К вопросу об интервью министра обороны Турции Хулуси Акара

В начале года самое тиражное издание Турции, газета Hürriyet, опубликовало эксклюзивное интервью министра обороны страны Хулуси Акара, которое тот дал, находясь с визитом в Косово.

С учетом того, что современная турецкая дипломатия ведется, как провозгласило турецкое руководство, не только за дипломатическим столом, но и на театрах военных действий, за последние годы многократно выросла публичность министра обороны Турции за пределами страны. Имея в виду «два крыла турецкой внешней политики» (мягкой и жесткое), обратимся к интервью министра Хулуси Акара. Как всегда, перевод ниже – авторский, неофициальный. Отметим, что интервью содержит также некоторые ремарки журналиста, взявшего интервью, Фатиха Чекирге, которые мы также приводим в полном объеме.

Интервью министра обороны Турции Хулуси Акара изданию Hürriyet, без вступительной части, начиная сразу с вопросов и ответа турецкого официального лица:

Первый вопрос — кризис F-35 … И ответ Акара:

«F-16 — это отдельная тема, а F-35 — это отдельная тема. Это — отдельные темы. Мы применили процедуру в рамках иностранных военных продаж. Мы провели необходимую консультацию по F-16, написали обращение (в США о поставках запасных частей для F-16 – И.С.). Работа в этом направлении продолжается.

Что касается истории с F-35, то делегация США прибыла в Турцию в октябре (2021 года – И.С.). Обсуждались проблемы. Одна из наших делегаций поедет в начале нового года (в США – И.С.) и еще раз поговорит об этом вопросе. Эта встреча, скорее всего, состоится в Вашингтоне. Мы четко заявили о своей позиции, ждем результатов. Поскольку существует НАТО, существует оборонный пакт, сила Турции — это добавленная стоимость силы НАТО, мы говорим в НАТО, что будет, если вы будете регулировать силу Турции с помощью эмбарго «разрешить – запретить»?.

Моё наблюдение (то есть, ремарка турецкого журналиста – И.С.):

Объединив ответы министра Акара с последними событиями, у меня сложилось такое впечатление: сейчас уже очень сложно приобрести самолет F-35. Эта возможность больше не существует. Важно, как и сколько из предоставленного сейчас 1 миллиарда 400 миллионов долларов будет возвращено. Другими словами, это — вопрос взыскания и урегулирования.

Дыхание Мехметчика (так ласково в Турции называют своих солдат – И.С.) в спину террористам:

В этой части разговора тема касается севера Ирака и Сирии.

Министр Акар объясняет трансграничные операции Турции следующим образом:

«Есть новая концепция безопасности. Терроризм требуется осушать от его источника. Мехметчики дышат в спину террористам. Мы будем идти, куда бы они не сбежали. Где бы ни находились террористы, там и будет наша цель. Единственная цель – это террорист».

Турецко-курдское братство

«Некоторые люди делают такие искажения, как будто турки преследуют курдов, чтобы разрушить турецко-курдское братство. Не было никогда такого. У нас нет вражды к курдам или какой-либо этнической группе, и её не может быть. Наша единственная цель — террористические элементы. Мы не хотим земель никакой страны, включая Ирак и Сирию. Нашей заботой является безопасность наших границ и наших людей. Наши граждане, проживающие в приграничном районе в Деречике, не могут жить комфортно и безопасно, ежеминутно опасаясь атак террористов. Если не осушить терроризм в его источнике — у нас сухопутная граница протяженностью около 3000 километров, если на каждом метре поставить человека, то тогда может быть и въезд, и выезд (имеется в виду, что, либо надо полностью решить вопрос террора в зародыше, либо контролировать каждый метр сухопутной границы Турции – И.С.)».

Какие страны поддерживают террор

И речь заходит о местах размещения РПК / СНС на севере Сирии:

«Из заявлений лидеров террористической организации следует, что внешняя поддержка и поощрение, оказываемые РПК / ПДС – СНС, будут продолжаться, и лидеры террористической организации четко заявили, что СНС является РПК (давний тезис Турции о том, что сирийские Силы народной самообороны являются «филиалом» террористической организации РПК – И.С.). Независимо от того, кто поддерживает РПК и ее сирийское отделение — СНС, от кого бы они ни получали поддержку, мы полны решимости бороться, пока последний террорист не будет нейтрализован.

С операциями серии «Коготь» (Pençe), проведенными на севере Ирака, был осуществлен вход в места, о которых говорят «Вход воспрещен», убежища, бункеры, склады и так называемые штаб-квартиры, которые использовались террористами в регионе в течение многих лет, были взяты под контроль, и процесс установления над ними контроля продолжается».

Дух Чанаккале (отсылка к Чанаккале, как переломному месту в Войне за независимость Турции столетней давности, эта отсылка часто звучит, в последнее время, от руководства Турции – И.С.)

«Предложения жителей Запада не прекращать конфликты (видимо, речь идет, все же, об оговорке министра; речь должна идти именно о предложениях Запада по прекращению конфликтов – И.С.) бесполезны. Борьба с терроризмом продолжается в сложных условиях местности и географических условиях. Мы хотим, чтобы самоотверженность Мехметчиков была бы очевидна. Говорю это со всей своей откровенностью, я сам удивляются, откуда взялась эта сила духа. Мы видим, как они продолжают с энтузиазмом свою деятельность. Это — чудесная вещь, это — дух Чанаккале».

Вопрос: Синджар важнее Кандиля?

Ответ: Синджар – это новое пристанище террористов. Существует «террористическая проницаемость» от Кандиля до Синджара и обратно. Где бы ни был террорист, это — цель.

Граница – это честь!

Когда ему напомнили о некоторых критических замечаниях по поводу безопасности границ Турции, министр Акар сказал следующее:

«Были выступления, в которых высмеивались слова «Граница — это честь!». Появились рассуждения типа «Афганцы идут, граница превратилась в дуршлаг». Мы живем в период, когда границы наиболее жестко контролируются в истории Республики. Как с точки зрения физических мер, так и с точки зрения подкрепления, которое мы оказали тамошним войскам. Построены модульные бетонные стены, рвы шириной в 4 метра, глубиной в 4 метра, заборы из проволоки, вышки, сторожевые вышки, дороги. Там есть контрабандисты, террористы, соискатели убежища. Некоторых из них мы останавливаем ещё до того, как они дойдут до границы. Или же они входят, и мы ловим их. Они передаются в жандармерию. Есть еще террористы, их ловят, против них принимают необходимые меры. Там идет серьезная борьба».

Граница с Сирией

Вопрос: Турцию критикуют Турцию за недостаточную борьбу с «Исламским государством» (ИГ – здесь и далее, запрещенная в РФ террористическая организация – И.С.), что вы об этом скажете? Кто осуществлял борьбу? – Коалиционные силы. Что они сделали? Были созданы воздушные формирования, они осуществляли удары с воздуха. Погибли тысячи мирных жителей.

Турция же начала операцию «Щит Евфрата» 24 августа, через месяц после попытки вероломного переворота 15 июля. Пока мы собирались делать это вместе с американцами, они отказались (от совместной операции – И.С.), а мы вошли (в Сирию в одиночку – И.С.). Лицом к лицу мы нейтрализовали более 3500 террористов ИГ. Единственная страна, сражающаяся лицом к лицу с ИГ — это Турция, единственная армия — это Вооруженные силы Турции.

История Турции в борьбе с ИГ чиста, но некоторые люди не хотят этого понимать. Завершилась операция «Щит Евфрата», за ней последовала операция «Оливковая ветвь». Иностранные компании строят там станции, строят из бетона убежища и укрытия. Это не то, что можно сделать без указания сверху.

Что мы делаем в Африне?

Что касается операций, министр Акар напоминает про Африн:

«Некоторые люди спрашивают, что мы делаем в Африне. Террористы в Африне лишили людей возможности сделать даже шаг. Представьте себе состояние Килиса и Рейханлы. Наши граждане не могли поехать и работать из-за ракет, падающих на мечети, школы и поля. Это место пришлось очистить от террористов. Затем мы провели операцию «Источник мира». Тогда сделка была заключена».

Россия и США не выполнили свои обещания

«В ходе операции «Источник мира» обещание дали американцы и русские. РПК / СНС будут выведены. Несмотря на свое обещание, они не ушли оттуда. По этой причине, борьба продолжается, и преследования продолжаются.

Что за дело нам до Идлиба? — Там режим (официальный Дамаск – И.С.) бомбит своих людей вместе с русскими, люди покидают свои дома и бегут. Наша забота состоит в том, чтобы все оставались на своих местах, чтобы на них не осуществлялось бы давление. Там была линия, режим (имеется в виду официальный Дамаск – И.С.) на север ее не переходит. Мы стараемся обеспечить мир и спокойствие. Мы встречаемся с нашими генералами в полевых условиях, а при необходимости — с господином Шойгу. Если бы мы не вмешались в этот коридор, был бы коридор от иракской границы до Средиземного моря, и там были бы совсем другие события. При своевременном решении и проведении операции это образование (так называемый «террористический коридор» — И.С.) удалось предотвратить».

Об отношениях с РПК / СНС говорят их главари

Большую часть 2021 года Турция пыталась объяснить, что СНС и РПК являются одной террористической организацией. Документация отправлена (заинтересованным сторонам, включая США – И.С.).

Вот эти слова (министра Акара – И.С.):

«Лидер террористов четко и недвусмысленно заявляет, что РПК и СНС – это одна и та же организация. Мы не можем заставить наших друзей и союзников в США принять это. Они разговаривают с ними, они встречаются. Это — проблема, которая негативно влияет на дух союза, сотрудничества и дела в среднесрочной и долгосрочной перспективах».

Вопрос: Что говорят русские, когда вы говорите, что не держат свое слово?

(Их) ответ: Мы соблюдаем договоренности и ожидаем их соблюдения от наших собеседников. Говорят, работают.

Воля мученика, старшего лейтенанта Валеха

Речь идет о Кавказе. И, конечно же, о героизме Азербайджана.

Акар комментирует:

«Два года назад, когда мы встретились на учениях, я сказал старшему лейтенанту Валеху Мемиеву: «Это учения. Искусство состоит в том, чтобы спасти земли, которые были оккупированы 30 лет назад». Валех также дал мне честное слово, что он спасет собственные земли Азербайджана. Перед тем, как стать мучеником в больнице, он сказал своим родственникам: «Скажите, я сдержал обещание, данное г-ну Акару». Для нас это было очень важным событием».

Что касается Кавказа и Азербайджана, министр Акар делится интересной информацией:

«Азербайджанские земли остаются под оккупацией 30 лет. Никто ничего не делает. После 44-дневной операции, сопредседатели Минской группы предстают перед Алиевым. Алиев говорит: «Я что звал вас? Где вы были 30 лет?». Важным является пожать руку мира, протянутую г-ном Алиевым под влиянием нашего президента. Самая большая выгода от этого будет для Армении. Сегодняшняя цель – Азербайджан — Армения, Азербайджан — Турция, а затем — шестисторонние отношения, обеспечивающие стабильность на Кавказе».

Наибольшая польза от дружеской руки, протянутой Алиевым, идет Армении

Вопрос: Что случилось с Арменией, пожала ли она протянутую (ей) руку?

Ответ: «Это дело – стало тупиковой улицей (в положительном контексте «у Армении нет другого выхода» — прим.). Это дело встало на путь необходимости принятия необходимости возвращения к миру и к стабильности. Мы желаем, чтобы на Кавказе возникла атмосфера стабильности и мира, держась за руку мира. Мы уверены, что переговоры будут завершены (с договоренностями – И.С.) по Зангезурскому и Лачинскому коридорам».

Они проводят праздники на островах в качестве провокации

И еще один вопрос — отношения между Турцией и Грецией, которые стоят на повестке дня уже много лет.

Напоминая, что Греция вооружает острова, министр Акар говорит следующее:

«В Лозаннском договоре говорится, что есть 23 острова, они не могут быть вооружены. (Тем не менее) 16 из них вооружены (греками – И.С.). Когда я говорю это, те люди (то есть, греки – И.С.) утверждают, что им угрожали. Ты вооружил (острова – И.С.), однако, ты сделал неправильно. Потом они появляются и говорят о провокации. Они празднуют на Хиосе, Самосе, на Овечьем острове, буквально у нас перед носом. Это — провокация. Если это не провокации, то что? Мы сказали: давайте поговорим и обсудим мирные пути и методы.

В МИД идут консультативные переговоры, с другой стороны, в НАТО идут переговоры о разъединении. Эти люди не приходят на встречи. Также проходят встречи между Министерствами обороны по вопросам доверия и укрепления доверия. Мы провели три такие встречи, ждем наших греческих соседей на четвертую встречу.

Мы говорим о международном праве, мы говорим о добрососедских отношениях, мы говорим о диалоге. Они должны увидеть, что провокационными действиями, риторикой и действиями они никуда не продвинутся.

Ни в истории, ни сегодня не существует такой вещи, как 6 миль территориальных вод или 10 миль воздушного пространства какого-либо острова. Норма плавания военного училища — 2 тысячи метров. Расстояние до Мейс составляет 1950 метров. Это такое близкое место. И они хотят морской юрисдикции в 40 тысяч квадратных километров на этом острове площадью в 10 квадратных километров. С другой стороны, они (греки – И.С.) работают над новыми альянсами (имеется в виду альянс Греции с Египтом, Израилем и с Республикой Кипр – И.С.). Мы — уже в союзе (в НАТО – И.С.), что вы ищете? »

Наибольшая польза от дружеской руки, протянутой Алиевым, идет Армении

Вопрос: Будет ли продажа Rafale (со стороны Франции в пользу Греции – И.С.) проблемой для Турции? Будет ли баланс повернут в сторону Греции?

Ответ: «В Греции наблюдается энтузиазм по поводу вооружений, который поощряется некоторыми странами. Это — динамичная среда. Есть много возможностей. Мы продолжаем делать свою работу. Но мы всегда говорим, что это (греческие шаги – И.С.) — тщетные усилия».

Вопрос: Не было ли перенесено время списания F-4?

Ответ: «Его продолжают использовать. У летательных аппаратов нет возраста: их детали меняются от А до Я. Когда придет время, необходимые ремонтные и восстановительные работы будут проводиться по согласованию с производителями, исходя из соображений безопасности полетов».

Последняя ситуация в Ливии

Министр Акар резюмирует последние события в Ливии следующим образом:

«Все сосредоточились на выборах, этого не произошло. Мы внимательно следим. Саррадж написал письма в 5 стран и НАТО с просьбой о помощи, и единственный положительный ответ дал наш президент. После событий возникла среда политического решения. В то время, никого не было. После того, как все это закончилось, все стали приезжать в Триполи. Там очень уважают тех, кто знает Турцию. Мы говорим: «Ливия принадлежит ливийцам» и хотим, чтобы Ливия была мирной. Наши разговоры и переговоры продолжаются».

52.49MB | MySQL:102 | 0,660sec