Что стоит за заявлением Демократической партии народов о выдвижении собственного кандидата на президентских выборах в Турции

Прокурдская Демократическая партия народов  (ДПН) объявила 7 января, что выдвинет собственного кандидата в президенты на предстоящих в Турции  выборах, исключив возможность поддержки совместного кандидата от оппозиции. «Мы скоро назовем нашего кандидата и пойдем на выборы», — заявила сопредседатель ДПН Первин Булдан во время партийного мероприятия в восточном городе Карс. Объявление Булдан — непростое решение, поскольку ДПН с ее 10-13% голосов, по сути, рассматривается как добавочный козырь в рамках  борьбы между двумя конкурирующими политическими блоками, возглавляемыми правящей Партией справедливости и развития (ПСР) и главной оппозиционной Народно-республиканской партией (НРП). Несколько масштабных  опросов, проведенных в декабре, показывают, что коалиция Народный альянс во главе с ПСР пользуется поддержкой примерно 40% избирателей, в то время как Национальный альянс НРП с пятью другими оппозиционными партиями имеет аналогичный уровень поддержки. При этом еще в октябре прошлого года согласно опросу, проведенному базирующимся в Анкаре агентством MetroPoll, правящий альянс Турции получил бы поддержку 46,3% по сравнению с 35,6% поддержки оппозиционного альянса.  Победа Народного альянса президента Реджепа Тайипа Эрдогана, в состав которого входят его правящая Партия справедливости и развития (ПСР) и крайне правая Партия националистического движения (ПНД), была бы возможна, если бы оппозиционный Национальный альянс, состоящий из главной оппозиционной Народно-Республиканской партии (НРП) и националистической Хорошей партии не удалось бы  заручиться поддержкой прокурдской ДПН. Пропорция голосующих примерно распределяется  следующим образом.  36,3% респондентов заявили, что проголосовали бы за правящую ПСР, в то время как 10%  заявили, что поддержали бы ее союзника, крайне правую ПНД, основная оппозиционная НРП получила 23,2% голосов, а Хорошая партия — 12,4%. Опрос показал, что те, кто поддерживает прокурдскую ДПН, набрали 11,9% голосов, в то время как отколовшаяся от ПСР оппозиционная Партия демократии и прогресса (DEVA) набрала 1,4% голосов. ДПН, сыгравшая ключевую роль на предыдущих выборах, не входит в число шести партий, формирующих оппозиционный Национальный альянс, который ранее в прошлом  году подписал манифест об отмене исполнительной президентской системы и восстановлении верховенства закона при усиленной парламентской системе, вряд ли примет ДПН в свои ряды после того, как лидер Хорошей партии  Мераль Акшенер в сентябре резко исключила возможный союз с ДПН. Вторая по величине оппозиционная партия Турции, ДПН обвиняется в том, что она является центром деятельности запрещенной Рабочей партии Курдистана (РПК), вооруженной группировки, которая с 1980-х годов участвовала  во внутреннем конфликте с турецким государством. ДПН грозит закрытие из-за дела о связях с террористами, в то время как Анкара уже несколько лет проводит репрессии против этой партии. Несколько ведущих деятелей ДПН, в том числе бывший сопредседатель и кандидат в президенты Селахаттин Демирташ, в настоящее время находятся в тюрьме по обвинению в терроризме. При этом местные эксперты практически солидарно утверждают, что именно курдские избиратели Турции определят судьбу следующих выборов, как это было на местных выборах 2019 года, когда поддержка ДПН позволила  оппозиции выиграть крупнейшие города. Без голосов ДПН президентские выборы, скорее всего, пройдут в два тура, и мало кто из экспертов  верит, что президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган или кто-либо из его оппонентов сможет набрать достаточно голосов, чтобы преодолеть 50-процентный барьер в первом туре. Заявление ДПН стало неожиданностью, поскольку многие полагали, что партия будет молчаливо поддерживать кандидата от НРП, как это было на местных выборах 2019 года, когда оппозиция победила крупных городах, таких как Стамбул и Анкара. ДПН заявила, что объявила о своих принципах выбора кандидата в президенты в октябре. «Мы сказали всем, что готовы вести переговоры с каждой партией, которая верит в эти принципы, но никто не попытался встретиться с нами или выступить с предложением. Люди должны перестать вести себя так, как будто мы не партия и не имеем значения. Те, кто даже не принимал политиков ДПН на своих телевизионных ток-шоу или в средствах массовой информации, теперь обвиняют нас в том, что мы делаем то, что должна делать политическая партия. Они неискренни», — заявила в этой связи Мераль Данис Бестас, заместитель председателя  ДПН.  Бестас ответила таким образом  на обвинения, что действия ДПН пойдут только на пользу Эрдогану. Родж Гирасун, генеральный директор исследовательского института Rawest, который специализируется на городах с курдским большинством, полагает, что ДПН таким образом направила предупреждение «столу шести» — как называют  альянс оппозиции — об их переговорах по выдвижению совместного кандидата. Он сказал, что ДПН обеспокоена тем, что оппозиция игнорирует мнение ДПН по этому вопросу, вместо этого сосредоточившись на позиции по этому вопросу правоцентристской националистической Хорошей партии, которая на протяжении многих лет неоднократно заявляла, что не будет участвовать в «столе шести», если в нее войдет ДПН, из-за ее предполагаемых связей с запрещенной РПК, которая признана террористической организацией  Турцией, Соединенными Штатами и Европейским союзом. ДПН отрицает какие-либо официальные связи с РПК, но в настоящее время участвует в судебном процессе в Конституционном суде по поводу попыток государственного прокурора закрыть партию. Вердикт ожидается до выборов в ближайшие месяцы.  На прошлой неделе Конституционный суд временно заблокировал банковские счета ДПН, что вызвало незначительную реакцию со стороны других оппозиционных партий. Бестас указала, что правительство годами преследовало ее партию в ходе кампании, которая включала такие тактики, как аресты ее членов и отстранение мэров от должности. И это было сделано без каких-либо признаков солидарности со стороны других лидеров оппозиции, чьи собственные партии также столкнулись с давлением со стороны правительства: «Правительство демонизирует нас. Но как насчет оппозиционных партий, которые говорят, что принесут демократию в эту страну? Они напуганы» . На данный момент «стол шести» объявил о своем намерении вернуть Турцию к парламентской системе управления, отказавшись от президентской системы, действующей с 2018 года, и в настоящее время разрабатывает политическую «дорожную карту», а также планирует распределить министерства между оппозиционными партиями. Эджевит Килич, писатель, изучающий курдские проблемы, считает, что ДПН еще не приняла окончательного решения по вопросу выдвижения собственной кандидатуры на пост президента: «ДПН может отменить этот шаг, если он будет включен в переговоры, проводимые «столом шести»». Собственно таким образом подтверждается мнение экспертов о том, что ДПН просто повышает ставки в рамках торга с оппозиционерами.    Бестас, с другой стороны, утверждает, что ее партия твердо решила самостоятельно баллотироваться против Эрдогана, добавив, что ДПН продолжит пересчитывать свои шаги, исходя из политической динамики: «Мы хотим избавиться от единоличного режима и открыты для переговоров со всеми, кто разделяет наши принципы. Никто не может указывать нам, что делать». Некоторые турецкие  эксперты уверены, что ДПН поддержит совместного кандидата оппозиции во втором туре, несмотря ни на что.

62.56MB | MySQL:101 | 0,455sec