Ситуация в Судане и Южном Судане: февраль 2022 г.

3 февраля тысячи суданцев вновь вышли на манифестации с требованием предать правосудию виновных в гибели десятков человек за время, прошедшее после октябрьского (2021 г.) военного переворота. Как и в предыдущих аналогичных случаях, несмотря на усиливающуюся критику суданских военных властей за границей, силы безопасности применили слезоточивый газ для разгона шествия.

Напомним, что по данным близкого к протестному движению профсоюза медработников, с 25 октября прошлого года были убиты 79 участников манифестаций против военных властей, большинство из них скончалось от пулевых ранений.

В тот же день в Хартуме состоялась встреча между эмиссаром ООН в Судане Волкером Пертесом и главой Суверенного совета генералом Абдель Фаттахом аль-Бурханом, ставшим после 25 октября безраздельным руководителем страны. Как сообщили власти, в ходе встречи последний в очередной раз пообещал «заставить прекратить насилие, которое сопровождало манифестации».

5 февраля на улицы Хартума на антиманифестацию вышли тысячи сторонников военных властей. Шествие проходило перед зданием Миссии ООН. Его участники осудили «иностранное вмешательство» и вновь выразили «поддержку» армии. В ходе акции нападениям подверглись несколько журналистов. Что объединяло сторонников и противников военных, периодически выходящих в Судане на антиманифестации и манифестации, так это полное отрицание диалога, за который выступает Миссия ООН.

7 февраля на улицы Хартума вновь вышли тысячи противников военного режима. Как и в предыдущих случаях, силы безопасности применили слезоточивый газ. Участники шествия попытались пройти к президентскому дворцу, где сейчас работает Суверенный совет. Они скандировали традиционный лозунг – «Военные в казармы!». Новым стал призыв к роспуску полувоенных «Сил быстрой поддержки» (СБП). СБП, во главе которых стоит второе лицо режима генерал Мухаммед Хамдан Дагало, неоднократно обвинялись правозащитниками во всякого рода преступлениях. Именно бойцов СБП подозревают в применении огнестрельного оружия против манифестантов при том, что командование армии неоднократно отрицало, что военные использовали такое оружие. Их же подозревают в применении насилия к женщинам – участницам манифестаций. ООН зафиксировала как минимум 13 подобных случаев. В Мадани, Гедарефе и Порт-Судане манифестации прошли под лозунгами «Нет власти военных!» и «Кровь за кровь!».

9 февраля были арестованы два лидера антипутчистского движения, в том числе бывший министр. Об этом сообщил гражданский политический блок «Силы свободы и изменений» (ССИ). Ранее, после путча 25 октября, проводились многочисленные аресты гражданских чиновников, журналистов, активистов и участников манифестаций в поддержку гражданской власти. Через некоторое время их освобождали. На сей раз в ходе заседания руководства ССИ был арестован бывший министр по делам правительства, его официальный представитель Халед Омар Юсеф. Был также арестован представитель по печати ССИ Вагди Салех. Днем ранее делегация ССИ, в которую входили, в частности, оба эти политика, встречалась с В.Пертесом. Оба они уже арестовывались сразу после путча, но были освобождены несколько недель спустя. Вслед за ними в тюрьму вновь попал бывший член Суверенного совета Мухаммед аль-Фекки.

Очередные манифестации противников власти военных прошли в Хартуме и ряде других городов страны 10 февраля. В Хартуме силы безопасности применили слезоточивый газ против тех, кто попытался пройти к президентскому дворцу. 14 февраля история повторилась. На сей раз в результате применения силы погибли два участника манифестации, оба – от пулевых ранений. 20 февраля при подавлении манифестации против военных погиб еще один человек.

24 февраля эмиссар ООН по правам человека Адама Диенг (Сенегал) по итогам 4-дневного визита в Хартум заявил, что суданские военные не должны больше «стрелять из огнестрельного оружия, либо прямыми выстрелами гранатами со слезоточивым газом по манифестантам». К тому времени начиная с 25 октября в Судане от действий силовиков погибли 82 участника манифестаций против путча, 2 тысячи человек получили ранения.

В ходе визита А.Диенг встречался с представителями руководства Судана, дипломатами, активистами гражданского общества с целью выяснить обстоятельства происходившего в стране. Он также настаивал на том, чтобы власти объявили результаты расследования о более чем 250 погибших в ходе выступлений 2019 года, которые привели к свержению О.аль-Башира.

Напомним, что в феврале 2020 г. «гражданская» часть бывших суданских властей, отправленная в отставку в ходе путча 25 октября 2021 г., попыталась открыть расследование относительно убийства 250 суданцев с тем, чтобы определить ответственных за эти преступления, хотя их имена легко предположить, памятуя о том, кто был кем в 2019 г. и какие места они занимают сейчас.

Если до 26 февраля главными действующими лицами в ходе манифестаций были молодые люди, то в тот день на шествия в поддержку молодых активистов вышли тысячи их отцов и матерей.

28 февраля суданцы вышли на новые манифестации против военных. Их снова встретил град гранат со слезоточивым газом.

4 февраля в ООН был распространен ежегодный доклад, согласно авторам которого деятельность суданских наемников «в Ливии была в 2021 г. основным источником финансирования большинства (повстанческих) движений в Дарфуре». В нем утверждалось, что за всем этим стояли ОАЭ.

Доклад был подготовлен экспертами ООН, призванными контролировать соблюдение эмбарго на поставки оружия Судану. По их оценкам, в 2021 г. продолжались нарушения этого эмбарго «с поставками оружия и других типов военного снаряжения в Дарфур». По данным авторов доклада, в Ливии на стороне Ливийской национальной армии (ЛНА) фельдмаршала Халифы Хафтара находились тысячи суданских наемников, ранее состоявших в рядах повстанческих движений, как подписавших мирное соглашение в Джубе в 2020 г., так и не подписавших. Они отметили, что оказались не в состоянии назвать точную численность суданских наемников в Ливии.

«Большинство вооруженных групп, действующих в Дарфуре, продолжали работать на ЛНА в Ливии» в 2021 г., «обеспечивая безопасность в отдельных зонах и удерживая блок-посты», — утверждали эксперты. Взамен пять основных повстанческих движений получали деньги и логистическое обеспечение от ЛНА. Последняя пользовалась финансовой поддержкой ОАЭ.  По их данным, соответствующие договоренности были достигнуты между командованием этих движений и «представителями ОАЭ в Ливии». «В ответ на утверждения о возможной финансовой или военной поддержке дарфурским движениям (как в Судане, так и в Ливии), ОАЭ напомнили об их умеренной позиции и о той борьбе, которые они ведут против экстремизма», — отмечалось в докладе, авторы которого встречались с представителями властей ОАЭ в ноябре 2021 года.

Эксперты также отметили, что представители правительства Судана участвовали в заседаниях ливийской Смешанной военной комиссии, в составе которой по пять военных представителей от Триполи и Тобрука с тем, чтобы гарантировать поддержание режима прекращения огня и вывод иностранных наемников и иностранных войск из страны. По их словам, несколько «маленьких групп (суданских наемников), действующих в Ливии», имеют «намерение вступить в мирные переговоры и вернуться в Судан».

23 февраля генерал Дагало побывал с визитом в Москве, где, похоже, проигнорировали его репутацию во главе СБП. Его сопровождала делегация высокопоставленных чиновников, занимающихся финансами и торговлей. Известно, что возможное расширение российского присутствия в Судане в связи с планами строительства пункта материально-технического снабжения (ПМТО) ВМФ России в Порт-Судане чрезвычайно беспокоит западные страны. Также известно, что в течение десятилетий Россия наряду с Китаем были основными поставщиками оружия в Судан. В период с 2016 по 2021 гг. аналитики Центра стратегических и международных исследований обнаружили «весомые доказательства» присутствия российских частных военных компаний (ЧВК) как в Судане, так и в Южном Судане. До отстранения от власти в 2019 г. Омар аль-Башир побывал в Москве, где вел переговоры о создании в Порт-Судане ПМТО с личным составом численностью до 300 человек и возможностью приема кораблей всех типов, включая атомные. Уже после удаления диктатора от власти Москва объявила, что подписала соответствующее соглашение. Но в Хартуме сначала решили иначе и потребовали пересмотреть соглашение. Однако позднее аль-Бурхан заявил, что оно будет выполнено.

На самом деле удивляет стремление людей, не очень понимающих, что есть современный Судан, в их стремлении «посадить» ПМТО в Порт-Судане. У России остался один корабль с ядерной энергетической установкой. А гнать в Красное море атомные подводные лодки – это вообще ничего не знать об истории дальних походов атомоходов Советского Союза через эту акваторию.

52.57MB | MySQL:103 | 0,730sec