. Часть 1

В понедельник 22 ноября турецкая лира совершила очередное снижение обменного курса, упав с 11,44 до 12,39, а затем до 13 лир за доллар. Такое падение является беспрецедентным рекордом за всю историю правления Партии справедливости и развития (ПСР). Напомним, что в 2005 году турецкое правительство списало шесть нулей на банковских купюрах, и новый курс 2 лиры за доллар стабильно держался в течение девяти лет. Первые двенадцать лет пребывания ПСР у власти стали периодом «турецкого экономического чуда», когда экономика росла на 6-7% в год, в Турции появились новые отрасли промышленности, а стабильная экономическая и политическая ситуация способствовала притоку иностранных инвестиций. Средний доход на душу населения в Турции достиг 10 тысяч долларов в год.

Турецкое экономическое процветание было во многом обязано министрам финансов Али Бабаджану (возглавлял министерство в 2003-2015 годах) и Мехмету Шимшеку (уволен в 2018 году). Многие эксперты убеждены в том, что финансовые проблемы Турции начались из-за проведения правительством страны «неортодоксальной монетарной политики». Речь идет, прежде всего, о снижении процентной ставки. Американский инвестор Тимоти Эш, в течение долгого времени работающий в Турции, полагает: «Вначале была некоторая логика в том, чтобы устанавливать несколько процентных ставок, чтобы препятствовать переоценке лиры из-за «горячих денег», устремившихся на турецкие финансовые рынки в связи с мировым кризисом,  но затем снижение ставок стало приносить реальный вред».

Многие полагают, что противодействие президента Р.Т.Эрдогана высоким процентным ставкам происходит из-за его религиозных убеждений благочестивого мусульманина. Ислам отвергает, по крайней мере, теоретически ростовщичество (риба). Подтверждением этому является поддержка экономической политики Реджепа Тайипа Эрдогана со стороны некоторых арабских мусульманских религиозных деятелей. Например, муфтий Султаната Оман Ахмад бен Хамад аль-Халили выразил в Твиттере поддержку мерам турецкого правительства по снижению процентных ставок. Он написал: «Я поддерживаю усилия исламского правительства братской Турции по очищению турецкой экономики от скверны риба. Это полностью соответствует Книге Аллаха (Корану), Его разуму и Его шахаде. Мы призываем все остальные исламские правительства последовать примеру Турции».

Однако противодействие президента Турции высоким процентным ставкам объясняется еще и его экономическими взглядами, во многом совпадающими с таковыми его предшественника Неджметдина Эрбакана, лидера исламистской Партии благоденствия и премьер-министра Турции в 1996-1997 годах. Реджеп Тайип Эрдоган искренне полагает, что низкие процентные ставки ведут к увеличению занятости и экономическому росту. В 1991 году Эрбакан выпустил книгу «Ясный экономический и политический порядок», в которой писал о том, что процентные ставки создают инфляцию, заставляя бизнесменов повышать цены, чтобы расплатиться с займами. Возможно, это утверждение было справедливо для 19 и начала 20 века, но в эпоху глобализации оно во многом потеряло истинность.

Став президентом в августе 2014 года, Эрдоган стал предпринимать атаки на Центробанк с целью заставить его отказаться от повышения процентных ставок. «В то время рынок и инвесторы еще не воспринимали Эрдогана всерьез, так как верили в независимость Центробанка», — отмечает турецкий финансист Мурад Турхан. Затем в Турции начались политические проблемы и проблемы с безопасностью. Авантюристическая политика  Анкары в Сирии привела к нестабильности в районах Турции, населенных курдами, возобновление вооруженного сопротивления РПК и многочисленные теракты на турецкой территории. Подавив путч в июле 2016 года, турецкий президент всерьез взялся за Центробанк. В то время ЦБ пытался повысить процентную ставку окольными путями, используя «окно ликвидности». Вмешательство правительства привело к тому, что уровень кредитного риска стал повышаться, перевалив за 300 пунктов. Был зафиксирован первый скачок доллара. Курс изменился с 2 до 3,8 лир за доллар.

Беспокойство инвесторов за руководство  турецкой экономикой увеличилось в марте 2018 года после досрочных президентских выборов и референдума, предоставившего президенту Эрдогану расширенные полномочия. Обменный курс увеличился до 4 лир за доллар. Дефицит платежного баланса Турции в этом году достиг 55 млрд долларов, а банки и частный сектор накопили долг в 200 млрд долларов, который нуждался в реструктуризации. Окончательный удар по финансовой стабильности президент Эрдоган нанес во время визита в Лондон в мае 2018 года, когда он провел беседу с мировыми финансистами, убеждая их инвестировать в турецкую экономику. Разговаривая с главами крупнейших мировых инвестиционных фондов, турецкий лидер оставил аудиторию в полном остолбенении, когда сказал, что не верит в независимость Центробанка. Он отметил: «Когда люди сталкиваются с трудностями из-за монетарной политики, кто несет за это ответственность? Они считают, что ответственность несет президент. Поэтому в государстве должен быть президент, сильный в монетарной политике». После этого курс дошел до отметки 4,39 лир за доллар. После победы на выборах турецкий лидер всерьез взялся за банки и финансовую политику. Мехмет Шимшек был уволен. Новым министром финансов стал зять президента Берат Албайрак. Албайрак получил экономическое образование в университете Пэйс в Нью-Йорке и долгое время был генеральным директором строительного и энергетического консорциума «Чалык». Албайрак успел побыть министром энергетики и успешно проявил себя при заключении нефтяной сделки с Иракским Курдистаном. С одной стороны, турецкий лидер возлагал надежды на молодого, получившего блестящее образование технократа. С другой стороны, Эрдоган после путча перестал доверять даже многим соратникам и стал ограничивать политическое общение «ближним кругом». Албайрак получил невыполнимую задачу: добиться снижения процентных ставок и в то же время не допустить падения лиры.

Осень 2018 года ознаменовалась очередным кризисом, когда  США ввели санкции против Турции в связи с делом пастора Бронсона. Курс снова упал в августе 2018 года до 6,8 лир за доллар. Это событие заставило Албайрака поднять процентную ставку на 6 пунктов. К концу 2018 года обменный курс стабилизировался на уровне 5,2 лир за доллар. Свою позитивную роль сыграло и то, что на помощь Турции пришло правительство Катара, выделив кредит в размере 18 млрд долларов. Албайраку удалось на некоторое время восстановить доверие к финансовой политике государства. Однако позже он принял ошибочное решение накачать турецкий рынок кредитами, что вызвало новое обесценивание лиры. Турецкая экономистка Несрин Нас отмечает по этому поводу: «После того как правительство стимулировало выдачу кредитов по низкой ставке, количество просроченных и неработающих кредитов взмыло вверх и «пробило крышу»».

55.52MB | MySQL:105 | 0,490sec