Оценки в Израиле позиции арабских стран после начала военной операции России на Украине. Часть 1

С момента начала кризиса на Украине Королевство Саудовская Аравия (КСА) и Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ) старались не занимать четкую позицию по конфликту и не поддержали Вашингтон, своего главного союзника. Наследный принц КСА Мухаммед бен Сальман Аль Сауд и наследный принц Абу-Даби Мухаммед бен Заид Аль Нахайян отказались отвечать на телефонные звонки американского президента Джо Байдена по поводу увеличения добычи нефти.

Согласно журналу Foreign Policy, «Саудовская Аравия намерена поквитаться с Байденом за его недружественное отношение к стране и делает выбор в пользу президента России Владимира Путина». Отмечается, что наследный принц КСА недоволен тем, что во время предвыборной кампании Байден назвал Саудовскую Аравию «изгоем», а позднее опубликовал доклад о причастности Мухаммеда бен Сальмана к убийству журналиста Джамаля Хашогги. Кроме того, в Эр-Рияде считают, что Белый дом игнорирует их обеспокоенность по поводу потенциального восстановления иранской ядерной сделки и не принимает меры против хоуситов за нападения на их суда и города[i].

Ханна Варулкар, директор по исследованиям MEMRI (американо-израильский Ближневосточный институт исследований СМИ; создан Игалем Кармоном, полковником израильской службы военной разведки (АМАН), служившим в «Моссаде», и Мейрав Вурмсер, американкой израильского происхождения неоконсервативных политических взглядов) отмечает, что две страны отказались осудить Россию из-за их растущих политических, военных и экономических связей с Москвой.

Она также полагает, что основная причина заключается в том, что Эр-Рияд и Абу-Даби рассматривают Россию как державу, которая станет заметным актором в формирующемся в настоящее время новом мировом порядке, хотя они и проголосовали за осуждение Москвы на Генеральной Ассамблее ООН 2 марта 2022 г. Другая причина – их натянутые отношения с администрацией США из-за отношения Байдена к наследному принцу КСА Мухаммеду бен Сальману, и особенно из-за снисходительной позиции главы Белого дома по Ирану и стремлению подписать с ним ядерное соглашение. Эр-Рияд и Абу-Даби считают, что США отказались от своих союзников и игнорируют растущую угрозу, которую представляет для них Иран.[ii].

По мнению Йоэля Гузанского, старшего научного сотрудника Института исследований национальной безопасности (INSS), «война на Украине ускорила процесс стратегического уменьшения рисков («стратегическое хеджирование») со стороны арабских государств, даже в ущерб отношениям с Соединенными Штатами». Он отмечает, что «арабские страны, считающиеся прозападными, не только заняли якобы нейтральную позицию в отношении войны на Украине, но пошли еще дальше – пытаются воспользоваться войной, чтобы улучшить свое положение». Он называет это «политикой хеджирования», которая была «постоянным элементом их политического инструментария и была направлена ​​на то, чтобы использовать Россию (и Китай) в качестве дополнительного источника политической, экономической и даже военной поддержки и оказания давления на Соединенные Штаты с целью корректировки их политики». Такая политика нескольких арабских стран, поддерживающих отношения с еврейским государством, по мнению эксперта INSS, свидетельствует об изменении, которое уже произошло в положении Соединенных Штатов в регионе, на  что Израилю следует обратить внимание.

С началом военной операции  на Украине не только Сирия и йеменские хоуситы выразили полную поддержку России, но и арабские страны, считающиеся «прагматичными» и проамерикански настроенными, пытаются маневрировать, чтобы не навредить своим развивающимся отношениям с Москвой. Лига арабских государств до сих пор довольствовалась поддержкой гуманитарных усилий и призывами к дипломатическому решению, но воздерживалась от осуждения или даже упоминания России в своем заявлении по этому вопросу.

Й.Гузанский приводит публичные высказывания нескольких высокопоставленных чиновников в регионе. В частности, профессор политологии в ОАЭ Абдулхалек Абдулла, «позиция которого, как известно, отражает позицию правительства», сказал, что «возможно, это не слишком хорошо воспринимается в Вашингтоне, но с этого момента все будет именно так». Ссылаясь на позицию Абу-Даби в ходе голосований в ООН, эмиратский профессор сказал, что, «наконец, мы достаточно независимы, достаточно компетентны, чтобы занять такую позицию, которая соответствует нашему собственному образу жизни»[iii].

Анвар Гаргаш, старший советник правителя ОАЭ, политику своей страны объяснил тем, что «выбор стороны в настоящее время приведет только к еще большему насилию».

Юсеф аль-Отайба, посол ОАЭ в США, признал, что отношения между его страной и Америкой в настоящее время проходят «проверку на стрессоустойчивость».

Наследный принц КСА Мухаммед бен Сальман подчеркнул важность связей с США, но настаивает на том, что Вашингтон не имеет права проповедовать ему или вмешиваться во внутренние дела королевства[iv].

ОАЭ, пишет Й.Гузанский, «подчеркивали свои тесные отношения с руководством России, делали жесты в сторону Москвы, позволяли ей обходить часть санкций и даже заявляли, подобно Египту, что стороны должны стремиться к политическому компромиссу – тем самым подразумевая, что у России тоже есть законные претензии, и Украина должна пойти на компромисс». Эксперт объясняет то факт, что ОАЭ воздержались при голосовании в СБ ООН по резолюции, осуждающей Россию, тем, что  Эмираты (которые являются председателем и временным членом Совета Безопасности) отчасти были связаны желанием заручиться поддержкой России в продлении эмбарго на поставки оружия хоуситам в Йемене. Однако впоследствии под сильным американским давлением ОАЭ вместе с Саудовской Аравией и Египтом поддержали осуждение России на Генеральной Ассамблее».

На фоне этого, отмечает израильский эксперт, «во внешней политике ряда арабских стран происходят изменения, в основе которых лежит необходимость приспосабливаться к меняющимся обстоятельствам, прежде всего, к позиции России и Китая в регионе, усиливающихся за счет США». В качестве «центрального события, свидетельствующего о том, что авторитет Вашингтона в обеспечении безопасности арабских государств поставлен под сомнение», Й.Гузанский называет отсутствие военного ответа после иранских атак по стратегическим нефтяным объектам в Саудовской Аравии в 2019 г. При этом он не упоминает другие оставшиеся без ответа ракетные обстрелы, включая удары по Эрбилю в марте этого года. Он полагает, что «уверенность арабских стран в том, что они не могут полагаться на Соединенные Штаты в случае нападения на них Ирана, усилилось событиями на Украине, о чем свидетельствуют статьи ключевых обозревателей в арабской прессе».

По мнению Й.Гузанского, «стратегическое хеджирование со стороны арабских стран нашло отражение в последние годы в укреплении отношений с Китаем и Россией. Они сотрудничают с Россией по регулированию цен на нефть, приобретают у нее оружие и наслаждаются потоком российских туристов. В частности, ОАЭ установили тесные отношения с президентом Сирии Башаром Асадом, союзником России, и, как сообщается, финансировали деятельность российских наемников [из ЧВК] «Вагнер» в Ливии». Допускается, что «еще одним преимуществом России в глазах арабских стран является ее готовность применять силу и, в отличие от США, использовать военные рычаги для достижения политических целей». Одним из последствий такой ситуации эксперт упоминает «приостановку ОАЭ переговоров о приобретении самолетов F-35, которые были частью гранта, полученного ими за согласие подписать «Авраамовы соглашения»». Как пишет Й.Гузанский, «удивительное совпадение», но именно в день начала спецоперации на Украине «появилось сообщение, что ОАЭ приобретут китайский истребитель/учебный самолет L15». «Саудовская Аравия, – полагает эксперт, – также воспользовалась войной, чтобы дать понять Соединенным Штатам, что у нее есть другие варианты». «Председатель КНР Си Цзиньпин был приглашен посетить королевство после окончания Рамадана (в 2022 г. длится со 2 апреля по 2 мая – авт.), и Эр-Рияд даже объявил, что отныне рассматривает возможность проведения нефтяных сделок с Китаем (главным покупателем саудовской нефти) в юанях, а не в долларах США, как это было прежде».

Эксперт INSS к «непосредственным последствиям войны на Украине» относит резкие колебания цен на энергоносители (в начале войны цена барреля нефти марки Brent достигла 128 долларов, но с тех пор снизилась и в настоящее время составляет около 100 долларов). Если на производителей нефти развитие событий влияет положительно, арабские страны, импортирующие нефть, страдают от этого и по мере продолжения кризиса могут столкнуться с волнениями народных масс. Рост цен на нефть позволит странам Персидского залива, Ливии и Алжиру покрыть дефициты, накопившиеся за последние годы, и осуществить необходимые проекты. Делается вывод, что «война еще раз продемонстрировала стратегическую важность Персидского залива для мировой энергетической экономики и растущую потенциальную значимость арабских стран Персидского залива».

Страны-экспортеры нефти – ОАЭ и КСА – в ответ на призыв Вашингтона увеличить добычу нефти для смягчения роста цен подчеркнули свою приверженность соглашениям с Россией в рамках ОПЕК+ по квотам на добычу нефти. Й.Гузанский допускает, что отказ лидеров КСА и ОАЭ разговаривать с Байденом больше связан с их желанием усилить свои позиции на переговорах с Соединенными Штатами. В этом контексте он предлагает учитывать, что  после достижения ядерного соглашения с Ираном ожидается выход на рынки иранской нефти и необходимость корректировки в соответствии с новыми условиями экспортных квот на нефть.

В то время как внимание всего мира обращено на Украину, арабские страны озабочены формирующимся ядерным соглашением, которое, как они прогнозируют, принесет пользу Ирану, и не коснется того, что ему приписывается – «террористической и подрывной деятельности, а также распространения ракет и БПЛА». «Поэтому страны Персидского залива ищут адекватную компенсацию за свое согласие с американской позицией в виде расширения сотрудничества в области разведки и усиления оборонительных возможностей. Саудовская Аравия также рассчитывает как на американскую помощь в развитии ядерной программы, так и на примирение между Вашингтоном и фактическим лидером королевства Мухаммедом бен Сальманом, в том числе предоставление ему иммунитета от возможного судебного преследования в США из-за его причастности к убийству Джамаля Хашогги».

Кроме того, пишет эксперт INSS, «война на Украине может усугубить и без того непростую ситуацию вокруг Ближнего Востока и поставить под угрозу продовольственную безопасность многих жителей региона. Положение осложняется вмешательством спекулянтов и паникой среди граждан, что может еще больше усилить рост цен, которые и так взлетели за последние два года. Слабые страны, во всяком случае те, которые еще не оправились от кризиса COVID-19, в основном обеспокоены ростом цен на энергоносители и зерно. Война уже привела к росту цены на хлеб в Египте, крупнейшем импортере пшеницы в мире, и в Тунисе. Из-за роста цен на продукты питания возможны народные волнения. В прошлом похожая ситуация в сочетании с другими социальными проблемами уже приводила к протестам и беспорядкам в Иордании, Египте, Марокко и Тунисе, что могло угрожать стабильности режимов». Эксперт не исключает, что для предотвращения беспорядков более бедные страны арабского мира, такие как Египет и Иордания, увеличат свою экономическую зависимость от стран Персидского залива. Он допускает, что такая зависимость будет сопровождаться корректировкой их политики в соответствии с позицией стран Персидского залива.

Й.Гузанский допускает, что «центрально-арабские страны продолжат попытки диверсифицировать источники, обеспечивающие их политическую, экономическую и даже военную устойчивость, одновременно побуждая Соединенные Штаты к тому, чтобы они доказали свою надежность в качестве союзника, с целью установить «новое» уравнение отношений в Вашингтоном, которое улучшит их положение. Выбор демонстративного «нейтралитета» некоторыми арабскими странами указывает на изменение, которое уже произошло в положении Соединенных Штатов на Ближнем Востоке.

Тем не менее, полагает эксперт INSS, большинство арабских стран признает, что в настоящее время нет достойной альтернативы мощи Вашингтона. Несмотря на снижение интереса американцев к региону в целом и их проблемам безопасности, в частности, арабские страны по-прежнему рассматривают тесные отношения с ними в качестве центрального элемента своей безопасности. Однако арабские страны хотят компенсировать недостатки американцев несколькими способами: усилением своей военной мощи, поддержанием надлежащих отношений с Ираном и укреплением своих отношений с другими странами и великими державами наряду с их отношениями с Соединенными Штатами. Даже если США после событий на Украине вновь обратят свое внимание на Ближний Восток, что будет состоять из выстраивания отношений с арабскими странами, вовлеченность в дела региона других великих держав будет усиливаться, а вместе с этим и «арабская политика хеджирования рисков и возможностей»[v].

[i] FP: Саудовская Аравия делает выбор в пользу Путина и намерена поквитаться с Байденом // RT. 27.03.2022. https://russian.rt.com/world/news/981800-saudovskaya-araviya-putin?utm_source=yxnews&utm_medium=desktop

[ii] Saudi Arabia, UAE Refuse to Side with U.S. Against Russia. https://www.memri.org/reports/saudi-arabia-uae-refuse-side-us-against-russia-due-us-refusal-side-them-against-iran

[iii] Why US Friends India and UAE Won’t Back Biden Against Russia on Ukraine // Newsweek. 27.02.2022. https://www.newsweek.com/why-us-friends-india-uae-wont-back-biden-against-russia-ukraine-1683061

[iv] The War in Ukraine and Strategic Hedging by Arab Countries // INSS. 21.03.2022. https://www.inss.org.il/publication/arab-states-and-the-war-in-ukraine/

[v] The War in Ukraine and Strategic Hedging by Arab Countries / INSS. 21.03.2022. https://www.inss.org.il/publication/arab-states-and-the-war-in-ukraine/

52.66MB | MySQL:103 | 0,483sec