К вопросу о Саммите Тюркского совета в Стамбуле. Часть 16

12 ноября с.г. в районе Стамбула, на так называемом Острове демократии и свободы в Мраморном море, состоялся Саммит Совета сотрудничества тюркоязычных государств, получившего теперь название Организация тюркских государств.

Продолжаем делать обзор этого мероприятия, которое представляется крайне важным не только для Турции, но и для значительной части постсоветского пространства, получается, включая Россию. Не будет преувеличением сказать, что 8-й по счету Саммит, теперь уже, Организации тюркских (в турецком языке – «турецких») государств, получился «историческим» и имеющим далеко идущие последствия.

Часть 15 нашей публикации доступна по ссылке на сайте ИБВ: http://www.iimes.ru/?p=81785.

Напомним, что мы остановились на том тезисе, что, на данном историческом отрезке, идея тюркского мира и кочевников переиграла идею евразийства в глазах вновь образованных государств – членов не только ОТГ, но и российских интеграционных инициатив.

На то есть, разумеется, многие объективные причины, которые, в том числе, не могут не включать того, что «осколки» бывшего СССР «летят» в сторону от метрополии, то есть, на данном историческом отрезке, преобладают центробежные силы.

В этом свете, любая инициатива, исходящая от России, рассматривается в качестве в качестве «консервирующей прошлое». А история идет вперёд, поэтому инициатива, исходящая от Турции, смотрится для тех, кому она адресована, свежей, новаторской и работающей на собственные искания национальной идеи.

К тому же, кто бы ни был прав в споре между Россией и Украиной или же между Россией и Грузией, вновь образованные государства не могут не примерять на себя позицию именно Украины и Грузии – как «красной линии» для России в плане вступления в НАТО.  Никто не хочет оказываться в роли той самой красной линии, когда то или иное действие, которое неприемлемо для России, может отлиться, допустим, в территориальные потери. Тем более, что достаточно интересные заявления звучали в отношении того же Казахстана со стороны пусть и одиозных, но «перворанговых» российских политиков. Эти заявления, справедливо или нет, рассматривались в «младогосударствах» в качестве некоего «щупа», прощупывающего подобный сценарий развития событий.

Так что, Россия хочет сохранить свое присутствие на постсоветском пространстве, провозгласив их зоной своих стратегических интересов. Но само это пространство пытается из этой зоны «выбраться» и будет балансировать между Россией и Турцией (не говоря уже о Китае, который сам надо балансировать – прим.).

В развитие тезиса про национальную тюркскую идею приведем ещё раз цитату из Декларации стран ОТГ:

«69. (Стороны) Высоко оценивают решение о создании комиссии в составе представителей Тюркской академии и представителей соответствующих институтов и экспертов ее государств-членов для ускорения работы по доработке проектов учебников «Общетюркской истории», «География тюркского мира» и «Общетюркская литература»».

Заметим, что это как раз та самая национальная идея тюркских народов, в которой всем будет место. Однако, от этих учебников сложно ожидать той взвешенности, чтобы оценить вклад того же СССР в создание и развитие нынешних независимых государств – бывших республик СССР. Есть основания полагать, что прочтение этих учебников в России вызовет много «озабоченности» у российского внешнеполитического ведомства и, если до этого дойдет, даже до пресс-релизов с призывами отказаться от «искажения истории». Поскольку понятно, что, если за некоторую основу брать учебники турецкой истории, то во вновь написанных учебниках будет постоянно звучать слово «оккупация» и «колонизация», вместо привычного для российских учебников «освоение Сибири» или же «устранение угрозы с южных рубежей России».

На самом деле, сложно переоценить решение стран-участниц ОТГ написать собственные учебники: истории, географии, литературы. Тем более, вкупе с решением о том, что стороны собираются ещё и гармонизировать свои алфавиты – проще говоря, отказаться от кириллицы и перейти на латиницу (как вариант, на вариант латиницы, адаптированной под особенности турецкого языка – И.С.). Это буквально вырывает страны участницы ОТГ из одной (российской) культурно-исторической среды и контекста и переносит их в среду и контекст турецкий.

Переходим к следующем разделу Декларации, которые озаглавлен как «Институциональное сотрудничество в тюркском мире». Цитируем:

(Стороны…):

«90. Высоко оценивают деятельность TURKPA, TURKSOY, Тюркской академии и Фонда тюркской культуры и наследия (TCHF) и обращают внимание на их отчеты, представленные Совету министров иностранных дел.

  1. Выражают удовлетворение официальным открытием нового помещения Тюркской академии в Нур-Султане, выделенного Республикой Казахстан.
  2. Поддерживают дальнейшее расширение взаимодействия между организациями тюркского сотрудничества и настоятельно призывают организации усилить работу Координационного комитета, чтобы обеспечить эффективную реализацию общей повестки дня сотрудничества тюрков, и высоко оценивают успешную организацию праздничных мероприятий по важным и памятным датам, касающихся видных тюркских деятелей.
  3. Принимают к сведению результаты девятого и десятого пленарных заседаний TURKPA 18 декабря 2019 года в Баку и 27-28 сентября 2021 года в Туркестане, высоко оценивают усилия TURKPA на уровне парламентариев по борьбе с пандемией COVID-19, а также решения вопросов Повестки дня в области устойчивого развития на период до 2030 года, и приветствуют активное участие Олий Мажлиса Республики Узбекистан в деятельности TURKPA.
  4. Выражают признательность Организации тюркских государств и TURKPA за наблюдение за выборами и референдумами в государствах-членах, с целью поддержки политического участия и надлежащего управления, а также за деятельность последней по разработке типового законодательства.
  5. Подчеркивают важность празднования предстоящего 300-летия со дня рождения великого туркменского поэта, философа и мыслителя Махтумкули Фраги и поручают организациям тюркского сотрудничества организовать мероприятия, посвященные этому событию, в государствах-членах и государствах-наблюдателях.
  6. Высоко оценивают завершение проекта, со стороны Тюркской академии, по созданию «Историко-географического атласа тюркского мира» и поручают завершить его проекты «Священные места тюркского мира» и «Выдающиеся деятели тюркского мира».
  7. Высоко оценивают организацию «Форума аль-Фараби» в Исламабаде Тюркской академией, подписание Меморандума о сотрудничестве с Постоянным комитетом Организации исламского сотрудничества (ОИС) по научно-техническому сотрудничеству (COMSTECH) и установление отношений. со многими университетами, образовательными и исследовательскими учреждениями Пакистана.
  8. Приветствуют провозглашение Хивы Республики Узбекистан «Культурной столицей тюркского мира» в 2020 году в рамках инициативы, начатой ​​со стороны TURKSOY, выражают удовлетворение мероприятиями, организованными в городе по этому поводу в 2021 году, также приветствуют объявление г. Бурса, со стороны TURKSOY, культурной столицей тюркского мира в 2022 году 16 сентября 2021 года и выражают свою поддержку мероприятиям, которые будут организованы в Бурсе в 2022 году.
  9. Поддерживают TURKSOY в организации «Шелкового пути от реки Дунай до долины Орхун» в 2022 году.
  10. Высоко оценивают усилия TCHF по реализации международных проектов и конференций, посвященных культурным следам тюркских государств, а также публикации, такие как первая академическая книга «Азербайджан на Шелковом пути», и продвижение тюркского наследия через инициативы, предпринятые внутри и за пределами тюркского региона.
  11. Дают высокую оценку открытию «Года Белы Бартока», объявленного со стороны TCHF, проведению концерта и организации торжественного мероприятия Низами в историческом Дворце Ширваншахов в Азербайджане. Поздравляют TCHF с расширением отношений с Литвой путем подписания Меморандума о сотрудничестве в целях защиты культурного наследия литовских меньшинств — татар и караимов.
  12. В свете переименования Организации, настоятельно призывают Секретариат к дальнейшему совершенствованию своей институциональной основы и повышению эффективности и поручают Секретариату сосредоточить внимание на своих основных задачах и обеспечить наиболее эффективное управление своими людскими и финансовыми ресурсами с этой целью и просят Секретариат предоставить отчет о проделанной работе».

На этом раздел «Институциональное сотрудничество в тюркском мире» завершается.

Отметим, что, вне зависимости от того, к примеру, кто после 2023 года придет во власти в Турции, после очередных президентских и парламентских выборов, сохранил свое место в Турции правящая последние два десятка лет Партия справедливости и развития или нет, сохранит ли свой президентский пост Реджеп Тайип Эрдоган и т.д., институциональные связи, которые создаются подписанными ранее и сейчас документами со стороны стран – участниц ОТГ – это некая «несгораемая сумма» и вектор движения, который будет мало зависеть от внутриполитической ситуации в Турции.

Это — соглашения и структуры, которые будут работать «и при кемалистах и при националистах», хотя бы, потому, что в Турции есть очевидный запрос на сближение с родственными себе народами. И даже, более того, помимо того, что такой запрос есть и он устойчив, он уже конвертировался в то, что народы стран – участниц ОТГ воспринимаются в Турции в качестве «своих». А «своих» как известно «в беде не бросают» не только русские, но и турки.

Так что, если в России есть расчет на то, что в Турции, допустим, власть может смениться на «прозападную» и проекты тюркского мира «благополучно» будут забыты. Или же, если расчет на то, что слабость турецкой экономики, о которой сейчас вовсю заговорили, не позволит Турции «поднять» этот «вес», то эти надежды не имеют никакого значения: траектория турецкого движения на обозримую перспективу задана, инфраструктура создана и вопрос заключается, в настоящее время, лишь только в той скорости движения, которая будет развита Турцией и государствами ОТГ на этом пути.

С учетом, разумеется, внешних и внутренних факторов, включая действия той же России по предложению своих конкурирующих инициатив, или же желание / готовность вновь образованных государств к тому, чтобы «спешно» интегрироваться в тюркский мир. При том, что буквально между строк просматривается масштаб турецких амбиций при подготовке итоговых документов, согласованных в Стамбуле. Остается только догадываться о том, что фигурировало в черновиках этих документов, и что исчезло при редактуре со стороны других стран – участниц ОТГ.

Заметим ещё один принципиальный момент, в свете заявлений российского руководства о том, что «центр тюркского мира находится на Алтае» и «правильнее было бы публиковать такие карты». Это – перефраз сказанного пресс-секретарем президента Российской Федерации Д.Песковым. Напомним, что эти заявления прозвучали в ответ на торжественную передачу лидером турецких националистов Девлетом Бахчели карты Тюркского мира президенту Р.Т.Эрдогану под вспышки фотокамер, с последующей публикацией фотографий в твиттере Д.Бахчели.

Так вот: никаких идей об установлении институциональных связей с Россией и её официальными государственными учреждениями ни в одном из документов Организации тюркского сотрудничества нет. При том, что, как мы можем заметить, Россия не отрицает того, что она является частью тюркского мира или, точнее, тюркский мир образует её часть. Это касается и тюркского населения нашей страны и отдельных субъектов Российской Федерации.

Почему об этом не идет речь? – Полагаем, что это – обоюдное желание РФ и ОТГ, которое состоит в том, что РФ крайне подозрительно относится к действиям Турции и её интеграционным инициативам.

В какой-то момент, казалось, что антитеррористические кампании и турецкий след в них оказался в России забытым. Это произошло где то в 2000-е годы, когда российско-турецкие отношения переживали свой «медовый месяц», который потихоньку начал сходить на нет с 2011-го года и начала событий «арабской весны», чтобы быть окончательно забытым к 2015 году, когда в небе над Сирией был сбит российский самолет со стороны турецких ВВС.

Сейчас от этого «медового месяца» не осталось даже и следа. В российском взгляде на Турцию, если пытаться уловить общий тренд, господствует сдержанное, подозрительное и охранительное отношение. Охранительное, заметим, не выборочное, а в целом – зачастую, как можно заметить даже в ущерб здравому смыслу.

Ещё более интересно и даже парадоксально смотрится раскол, который наблюдается между заявлениями высшего руководства России по поводу Турции и теми настроениями, которые господствуют в российском аналитическом сообществе: на фоне сдержанных заявлений первых, вторые, выражаясь мягко настолько эмоциональны, что переходят все границы дипломатии и разумности. Складывается полное ощущение, что российское аналитическое сообщество, демонизирующее Турцию, утратило самообладание и самоконтроль. Что наводит на мысль о том, что Турцию в России начали попросту «бояться», а страх, как известно, убивает способность адекватного реагирования на вызовы.

В этой ситуации, Россия может либо не реагировать на турецкие шаги вовсе, потому как российская мягкая сила не идет ни в какое сравнение с турецкой. Либо реагировать предельно жестко, но линии совсем других ведомств. И, разумеется, ни о каком сотрудничестве Россия – ОТГ в таком случае, с российской стороны, не может быть и речи.

С другой стороны, турки категорически не желают воспринимать Российскую Федерацию, как государство, в качестве части тюркского мира. В этой связи, весьма показательным является участие нижеподписавшегося в одной из конференций в Турции, где туркам был предложен тезис о том, что именно РФ (а не субъекты Российской Федерации – И.С.) является родственницей тюркского мира. В ответ «раздалась» тишина, и с этой темы благополучно переключились на другие обсуждения.

С другой стороны, Турции совершенно не нужно это масштабирование: она спокойно общается на уровне регионов России и выстраивает диалог с родственными народами при отсутствии целеуказания из Москвы (см. выше про охранительный рефлекс). России, конечно, следовало бы переключить этот диалог на Москву и строить его по другим каналам, но для этого надо выйти из «ступора» и предложить свою парадигму, в рамках которой говорить о том, что тюркский мир является частью России и, следовательно, диалог должен строиться через центр, а не через субъекты Российской Федерации.

Турцию нынешний формат диалога с теми же Татарстаном и Башкортостаном, укрепляющий её позиции в субъектах Российской Федерации, полностью устраивает, а Россия пока не может найти встречную парадигму, которая бы направила турецкую активность в нужном себе, (более) безопасном русле. Так что, следует скорректировать приведенное выше высказывание про то, что обе стороны не настроены на диалог, таким образом: что Турцию сейчас все устраивает, а Россию не устраивает, но пока поделать она с этим ничего не может, отказавшись от всяческих действий, в принципе, и заняв «охранительную позицию», которая не является, впрочем, большим препятствием для турецкой мягкой силы.

55.57MB | MySQL:105 | 0,487sec