О 10 вопросах президента Р.Т.Эрдогана к лидеру турецкой оппозиции. Часть 1

В Турции, за год до намеченных на июнь 2023 года президентских и парламентских выборов, начинает вовсю раскручиваться предвыборная гонка. Она не может не сопровождаться публичными дебатами между лидером правящей Партии справедливости и развития и, одновременно, лидером Народного альянса Реджепом Тайипом Эрдоганом и главой ведущего оппозиционного движения страны Народно-республиканской партии Кемалем Кылычдароглу. Публичный обмен жесткими высказываниями для этих двух политиков является делом абсолютно привычным.

Тем более, что 4 июня 2022 года было официально объявлено, что кандидатом в президенты от Народного альянса, включающего правящую Партию справедливости и развития (ПСР) и Партию националистического движения (ПНД), становится Реджеп Тайип Эрдоган.

Это происходит на фоне того, что Национальный альянс, объединивший шестерку оппозиционных партий, включая ведущие из них, своего кандидата на пост президента, на момент написания данной статьи, так и не определил. Напомним, что Национальный альянс включает такие партии, как Народно-республиканская партия Турции (НРП), Хорошая партия (ХП), Партия будущего (ПБ), Партия демократии и прорыва (ПДП), Демократическая партия (ДП) и Партия счастья (ПС). Отметим, что основное ядро здесь формируют НРП и ХП. Остальные партии Национального альянса – это миноритарии, которые, скорее, создают впечатление массовости оппозиции действующей в Турции власти, нежели способы всерьез прибавить оппозиционному Альянсу голосов избирателей.

Понятно, что подобного рода «6-гранная» конфигурация чрезвычайно затрудняет вопрос определения единого кандидата на президентских выборах. Более того, возникает вполне разумный вопрос в отношении той стратегии, которой оппозиции лучше всего придерживаться на предстоящих в 2023 выборах: выдвинуть ли каждому движению своего кандидата с тем, чтобы потом поддержать сильнейшего кандидата во втором туре или же, напротив, стоит сразу выдвинуть единого оппозиционного кандидата.

Понятно, что в условиях шести партий в Национальном альянсе определить единого кандидата – это и политически и организационно весьма сложная задача. Намного проще каждой партии идти со своим кандидатом. Однако, перспективность данного подхода – большой вопрос. Хотя бы, с учетом того, что, если оппозиция не сможет выдвинуть единого кандидата, она распишется в том, что внутри неё нет единства. А, следовательно, не будет единства и после того, когда и если она придет ко власти. Это – та болевая точка, на которую уже давит и будет все сильнее давить действующая в Турции власть.

После того, как президент Р.Т.Эрдоган был объявлен официальным кандидатом на пост президента от Народного альянса, он немедленно сформулировал свой «вопросник», состоящий из 10 пунктов к лидеру кемалистов, председателю НРП Кемалю Кылычдароглу.

Перечислим эти вопросы буквально так, как они были сформулированы.

«

  1. Проклинаешь ли ты все террористические организации от СНС до РПК от РПНС-Ф (Революционная партия народного спасения – Фронт) до ФЕТО, а также их политические ответвления и поддерживающие их медиа?
  2. Поддерживаешь ли ты трансграничные операции?
  3. Находишься ли ты рядом в той политике, которую проводит твоя собственная страна, в дискуссии о членстве в НАТО Швеции и Финляндии, против лицемерного подхода Запада по отношению к террористическим организациям и национальным интересам нашей страны?
  4. Находишься ли ты на стороне нашей страны в национальной борьбе по формированию Турцией устойчивой экономической зоны в Средиземном и в Эгейском морях?
  5. Поддерживаешь ли ты на принципиальном уровне ту борьбу, которую мы ведем против влияния на нашу страну мирового кризиса, переживаемого из-за пандемии и войны?
  6. Готов ли ты проводить политику исходя из интересов нации, оставив в стороне заявления, которые были признаны ложными по решениям суда и ведомств?
  7. Начнешь ли ты определять свою политическую стратегию с членами твоей собственной партии и с общественным мнением вместо того, чтобы согласовывать её с представителями иностранных государств?
  8. Соглашаешься ли ты действовать как настоящий сын государства, со всеми ценностями, символами, наследием и достижениями этой земли?
  9. Думаешь ли ты исключить из партии всех тех, кто поддерживает террористическую организацию (видимо, речь идет об РПК – И.С.), воров, злоупотребителей и насильников?
  10. Наберешься ли ты храбрости и станешь ли ты кандидатом в 2023 году?»

Итак, приведенные выше вопросы – это, по сути, первые стрелы, выпущенные в сторону оппозиции Р.Т.Эрдоганом в рамках его президентской кампании к 2023 году.

Начнем с конца: президент Р.Т.Эрдоган «провоцирует» К.Кылычдароглу на то, чтобы тот выдвинул свою кандидатуру на президентских выборах. При этом, и он и К.Кылычдароглу отлично понимают, что последний, вряд ли, выдвинется на выборах, имея в виду свою малую привлекательность для электората, явно недостаточную для того, чтобы выступить против Р.Т.Эрдогана. Если же, по каким-либо соображениям (из серии: «Эрдоган – все равно слаб, его победит любой кандидата от оппозиции») Кылычдароглу выдвинется, то, весьма вероятно, что по итогам голосования выяснится, что он сыграл на пользу действующей в Турции власти.

Прежде чем комментировать дальше, отметим тот материал, который был на эту тему опубликован со стороны одного из ведущих турецких политологов, генерального координатора Фонда политических, экономических и социальных исследований Турции (SETAV) Бурханеттина Дурана. 6 июня им был опубликован материал под заголовком: «Дебаты по 10 вопросам в турецкой политике».

Цитируем:

«Список из 10 вопросов, которые президент Реджеп Тайип Эрдоган задал Кемалю Кылычдароглу, главному председателю оппозиционной Народно-республиканской партии (НРП), в своем обращении к собранию правящей Партии справедливости и развития (ПСР) на прошлой неделе, задает основу для Предвыборной кампании 2023 года.

Прежде всего, последний вопрос Эрдогана — хватит ли смелости главному лидеру оппозиции баллотироваться в президенты в следующем году — представлял собой прямой вызов Кылычдароглу и оппозиционному «столу на шестерых» и, соответственно, отражал изменение в дискурсе Правительства. Некоторые комментаторы утверждают, что Эрдоган «выбрал» председателя НРП своим оппонентом, задав эти 10 вопросов. Однако, мне кажется, что президент будет критиковать Кылычдароглу по-новому, независимо от того, решит ли последний баллотироваться на пост президента.

В последние недели я писал, что Кылычдароглу больше не может воздерживаться от участия в президентских выборах в следующем году и что его неспособность баллотироваться будет дорого стоить его собственной партии на данном этапе. Отсюда последний вопрос Эрдогана и его мнение о том, что председатель НРП добьется выдвижения оппозиционного блока. Очевидно, что Кылычдароглу мог бы использовать этот шквал критики, чтобы представить себя в качестве единого кандидата от оппозиции, поскольку он уже подорвал позиции (альтернативных – прим.) кандидатов в президенты от своей собственной партии.

То, что главный лидер оппозиции недавно упомянул о своем алавитском происхождении, жалуясь на то, что его личность становится предметом политических дебатов, хотя Правительство никогда не упоминало об этом, связано с его стремлением баллотироваться. Создается впечатление, что Кылычдароглу сам хочет участвовать в этих дебатах — просто чтобы показать НРП и «столу на шестерых», что его личность не мешает его кандидатуре. Кстати, это — вполне понятный тактический ход. Однако, в отличие от 2018 года, неспособность Кылычдароглу участвовать в выборах в следующем году, вероятно, вызовет критику за то, что он продолжает уклоняться от борьбы и вместо этого хочет дергать за ниточки через доверенное лицо «стола на шестерых».

Четыре главных вопроса

В свою очередь, четыре главных вопроса Эрдогана к Кылычдароглу касались борьбы с терроризмом, НАТО, Восточного Средиземноморья и Эгейского моря, другими словами, национальной безопасности и внешней политики. Эти вопросы тесно связаны с тремя недавними шагами турецкого правительства, в т.ч.: защита национальных интересов Турции от Греции, разоблачение лицемерия союзников Турции по НАТО по отношению к терроризму в связи с подачей заявок Швеции и Финляндии на членство, а также неизбежная контртеррористическая операция на севере Сирии против СНС, сирийского филиала РПК.

Очевидно, что эти три темы будут главными в политической повестке дня Турции этим летом — и, возможно, до выборов 2023 года. Президент наверняка не одобрит полусырые ответы, которые он получит от Кылычдароглу и «стола на шестерых». Вместо этого он потребует конкретных решений. Если оппозиционный блок примет определенный подход к борьбе Турции с СНС, который призван не расстраивать Партию демократии народов (ПДН) — политическое крыло РПК — он столкнется с критикой за очевидное отсутствие приверженности национальным вопросам.

Между тем, остальные вопросы Эрдогана касались приверженности Кылычдароглу «лжи, клевете, подстрекательству и угрозам», его связям с иностранными державами, а также готовности выгнать политиков, совершивших мошенничество или имеющих связи с террористическими группами, из своей партии.

Неопределенный ответ

Ответы Кылычдароглу должны были показать, что он более националист, чем Эрдоган. С этой целью он выдвинул определенные обвинения в отношении борьбы с терроризмом и внешней политики. В то время, как главный лидер оппозиции осудил терроризм в целом, он воздержался от упоминания СНС и террористической группы гюленистов (FETÖ) конкретно. Он также дал расплывчатый ответ о своей приверженности трансграничным военным операциям: «Мы будем поддерживать правильное и не будем поддерживать неправильное».

Несмотря на то, что вопрос Эрдогана был достаточно конкретным, такой ответ устраивает председателя НРП, которая проголосовала в парламенте против военного присутствия Турции в Ираке и Сирии.

Утверждая, что Правительство использует внешнюю политику для внутренней политики, Кылычдароглу призвал Эрдогана «предпринять (необходимые) шаги в отношении оккупированных и милитаризованных островов в Эгейском море, если вы посмеете». Не желая противодействовать западным правительствам или СНС, Кылычдароглу, таким образом, неправильно охарактеризовал себя как «ястреб» по отношению к Греции.

В ответ на вопросы Эрдогана о внутренней политике и основной оппозиционной партии Кылычдароглу придерживался своей слишком знакомой политики лжи.

Напряженный период

Обмен 10 вопросами Эрдогана говорит о том, что предвыборная кампания будет напряженной и полной обменов мнениями. Различные аргументы, связанные с внешней политикой, национальной безопасностью, экономикой и внутренней политикой, также будут практически неразделимы. Различие между «нами» и «ними», являющееся частью природы политики, проявится во многих областях.

Различные политические партии прибегнут к поляризации в попытке укрепить свою базу. В то же время они будут развивать позитивную риторику, чтобы вселить надежду в новых избирателей, особенно, в молодежь и неопределившихся. Таким образом, мы будем наблюдать оба явления одновременно. В конце концов, тот, кто придумает наиболее удачную смесь, получит наибольшее количество голосов. По мере того, как руководство НРП использует «дух Гези» (протесты на стамбульской площади – И.С.) для укрепления своей базы, Народный альянс будет выступать против внешних связей.

В конце концов, может оказаться, что многие партии будут критиковать Запад в разных оттенках в контексте «истинного национализма»».

Заметим совпадение в наших оценках и в оценках автора приведенного выше материала. Прежде всего, в том, что вопросы президента Р.Т. Эрдогана – это запуск его предвыборной агитации. Они составляют, одновременно, и перечень приоритетов нынешнего турецкого руководства, и почву для критики действий турецкой оппозиции.

На самом деле, это – достаточно тонкий ход. Поскольку, если говорить о критике, то у оппозиции – всегда есть немалое преимущество перед руководством страны. Поскольку практическая работа руководства страны всегда создает почву для критики, а вот оппозицию, которая не допущена до управления страной, «ухватить» оказывается не за что. Здесь же президент Р.Т. Эрдоган запускает политическую дискуссию на встречных курсах.

И, на самом деле, если оставить в стороне явное подталкивание Кемаля Кылычдароглу в сторону того, чтобы баллотироваться на пост президента, то все остальные девять вопросов Р.Т.Эрдогана сводятся к одной теме: поддержке или же не поддержке турецкой оппозицией действий руководства страны в тех аспектах, которые затрагивают национальную безопасность и национальные интересы.

Иными словами, турецкий лидер обращается к населению страны, показывая в сторону Народно-республиканской партии и говоря о том, что та, в угоду своим электоральным интересам готова игнорировать интересы страны и её населения. Более того, речь идет о том, что турецкая оппозиция, со слов президента Р.Т. Эрдогана, предстает как сторона, которая действует в интересах отнюдь не электората, а внешних сил.

Обратимся в сторону турецкой оппозиции – председатель Народно-республиканской партии Кемаль Кылычдароглу, в ответ на вопросы президента Р.Т.Эрдогана, задал свои десять вопросов. Поддержав, таким образом, предложенный формат дискуссии. На 10 вопросов власти – 10 своих вопросов.

Перечислим 10 вопросов от лидера НРП президенту страны. Цитируем:

«1. Кому жених (damat, имеется в виду зять президента Р.Т.Эрдогана – Берат Албайрак) продал через черный ход 128 миллиардов долларов по низкому курсу?

  1. Чтобы сохранить качество жизни европейцев, вы наводнили Турцию миллионами беженцев и нелегалов и продали им наши кварталы за счет нашего спокойствия. Кто дал вам эту инструкцию, в обмен на что?
  2. Ты пришел к дверям убийцы наших 33 мучеников и ждал минуты. Потом улыбнулся, как будто ничего не произошло. Ты упал в ноги (буквально, ты пришел к ногам – И.С.) тому, кто тебя оскорбил и «вернул» ему письмо. Ты сказал: «Слава богу, это не попало в повестку дня». Почему ты так прогибаешься? Что они знают о тебе?

Это сразу нуждается в пояснении.

В первом случае, речь идет о визите президента Р.Т.Эрдогана в Москву для встречи с российским лидером В.В.Путиным. Речь идет о том, инциденте, в результате которого под обстрел сирийкой армии попали турецкие военнослужащие. Помимо того, что Россия прямо не причастна к гибели турецких военных, как утверждало Министерство обороны РФ, был сделан неоднократный запрос о наличии или об отсутствии в обстрелянной колоне турецких военных. В ответ на которые, Министерство национальной обороны Турции, как утверждается российской стороной, неоднократно указало, что в колонне турецких военных нет. Лишь только после чего был нанесен удар. А далее последовал визит Эрдогана к Путину, где ему пришлось несколько минут подождать, что, невзирая на российские объяснения, что Эрдоган приехал раньше договоренности, смотрелось в качестве определенного сигнала.

Во втором случае, речь идет о письме Дональда Трампа, где он написал Р.Т.Эрдогану буквально «не будь дураком!». Турецкий лидер «вернул» это письмо в ходе личной встречи, однако, скандал из этого раздувать не стали.

 

52.56MB | MySQL:103 | 0,489sec