О строительстве плотины Камаль-Хан в Афганистане и Договоре о реке Гильменд

Открытие плотины Камаль-Хан в марте 2021 года возродило старый спор между Ираном и Афганистаном по поводу распределения воды в реке Гильменд. Река считается одной из критически важных водных артерий Афганистана. Гильменд – самая длинная река, протекающая по территории  страны. Она впадает в группу озер Хамун, которые находятся по обе стороны границы. На открытии плотины Камаль-Хан тогдашний президент Афганистана Ашраф Гани заявил, что «Афганистан больше никому не будет давать бесплатную воду, поэтому Иран должен предоставлять афганцам топливо в обмен на нее». Однако менее чем через полгода Афганистан перешел под контроль талибов. По словам нынешнего правительства движения «Талибан» (запрещено в РФ), плотина была построена для решения многих обширных инфраструктурных и сельскохозяйственных проблем региона, однако Тегеран годами пытался остановить ее строительство, утверждая, что это нарушит подачу воды, которая питает водно-болотные угодья в районе Хамун. В конце июля 2022 года министр иностранных дел Ирана Хосейн Амир-Абдоллахиан предупредил своего афганского коллегу Амира Хана Муттаки, что запрет Тегерану на его законный доступ к реке Гильменд только усилит напряженность в и без того непростых отношениях между двумя странами. Президент Ирана Эбрахим Раиси также призвал к принятию мер. В данной ситуации встает важный вопрос: разрешено ли Афганистану по закону отклонять естественное русло реки Гильменд? Рассмотрим ключевые элементы существующего двустороннего соглашения. Согласно Договору о реке Гильменд от 1973 года, Афганистан должен поставлять воду из реки в Иран со скоростью 22 куб. м в секунду с дополнительными 4 куб. м в секунду за «добрую волю и братские отношения». Это обеспечит Иран в среднем 820 млн куб. м в год при нормальных условиях. Хотя договор гарантирует доступ Ирана к реке Гильменд, статья V дает Афганистану полные права на оставшиеся запасы воды. Однако в нем говорится, что Афганистан «сохраняет все права на баланс воды реки Гильменд и может использовать или распоряжаться водой по своему усмотрению». В последнем абзаце статьи подчеркивается, что Иран имеет право только на определенное согласованное количество воды, независимо от того, «могут ли быть доступны дополнительные объемы» и могут ли они «найти полезное применение». Таким образом, Афганистан однозначно имеет односторонние права на оставшийся запас воды реки Гильменд. Это означает, что у него есть возможность реализовать проекты в области сельского хозяйства, гидроэлектростанций и водохранилищ по своему усмотрению. Единственная ответственность Афганистана заключается в том, чтобы не загрязнять воду и не предпринимать никаких действий, которые полностью или частично лишат Иран прав на нее. Статью V следует изучать вместе со статьей II (права Ирана на воду), III (ежемесячное распределение) и IV (изменение климата). Аргумент, основанный на первом абзаце статьи V без учета всего контекста договора и других его положений, приведет к необоснованным выводам. То, что Договор по реке Гильменд дает Афганистану право реализовывать проекты в сфере развития, неоспоримо. Однако остается вопрос, допустимо ли строительство плотин или каналов в соответствии с международным правом. Река Гильменд считается международным водотоком. Таким образом, два соседа по закону обязаны делить воды реки. Принцип справедливого и разумного использования и правило непричинения вреда считаются краеугольными камнями международного водного права и были включены в Конвенцию ООН о водотоках в 1997 году. В соответствии с принципом справедливого и разумного использования все государства обязаны эксплуатировать международный водоток справедливым и разумным образом по отношению к другим государствам, его разделяющим. Правила требуют, чтобы одни государства не причиняли значительного вреда другим. Точнее, «прибрежные страны не должны использовать свои территориальные воды таким образом, который наносит ущерб и оказывает нежелательное воздействие на соседние прибрежные страны, расположенные ниже по течению». Действительно, оба государства имеют право на справедливую долю общей реки. Но термин «справедливый» не следует путать с «равным». Таким образом, согласно международному праву, Афганистану разрешено разрабатывать проекты на реке Гильменд, если они не наносят значительного экологического ущерба его соседям. Следует отметить, что без четкого понимания принципа справедливого и разумного использования любое действие будет считаться нарушением. Столь строгое толкование не подтверждается ни государственной практикой, ни прецедентным правом. В заключение следует отметить, что ни Договор о реке Гильменд, ни обычное международное право не лишают Афганистан права на строительство плотины Камаль-Хан. Это не является нарушением двух вышеупомянутых компонентов международного права. Вместо этого Договор о реке Гильменд дает Афганистану абсолютное право использовать остаюшуюся воду реки по своему усмотрению. При этом остается очевидным, что заключение Договора по реке Гильменд в 1973 году не привело к мирному урегулированию отношений между Ираном и Афганистаном. По словам Тегерана, условия соглашения неоднократно нарушались. Но Кабул всегда настаивал на том, что эти претензии беспочвенны. Во многих случаях Иран жаловался, что вода не распределяется должным образом. Жалоба была подана в то время, когда в бассейне реки Гильменд была засуха, которая сильно уменьшила ее сток. Чтобы выйти из тупика, Афганистан и Иран должны определить места доставки воды и построить совместные гидрометрические станции, как это определено в статье III Договора. Совместные гидрометрические станции решат вопрос о количестве воды, которое необходимо доставлять в Иран. Каждый спорный вопрос рассматривался уполномоченными по реке Гильменд, которые собирались не менее 25 раз за последние 20 лет. Иран всегда был против строительства совместных гидрометрических станций. Причина в том, что страна получала больше воды в годы с нормальным и сверхнормальным уровнем воды. Строительство совместных гидрометрических станций позволит более строго регламентировать их долю. На 21-м заседании Объединенного комитета уполномоченных по реке Гильменд была достигнута договоренность о строительстве совместных гидрометрических станций. Однако намерения остаются только на бумаге. Точно так же в августе 2022 года Афганистан и Иран вновь согласовали сроки строительства совместных гидрометрических станций, но опыт показывает, что на реализацию такого проекта уйдут годы. Также в Афганистане ведется восстановление гидрометрической станции Дехравуд, которая была разрушена в 2021 году. Планируется, что она будет регулировать и контролировать долю Ирана в реке Гильменд.

52.51MB | MySQL:103 | 0,763sec