О росте экспорта нефти из Ирана на фоне торможения переговоров по восстановлению СВПД

Экспорт иранской нефти вырос в этом году на фоне роста цен и кризиса энергоснабжения, усугубленного военной операцией России на Украине. Ссылаясь на поставщика данных по сырьевым товарам Kpler, издание Тhe Wall Street Journal сообщило, что экспорт Ирана вырос до 870 000 баррелей в день в первые три месяца года, что на 30% больше, чем в среднем 668 000 баррелей в день в течение всего 2021 года. Цифры сигнализируют о том, что усилия Ирана по увеличению экспорта нефти работают на фоне попыток реанимации   ядерного соглашения 2015 года. В конце марта генеральный директор Национальной иранской нефтяной компании Мохсен Ходжастех Мехр заявил, что экспорт сырой нефти в стране увеличился на 40% с лета 2021 года, несмотря на усилия США по ограничению продаж путем захвата танкеров. По данным WSJ, экспорт Ирана рос быстрее, чем у  любой другой ближневосточной страны в первом квартале этого года, и ознаменовал самый высокий объем нефти, которую Иран экспортировал с тех пор, как бывший президент  США Дональд Трамп в одностороннем порядке вышел из ядерного соглашения в 2018 году, наложив на страну изнурительные санкции. Подавляющее большинство продаж иранской нефти идет в Китай, который сократил закупки у российских поставщиков, несмотря на резкую скидку в цене после начала военной операции на Украине. Согласно данным китайской таможни, Китай купил на 14% меньше российской нефти в марте, чем годом ранее. США приняли в основном символическое решение запретить российскую нефть из-за вторжения в Украину, и Европейский союз приблизился к введению эмбарго, а Германия, крупнейшая европейская экономика и первоначальный противник такого шага, теперь поддерживает его. Это играет на интерес  Ирана, чьи запасы нефти занимают четвертое место в мире. До повторного введения санкций Тегеран экспортировал около 2,5 млн баррелей в день. По оценкам аналитиков, Иран имеет около 103 млн баррелей нефти в хранилищах в море, которые могут быть быстро выпущены на рынок, если будет подписана ядерная сделка. Но сначала о цифрах. Это очень лукавая статистика, поскольку  на этой неделе в ряде СМИ Ирана появились данные, которые на основе анализа объема нефти, газа и нефтехимической продукции, экспортируемой из Ирана, демонстрируют, что утверждения иранских официальных лиц о резком увеличении такого экспорта, несмотря на санкции Вашингтона и продолжающуюся политику «максимального давления», являются ложными. Официальные лица ИРИ утверждают , что экспорт нефти и нефтехимии увеличился до уровня 2018 года, когда США в одностороннем порядке вышли из сделки между Ираном и мировыми державами. Энергетические иранские аналитики,  заявляют, что правительство манипулировало цифрами и  иранская нефть, хранящаяся на танкерах в море, также считалась «экспортируемой нефтью». «Части непроданной добычи нефти зарезервированы на воде [в танкерах], а другие части хранятся в танкерах в Китае, но эти хранилища считаются экспортом нефти, хотя никакого экспорта по факту нет», — заявил иранский эксперт Алиреза Салехи. В этом нюансе кроется «двойственность приведенной статистики», которую на Западе пытаются выдать за открытие некого альтернативного от России  иранского канала  поставок нефти на мировые рынки. Суть заключается в том, что США могут лишь частично «закрыть глаза» на увеличение экспорта иранской нефти в обход санкций. Полномасштабного выброса иранской нефти на рынки без реанимации СВПД  ожидать сложно, поскольку если снять санкции именно на нефть без заключения новой ядерной сделки, то перспективы ее реанимации вообще становятся туманными, поскольку иранцы теряют главный стимул для этого. Тегеран и так получает основные дивиденды в виде поступления иностранной валюты. А с этой сделкой и так далеко все неясно.  На этой неделе более 40 бывших европейских дипломатов призвали Соединенные Штаты и Иран достичь соглашения по ядерной сделке, предупредив, что продолжающиеся переговоры ведут к «коррозийному тупику, переходящему в цикл усиления ядерной напряженности». В открытом письме, опубликованном 26 апреля, 46 бывших дипломатов, включая бывшего премьер-министра Швеции Карла Бильдта и бывшего министра иностранных дел Великобритании Джека Стро, заявили, что президенту США Джо Байдену и президенту Ирана Эбрахиму Раиси необходимо продемонстрировать большую гибкость, чтобы разрядить кризис. «В то время, когда трансатлантическое сотрудничество стало еще более важным для ответа на неспровоцированное вторжение России в Украину, для американских и европейских лидеров упустить возможность разрядить ядерный кризис на Ближнем Востоке было бы серьезной ошибкой. Со своей стороны, Иран не должен ожидать, что ядерная сделка затронет более широкие области разногласий между Тегераном и Вашингтоном. Обе стороны должны подойти к этой заключительной фазе переговоров с пониманием того, что стратегические последствия неудачи будут серьезными и глубокими», — говорится в письме. Бывшие дипломаты заявили, что есть два возможных сценария. В одном из них США демонстрируют «решительное лидерство и необходимую гибкость для решения проблем с разногласиями с Тегераном. А во-вторых, обе стороны входят в состояние разъедающего тупика».  Тот же госсекретарь США Энтони Блинкен заявил Комитету по международным отношениям Сената, что возвращение к ядерной сделке — лучший путь в отношениях  с Ираном. «Мы по-прежнему считаем, что возвращение к соблюдению соглашения было бы лучшим способом решить ядерный вызов, поставленный Ираном, и убедиться, что Иран, который уже действует с невероятной агрессией, не имеет ядерного оружия», — сказал Блинкен. Открытое письмо появилось всего через неделю после того, как более 40 ведущих экспертов по нераспространению и бывших официальных лиц США призвали Белый дом быстро возродить ядерную сделку с Ираном, повысив вероятность того, что Исламская Республика приближается к ядерному порогу. Непрямые переговоры между Вашингтоном и Тегераном в Вене зашли в тупик в течение последнего месяца, поскольку обе страны пришли к разногласиям друг с другом по нескольким заключительным пунктам соглашения. Одним из главных спорных вопросов является террористическое обозначение Корпуса стражей исламской революции Ирана (КСИР). КСИР — мощная группировка в Иране, контролирующая бизнес-империю, а также элитные вооруженные и разведывательные силы, которые Вашингтон обвиняет в проведении глобальных террористических кампаний. Администрация Трампа объявила группу иностранной террористической организацией (FTO) в 2019 году после того, как бывший президент США вышел из иранской ядерной сделки, официально известной как Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД), и вновь ввел санкции в отношении ИРИ. «Основываясь на нашем многолетнем опыте дипломатии и государственного управления, мы считаем сделку в высшей степени возможной. Мы призываем президента Байдена и иранское руководство продемонстрировать гибкость в решении вопроса, имеющего жизненно важное значение для глобального режима нераспространения и региональной стабильности, и довести эти переговоры до успешного завершения», — говорится в письме. На чем основывается такой вывод не ясно в принципе. Очевидно, что «вынуть» КСИР из этого списка США не могут с учетом позиции республиканцев, израильского лобби и самого Израиля и стран Персидского залива, отношения с которыми  у США  и так далеки от  идеала. Если в ноябре демократы «отдадут» обе палаты Конгресса республиканцам этот вариант вообще станет сильно проблематичным. А без него Тегеран на сделку не пойдет, поскольку предлагаемый американцами компромисс (мы оставляем КСИР в черном списке, но закрываем глаза на его торговые операции) не учитывает много нюансов, среди которых надо особо выделить «имперский менталитет» иранцев, который, похоже, в Вашингтоне вообще не учитывают.

52.26MB | MySQL:103 | 0,441sec