О негативном отношении Израиля к развитию отношений между Венесуэлой и Ираном и переговорам по иранской ядерной программе

Израиль  22 февраля  обвинил Иран в намерении вооружить поставляемые в Венесуэлу беспилотники высокоточными боеприпасами, что, по мнению аналитиков, должно было вызвать тревогу у США, поскольку мировые державы пытаются заключить новую ядерную сделку с Тегераном. Министр обороны Израиля Бени Ганц выступал перед американо-еврейскими лидерами в Иерусалиме, проводя брифинг, сопровождаемый фотографиями, показывающими то, что он описал как иранский беспилотник Mohajer с дистанционным пилотированием, поставленный  в Венесуэлу. «Наши оценки показывают, что иранские ПГМ [высокоточные боеприпасы] поставляются для этих беспилотных летательных аппаратов  и других подобных моделей»,- заявил Ганц на Конференции президентов крупных американских еврейских организаций. США уже давно обвиняют Венесуэлу в поддержке Тегерана и его ливанского доверенного лица «Хизбаллы». Вашингтон утверждает, что Каракас предоставил ливанской шиитской организации тренировочные лагеря на острове Маргарита, недалеко от венесуэльского побережья, работая вместе с Тегераном и его доверенными лицами в прибыльной контрабанде золота и наркотиков из Южной и Центральной Америки. «Я могу вам сказать, что на моих встречах с партнерами со всего мира, включая африканских и латиноамериканских партнеров, я слышал крайнюю озабоченность по поводу иранской поддержки терроризма», — сказал Ганц. Сразу отметим, что ничего нового в этих обвинениях не прозвучало, но если раньше они благосклонно принимались администрацией президента США Дональда Трампа, то нынешняя администрация, скорее всего, их проигнорирует. Тем более что большинство экспертов с самого начала  отнеслись к таким обвинениям настороженно. «Мы всегда очень скептически относились к таким заявлениям. Я живу в Венесуэле уже более 20 лет и почти с самого начала видел истории о тренировочных лагерях террористов, урановых рудниках, которыми управляет Иран, и военном присутствии «Хизбаллы» в Венесуэле. Но большинство оказалось чепухой. По крайней мере, можно сказать, что у них нет подтверждающих доказательств», — сказал Фил Гансон, старший аналитик Международной кризисной группы по региону Анд и бывший корреспондент таких изданий, как The Economist и The Guardian. При этом он  признал, что между Ираном, Сирией и правительством Н.Мадуро существуют относительно прочные связи. В мае прошлого года Иран направил в Венесуэлу пять нефтяных танкеров с примерно 1,5 млн баррелей бензина. В июле в столице Венесуэлы Каракасе открылся иранский супермаркет. При У.Чавесе было подписано около 300 соглашений с Ираном, хотя лишь немногие из них  были реализованы. «Некоторые лица в правительстве, а также некоторые граждане, по-видимому, имеют связи с «Хизбаллой», которая уже давно присутствует среди арабской общины Венесуэлы. Но это само по себе, конечно, не подразумевает связи с терроризмом», — сказал Гансон.  Кристен Мартинес-Гугерли, венесуэльский программный ассистент Вашингтонского отделения по Латинской Америке (WOLA) по исследованиям и защите прав человека, соглашается с этой оценкой: «Венесуэла имеет долгую историю отношений с Ираном и симпатии к «Хизбалле», начиная с 1990-х годов. Тем не менее, эти отношения и их угроза  часто преувеличиваются американскими официальными лицами, стремящимися продвинуть вперед утверждение о том, что кризис в Венесуэле и лидерство Мадуро являются прямой угрозой безопасности США». По словам Мартинеса-Гугерли, истинная роль «Хизбаллы» в Венесуэле никогда не изучалась очень глубоко: «Но, насколько я понимаю, рука «Хизбаллы», присутствующая в Венесуэле, скорее политическая, чем замышляющая какие-либо террористические атаки. Похоже, что «Хизбалла» в какой-то степени причастна к незаконной добыче золота на юге Венесуэлы, но я бы сказала, что другие группировки в регионе, такие как колумбийские Армия национального освобождения (АНО), диссиденты ФАРК и военизированные формирования правительства Мадуро, представляют гораздо большую угрозу, чем «Хизбалла», в том числе имея в виду незаконную добычу золота и наркотрафик. Основанная в 1964 году, АНО представляет собой небольшую колумбийскую революционную группировку, насчитывающую около 2500 бойцов, тесно связанных с диссидентами ФАРК. Венесуэла, похоже, терпит их присутствие на западе страны. В январе 2019 года АНО взяла на себя ответственность за взрыв автомобиля в столице Колумбии Боготе. Иран отрицает поставку военных беспилотных летательных аппаратов кому-либо из своих союзников и отрицает стремление к ядерному оружию или поддержку терроризма. Венесуэла и Иран, две крупные нефтедобывающие страны, являются членами ОПЕК. Однако санкции США нанесли ущерб их экономике и в значительной степени ограничили их способность экспортировать сырую нефть. Изолированные мировой финансовой системой, они заключили свои собственные нефтяные сделки. В 2021 году они заключили контракт на обмен иранского конденсата — чрезвычайно легкой нефти — на венесуэльскую тяжелую нефть. Этот шаг был расценен как стимул для усилий латиноамериканской страны по экспорту своей сырой продукции. Обе страны также обменяли иранский бензин на венесуэльское авиатопливо, что помогло облегчить дефицит моторного топлива в южноамериканской стране. Ранее в этом году президент Венесуэлы Николас Мадуро заявил, что вскоре посетит Иран и его союзника Сирию для подписания новых соглашений о сотрудничестве. Комментарии Б.Ганца прозвучали в тот момент, когда Израиль готовится к потенциальному возрождению ядерной сделки 2015 года. Израиль поддержал выход администрации Трампа из сделки в 2018 году и недавно выразил обеспокоенность по поводу возвращения к соглашению. «Ядерная сделка, если она будет подписана с Ираном, не означает конца пути. Нам нужно иметь наготове наступательные возможности и набор санкций на случай, если Иран нарушит будущее соглашение», —  заявил  Ганц. Вот собственно  в этом и есть ключ последних обвинений  со стороны израильской стороны, которая пытается, таким образом, уже в большей степени гипотетически повлиять на скорое заключение СВПД. При этом рискнем предположить, что решение о безусловной фактически готовности заключить СВПД в Белом доме уже принято. Почему практически «безусловной»?  Потому что, американцы, судя по всему, готовы на отказ от ряда ранее выдвинутых ими требований по сделке, что обусловлено в том числе и последними по времени событиями на Украине и принципиальной необходимостью выпустить иранскую нефть и газ на мировой рынок. Этот тезис в том числе подтверждается и недавними заявлениями министра  иностранных дел Израиля.  Министр иностранных дел Израиля Яир Лапид заявил 21 февраля, что США могут быть готовы исключить иранский Корпус стражей исламской революции из списка террористических группировок, и призвал международных участников убедить Белый дом отклонить это иранское требование. «Каждый в здравом уме должен поговорить об этом с администрацией и сказать ей: «Это просто неправильно, не делайте этого». Мир не может согласиться на эти дерзкие условия… Она не может допустить, чтобы десятки миллиардов долларов потекли в Иран, и не может позволить ему продолжать распространять террор по всему миру», — заявил главный дипломат Израиля, выступая в Иерусалиме на Конференции президентов крупнейших американских еврейских организаций. Премьер-министр Нафтали Беннет также сделал такое же предупреждение 20 февраля, заявив, что Тегеран требует исключить КСИР из списка. «Иран требует исключить КСИР из списка. Понимаете? Теперь они просят снять с крючка самую крупную террористическую организацию на земле», — заявил Беннет на Конференции президентов. КСИР был впервые объявлен иностранной террористической группировкой в 2019 году бывшей администрацией Дональда Трампа, что сопровождалось санкциями и запретом американцам вести с ним бизнес или оказывать материальную поддержку его деятельности. Трамп также запретил въезд в США любым лицам, связанным с этой группировкой, — политика, которая, по словам иранских американцев, отделяет их от членов семей, чья обязательная военная служба была завершена в КСИР. Замечания израильского премьер-министра и министра иностранных дел прозвучали во время «заключительной стадии» непрямых переговоров между США и Ираном, направленных на возвращение к ядерной сделке 2015 года. Согласно текстам соглашения, Иран вернется к соблюдению условий сделки 2015 года в обмен на отмену США всех санкций, которые были «несовместимы» с первоначальным соглашением. Лапид заявил 21 февраля, что любое потенциальное возвращение к соглашению, формально известному как Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД), «является возвращением к более слабому соглашению только из-за времени. Мы с самого начала были недовольны этой сделкой».  После того как бывший президент США Дональд Трамп вышел из ядерной сделки в 2018 году, Вашингтон вновь ввел широкомасштабные санкции против Ирана в рамках своей кампании «максимального давления». В течение нескольких месяцев Тегеран продолжал соблюдать соглашение, прежде чем начал сокращать свои обязательства. Израиль выступает против возвращения к ядерной сделке, а премьер-министр Беннет заявил 20 февраля, что новое соглашение «создаст более жестокий, более нестабильный Ближний Восток». Однако Лапид сказал, что Израиль находится в тесном контакте с США по выработке других способов помешать Ирану стать ядерным пороговым государством, но отметил, что страна не является стороной формирующейся ядерной сделки и не собирается быть связанной ее условиями. «Чтобы было ясно: мы не подпадаем под действие этой сделки. Израиль сам будет защищать свою безопасность. У нас сильная армия. У нас есть «Моссад». У нас решительное правительство. Мы без колебаний будем действовать, чтобы помешать Ирану достичь своей цели», — заявил он на встрече со своей партией «Еш атид». Решительно, но мало реализуемо. Израиль критично зависит от США в выработке своей стратегии на иранском направлении. Мы имеем в виду, прежде всего, открытый удар по ядерным объектам Ирана. Все остальные алгоритмы действий относится к методам «тайной войны», что могут только помешать ядерной программе, но не решить этот вопрос кардинально.

52.5MB | MySQL:105 | 0,942sec