О деятельности шиитских религиозных организаций в Афганистане и их влиянии на внутриполитические процессы. Часть 2

Совет шиитских улемов Афганистана получил серьезный удар со стороны талибов (движение «Талибан» запрещено в РФ) 13 мая 2022 года, когда вооруженные разведывательные силы Кабульского полицейского округа сорвали консультативное заседание Комиссии по изучению взглядов и требований шиитской общины. СМИ сообщали, что талибы оскорбляли улемов и насильно распустили собрание. Комиссия опубликовала заявление, в котором осудила инцидент как «возмутительный и досадный поступок», оскорбляющий всю шиитскую общину, тем более что заседание комиссии было согласовано с местным отделением полиции. Хотя глава полицейского округа шейх Мавлави Аминулла Вакар пообещал выявить и наказать виновных, извинений не последовало. Совет пытался использовать свои контакты с чиновниками «Талибана» для лоббирования требований общины и позиционирования себя главным представительным органом шиитов и хазарейцев. Однако все указывает на то, что он не получил широкого признания в качестве такового. Напротив, напористость Совета спровоцировала конкуренцию и противодействие со стороны других шиитских и хазарейских групп, которые считают, что его стремление представлять всю хазарейско-шиитскую общину «нереалистично», поскольку главные движущие силы организации – Акбари, Алеми, Шейхзаде и все сыновья Мохсени не являются этническими хазарейцами, а ее хазарейский председатель аятолла Салехи не имеет влияния. На самом деле, считается, что в совете доминируют различные фракции «Харакат-е Ислами-йе Афганистан», наиболее видную из которых возглавлял покойный аятолла Мохсени. Партия присоединилась к правительству Бурхануддина Раббани в 1990-х годах, обвинив «Хезб-е Вахдат» в беспричинном разжигании войны и кровопролитии и несколько раз вступая с ней в конфликт за территориальный контроль и влияние в западной части столицы. Последствия этих разногласий ощущаются до сих пор. Прошлое Совета и предыстория некоторых из его наиболее видных членов также препятствовали его популяризации среди основного сообщества хазарейцев. Например, его бывший председатель аятолла Мохсени сыграл ключевую роль в принятии спорного шиитского Закона о личном статусе во времена Республики, после того как многие хазарейские лидеры отвергли его. Второй заместитель совета Акбари, который в 1994 году отделился от «Хезб-е Вахдат» и присоединился к правительству Бурхануддина Раббани, вызвал переполох 27 мая 2022 года, когда дал жесткую оценку политическим решениям «Хезб-е Вахдат» во время гражданской войны в начале 1990-х годов. Это оскорбило многих хазарейцев, которые продолжают высоко ценить партию и ее основателя Абдула Али Мазари и смотрят на прошлое партии через призму своей борьбы за политические и религиозные права. Во время заседания Совета 27 декабря 2021 года его первый заместитель Шейхзаде намеренно не упомянул хазарейцев, когда перечислял этнические группы, которые, по его словам, составляют шиитскую общину. Позже организатор собрания попытался оправдать упущение, заявив, что хазарейцы составляют основную часть шиитской общины и не нуждаются в упоминании, но Шейхзаде настаивал, что он намеренно не упомянул хазарейцев, потому что, с его слов, в последние 20 лет они пренебрежительно относились к другим этническим группам, таким как кызылбаши. Это вызвало бурю негодования со стороны хазарейских активистов в социальных сетях. Попытки совета играть руководящую роль в жизни хазарейско-шиитской общины также были подорваны существованием того, что один из его членов назвал «параллельными советами». Имеются в виду две организации, которые отделились от Совета шиитских улемов: «Совет улемов имамия» под руководством Мохаммада Хусейна Джафари Кундузи и Собрание шиитских улемов и влиятельных лиц Афганистана под руководством Сайеда Хасана Фазелзаде. Такая динамика ставит Совет шиитских улемов в шаткое положение. Внутренние разногласия между политическими фракциями и этническими группами означают, что его нельзя повсеместно рассматривать как репрезентативный инструмент. Его уязвимое положение по отношению к талибам после рейда во время заседания комиссии также подорвало влияние совета. Высокопоставленные представители талибов, с которыми они встречались, обычно были вежливы, но уклончивы. Более того, контакты с ними не помогли защитить их встречу от срыва и не дали гарантий, что подобное вмешательство государства больше не повторится. По мере появления множества организаций, каждая из которых борется за центральную роль в представлении хазарейской и шиитской общины, закономерно нарастает тенденция внутриобщинной фрагментации. Показательным примером является открытый протест «Хезб-е Вахдат» против напористости Совета шиитских улемов, в котором, по их мнению, преобладают в основном фракции «Харакат-е Ислами-йе Афганистан». Историческая раздробленность «Хезб-е Вахдат» продолжает отражаться в сообществе, подрывая потенциал объединения усилий в их общих требованиях защиты, признания и политического представительства шиитов. В результате различные группы по-прежнему ослаблены фрагментацией и не могут оказывать согласованное давление на правительство. Вместо этого они, напротив, уязвимы для манипуляций со стороны официальных лиц «Талибана», чья поддержка шиитов и хазарейцев ограничивается публичными сообщениями, не отвечает требованиям общины и не развеивает ее опасения.

52.12MB | MySQL:103 | 0,625sec