Об активизации террористической детельности ИГ против Израиля и её возможных последствиях

Согласно данным последнего обзора Информационного центра по изучению терроризма им. М.Амита, вспышка террористической активности в Израиле, начавшаяся во второй половине марта, в значительной степени связана с группировкой «Исламское государство» (запрещена в РФ). Эксперты подчеркивают, что ИГ взяло на себя ответственность за нападение в Хадере, а также использовала в своей пропагандистской кампании атаку в Беэр-Шеве. Авторы обзора делают свои выводы на основе появившихся за последнее время в социальных сетях видео и публикаций в СМИ, которые, по мнению специалистов, имеют прямое отношение к группировке. Отдельно следует отметить, что в указанных антиизраильских материалах одним из акцентов являются Иерусалим и мечеть Аль-Акса, что смещает фокус ближневосточного конфликта в сторону религиозной борьбы[i].

Этот обзор не единственное экспертное мнение с израильской стороны, свидетельствующее о растущей опасности группировки, в том числе для самого государства. В этом контексте необходимо также обратиться к оценкам экс-главы «Моссада» Э.Халеви. На основе тех же данных о нападениях, совершенных за последние несколько недель, он полагает, что речь может идти о подготовке ИГ отдельной операции, «нацеленной» против страны[ii].

Наконец, важно учитывать и общую статистику активности «Исламского государства» за последнее время. Возвращаясь к материалам уже упоминавшегося Информационного центра по изучению терроризма им. М.Амита, следует обратиться к годовому обзору, опубликованному в начале января текущего года[iii]. В нем эксперты сообщили, что общее количество атак, осуществленных ИГ за 2020 и 2021 гг. практически равно и сконцентрировано главным образом на иракской территории. Однако заметное отличие между двумя указанными периодами все же есть, и заключается оно в том, что в прошлом году деятельность боевиков в Европе снизилась, в то время как в Афганистане, наоборот, возросла, что предположительно может быть связано с созданной там общей нестабильностью после вывода контингента США и их союзников по операции «Решительная поддержка».

Исходя из этого, есть основания предположить, что ИГ направляет свои усилия на региональные точки напряженности, к которым, если следовать этой логике, относится и палестино-израильское противостояние. При этом своего рода вакуум силы мог, по мнению террористической организации, возникнуть в связи с тем, что при Д.Трампе предпринимались заметные посреднические усилия, в частности, предложена «сделка века», в то время как при Дж.Байдене внимание к противостоянию, скорее, эпизодическое и в большей степени продиктовано глобальными интересами американской администрации. Плюс ко всему негативный фон создало сокращение фактического присутствия Соединенных Штатов на Большом Ближнем Востоке.

Следующим важным вопросом является то, кем именно совершались нападения на израильтян и, как следствие, какая группа населения потенциально наиболее подвержена восприятию призывов «Исламского государства». Согласно информации, Jerusalem Center for Public Affairs, обе атаки и в Беэр-Шеве, в и Хадере имеют отношение к ИГ. Однако первая была организована террористом-одиночкой бедуином из Негева, а вторая – выходцами из города Ум эль-Фахм в Хайфском округе, где предположительно действует организованная ячейка, связанная с запрещенной организацией[iv]. Вместе с тем, заметное отсутствие координации между сторонниками ИГ, как считает большинство израильских экспертов, все же говорит о том, что имеет место солидаризация с группировкой, в определенной степени обусловленная высоким уровнем враждебности в отношении Израиля при разочаровании в палестинских фракциях, реализующих свою идеологию сопротивления.

Помимо этого, обозреватели и аналитики призывают не концентрироваться на религиозном или идеологическом факторе, а обращать внимание также на политический фон. В частности, уже упоминавшийся выше Э.Халеви и ряд журналистов ивритоязычных изданий, полагают, что частично всплеск террора, в том числе связанного с ИГ, произошел на фоне подготовки и проведения мартовского саммита глав МИД Израиля, США, ОАЭ, Бахрейна, Марокко и Египта в Сде-Бокере. При этом активизация боевиков могла быть спровоцирована как общим недовольством сближением между Иерусалимом и умеренными региональными режимами, так и конкретно тем фактом, что Госсекретарь США в сопровождении главы МИД Израиля посетили могилу Д.Бен-Гуриона. Хотя их арабские контрпартнеры от такого шага воздержались, упомянутое события все же стало частью всего мероприятия.

Для Израиля сложившаяся ситуация является крайне сложной, однако, несмотря на это коммуникация с дружественными региональными государствами продолжается. Так, предпринимается комплекс контр-террористических мер для блокирования проникновения боевиков с севера Синайского полуострова, где они предположительно базируются. Помимо этого, было сделано предупреждение, предостерегающее от поездок израильтян на юг, поскольку службы безопасности не исключают атак, в том числе в районе монастыря Святой Екатерины у подножия горы Синай и объектов туристической инфраструктуры в Эйлате. Помимо того, что традиционно такая работа координировалась с Каиром, в марте министр обороны Б.Ганц посетил Амман, где также обсудил проблему терроризма, в том числе упомянув ИГ.

Атаки, связанные с «Исламским государством», рискуют обострить ситуацию в зоне ближневосточного конфликта. Пока палестинские фракции, особенно в Газе, относительно сдержанно реагируют на происходящую волну террора как таковую, сосредотачиваясь на поддержке и подстрекательстве к агрессии против израильтян. Подобная ситуация может быть связана с тем, что, как показал проведенный Palestinian Center for Policy and Survey Research в марте опрос, популярность ФАТХ на Западном берегу и даже в Газе стала укрепляться после ее весьма заметного падения на фоне прошлогодней эскалации конфликта с Израилем. Если в мае 2021 г. менее 30 % респондентов отдавали фракции свое предпочтение, что теперь их уже порядка 37 %, а еще 44 % поддерживают М.Аббаса как палестинского лидера.

В подобных условиях ХАМАС может показаться выгодным начать новое столкновение с Израилем, потенциально позволяющее восстановить популярность на всех территориях, в том числе подконтрольных Рамалле. При этом немаловажно, что ранее уже имели место заимствования тактики и методов ИГ со стороны палестинцев. К примеру, в марте 2015 г. в Европейский парламент был подан запрос польского депутата А.Фотыги, по поводу связей ХАМАСа и «Исламского государства». В нем говорилось, что в нападении террористов на синагогу в Иерусалиме в ноябре 2014 г. под воздействием призывов ИГ применялось, в том числе холодное оружие. В дельнейший этот след может быть обнаружен во вспышке насилия 2015-2016 гг., получившей название «интифада ножей».

Наконец, наиболее нестабильной с точки зрения рисков применения антиизраильского насилия считается «Исламский джихад». Дополняется это тем, что среди палестинских группировок именно эта в последние недели понесла наибольший урон от израильской контртеррористической деятельности. Соответственно, данная организация способна использовать любой инцидент, в том числе и не затрагивающий ее напрямую, для того, чтобы инициировать виток конфликта между Израилем и Газой. При этом триггером как раз и могут оказаться действия одиночек, ассоциированных или поддерживающих ИГ.

В целом нынешний всплеск антиизраильской активности отличается сложностью и многообразием угроз, с которыми столкнулся Израиль. Тот факт, что в числе сил, стоящих за нападениями, фигурирует «Исламское Государство», говорит о том, что государство имеет дело не с региональным вызовом, вытекающим из неурегулированного конфликта с палестинцами, а с международным терроризмом. При этом примечательно несколько обстоятельств.

Во-первых, израильские эксперты не переставали мониторить активность ИГ, подчеркивая, что полностью данная опасность устранена не была.

Во-вторых, рост количества атак в регионе, в том числе в отношении израильтян, в определенной степени произошел вследствие вакуума силы, образовавшегося на фоне общего снижения американского присутствия на Большом Ближнем Востоке.

В-третьих, официальные представители страны на различных уровнях неоднократно повторяли, что опасности, с которыми Израиль вынужден бороться, имеют потенциал перерастания в угрозы глобального характера.

[i] After  the terrorist attacks in the Israeli cities of Beersheba and Hadera, ISIS launches campaign to encourage its supporters to continue carrying out attacks in Israel // The Meir Amit Intellegence and Terrorism Information Center. 05.04.2022. URL: www.terrorism-info.org.il/en/after-the-terrorist-attacks-in-the-israeli-cities-of-beersheba-and-hadera-isis-launches-campaign-to-encourage-its-supporters-to-continue-carrying-out-attacks-in-israel/

[ii] Pope F. Ex-Mossad chief warns of new Isis wave of violence // The Jewish Chronicle. 31.03.2021. URL: www.thejc.com/news/Israel/ex-mossad-chief-warns-of-new-isis-wave-of-violence-1woPXRbQcVv5usCYf7NoRr

[iii] Summary of ISIS Activity around the Globe 2021 // // The Meir Amit Intellegence and Terrorism Information Center. 05.04.2022. URL: www.terrorism-info.org.il/en/summary-of-isis-activity-around-theglobe/

[iv] Ben Menachem Y. The ISIS threat to Israel //  Jerusalem Center for Public Affairs. 06.04.2022. URL: www.jcpa.il/article/

52.22MB | MySQL:103 | 0,456sec