Американские эксперты о тайной войне между Израилем и Ираном

Как полагают американские эксперты, близкие к Пентагону, на сегодняшний день тайная война низкой интенсивности между Израилем и Ираном принял форму кибератак на инфраструктуру, ударов по нефтяным танкерам, атак беспилотных летательных аппаратов и спонсируемых Израилем убийств сотрудников иранских сил безопасности и научного персонала, а также саботаж объектов внутри Ирана. Ярким примером этого имел место в ноябре 2020 года, когда израильские агенты организовали убийство в Иране Мохсена Фахризаде, который был руководителем ядерной программы Ирана. Буквально в прошлом месяце офицер Корпуса стражей исламской революции (КСИР), бригадный генерал Али Насири, был арестован по обвинению в шпионаже в пользу Израиля, продемонстрировав тем самым уровень агентурного проникновения израильтян в эту структуру. В мае очередная израильская операция в Иране ускорила цепочку событий, приведших к одной из самых заметных кадровых перестановок в аппарате безопасности Ирана за многие годы. Ранее в том же месяце агенты, связанные с Израилем, убили полковника КСИР Сайяда Ходаи, который был заместителем командира «Подразделения 840» спеподразделения «Аль- Кудс» КСИР, которое планирует и осуществляет операции по трансграничным убийствам и похищениям иностранцев, в том числе израильтян. Официальные лица США сообщили журналистам, что Израиль проинформировал Вашингтон о том, что он стоит за этим покушением. Убийство Ходаи, по-видимому, усилило давление на иранские службы безопасности с целью принятия ответных мер, и в середине июня Иран санкционировал операцию по убийству израильских туристов, посещающих Турцию. Заговор был раскрыт, и Турция арестовала пятерых иранцев и трех турецких  граждан, предположительно причастных к подготовке теракта. Провал иранской операции не только поставил под сомнение способность Ирана адекватно реагировать на израильские операции против него, но и привел к дипломатическому скандалу между Анкарой и Тегераном.

Недавние провалы в системе оперативной безопасности в сочетании с возникшим в результате дипломатическим конфликтом с Турцией вызвали серьезные изменения в иерархии разведки Ирана.  С санкции  верховного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи начальник разведки КСИР Хосейн Таеб был отстранен от занимаемой им в течение десяти лет должности и переведен советником главнокомандующего КСИР. Таеб ранее был главой мобилизационного ополчения «Басидж», контролируемого КСИР, и в этом качестве сыграл важную роль в подавлении внутреннего инакомыслия и преследовании противников режима, живущих за границей. Понижение Таеба в должности означало потерю уверенности в его способности создать адекватный ответ операциям израильской разведки, а также восприятие того, что разрыв с Турцией может вынудить Анкару присоединиться к другим региональным государствам, выступающим против Ирана. Одновременно с ним был уволен его близкий партнер, бригадный генерал Ибрагим Джаббари, командующий силами «Хефазат-и-Вали-и-Амр» КСИР, которые отвечают за безопасность верховного лидера Ирана. Помимо этого, 3 июля министр внутренних дел Ахмад Вахиди назначил Мохаммада Резу Голама Резу своим политическим заместителем. До этого он занимал пост заместителя министра разведки и главы Управления разведки  Тегерана. До этого Голам Реза также был заместителем Касема Сулеймани, покойного командующего «Аль-Кудс» КСИР. Это перемещение также свидетельствует о недовольстве Хаменеи работой прежде всего контрразведки.

Как полагают американские эксперты, готовность и способность Израиля проводить операции внутри Ирана, что продемонстрировал майский удар БПЛА по иранскому секретному военному комплексу Парчин, имеет более широкие последствия для региона. Растущая готовность Израиля проводить тайные действия на территории Ирана предполагает изменение стратегии. Вместо того, чтобы атаковать Иран через своих союзников и доверенных лиц, Израиль, похоже, достаточно осмелел, чтобы планировать и проводить прямые операции  по стратегическим возможностям Ирана. Этот очевидный сдвиг в израильской стратегии предполагает, что он больше не довольствуется тем, чтобы полагаться либо на  международные санкции для стратегического ослабления Ирана или  способности потенциально возрожденной многосторонней иранской ядерной сделки сдерживать региональные амбиции Ирана в долгосрочной перспективе. Параллельно со своими нападениями Израиль также стремился использовать свои расширяющиеся связи с несколькими странами Персидского залива и другими арабскими государствами для создания регионального альянса для противодействия Ирану. В то же время Израиль продолжает наносить периодические удары по поддерживаемым Ираном объектам и боевикам в Сирии и ориентировал свою противовоздушную оборону на отражение ракетных и ракетных ударов ливанской «Хизбаллы2 и базирующегося в Газе ХАМАСа. Стратегия Израиля в отношении Ирана усложняет усилия США по стабилизации региона. Израильские политические лидеры выступают против попыток администрации Дж.Байдена вернуться к многосторонней ядерной сделке 2015 года и утверждают, что Израиль имеет право предпринимать любые действия против ядерной программы Ирана или других его стратегических активов, которые он сочтет необходимыми для обеспечения своей безопасности. Однако официальные лица США утверждают, что израильские или американские военные действия, наряду с санкциями США, не могут обуздать ядерную программу Ирана с той же степенью уверенности и прозрачности, как новое ядерное соглашение. Израильские атаки внутри Ирана могут сорвать переговоры, которые уже блокированы из-за разногласий между США и Ираном. Непрямые американо-иранские переговоры в Дохе в конце июня были отложены без какого-либо прогресса. Иран на сегодняшний день не отказался от годичных переговоров из-за какой-либо израильской операции против него, но нет уверенности в том, как Тегеран может отреагировать на действия Израиля в более широком масштабе. В более широком смысле израильские атаки способствуют эскалации конфликта, позволяя иранским лидерам оправдывать будущие нападения на судоходство в Персидском заливе, на сами государства Персидского залива и на силы США, базирующиеся в Ираке и Сирии. Вероятность того, что Иран нанесет ответный удар по территории государств Персидского залива, возросла, поскольку они в последние годы явно демонстрируют восходящий тренд на альянс с Израилем против Тегерана. В этой связи нельзя исключать еще один удар, сравнимый по величине с иранской ракетной атакой на Саудовскую Аравию в сентябре 2019 года, которая временно остановила почти половину добычи нефти в королевстве. Атака такого масштаба еще больше потрясла бы мировые нефтяные рынки, которые и так изо всех сил пытаются компенсировать западные санкции в отношении российского нефтегазового сектора. Хотя Иерусалим и Тегеран привыкли к конфликту низкой интенсивности, ведущемуся в основном в тени, всегда существует вероятность того, что неправильное восприятие или просчет с любой стороны могут привести к эскалации конфликта и втянуть регион в открытую войну.

Выводы

—   Несколько заметных израильских оперативных успехов внутри Ирана вызвали кадровую встряску в руководстве иранской разведки.

— Израиль переходит от нацеливания в первую очередь на региональных союзников Ирана к нанесению ударов по высокопоставленным  фигурам и ядерным объектам в самой Исламской Республике.

— Тайная война между Ираном и Израилем может сорвать переговоры по возобновлению многосторонней ядерной сделки с Ираном 2015 года.

—  Существует растущая вероятность того, что израильско-иранский конфликт может перерасти в более широкую региональную войну.

62.19MB | MySQL:101 | 0,453sec