Об оценках в Израиле нормализации отношений между Сирией и арабскими странами. Часть 2

Государственное телевидение Королевства Саудовская Аравия (КСА) 23 марта 2023 г. сообщило о том, что Эр-Рияд ведет переговоры с Сирийской Арабской Республикой (САР) с целью возобновления работы своего посольства после десятилетнего перерыва. Накануне и в разгар начавшейся в 2011 г. гражданской войны КСА поддержало сирийскую оппозицию против президента Башара Асада[i].

В последние годы наметилась тенденция на восстановление контактов в регионе. Ускорению процесса способствовало разрушительное землетрясение в Сирии и Турции в феврале этого года. Это событие вызвало сочувствие международного сообщества, в частности, КСА и другие арабские страны отправили в Дамаск гуманитарную помощь.

Б.Асад посетил Султанат Оман в конце февраля с. г., затем отправился в Объединенные Арабские Эмираты, еще одну страну, которая ранее поддерживала боевиков, пытавшихся свергнуть его режим.

Йоэль Гузанский, старший научный сотрудник Института исследований национальной безопасности (INSS) в Тель-Авивском университете и Кармит Валенси, руководитель программы «Северная арена» в INSS, рассматривают процесс разрядки в разных частях региона как изменение стратегического окружения Израиля. В этих условиях израильскому руководству необходимо переосмыслить то, какая региональная архитектура может лучше сдержать Иран.

Эксперты напоминают, что король КСА был первым арабским лидером, осудившим режим Б.Асада, и предпринимал попытки его свергнуть. «То, что происходит в Сирии, неприемлемо для Саудовской Аравии, — заявил король Абдалла бин Абдель Азиз в 2011 г. — и не имеет ничего общего с религией, ценностями или этикой». В 2012 г. Эр-Рияд закрыл свое посольство в Дамаске и выслал сирийского посла.

Вновь наметившиеся контакты между Саудовской Аравией и Сирией не вызвали удивление у экспертов INSS, учитывая сообщения о встречах и заявления, которые делались на протяжении последних двух лет. Они отмечают, что в начале 2023 г., параллельно с нормализацией отношений между Эр-Риядом и Тегераном, набирали обороты контакты между Эр-Риядом и Дамаском. В январе они практически возобновили экономические отношения, так как возобновились поставки саудовских товаров в Сирию. В КСА подтвердили, что в качестве первого этапа были достигнуты договоренности о возобновлении консульских отношений. Помимо процессов регулирования отношений между Эр-Риядом и сирийским режимом, существует инициированное Иорданией арабское соглашение, о котором упоминалось в первой части статьи.

С развитием контактов между Эр-Риядом и Дамаском и после землетрясения в начале февраля министр иностранных дел КСА Фейсал бен Фархан заявил, что политика изоляции Асада провалилась. Он сказал, что статус-кво неустойчив, и даже намекнул на необходимость вернуть Сирию в Лигу арабских государств (ЛАГ). Землетрясение и вызванная им гуманитарная катастрофа ускорили сближение между странами. В ближайшее время запланирован визит министра иностранных дел КСА в САР сразу после окончания Рамадана и саммит ЛАГ в мае в Эр-Рияде.

Эксперты отмечают, что потеплению сирийско-саудовских отношений предшествовал процесс сближения Дамаска с другими арабскими государствами, в частности с Иорданией и ОАЭ. Эмираты поддерживали политические и экономические связи с сирийской элитой почти на протяжении всей гражданской войны и возобновили работу своего посольства в Сирии еще в 2018 г. В марте этого года Б.Асад со своей женой прибыл в Абу-Даби после того, как месяцем ранее посетил Оман.

Иордания, со своей стороны, официально объявила о возобновлении отношений с Сирией в конце 2021 г. после десятилетия, в течение которого у них не было официальных контактов. Таким образом, в INSS выделяют всего несколько стран на Ближнем Востоке, которые пока отказываются признавать сирийский режим и налаживать с ним отношения в условиях отсутствия всеобъемлющего политического урегулирования. В этой группе лидирует Катар, проводящий самую ястребиную политику в отношении Б.Асада.

В возобновлении отношений между Дамаском и Эр-Риядом израильские эксперты видят ряд причин, которые имеют серьезные последствия для Ближнего Востока в целом и для Израиля в частности.

Во-первых, «Б.Асад никуда не денется. После более чем десятилетия, в течение которого США применяли подход «максимального давления» на режим в Дамаске с целью его свержения, стало ясно, что государства в регионе считают, что этот подход потерпел неудачу. Асад не только вряд ли уйдет с поста президента; он не собирается менять свою политику. Это заставляет региональных акторов «работать с тем, что есть»».

Во-вторых, эксперты указывают на «небольшой международный интерес. Между государствами региона все еще существует недоверие, и процессы разрядки направлены на ослабление напряженности и создание более комфортной региональной реальности для разных сторон. Отчасти это стало следствием осознания того, что международное внимание сосредоточено на других аренах, в первую очередь на Китае и Украине, и поэтому региональные государства должны самостоятельно решать свои проблемы».

В-третьих, отмечается вызов со стороны Ирана. «В арабском мире верят, или надеются на то, что со временем Б.Асад поймет, что решение многих проблем его страны можно найти в странах Персидского залива, а не у его «естественного» партнера — Ирана; и поэтому он сблизится с суннитскими государствами и дистанцируется от шиитской оси. Таким образом, необходимость противостоять иранскому вызову приводит к региональной стратегии уменьшения рисков: стремлению (суннитских государств в их сближении с режимом Асада) подорвать Иран, наряду с попыткой сблизиться с ним (Эр-Рияд и Тегеран), по принципу «держитесь поближе к врагам». На заднем плане среди центральных игроков в регионе существует четкое понимание того, что региональный баланс сил склоняется в пользу Ирана, и им необходимо подстраховаться — с явным предпочтением дипломатии, а не конфликтных взаимоотношений — и максимально снизить напряженность».

В-четвертых, блокирование угрозы каптагона. В INSS полагают, что «помимо общей угрозы, исходящей от Ирана, существует еще одна серьезная проблема, стоящая перед государствами региона — беспрецедентное распространение каптагона, вызывающего привыкание наркотика, производимого в Сирии при явном участии режима и его органов безопасности. За последний год сирийский режим не ответил на запросы по этому поводу со стороны Иордании, ОАЭ и КСА. Эта растущая угроза, по-видимому, является мотивом для саудовцев укрепить свои отношения с Дамаском, чтобы получить рычаги влияния на режим Асада в этом вопросе».

Рассматривая последствия сближения между Эр-Риядом и Тегераном, израильские эксперты отмечают, что их решение продолжить переговоры о восстановлении контактов было принято одновременно с подписанием соглашения о возобновлении отношений между Саудовской Аравией и Ираном, союзником Сирии. Поэтому эксперты допускают вероятность того, что «Эр-Рияд и Тегеран также достигли договоренностей по Сирии, в частности, Иран поставил условия для Саудовской Аравии не наносить ущерб иранским интересам». Предполагается, что «Иран явно заинтересован в стабилизации режима Асада на подконтрольных ему территориях и поэтому нуждается в доступе к огромным капиталам саудовцев. Вполне вероятно, что Иран поддерживает сближение Саудовской Аравии и Сирии. Кроме того, Эр-Рияд обладает большим религиозным, экономическим и политическим весом на фоне любого другого арабского государства». По оценкам INSS, «ведущее суннитское государство, хранитель исламских святынь и крупнейшая экономика на Ближнем Востоке, скорее всего, официально одобрит возвращение Асада в арабскую семью, возобновив отношения с ним, сделав при этом экономические инвестиции, которые укрепит его режим на ближайшие годы».

С другой стороны, полагают израильские эксперты, «в долгосрочной перспективе намерения возобновить общеарабские отношения с Дамаском, если они будут реализованы, могут предоставить Асаду возможности маневрирования среди более широкого круга акторов и, следовательно, снизить его зависимость от иранцев; он может даже потребовать, чтобы они сократили свое присутствие на его территории».

Что касается статуса США в регионе на фоне происходящих событий, в INSS констатируют, что «признание арабским миром Асада противоречит официальной позиции США, настаивающих на изоляции его режима. Таким образом, присоединение Эр-Рияда к региональному процессу сближения с Дамаском может быть воспринято как дополнительный вызов Вашингтону и указывает на дальнейшее снижение авторитета Америки в регионе, особенно в условиях, когда Россия и Китай являются теми, кто организовал эти дипломатические шаги Саудовской Аравии».

Эксперты считают, что «сближение между государствами Персидского залива и Ираном и Сирией, еще больше ослабит усилия Израиля по формированию антииранского лагеря и изоляции Ирана как центрального компонента борьбы между ними. Иранская угроза Израилю возрастает, в то время как различные акторы в регионе продвигают соглашения и компромиссы с Тегераном. Наряду с соглашением между Саудовской Аравией и Ираном наблюдается потепление отношений между ОАЭ и Катаром, Ираном и Ираком, Турцией и Египтом, Ираном и Бахрейном. Выросли шансы на достижение долгосрочного соглашения на йеменском театре военных действий».

В INSS ожидаемое возобновление отношений между Дамаском и Эр-Риядом объясняют «попытками Саудовской Аравии смягчить конфликт в ключевых проблемных точках в стратегической среде королевства, некоторые из которых она сама создала и усугубила. Цель состоит в том, чтобы стимулировать экономический рост и выполнить свои цели, обозначенные в «Видении 2030» (2030 Vision) долгосрочного социально-экономического развития страны. С этой целью КСА стремится добиться реальности, которая будет характеризоваться как «ноль проблем» в международных отношениях. Это стратегия, которая больше не рассматривает Ближний Восток как игру с нулевой суммой».

Эксперты считают, что «при определенных условиях Израиль может интегрироваться в эту стратегию, так как саудовцы не видят проблем в одновременном продвижении отношений с Ираном и Израилем на тех условиях и обстоятельствах, которые они предпочитают, в первую очередь –необходимость продвижения в решении палестинского вопроса и отношениях между Эр-Риядом и Вашингтоном».

Что касается израильских ударов по Сирии, предполагается, что «набирающий обороты процесс возобновления отношений с Асадом  приведет к тому, что государства региона усилят давление на Израиль, чтобы он воздерживался от атак, в основном против гражданской инфраструктуры режима (например, международных аэропортов), которые подрывают суверенитет и стабильность Сирии, которая восстановила свой дипломатический статус».

В заключение, эксперты INSS указывают на то, что «сближение между Сирией и Саудовской Аравией является центральной частью меняющейся региональной картины, в которой большинство акторов, арабских и неарабских, стремятся быть ближе к соперникам, диверсифицируя свои союзы и источники помощи, включая силы, конкурирующие с США – Россию и Китай». Допускается, что «процесс региональной разрядки продолжится на разных аренах и изменит стратегическое окружение Израиля таким образом, что потребуется переосмысление соответствующей региональной архитектуры для взаимодействия с Ираном. Следовательно, Израилю следует избегать шагов, которые могут способствовать эскалации в палестинском и региональном контекстах, что может снизить его значимость и активы, и в более долгосрочных сценариях привести к изоляции». Израильскому руководству рекомендуется «поддерживать и укреплять взаимопонимание с партнерами по мирным договорам и процессу нормализации отношений и подчеркивать свои активы на региональной арене и в отношениях с Соединенными Штатами»[ii].

[i] Saudi Arabia, Syria discuss restoring ties amid Mideast reshuffling // Times of Israel. 24.03.2023. https://www.timesofisrael.com/saudi-arabia-syria-discuss-restoring-ties-amid-mideast-reshuffling/

[ii] The Age of Détente in the Middle East: Renewed Riyadh-Damascus Relations / INSS. 02.04.2023. https://www.inss.org.il/publication/saudi-arabia-syria/

52.47MB | MySQL:102 | 0,426sec