К вопросу о динамике развития отношений между Турцией и США

Современные американо-турецкие отношения переживают крайне непростой период. Можно отметить попытки турецкой стороны и определенных сил в Вашингтоне «вырулить» непростые отношения, по крайней мере, в русло конструктива.

Однако, заметим, что, в отличие от тех же российско-турецких отношений, в рамках турецко-американских отношений американская сторона не идёт на формулу «согласились не соглашаться». Напротив, США исповедуют подход, не отделяющий «одного от другого», невзирая на все усилия турецкой стороны. Если предельно просто, не может американская дипломатия (просто по определению «сверхдержавности») отделить свое неприятие власти в Анкаре от реализации с Турцией важных, стратегических проектов. Отсюда «миллиметровые» подвижки по продаже Турции F-16.

На этом фоне, турецкая сторона, не только давит по вопросам, зависшим в реализации, но и пытается расширять повестку турецко-американских отношений. Так, Турция пытается проводить политику баланса и в электроэнергетике тоже: ведутся переговоры с США о закупке 35 (малых) ядерных реакторов для выработки к 2050 году 20 ГВт электроэнергии. Для сравнения установленная мощность первой турецкой АЭС «Аккую», строящейся Россией, составит 4,8 ГВт.

Однако, представляется, что это всё – разговоры ради разговоров. Скорее можно говорить про 2-ю атомную электростанцию в Турции («Синоп») российскими силами, нежели про то, что американцы пойдут на полномасштабное сотрудничество с Турцией в сфере атомной энергетики. Тем более, в условиях, когда турецкая сторона – крайне стеснена в средствах, для того, чтобы закупить дорогостоящее энергетическое оборудования, а американцы не пойдут на модель своего участия в турецкой электроэнергетике, которая принята в той же АЭС «Аккую». Напомним, речь идет о модели строительства «ВОО», то есть «built – operate — own» или «строй – эксплуатируй – владей».

Единственным реальным партнёром для турецких АЭС по данной схеме была и остается Российская Федерация. Как, впрочем, РФ – в состоянии сделать турецкой стороне и предложение в сфере оборонно-промышленного комплекса по части поставок истребителей, которые США Турции, судя по всему, поставлять не желают.

В этом смысле, намерения американской стороны ярче всего иллюстрирует выступление в сенатском Комитете по международным делам США. В наши дни турецкие СМИ говорят о том, что теперь единственным препятствием на пути продажи США F-16 Турции является «прогреческий» сенатор Роберт Менендес, председатель Комитета Сената США по международным отношениям. Накануне тот ещё раз «прошёлся» по турецкому президенту Реджепу Тайипу Эрдогану и даже показал «пугающую», по всей видимости, американскую публику фотографию с изображением лидеров России, Турции и Ирана (см. фото ниже) с последнего по времени Саммита в Астанинском формате в Тегеране.

На самом деле, подчеркнем, все эти внутренние американские «разборки» по F-16 призваны сделать только одно — замотать Турцию по своим американским инстанциям, чтобы в итоге либо не дать ничего, либо дать сущие «крохи» и объявить это величайшим одолжением «образцовому турецкому партнёру».

Никаких расхождений в американской власти по поводу того, кто должен быть на её взгляд президентом Турции по итогам выборов — 2023 нет: разумеется, речь идет о кандидате от оппозиции, кем бы он ни оказался. И нет никаких расхождений в том, что Америка должна тому содействовать всеми доступными средствами исключительно законными демократическими механизмами. И ни о каком «согласились не соглашаться» в американском исполнении не идет и речи.

Уместно привести кратко те тезисы, которые довел до сенаторов Боб Менендес, который объявлен в Турции одним из «врагов турецкого государства». После ознакомления с этими тезисами станет ясно, почему это так (полное видео доступно по ссылке: https://youtu.be/7lZ41AVGmOg):

  1. Президенту Эрдогану приписывается угроза нанесения ракетного удара по Афинам, если «Греция не успокоится». Турция – это член НАТО, который прямо угрожает Афинам, городу «трех миллионов гражданских лиц».
  2. Согласно ООН, умышленное нанесение удара по гражданским лицам – это военное преступление.
  3. Последние действия турецкого руководства они являются не просто «беспокоящими», они являются «полностью недопустимыми». Речь идет о «репрессивной, антидемократической политике Эрдогана дома и за границей».
  4. Президент Эрдоган «заставил замолчать и отправил в тюремное заключение» великое множество демократических активистов. Сейчас в Турции больше адвокатов и журналистов в тюремном заключении, чем где бы то ни было ещё.
  5. «Его (Эрдогана – И.С.) правительство» пытается скрыть правду касательно «геноцида армян», отдавая под суд прокуроров и историков.
  6. Насколько «жестока» политика Р.Т.Эрдогана политика внутри Турции, настолько же «ужасна» его политика на международной арене. В ходе Нагорно-Карабахского конфликта, Турция продала Азербайджану вооружений на сумму в 77 млн долларов, которые использовались для «атак на невинных армян».
  7. Таким образом, «неудивительно, что этим летом президент Эрдоган встретился с президентами России и Ирана, одними из самых брутальных мировых диктаторов».
  8. Президент Турции встречается с «такими лидерами» (см. п. выше), потому что он «разделяет их взгляды». И это отчетливо видно из тех подходов, которые демонстрируются президентом Эрдоганом в регионе.
  9. Пять декад продолжается «незаконная оккупация Кипра». В прошлом году, президент Эроган открыл город Мараш на Кипре, с тем чтобы нарастить там своё влияние. Это прямое нарушение резолюций ООН.
  10. В этом году президент Эрдоган пригрозил нарастить вооружение 40 тыс. турецкой группировки на острове.
  11. Очевидно, что президент Эрдоган «смотрит на нелегальную оккупацию» Россией областей Украины и «конспектирует» за ним.
  12. Турецкие угрозы по нанесению удара по Афинам – это декларация претензий на то, что является «греческой территорией».
  13. Эрдоган продолжает свои незаконные действия в преддверии выборов, которые назначены на 2023 год.
  14. В ноябре он обрушил воздушные атаки на города, расположенные в северной Сирии и заявил, что наземные силы последуют за ними «скоро».
  15. Министерство национальной обороны Турции назвало это Payback time — атаки со стороны Турции тех сил, которые являются союзником США в битве с «Исламским государством» (здесь и далее, запрещенная в РФ террористическая организация – И.С.).
  16. Только на «прошлой неделе» Эрдоган осудил своего политического оппонента, популярного мэра Стамбула (Экрем Имамоглу – И.С.) на срок 2,5 года за «критику» избирательной комиссии страны. Кроме того, на мэра Стамбула наложено ограничение на право заниматься политической деятельностью (сроком на 5 лет).
  17. США должны с самой большой серьезностью отнестись к действиям турецкого президента.
  18. «Мы (США – И.С.) должны призвать Эрдогана к ответственности, когда он нарушает международное законодательство, или нарушает демократические нормы, или допускает нарушение прав человека».
  19. США призывают к свободным и честным выборам в Турции.
  20. Союзники США должны осудить действия Эрдогана. Это позволит предотвратить дальнейшую эскалацию в северной Сирии.
  21. Президент Эрдоган должен прекратить полёты над Эгейским морем и вывести все турецкие силы, вплоть до последнего солдата, с острова Кипр.
  22. Рассматривая все изложенное выше США не должны давать F-16 «в руки Эрдогана». Как глава сенатского комитета, Роберт Менендес не утвердить никакое решение по поставкам самолетов F-16 Турции до тех пор, пока Турция не прекратит «свою политику агрессии по всему региону».

Итак, как мы можем видеть, высказывания высокопоставленного американского бюрократа предельно ясны. Более того, из тех практических действий, которые предпринимаются со стороны США все последние месяцы и даже годы (!), становится понятным, что данная точка зрения на Турцию является доминирующей и не подлежащей изменению.

Обратимся к обратной, турецкой точке зрения на двусторонние отношения. В частности, к публикации от 21 декабря заместителя генерального координатора ведущего турецкого мозгового центра, Фонда политических, экономических и социальных исследований (SETAV) Мухиттина Атамана под заголовком «Турецко-американские отношения сегодня: турбулентные или стабильные?».

Цитируем турецкого политолога:

«Турция и Соединенные Штаты в последнее десятилетие переживают напряженные и конфликтные отношения. Особенно после начала «арабской весны» и возникновения новой региональной конъюнктуры трения между Вашингтоном и Анкарой обострились. Хотя Турция попросила США пересмотреть отношения в соответствии с внутриполитическими событиями, новой региональной политической обстановкой и новым глобальным балансом сил, Администрация США хочет сохранить давние иерархические двусторонние отношения. Другими словами, в то время как Анкара пытается увеличить свою автономию в своей внешней политике, США хотят, чтобы Турция подчинялась их глобальным прогнозам.

Хотя Государственный департамент США на своей веб-странице по-прежнему описывает Турцию как «ключевого союзника НАТО и важнейшего регионального партнера» и «важного партнера США в области безопасности» и указывает, что США хотят «сохранить Турцию привязанной к евроатлантическому сообществу», последние правительства США продолжают проводить политику, которая изолирует и отчуждает Турцию. Двухпартийное антитурецкое восприятие по-прежнему доминирует в политических кругах США.

Например, США отказались от своей относительно сбалансированной политики в отношении кипрского вопроса и двусторонних турецко-греческих отношений. США в последнее время явно отдавали предпочтение греческой стороне против Турции. Вашингтон создал огромный военный арсенал и создал девять различных военных баз на греческих территориях. Хотя американская сторона утверждает, что выступает против возрастающей российской угрозы в Восточной Европе, турецкая сторона ставит под сомнение размещение этих военных баз вблизи турецких территорий. Кроме того, США продали Греции стратегическое оружие, чтобы укрепить свое военное присутствие на восточных островах Эгейского моря. Соответственно, правительство США отменило санкции против Администрации киприотов-греков (речь идет о Республике Кипр, которая рассматривается Турцией как «Администрация» — И.С.) и помогло ей милитаризировать остров против турецкой стороны.

Политическая структура США, система сдержек и противовесов, позволяет различным субъектам, включая лобби и группы интересов, влиять на лиц, принимающих решения. Например, президенту США, возможно, придется вести переговоры даже с членами Конгресса своей партии по многим внешнеполитическим вопросам.

О влиянии конгрессменов можно говорить двояко. Во-первых, президент может использовать вмешательство Конгресса в качестве предлога против иностранных игроков. То есть всякий раз, когда президент хочет занять негативную позицию, но хочет сохранить положительный имидж, он использует отказ от предложения как оправдание своей негативной позиции. Если Байдена уговорят не продавать F-16 без каких-либо ограничений или условий, но он не захочет оттолкнуть Турцию, он воспользуется противодействием сенатора, такого как Боб Менендес (см. основные тезисы его выступления выше – прим.), в качестве предлога для своего отрицательного решения. Во-вторых, вмешательство Конгресса может быть реальным. То есть, иногда члены Конгресса могут выступать против определенных внешнеполитических предложений по разным причинам, в основном по личным вопросам или вопросам избирателей.

С одной стороны, очевидно, что Турция страдает от политики Конгресса на протяжении турецко-американских отношений. Всегда трудно убедить Конгресс сделать протурецкий шаг, главным образом из-за логроллинга (Logrolling — это торговля услугами, например, торговля голосами законодателей для получения пропусков, представляющих интерес для каждого законодательного члена – И.С.) антитурецких политических коалиций внутри системы США.

Иногда эти внутренние коалиции доводят свои партийные позиции до опасного уровня. В конце концов становится неясным, служат ли некоторые члены Конгресса американским национальным интересам или интересам определенной политической группы, т.е. лобби. Поэтому турецкая сторона призывает американских политиков и лиц, принимающих решения, не жертвовать внешней политикой США и американскими национальными интересами ради поверхностных ожиданий ряда лобби, в том числе греческого и армянского лобби.

С другой стороны, турецкие официальные лица утверждают, что стратегическая неопределенность правительства США смущает лиц, принимающих решения в американской внешней политике. Американские институты по-разному воспринимают Турцию, поскольку у каждого из них разный опыт работы со своими турецкими коллегами. Американские институты подчеркивают различные потенциальные угрозы, направленные на американскую гегемонию. В то время как одни настойчиво подчеркивают растущую российскую угрозу, другие указывают на потенциальную мощь Китая. Некоторые другие считают Турцию претендентом на Ближнем Востоке (претендентом на то, чтобы считаться «угрозой» в глазах США – И.С.). Поэтому, поскольку Турция сотрудничала с признанным ООН правительством, США без колебаний поддержали в Ливии политического деятеля, находившегося под покровительством России, Халифу Хафтара.

Поскольку Турция будет продолжать проводить внешнюю политику, которая максимизирует ее национальные интересы, похоже, что правительство США вместе со многими западноевропейскими государствами продолжит свои усилия по инакомыслию (объявлению Турции «инакомыслящей» — И.С.) против Турции. Однако, учитывая рост военной, политической и экономической мощи России и Китая в таких регионах, как Восточная Европа, Восточное Средиземноморье и Ближний Восток, ясно, что цена потери Турции будет велика не только для США, но и для трансатлантического альянса. Продолжение американской политики инакомыслия еще больше подорвет доверие в двусторонних отношениях».

Итак, изложенное выше представляет собой «классику» в исполнении известного турецкого эксперта. Основные мысли материала резюмируются следующим образом:

  1. Турция следует своим национальным интересом, будучи суверенным государством.
  2. Турция ожидает от США фактического признания своего суверенитета и хочет строить с США симметричные отношения.
  3. Ряд действий со стороны США можно квалифицировать как антитурецкие. При этом эти действия осуществляются не в американских национальных интересах, а в интересах отдельных лоббистских групп, среди которых выделяются антитурецкие группы – греческое и армянское лобби.
  4. Турция призывает отказаться США от антитурецких действий, имея в виду то значение, которое Турция имеет для поддержания баланса в регионе.
  5. Турцию можно рассматривать как балансир растущего влияния России и Китая, и, в этом смысле, США должны оценить растущую роль Турции, потеря которой может дорого стоит США.

Итак, подводя черту, можно сказать, что до июня месяца 2023 года турецко-американским отношениям предстоит серьезный период турбулентности. США не только не договорятся с официальной Анкарой до итогов следующих выборов, но и примут самое деятельное участие в том, чтобы руководство Эрдогана потерпело бы поражение.

52.41MB | MySQL:108 | 0,506sec