Иран: ноябрь 2009 года. Военно-политическая ситуация

1.ВНУТРИПОЛИТИЧЕСКАЯ ОБСТАНОВКА

Новый, не слишком привлекательный образ Ирана в мире, складывающийся в последние месяцы, беспокоит иранское руководство. Ухудшение имиджа ИРИ в глазах мировой общественности не в последнюю очередь является следствием событий, связанных с июньскими выборами президента.

Летом и осенью (в предвыборный и поствыборный период) в стране произошел социальный взрыв, сопровождавшийся выбросом компроматов, взаимных оскорблений и угроз сторонников и противников правящей ныне элиты. Выборная кампания 2009 года стала, пожалуй, единственным инструментом в авторитарной исламской стране, который позволил оппозиции, находившейся под прессом режима, во-первых, заявить о себе и своих взглядах и, во-вторых, сорвать пропагандистское покрывало благостного единства народа, шиитских клерикалов, и светско-исламкого руководства ИРИ. Страна раскололась на подавляющих и подавляемых.

Но сегодня, по большому счету, власть, укрепившуюся после некоторой летней растерянности за счет вербовки и привлечения в свои ряды все большего числа ксировцев, представителей других спецслужб и псевдонародного ополчения «басидж», являющегося, по сути, мощным орудием того же КСИР, больше волнует не сам раскол, а образ страны, причем не только в глазах иностранцев, а, прежде всего, своих граждан.

Именно поэтому в ноябре верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи вынужден был заявить, что нельзя давать ход черному пиару, затрагивающему имидж руководителей Совета целесообразности, парламента, министерства юстиции и президента. Черный пиар, — сказал Хаменеи, — направленный на ухудшение имиджа правительства Ирана играет на руку врагам Ирана. Аятолла Хаменеи добавил, что враги заняты информационной войной и посредством слухов сеют среди народа раздор. Хаменеи призвал СМИ не превращать мелкие разногласия в большие проблемы.

В русле данных установок президент Ирана Махмуд Ахмадинежад заявил 30 ноября, что сегодня народ Ирана сияет в мире, подобно солнцу, и сила народа несокрушима. «Несмотря на то, что гегемонистские силы посредством бесовской пропаганды хотят представить иранский народ в мире по-иному, сегодня народ Ирана является одним из народов, занимающих в мире большое положение», — сказал Ахмадинежад.

Однако реальности внутриполитической обстановки в ИРИ не позволяют согласиться с тезисами о том, что в ухудшение имиджа Ирана виноват черный пиар.

В ИРИ продолжается противостояние властей и оппозиции. Несмотря на репрессии, лидеры оппозиции Ирана намерены продолжать борьбу против правящей элиты. Как заявили в начале ноября экс-премьер Мир Хосейн Мусави и бывший президент страны Мохаммад Хатами, они останутся приверженцами демократических перемен, несмотря на то, что в ходе пост-выборного насилия погибли десятки их сторонников.

Г-н Мусави призвал своих сторонников выйти на митинги, несмотря на то, что это может спровоцировать столкновение с войсками. Так и произошло 4 ноября, когда официальный Иран отмечал «Национальный день борьбы с высокомерием и угнетением в мире», посвященный 30-ой годовщине захвата посольства США в Тегеране.

 

Справка. 4 ноября 1979 года иранские радикально настроенные студенты, сторонники аятоллы Хомейни захватили американское посольство, протестуя против отказа США выдать Ирану свергнутого шаха. Пятьдесят два сотрудника миссии удерживались в заложниках 444 дня. Этот инцидент существенно осложнил отношения Вашингтона и Тегерана.

 

По случаю этого юбилея в Тегеране прошли многотысячные демонстрации. Напротив бывшего посольства США в Тегеране собрались несколько тысяч человек, скандирующих антиамериканские и антиизраильские лозунги. Этим поводом для проведения манифестаций воспользовались также представители оппозиции. В центре иранской столицы прошли акции протеста сторонников экс-кандидата в президенты и лидера оппозиции Мир Хосейна Мусави под лозунгом «Смерть диктаторам». Произошли столкновения с полицией. Было осуществлено нападение на другого оппозиционного лидера Мехди Карруби, принявшего участие в демонстрации. Было задержано более 100 человек, которые, по мнению правоохранительных органов, «нарушали общественный порядок».

Власти страны запретили иностранным СМИ освещать эти демонстрации. В результате — датский журналист Нильс Крогсгаард и репортер агентства Франс Пресс в Тегеране Фархад Пулади были арестованы. Позже журналисты были освобождены.

В настоящее время некоторые высокопоставленные представители иранской оппозиции находятся на скамье подсудимых по обвинению в государственной измене, заговоре и сотрудничестве с зарубежными странами в организации летних поствыборных беспорядков.

Так, 22 ноября суд Ирана приговорил Мохаммада Али Абтахи к шести годам тюрьмы за его причастность к подстрекательству людей к массовым выступлениям против власти. Г-н Абтахи, который занимал пост вице-президента с 1997 по 2005 годы, когда президентом ИРИ был либерал аятолла Хатами, является самой высокопоставленной фигурой в рамках уголовного процесса над иранскими оппозиционерами, обвиненными в беспорядках во время президентской компании в июне этого года.

Мохаммад Али Абтахи после ареста публично признался, что провоцировал людей к волнениям. Однако его родственники и другие оппозиционеры считают, что его заставили сделать признательное заявление.

После суда г-н Абтахи «временно» освобожден под залог в 700 тысяч долларов. Иранские законы позволяют отпустить осужденного под залог на время рассмотрения апелляции. На обжалование приговора отводится 20 дней.

По данным иранских СМИ, пятеро фигурантов дела были приговорены к смертной казни и 81 человек получили тюремные сроки от 6 до 15 лет. Под стражей в Иране остаются более 100 политических диссидентов, которые отказались признавать победу Махмуда Ахмадинежада на выборах. По данным правозащитников, они подвергаются пыткам и насилию в тюрьмах, их показания выбивают силой.

Ряд правозащитных групп подверг критике судебный процесс по делу оппозиционеров, заявив, что это было «шоу».

Силы безопасности ИРИ уже в ноябре стали готовиться к новым всплескам оппозиционной активности. Так, главнокомандующий Силами охраны правопорядка (СОП) Ирана, генерал Исмаил Ахмади Мокаддам заявил, что все незаконные собрания и митинги 7 декабря в День студента полицией будут пресекаться.

 

Справка. В 1953 году, через пять месяцев после государственного переворота, организованного в Иране США (свержения правительства премьер-министра Мохаммада Мосаддыка), студенты Тегеранского университета с целью поддержки свергнутого премьера приступили к широкомасштабным акциям протеста. Войдя 8 декабря 1953 года в здание университета, военные открыли по студентам огонь. Во время этих событий погибли три студента. Начиная с этого времени, иранские студенты ежегодно эту дату отмечают как День студента.

 

Отзвуки летних боев на тегеранских улицах были слышны и в ноябре. В Тегеране у британского посольства прошла акция протеста, главным требованием которой стала отмена учреждения Оксфордским университетом стипендии имени студентки, убитой во время волнений после президентских выборов в Иране. Двадцатишестилетняя Неда Агасултан была застрелена в ходе митингов оппозиции в Тегеране. Неда стала своеобразным символом протеста против властей Ирана.

Стипендия, которая предназначается исключительно для граждан ИРИ или выходцев из Ирана, направлена на поддержку иранских студентов и она поможет им учиться в Оксфорде, несмотря на их финансовое состояние, — объяснили в Оксфорде.

В акции протеста приняли участие представительницы Сил сопротивления «Басидж» и молодежь, поддерживающая президента Ахмадинежада.

В ноябре иранские власти продолжали репрессивные действия против Нобелевского лауреата Премии мира местной правозащитницы Ширин Эбади, проживающей ныне в Лондоне. 26 ноября ее лишили диплома и медали, полученной ею в Осло. То и другое было изъято сотрудниками правоохранительных органов из банковской ячейки.

Тегеран опроверг эту информацию. МИД ИРИ сообщил, что эти слухи, скорее всего, связаны с тем, что г-жу Эбади обвиняют в неуплате налогов. Власти Ирана требуют выплатить из этой премии, сумма которой составляет 1,3 миллионов долларов, свыше 400 тысяч долларов в качестве налога. Однако, по словам Эбади, согласно законам ИРИ, такие премии налогом не облагаются.

Своё возмущение действиями иранских властей выразили МИД Норвегии и Нобелевский комитет. Как отметил в своем официальном заявлении МИД Норвегии, «такого в истории с лауреатами престижнейшей награды никогда не случалось».

Ноябрь стал в Иране месяцем борьбы со шпионажем. Власти ИРИ отклонили требования Франции о предоставлении гарантий свободы француженке Клотильде Рейс, которая находится под следствием по обвинению в шпионаже.

Помощник преподавателя французского языка в одной из школ города Исфаган Рейс была задержана в аэропорту иранской столицы 1 июля по обвинению в шпионаже, когда собиралась покинуть страну. Она предстала перед иранским судом в середине августа, однако позднее была отпущена под залог и должна была оставаться во французском посольстве в Тегеране до объявления окончательного вердикта по ее делу.

Против трех граждан США, незаконно проникших в конце июля этого года на территорию Ирана, также выдвинуты обвинения в шпионаже. Шейн Бауэр, Сара Шурд и Джошуа Фэттэл были задержаны 31 июля этого года иранскими пограничниками в районе приграничного с Ираком населенного пункта Мариван на территории ИРИ. У них имелись въездные визы в Ирак и Сирию, иранской визы у задержанных не было. В начале августа Белый дом в решительной форме потребовал от Ирана освободить молодых людей. По версии американской стороны, они были туристами, путешествовали по Ираку и оказались на территории Ирана по ошибке. Обвинения в разведдеятельности, выдвинутые в отношении американцев, власти США отрицают.

Позже руководство Ирака обратилось к ИРИ с просьбой освободить этих граждан США. Реакции Ирана на иракские инициативы не последовало.

Продолжается следствие по делу гражданина Азербайджана Рашида Алиева, обвиняемого в шпионаже. Специалист по лазерным технологиям ведущий инженер лаборатории физико-биологических систем Института физических проблем Бакинского государственного университета (БГУ) был арестован ранее на территории ИРИ. Ученый в рамках контракта, заключенного между иранской фирмой Sazan Elektronics Industry Сompany и БГУ, сотрудничал с этой иранской компанией.

В конце ноября власти Ирана задержали яхту с пятью британцами на борту. Судно шло из Бахрейна в Дубай и было задержано в иранских территориальных водах, куда попало по ошибке. Яхтсмены находились несколько недель в ИРИ, а затем были освобождены.

Иранские власти в своей борьбе с оппозицией ударили и по Интернету. В стране создано полицейское подразделение по контролю за материалами и сообщениями, появляющимися в Интернете. По словам руководителя этого подразделения полковника Мехрдада Омиди, его главной задачей будет «отражение нападок и препятствование распространению лжи».

По мнению специалистов, новый полицейский орган создан для усиления давления на оппозицию. Иранская оппозиция, не имея доступа к печати, пыталась продвигать свои идеи через Интернет. По этой причине большинство сайтов, отражающих оппозиционное властям мнения, уже запрещены.

В ноябре продолжалась кампания по ликвидации СМИ, которые даже незначительно отклонялись от идеолого-пропагандистской линии властей. Комиссия контроля над прессой министерства культуры и исламской ориентации Ирана 2 ноября приняла решение о закрытии газеты «Сармайе». Газета ранее неоднократно получала предупреждения в письменной форме от комиссии контроля над прессой.

Эта же комиссия 23 ноября приняла решение о закрытии популярной в стране газеты «Хамшахри». Газета была закрыта в связи с публикацией в рекламе на тему туризма фотографии центра, относящегося к религиозному меньшинству бахаи.

 

Справка. Хотя в настоящее время в Иране и проживают 300 тысяч бахаи, религия бахаи в качестве официальной Конституцией Ирана не признана. Со времен основания Исламской Республики Иран и до сего дня в стране были казнены свыше 200 бахаи.

 

Репрессии иранских властей против оппозиции и взглядов, не совпадающих с мнением властей, стали причиной реакции ООН на положение в Иране.

В 20 ноября в ООН принята резолюция по правам человека в Иране. В документе обращается внимание на «ограничения свободы мирных собраний, ограничения, налагаемые на средства массовой информации, пользователей Интернета, а также на факты «задержания или ареста членов оппозиции, журналистов и других представителей СМИ». В этой связи международное сообщество призывает Тегеран «в полной мере соблюдать де-юре и де-факто свои обязательства в области прав человека».

Отдельно в резолюции говорится о нарушениях в ходе прошедших 12 июня 2009 года президентских выборах. После массовых беспорядков, возникших в ходе митингов, организованных недовольной результатами голосования оппозицией, и последовавших за этим мер со стороны властей, направленных на прекращение таких выступлений, западные страны резко раскритиковали Иран за нарушения прав человека.

Иранские СМИ сообщили в ноябре, что брат лидера группировки «Джундалла» Абдул Хамид Рейги был казнен в Иране.

Однако днем позже заместитель командующего СОП провинции Систан — Белуджистан Мохаммад Араб опроверг информацию о казни брата руководителя организации «Джундулла» Абдул Хамида Рейги. В начале ноября в городе Захидан был казнен однофамилец братьев, который однако также является одним из авторитетных членов организации «Джундалла».

Группировка «Джундалла» организовала в октябре взрыв в иранском Белуджистане, в результате которого погибло 43 человека, среди которых было 15 высокопоставленных генералов и офицеров КСИР.

 

Справка: Суннитская экстремистская группировка «Джунудалла» («Солдаты Аллаха»), руководителем которой является Абдул Малик Рейги, действует против властей ИРИ и шиитов в иранской юго-восточной иранской провинции Систан-Белуджистан (на границе с Пакистаном) и имеет связи с «Аль-Каидой».

Группировка является международной и внесена рядом стран, в том числе и в России, в список запрещенных для просветительской и другой деятельности. Ее филиалы ведут подрывную деятельность в Иране, Пакистане, Афганистане, Палестине, Сирии, Ливане, Ираке, Египте, Алжире, Мавритании, Судане, Сомали и Малайзии. Действия группировки отличаются крайним экстремизмом, нежеланием идти на любые компромиссы и стремлением к достижению своих целей, не взирая ни на какие жертвы. Основными средствами борьбы являются террористические и диверсионные акты.

«Джунудалла» требует от правительства защиты прав народа балуч (белуджей) – мусульман-суннитов.

 

В ноябре иранский парламент утвердил еще три кандидатуры на посты министров, выдвинутые президентом Махмудом Ахмадинежадом.

Министром образования утвержден Хамид Реза Гаджибабаи, министром энергетики — Маджин Намджу и министром социальной защиты — Садек Махсули.

 

Справка. 3 сентября 2009 г. парламент Ирана выразил вотум доверия кабинету министров, сформированному президентом Махмудом Ахмадинежадом. Были отклонены 3 из 21 кандидатуры.

Депутаты не поддержали 2 из 3 предложенных президентом женщин. Сусан Кешаварз и Фатеме Аджорлу не утверждены в должностях министров образования и социального обеспечения. Не утвержден также претендовавший на пост министра энергетики Мохаммад Алиабади.

 

В середине ноября супруга президента Ирана Махмуда Ахмадинежада Азам Аль-Садат Фарахи впервые выступила на публике во время форума в Риме. Азам Аль-Садат Фарахи приняла участие в саммите «первых леди» неприсоединившихся стран, устроенном ФАО (Продовольственной и сельскохозяйственной организацией ООН). Выступление Азам ас-Садат Фарахи стало сенсацией, так как она почти никогда не сопровождает мужа в международных поездках и тем более не выступает перед аудиторией.

В ходе своего выступления она обратилась с призывом способствовать немедленному снятию израильской блокады и прекращению непомерного угнетения жителей сектора Газа, и попросила супругу президента Египта, Сюзанну Мубарак, уделить внимание этому вопросу. Многие обозреватели восприняли этот призыв как шаг навстречу Каиру, с которым Тегеран прервал дипломатические отношения еще в 1980 году, после того как Египет предоставил убежище свергнутому иранскому шаху.

 

Справка: Азам Аль-Садат закончила Технологический университет Тегерана, имеет степень бакалавра в области машиностроения и степень магистра в области просвещения. В течение двадцати лет она читала в этом учебном заведении курс лекций и покинула кафедру лишь в 2005 году – после избрания своего мужа на высший государственный пост.

 

Журнал о моде Glamour опубликовал список главных женщин 2009 года. Примечательно. что на десятой строчке списка расположись активистки кампании «Миллион подписей» из Ирана, ведущие борьбу за права женщин.

В Иране зарегистрировано около 1,2 миллиона наркоманов. Об этом заявил в ноябре командующий Силами охраны правопорядка и руководитель Организации по борьбе с наркотиками ИРИ, генерал Исмаил Ахмади Мокаддам.

Он добавил: «В стране 10-15 миллион граждан могут столкнуться с угрозой стать наркоманами». По словам Мокаддама, на данный момент это самая серьезная проблема для страны, для решения которой ведется общественно-просветительская работа.

Согласно неофициальным данным, в настоящее время в Иране более шести миллионов человек (из 71 миллиона населения) наркозависимы.

В Иране в списке наиболее употребляемых наркотических веществ опий занимает первое место. Затем следуют героин, таблетки экстази, гашиш и кокаин. По официальным данным, причиной пристрастия иранской молодежи к этим веществам является то, что лица, занимающиеся контрабандой наркотиков, представляют и пропагандируют их в качестве средств омоложения, похудения, а также средств, помогающих забыть о проблемах.

В ноябре в ходе визита президента Ирана Махмуда Ахмадинежада в провинцию Восточный Азербайджан Тебриз официально объявлен духовной столицей мусульман-шиитов.

 

Справка. Тебриз – четвертый по численности населения (1,4 млн человек) город Ирана. Основное население – азербайджанцы. По легенде, именно на месте Тебриза располагался библейский Эдем.

 

 

 

2.ОСНОВНЫЕ ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКИЕ СОБЫТИЯ

 

В самом начале ноября пришли сообщения, что Папа Бенедикт XVI принял, в связи с вручением верительных грамот, нового посла Исламской Республики Иран при Святом Престоле Али Акбара Насери. В речи, обращенной к дипломату, Папа подчеркнул необходимость обеспечения христианам свободы исповедовать собственную веру.

Папа подтвердил волю Св. Престола укреплять отношения с Тегераном с целью «содействия взаимопониманию и сотрудничеству в виду общего блага», выразив надежду, что, со своей стороны, Иран поддержит новую фазу международной кооперации в деле достижения глобального мира.

Бенедикт XVI особое внимание в своей речи уделил религиозной свободе и свободе совести, которая, по его словам, является источником всех других свобод.

Папа упомянул отдельно иранскую католическую общину. Бенедикт XVI попросил обеспечить ей «условия, необходимые для ее существования», и в особенности — возможность иметь достаточное число священнослужителей для окормления верующих.

Папа выразил надежду, что улучшится положение христиан в контексте гражданского общества, подтвердив обязательство Св. Престола помочь иранским католикам давать христианское свидетельство в духе гармонии со всеми.

«Установление сердечных отношений между верующими разных религий, — продолжил Папа, — это безотлагательное требование нашего времени, чтобы воцарился более человечный мир, созвучный замыслу Бога о Творении».

Папа похвалил совместные начинания Папского совета по межрелигиозному диалогу и Организации по исламской культуре и связям, которые позволяют лучше узнать друг друга и вместе размышлять над важными вопросами, стоящими перед человечеством.

Ноябрь во внешнеполитическом плане был примечателен также тем, что в Иране был назначен новый пресс-секретарь иранского МИДа. Им стал Рамин Мехманпараст. До этого он был послом Ирана в Таиланде и Казахстане, а также главой координационного управления по вопросам культуры МИД и занимал должность главы управления министерства по работе с прессой. По всей вероятности, бывший официальный представитель иранского внешнеполитического ведомства г-н Кашкави слишком устал от борьбы за создание положительного образа Ирана во всем мире.

Интересная информация пришла из Международной академии цифровых искусств и наук (International Academy of Digital Arts and Sciences, IADAS). Академия объявила, что президентские выборы в Иране в июне 2009 года вошли в десятку самых значительных событий, которые произошли в области Интернета в 21-м веке.

По мнению академиков, выборы в Иране стали значительным интернет-событием, поскольку недовольная результатами голосования иранская оппозиция активно использовала для организаций акций протеста социальную сеть Twitter. На сайте IADAS подчеркивается, что использование Twitter в этих целях оказалось столь эффективным, что Госдепартамент США попросил компанию отложить запланированные профилактические работы, которые могли помешать планам оппозиции.

Видимо, обеспокоенный этими данными, президент ИРИ Махмуд Ахмадинежад в очередной раз высказался за реформы Совета Безопасности ООН. Он заявил, что «системе, возникшей из Второй мировой войны и ставшей причиной многих беспорядков современности, пришел конец. Нам нужна новая модель».

Недовольство Совбезом ООН идет рука об руку с недовольством Соединенными Штатами. Так, в ноябре духовный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи заявил, что США ведут себя вызывающе и что Вашингтон должен изменить свою политику. Он отметил, что Иран отвергает любой диалог с США, если «его результаты будут предопределены». Аятолла Хаменеи также добавил, что не позволит «тем, кто ведом злыми намерениями», развернуть красный ковер для Соединенных Штатов. Это явный намек на оппозицию, не отвергающую диалог с США. Верховному руководителю ИРИ вторит и президент Ахмадинежад. Он считает, что президент США Барак Обама не может повлиять на уже выработанную несколькими десятилетиями политическую линию страны в отношении ИРИ и не способен внести реальные изменения в политическую стратегию США в отношении Ирана.

Поэтому иранский меджлис утвердил бюджет информационной кампании в 20 миллионов долларов, направленной на «разоблачение британо-американского заговора против исламского режима», а также на «разоблачение нарушений прав человека со стороны США и Великобритании». Примечательно, что за распределение бюджета будет отвечать министерство информации (разведки).

Но центром внешнеполитической деятельности ИРИ в ноябре стала Латинская Америка. Президент Ирана Махмуд Ахмадинежад совершил турне по южноамериканским странам, побывав в Бразилии, Боливии, Чили и Венесуэле. В Бразилии Ахмадинежад подписал восемь соглашений. В ходе визита бразильская сторона поддержала президента Ахмадинежада в отношении ядерной программы Ирана. Президент Бразилии Луис Инасио Лула да Силва, сказал, что «использование Ираном мирной ядерной энергии в полном соответствии с международными соглашениями», и призвал к «справедливому решению» в споре по поводу ядерной программы.

В Боливии были подписаны два меморандума о взаимопонимании между странами, а также Ираном принято решение инвестировать в боливийскую энергетическую отрасль $1,1 млрд.

В Венесуэле было заявлено, что народы двух стран «будут выступать единым фронтом против «империализма США». «Сегодня народы Венесуэлы и Ирана — друзья и братья по «окопной» войне против империализма, и будут продолжать противостоять ему», — сказал Ахмадинежад, добавив, они будут «стоять вместе до конца». Иран и Венесуэла подписали двенадцать соглашений о сотрудничестве в сфере жилищного строительства, сельского хозяйства, рыболовства, транспорта, энергетики, охраны окружающей среды, туризма и образования. Кроме того, были обсуждены более 70 проектов в различных областях экономики.

Но главное, в ходе своей поездки президент Ирана в первую очередь хотел удостовериться в поддержке лидерами этих стран Латинской Америки ядерной программы Тегерана. И это Ахмадинежаду удалось.

Глобальное турне президента ИРИ началось в Африке с посещения Гамбии и закончилось также на этом континенте в Сенегале.

Но в ноябре интересы Тегерана концентрировались также и в родной Азии. Наблюдался рост напряжения в отношениях между Ираном и Саудовской Аравией. Несмотря на предупреждения саудовцев о недопустимости политических акций во время хаджа, иранские паломники провели в конце ноября в своем палаточном лагере у горы Арафат политическую акцию. Обращаясь к мусульманам, глава группы иранских паломников и одновременно представитель духовного лидера ИРИ Али Хаменеи аятолла Мохаммад Ришари сказал: «Мы должны очиститься во время этого хаджа от того, что делаем неправильно. Надо, чтобы все мусульмане, сунниты и шииты, объединились и сосредоточились на главных вещах — мечети Аль-Акса, оккупации Палестины, проблемах Ирака, войне в Афганистане, братоубийственной бойне в Йемене». Эта акция, а также заявления иранцев о Йемене вызвало неудовольствие властей Саудовской Аравии, поскольку ранее в ноябре Эр-Рияд предупреждал о недопустимости поддержки шиитских повстанцев в Йемене.

«Руку Тегерана» обнаружили и власти Йемена. В ноябре Сана рассматривала вопрос о высылке посла Ирана из Йемена и закрытии иранского посольства. Причем, одновременно с Йеменом аналогичную акцию готовили еще несколько арабских государств. Согласно информации дипломатических источников, причиной готовящегося Йеменом столь жесткого решения послужила становящаяся все более очевидной помощь, оказываемая Ираном мятежникам-зейдитам группировки «Аль-Хути», ведущей многолетнюю вооруженную борьбу с йеменским правительством. Иранские военные осудили воздушные удары армии Саудовской Аравии по повстанцам в Йемене, назвав эти акции началом «государственного терроризма». Иранский генерал Хасан Фирузабади заявил: «Правительство Саудовской Аравии должно осознать опасность продолжения «ваххабитского терроризма».

Продолжается конфронтация Марокко с Ираном. В начале месяца министр иностранных дел и сотрудничества Марокко Тайеб Фаси Фихри заявил на полях «Форума для будущего», что Иран должен уважать международные соглашения и быть более открытым. Вместе с тем глава МИД Марокко подчеркнул «необходимость предоставить Ирану возможность участвовать вместе с другими странами в развитии Ближнего Востока, остающегося весьма чувствительным регионом мира».

Напомним, что в марте этого года руководство Марокко приняло решение разорвать дипломатические отношения с Ираном. Напряженность в двусторонних отношениях возникла после того, как в феврале влиятельный иранский политик Али Акбар Натек-Нури заявил, что Бахрейн исторически является неотъемлемой частью Ирана и одной из иранских провинций.

Продолжалась пропагандистская деятельность ИРИ по палестинскому вопросу. Президент ИРИ Махмуд Ахмадинежад, находясь в Бразилии, заявил, что народ Палестины не должен расплачиваться за преступления, совершенные против евреев в годы Второй мировой войны. По его словам, именно Вторая мировая война положила начало «палестинскому вопросу», который не решен и по сей день.

И этот вопрос пытается решить Тегеран, оказывая всестороннюю поддержку экстремистским исламистским движениям, таким как ХАМАС и «Хизбалла», ведущим террористическую борьбу против Израиля. Еще в октябре ВМС Израиля обнаружили на борту перехваченного ими судна, направлявшегося в Сирию, около 60 тонн оружия и боеприпасов, якобы предназначавшихся для боевиков «Хизбаллы». Израильские СМИ высказали предположение, что поставщиком оружия мог быть Иран. Однако в начале ноября Иран отверг обвинения в причастности к операции по перевозке оружия.

В это же самое время глава МИД Сирии Валид аль-Муаллим провел встречу в Тегеране с президентом Ирана Махмудом Ахмадинежадом. Стороны подтвердили, что отношения между Сирией и Ираном очень крепкие и никакая сила не сможет им навредить.

В ноябре Иран также посетила делегация во главе с премьер-министром Кувейта Шейхом Насиром аль-Мухаммедом, в составе которой были министры иностранных дел, нефти, финансов, торговли и энергетики Кувейта. В Тегеране были обсуждены двусторонние, региональные и международные проблемы.

В ноябре в ходе визита председателя меджлиса ИРИ Лариджани в Ирак был подписан меморандум о развитии двусторонних связей между парламентами Ирана и Ирака.

В связи с ирано-арабскими отношениями надо отметить, что они никогда не отличались особой теплотой. Причина тому – и религиозные шиитско-суннитские разногласия, и этнические сложности между персами и арабами, и территориальные споры, уходящие корнями в глубь истории. Но в современном мире к ним добавились и сугубо политические.

Исламская Республика Иран все громче заявляет о своих претензиях на привилегированное положение в мусульманском мире и на Ближнем и Среднем Востоке, что, естественно, не вызывает понимание в арабских странах.

К сегодняшнему дню на пути развития политических отношений между ИРИ и арабским миром накопилось достаточно проблем. К ним относятся палестинская. Иран, по сути, отвергает план мирного процесса в регионе, призывающий к созданию независимого палестинского государства, сосуществующего бок о бок с Израилем. Такая позиция ИРИ вызывает недовольство большинства арабских стран. Более того, Тегеран спонсирует ХАМАС, укрепления которого также опасаются арабские страны, граничащие с Израилем.

Кроме того, арабы считают, что Иран проводит политику усиления шиитов в арабском обществе, где преобладают сунниты. Это, в первую очередь касается, конечно, Ирака, но не только. В Йемене, где правительственные войска пытаются третий месяц подавить мятеж шиитской секты зейдитов, также, по мнению руководства этой страны, прослеживается рука Тегерана. Другой проблемой для напряженности в отношениях ИРИ с арабскими странами является иранская ядерная программа. Таким образом, проблем между арабским миром и Ираном вполне достаточно, чтобы их решение затянулось не на один год.

В отношениях Ирана с соседним Пакистаном также не все благополучно. В Пешаваре был убит сотрудник иранского консульства. Это уже не первый случай нападения на иранских дипломатических работников в Пакистане. Так в 2008 году подверглись нападению сотрудник отдела по экономическим делам иранского консульства в Пешаваре и его пресс-секретарь. В результате происшествия был убит водитель, а иранский дипломат похищен.

В связи с новым убийством член комиссии по национальной безопасности и внешней политике иранского меджлиса Мохаммад Карим Абиди заявил, что «если правительство Пакистана бессильно в борьбе с террористами, то ИРИ готова очистить от террористов 230 километров территории Пакистана».

Вопросы террористической угрозы с территории Пакистана были обсуждены в Нью-Дели во время визита в Индию главы МИД Ирана Манучехра Моттаки. Обе страны видят в Пакистане источник этих угроз. Стороны обсудили также проблемы, стоящие на пути реализации проекта строительства газопровода Иран-Пакистан-Индия, стоимость которого оценивается более чем в 7 миллиардов долларов. Г-н Моттаки на переговорах затронул возможность запуска Индией иранского космического спутника. Обе стороны также заинтересованы в активизации торговли через иранский порт Чабахар, через который можно поставлять грузы вглубь Афганистана. Этот путь составит конкуренцию возводимому при участии КНР порту Гвадар на западе Пакистана.

В ноябре иранская дипломатия проявляла активность и на азербайджанском направлении. Председатель комиссии по социальным вопросам иранского меджлиса Сулейман Джафарзаде заявил, что Азербайджан и Иран — две братские страны и связи между ними развиваются на очень высоком уровне. Он подчеркнул, что Иран является сторонником урегулирования армяно-азербайджанского, нагорно-карабахского конфликта в рамках территориальной целостности Азербайджана и готов оказывать содействие разрешению этого кризиса.

Иран, озабоченный ростом наркотрафика, готов также к усилению совместной с Азербайджаном борьбы с наркобизнесом. Командующий пограничной полицией Ирана, генерал-майор Хосейн Золфегари заявил в ноябре, что Иран готов приложить максимальные усилия в борьбе с контрабандой наркотиков, однако параллельно этому Азербайджан и сам должен усилить работы по контролю. Лица, занимающиеся контрабандой наркотиков по маршруту Иран-Азербайджан, должны быть выявлены, и между двумя странами необходимо наладить сотрудничество в этой сфере.

Правительство Ирана в ноябре приняло решение об отмене в одностороннем порядке визового режима с Азербайджаном. Практически одновременно в Тегеране проходило шестое совместное заседание руководителей управлений по консульским вопросам МИД Ирана и Армении. На заседании обсуждался вопрос упрощения визового режима между двумя странами.

4 ноября в Ашхабаде открылось 26-е заседание специальной группы на уровне замминистров иностранных дел прикаспийских государств по выработке Конвенции о правовом статусе Каспия. Таким образом, прикаспийские страны подошли к самой сложной части работы над проектом Конвенции. Это касается согласования концептуальных положений проекта, связанных с разграничением дна, недр и акватории Каспия, с прокладкой подводных трубопроводов, кабелей по дну моря и ряда других проблем. Иран занимает особую позицию по разделу Каспия. Сохраняются споры о принадлежности ряда морских нефтегазовых месторождений между Ираном и Азербайджаном, а также между Туркменистаном и Азербайджаном, что может стать серьезным препятствием для принятия в обозримом будущем согласованного решения по статусу Каспийского моря. И в целом, есть большие сомнения, что в ближайшие годы единый документ о статусе Каспийского моря будет принят.

25 ноября в Баку прошло заседание глав пограничных служб прикаспийских стран. В ходе заседания были обсуждены вопросы борьбы с незаконной ловлей рыбы, контрабандой наркотических средств, оружия и запрещенных товаров, а также вопросы экологического загрязнения и спасения на водах. Участники встречи согласились также о необходимости принятия скоординированных усилий для успешного осуществления противодействия новым вызовам и угрозам, включая международный терроризм, нелегальную миграцию, распространение оружия массового поражения, незаконный оборот наркотиков и контрабанду. По результатам встречи подписан итоговый документ, подтверждающий готовность пограничных служб прикаспийских государств осуществлять практическое взаимодействие, отмечается в сообщении.

В ноябре осложнились российско-иранские отношения. В значительной степени это связано с двумя основополагающими факторами. Первое – «перезагрузка» в российско-американских отношениях, их явное потепление, отказ США от размещения ракет и радиолокационного оборудования ПРО в Чехии и Польше, прогресс в важнейших переговорах по сокращению наступательных вооружений. Второе — контрпродуктивная, неуступчивая и провокационная политика Ирана, заключающаяся в бесконечном необоснованном затягивании процесса переговоров при интенсификации работ в ядерной сфере, выдвижение неадекватных идей по увеличению иранского ядерного потенциала в 250 – 300 раз за короткие сроки, стремлении внести раскол в позицию «шестерки». Взгляды на пути решения иранской ядерной проблемы у стран «шестерки» стали явно сближаться. Наметилось определенное единство и солидарность оппонентов Ирана. Пока еще на базе безусловного переговорного процесса. Но впереди вновь реально замаячил «кнут» новых, более жестких международных экономических санкций. К такому развитию событий, как явствует из последних заявлений президента РФ Дмитрия Медведева, Москва, не говоря уже о западных столицах, готова. То есть Тегеран своей ядерной политикой объективно цементирует единство «шестерки», лишая Россию маневра в деле смягчения давления на ИРИ. Ведь, откровенно говоря, политико-дипломатический диалог с Ираном, на котором постоянно настаивает Россия, не приносит ощутимых результатов. Таким образом, Москва, реально оценивая ситуацию, корректирует свою позицию по Ирану, в том числе откладывая поставки ЗРК С-300. Все это вызывает яростное неприятие со стороны Тегерана.

В ноябре возникла любопытная ситуация. Иранская оппозиция режиму Хаменеи – Ахмадинежада, поднявшая голову после июньских президентских выборов, постоянно резко критикует Москву за ее поддержку этого режима. С другой стороны, уже упомянутая некоторая коррекция российской политики в отношение ИРИ вызывает лавину критики со стороны нынешних иранских властей. То есть, сегодня Россия не имеет твердых позиций, ни в стане оппозиции, ни на «территории» властных структур.

Можно прогнозировать, что в конце нынешнего года или в начале 2010 г. России придется принимать серьезные решения в своей иранской политике.

 

 

 

3.ЯДЕРНАЯ ПРОБЛЕМА ИРАНА

 

Ноябрь можно назвать месячником иранской ядерной проблемы. Много событий, много комментариев, много политико-дипломатических страстей, но… Прогресса в разрешении этой важнейшей на сегодняшний день международной проблемы как не было, так и нет и, по всей вероятности, в ближайшем будущем не предвидится. С момента завершения переговоров в Женеве 1 октября, когда Ирану было предложен вариант с дообогащением иранского урана в России с последующим производством из него топливных сборок во Франции, развернулась мощная кампания по уговорам Тегерана принять это предложение.

Иран в свою очередь, официально заявил о строительстве нового завода по обогащению урана в Фордоу (недалеко от священного города Кум) и продолжал политические маневры в своем фирменном стиле – не говорил ни «да», ни «нет» на предложения МАГАТЭ. При этом из иранской столицы с различных уровней властной элиты неслись прямо противоположные по содержанию высказывания, заводящие в полную прострацию иранских оппонентов и партнеров по переговорам, что также является «торговой маркой» иранской дипломатии. Так, к примеру, начальник генштаба иранской армии генерал Хасан Фирузабади полагал, что сценарий вывоза урана и его дообогащения в России и Франции не исключен. А глава парламентской комиссии по национальной безопасности Аладдин Буруджерди заявлял, что Запад вводит Иран в заблуждение и что ни один килограмм урана не будет вывезен из страны.

В середине месяца был представлен доклад генерального директора МАГАТЭ Мохаммада эль-Барадеи членам Совета управляющих Агентства. В нем, в частности, говорится, что Иран не сотрудничает с МАГАТЭ в области прояснения вопросов, которые вызывают озабоченность у мирового сообщества, относительно возможной военной составляющей его ядерной программы. К настоящему времени прошло уже более года с тех пор, когда Агентство последний раз имело возможность привлечь Иран к обсуждению этих остающихся вопросов, отмечается далее в докладе. «Если Иран не будет выполнять Дополнительный протокол и, посредством диалога по существу дела, не прояснит, к удовлетворению Агентства, остающиеся нерешенными вопросы, то Агентство будет не в состоянии обеспечить надежную уверенность в отсутствии незаявленных ядерного материала и деятельности в Иране», — указывается в документе.

Кроме того, согласно докладу, Иран проинформировал МАГАТЭ о том, что строительство завода около города Кум началось в 2007 году, однако, как говорится в документе, Агентство располагает доказательствами, что реализация проекта началась в 2002 году, в 2004 он был приостановлен и возобновился лишь в 2006.

Во второй половине месяца стала складываться более-менее понятная картина, отражающая иранскую позицию. Официальный представитель МИД ИРИ г-н Мехманпараст сказал, что для обеспечения топливом тегеранского реактора имеются три варианта. Первый заключается в покупке необходимого топлива, второй — в производстве его в самом Иране, и третий — это обмен. По словам г-на Мехманпараста, по причине недоверия в отношении противоположной стороны Иран требует стопроцентных гарантий. «Страны, с которыми мы ведем обсуждения, (и Россия тоже, В.С.) не располагают достаточным авторитетом у иранской общественности. Эти страны, имеющие ряд обязательств перед Тегераном, не выполнили их, и мы не желаем в связи с этим повторения прошлых проблем», — сказал Мехманпараст.

Его начальник, министр иностранных дел Ирана Манучехр Моттаки в этой связи заявил, что Тегеран положительно рассматривает инициативу МАГАТЭ относительно обеспечения топливом тегеранского реактора, но при условии осуществления всего цикла только на территории ИРИ. Таким образом, стало очевидно, что Иран отказывается от предложений МАГАТЭ.

В силу сложившейся ситуации 20 ноября в Брюсселе вновь собрались заместители министров иностранных дел «шестерки», чтобы обсудить отказ Ирана. В бельгийской столице участники совещания выразили крайнее разочарование позицией Тегерана и отсутствием прогресса. Пять постоянных членов Совета Безопасности ООН и Германия одобрили проект резолюции предлагаемой Совету управляющих МАГАТЭ.

27 ноября Совет управляющих МАГАТЭ большинством голосов (из 34 членов Совета 25 проголосовали «за», трое — «против», шестеро воздержались) принял резолюцию, в которой осудил Иран за строительство второго завода по обогащению урана «Фордоу».

В документе также отмечается, что МАГАТЭ призывает Иран «полностью и безотлагательно» выполнить резолюции Совета Безопасности ООН, а также требования Совета управляющих Агентства, включая немедленный отказ от эксплуатации второго завода по обогащению урана «Фордоу». Кроме того, в резолюции подчеркивается, что позднее информирование МАГАТЭ о строительстве уранового завода «Фордоу» «уменьшило веру в отсутствие других ядерных мощностей, не заявленных Агентству, и планов по их строительству».

Совет управляющих также призвал Тегеран подтвердить, что «не принимались решения о строительстве других ядерных объектов, которые не заявлены Агентству», а также взаимодействовать с МАГАТЭ для выяснения всех остающихся вопросов, касающихся иранской ядерной программы, а также обеспечить полный доступ к информации, необходимой Агентству. Ирану также следует «полностью и без оговорок» выполнять свои обязательства и ратифицировать дополнительный протокол к Соглашению о гарантиях с МАГАТЭ, указывается в резолюции.

Принятие резолюции Советом управляющих МАГАТЭ после голосования в Вене стало первой акцией против Ирана за последние четыре года со стороны Агентства. Последняя резолюция по Ирану была принята Советом управляющих МАГАТЭ в феврале 2006 года, когда управляющие передали это дело на рассмотрение в Совет Безопасности ООН из-за отказа Тегерана приостановить обогащение урана и дать полный доступ инспекторам МАГАТЭ к своим ядерным объектам.

Реакция Тегерана на принятие резолюции Советом управляющих МАГАТЭ была крайне отрицательная и вызывающе воинственная. Иранский меджлис 266 голосами из 290 осудил резолюцию и предложил правительству Махмуда Ахмадинежада в кратчайшие сроки разработать и представить план сокращения уровня сотрудничества с МАГАТЭ. Председатель меджлиса Али Лариджани заявил: «Иранский парламент предупреждает США и страны, участвующие в переговорах в формате пять плюс один, что такие игры не пройдут. Не заставляйте парламент и иранский народ выбирать другой путь и серьезно уменьшать сотрудничество с МАГАТЭ». Депутат Фатеме Алиа констатировала: «Резолюция Совета управляющих МАГАТЭ имеет политическую мотивацию и не имеет никаких правовых оснований. Это гнусная политическая акция».

Депутата поддержал и представитель Ирана при МАГАТЭ Али Асгар Солтанийе. Комментируя решение МАГАТЭ принять резолюцию по Ирану, сказал, что Агентство не ведет свою работу самостоятельно, а действует «в соответствии с планом западных стран». Он заявил: «В настоящее время действия МАГАТЭ, как с технической, так и с правовой точек зрения, неприемлемы. То, что сегодня происходит в Совете управляющих МАГАТЭ, свидетельствует о необходимости внесения основательных изменений в структуру Агентства, и в особенности в Совет управляющих».

Ну, не нравится иранским руководителям ни МАГАТЭ, ни Совет Безопасности ООН, ни вся ООН.

Однако иранская сторона этим не ограничилась. Президент Ахмадинежад объявил планы строительства 10 новых заводов по обогащению урана. Как сообщают иранские источники, Организации по атомной энергии Ирана дано указание в течение двух ближайших месяцев начать сооружение пяти предприятий, аналогичных ядерному центру в Натанзе, и выбрать в различных частях страны места для строительства еще пяти таких же заводов.

На заседании правительства президент ИРИ Махмуд Ахмадинежад заявил, что для выработки 20 мегаватт атомной энергии, что предусматривает 4-й план экономического развития страны, потребуется 500 тысяч центрифуг нового поколения для обогащения урана. (Напомним, ныне в единственном пока в ИРИ заводе по обогащению урана «Натанз» действуют 3936 центрифуг, плюс 4756 агрегатов установлены, но по различным причинам не задействованы. Таким образом, общее число установленных в Натанзе центрифуг оценивается в 8692 единицы. Причем подавляющее большинство из них устаревшие — первых поколений.). Г-н Ахмадинежад подчеркнул: «Мы должны достичь уровня производства ядерного топлива порядка 250-300 тонн в год» (Это в 250 – 300 раз больше, чем произвел завод в Натанзе с ноября 2008 по ноябрь 2009 года). Кроме того, по его словам, правительство рассмотрит вопрос о возможности самостоятельного производства в стране обогащенного до 20 процентов урана.

Это был, действительно, «достойный ответ на происки американского империализма и сионизма», выразившиеся в принятой МАГАТЭ антииранской резолюции.

Многие наблюдатели полагают, что подобная неадекватная реакция Ирана на международные документы и его угрозы сократить связи с МАГАТЭ – просто очередной шантаж мирового сообщества с целью запугать всех.

Однако не следует забывать, что членство в МАГАТЭ накладывает не только обязательства, но и дает преимущества и права развивать с его помощью мирную ядерную энергетику. В случае осложнения отношений с Агентством Иран потеряет возможность привлекать иностранные государства для содействия выполнению своей ядерной программы. Причем, в первую очередь Россию. Поэтому будущие грандиозные атомные проекты будут под угрозой. Ведь грандиозные ядерные планы, объявленные Ахмадинежадом, реально выполнимы (и то с большим напряжением) только во взаимодействии с мировыми лидерами ядерной промышленности и технологий. Самостоятельное, то есть с опорой только на собственные силы осуществление этих проектов в ближайшие десятилетия объективно вряд ли возможно.

Но все же главное – не это. Руководство ИРИ, нанеся в ноябре такой удар по надеждам разрешить иранскую ядерную проблему, считает, что уступка Москвы и Пекина в Совете управляющих МАГАТЭ вовсе не означает коренного изменения позиции РФ и КНР по иранской ядерной проблеме. И в случае передачи иранского ядерного досье в Совбез ООН подготовленную США и их союзниками резолюцию о введении новых санкций против Ирана Россия и Китай заблокируют. Кроме того, иранские военные эксперты уверены, что силового решения проблемы, за которое ратует Израиль и которое не исключают в США, в ближайшее время ждать не стоит.

Однако ноябрьский анализ ситуации свидетельствует, что сегодня иранское руководство несколько заблуждается. И Москва, и Пекин, у которых терпение исчерпывается, в данном случае все больше склоняются к ужесточению экономических санкций.

А Израиль, в свою очередь, явно не собирается наблюдать за строительством еще 10 иранских атомных заводов. Он может или с молчаливого согласия США или без него, попытыться самостоятельно силой оружия разрешить иранскую ядерную проблему. А это уже катастрофа, причем мировая.

Однако Иран, как зарвавшийся карточный игрок постоянно наращивает ставки, не обладая при этом достаточно хорошим раскладом карт.

В чем причина такой ядерной политики Тегерана? Одна из них, несомненно, связанна с имиджем Ирана в регионе и мире. Можно согласиться с профессором Университета Глазго Резой Тагизаде, который заявил информационному агентству Trend News, что, невзирая на нападки в последнее время на ядерную программу Ирана со стороны международных структур, власти Ирана продолжают эту программу в качестве последнего средства для восстановления в регионе своего престижа и гегемонии. Турция и арабские страны в регионе с экономической точки зрения намного опережают Иран, сказал г-н Тагизаде. По его словам, в годы шахского режима (до 1979 года) Иран был в регионе самой сильной, развитой и авторитетной страной, и чтобы восстановить этот престиж, страна в настоящее время использует различные средства, в том числе и ядерную программу.

Этот тезис в определенной степени подтверждается заявлениями министра внутренних дел Ирана Мостафы Мохаммада Наджара. В ноябре он заявил, что Исламская Республика Иран является мировой и региональной державой, и поэтому мировому сообществу следует принять во внимание успехи Ирана на пути развития своей ядерной программы. Он особо подчеркнул: «Иран в настоящее время занимает сильные позиции как на международной арене, так и на региональном уровне, а Тегеран держит под контролем ситуацию внутри страны». При этом министр, комментируя обострение ситуации вокруг иранской ядерной программы, сказал, что «никакие санкции не смогли остановить иранских молодых ученых в их стремлениях к новым знаниям в ядерной сфере». «Несмотря на различные санкции в отношении Ирана, молодые иранские ученые, полагаясь на свои знания и возможности, смогли достичь вершины успеха и одна за другой одержать победу (на пути развития ядерной программы Ирана), и теперь мировое сообщество должно признать Иран как ядерную державу».

Не слишком ли дорогой ценой завоевывается престиж? Профессор Северо-Восточного университета США иранец по происхождению Кямран Дадхах полагает, что за все будут расплачиваться простые иранцы. Профессор Дадхах уверен, что иранцы поддерживают разрабатываемую в стране ядерную программу и считают ее предметом гордости, но при этом не знают ни о ее возможной военной направленности, ни о ее стоимости. Г-н Дадхах объяснил агентству Trend News: «Когда иранцев спросили, поддерживают ли они ядерную программу, никто не упомянул о военной направленности или стоимости такой программы для населения. Поэтому иранцы и ответили, что они поддерживают программу. Это как спросить кого-то, хочет он или она Mercedes Benz, не упоминая о том, что машина будет стоить 90 тысяч долларов».

По словам Кямрана Дадхаха, правительство Ирана пытается поднять ядерную программу до статуса национальных устремлений и чести, но если целью является производство ядерной энергии, ни у кого никаких проблем возникнуть не должно. Но несколько лет назад иранский режим решил, что ядерное оружие необходимо ему для обеспечения собственной безопасности, сославшись на конфликт с Ираком в 1980 году. «Кроме того, запасы такого оружия будут гарантировать выживание режима, несмотря на желание Запада свергнуть его, — считает профессор Дадхах. — Проблема в том, что в этой игре проигравшим является исключительно иранский народ».

У Запада в отношении амбиций Ирана стать ядерной державой есть два выхода из создавшегося положения, полагает эксперт. «Запад может использовать свою военную мощь, чтобы уничтожить ядерные объекты Ирана или, по крайней мере, отложить программу на несколько лет, в этом случае можно только догадываться, какой ущерб будет нанесен иранской экономике и народу», — сказал Дадхах. — Кроме того, Запад может согласиться с существующим на сегодняшний день положением дел и позволить другим странам в регионе вступить в гонку ядерных вооружений».

Однако, по его мнению, иранская экономика не может позволить себе такую гонку, учитывая ее экономические последствия. «При нынешнем положении в экономике Иран не в состоянии стать региональной державой или поддерживать гонку вооружений в течение долгого времени, доведя страну до полного краха, как это случилось с советской экономикой в 1990-х годах, — сказал г-н Дадхах. — В любом случае расплачиваться за это будут иранцы».

На начало декабря вокруг иранской ядерной проблемы сложилась ситуация, когда Иран окончательно решил не соглашаться с предложениями МАГАТЭ и «шестерки» переговорщиков. Это, несомненно, сплотило ее членов. Пожалуй, сегодня вопрос уже стоит не о санкциях вообще, а об их конкретном содержании. В декабре, январе и, возможно, до середины февраля будут идти дискуссии и обсуждение по этим проблемам.

 

 

4.САНКЦИИ

 

В ноябре в рамках Света Безопасности ООН деятельность по выработке более жестких санкций против Ирана официально не велась. Но отдельные страны, а также группы стран, в первую очередь, США и страны Европы обсуждали основные возможные направления финансово-экономического воздействия на ИРИ, в случае отказа к концу декабря согласиться с предложениями МАГАТЭ и «шестерки» переговорщиков.

Позицию России выразил ее президент Дмитрий Медведев, который неоднократно заявлял, что, «если не удастся договориться, то остаются другие средства, чтобы двигать процесс по-другому». Цель переговорного процесса с Ираном — это добиться от Тегерана четких гарантий относительно «прозрачности ядерной программы, которая не вызывает озабоченностей у мирового сообщества», — сказал Дмитрий Медведев. При этом президент РФ подчеркнул, что переговорный процесс имеет конечную цель. Он идет не ради самого процесса, а ради достижения конечного результата. Цель этого переговорного процесса – «прозрачная ядерная программа, а не программа, которая вызывает озабоченности у мирового сообщества». При этом российский президент заявил, что санкции против Тегерана не исключены, если подвижек в решении иранской ядерной проблемы не будет. «Мне бы не хотелось, чтобы все (в отношениях международного сообщества с Тегераном) закончилось применением международно-правовых санкций, потому что санкции, как правило, — это путь в очень сложном, опасном направлении. Но если движения вперед не будет, никто не исключает и такой сценарий».

О возможности применения международных санкций в отношении Ирана, заявил и заместитель министра иностранных дел РФ, спецпредставитель президента России по Ближнему Востоку Александр Салтанов. Он сказал, что Россия не говорит: «Санкции – никогда». Но при этом она считает, что сначала нужно до конца пройти путь политико-дипломатического решения, побуждать Иран к вступлению в диалог. Причем, как отметил г-н Салтанов, «не только по всем остающимся еще неясными вопросам, связанным с его ядерной программой, но и вовлекать Тегеран на конструктивной основе в политическую жизнь региона, в решение проблем, которые здесь накопились». Вместе с тем, подчеркнул замглавы российского МИД, Иран обязан выполнять решения, которые приняты международным сообществом и СБ ООН, и скорей откликаться на те предложения, которые ему сделаны, «и откликаться конкретно».

Таким образом, исходя из нынешней ситуации, характеризуемой упорством и несговорчивостью Тегерана и все большим сплочением его оппонентов, можно допустить, что в начале 2010 года «иранское ядерное досье» вновь будет рассматриваться в Совете Безопасности ООН с пессимистичным для Ирана исходом.

В этой связи следует отметить, что вопрос не стоит об экономической блокаде Ирана, о тотальном эмбарго на вывоз нефти и так далее. Санкции должны быть точечные, целенаправленные и конкретные, затрагивающие, прежде всего, области интересов правящей политико-экономической элиты. Это банковская сфера, модернизация нефте- газодобычи и нефте- газопереработки, ограничение иностранных инвестиций в эти отрасли, ограничение страхования транспортировки нефте- газопродуктов из Ирана.

Главное здесь не нанести значительный ущерб и так низкому уровню жизни иранского народа, но побудить нынешнее иранское руководство, тратящее неоправданно гигантские суммы на престижные, но сомнительные по своей сути атомные проекты, к тесному сотрудничеству с мировым сообществом, что, несомненно, принесет ИРИ многие экономические, технологические и политические преференции с меньшими затратами и с большей скоростью (в том числе и в сфере мирного атома).

Если иранское руководство, упорно осуществляя эти проекты, решает задачи обеспечения собственной безопасности и имеет в первую очередь великодержавные цели, то международное сообщество должно помочь Ирану и в этом.

Во-первых, международное сообщество в лице пяти постоянных членов Совета Безопасности и Германии могло бы заключить определенное соглашение (или соглашения на двусторонней основе), которое бы юридически гарантировало безопасность существования нынешнего режима.

Во-вторых, признать, что Исламская Республика Иран — великая держава. (Конечно, всем иранцам и, прежде всего, руководству хочется, чтобы их таковыми признали). Это тоже можно сделать — признать и Соединенными Штатами и Европой, что Иран, ведущее государство Ближнего и Среднего Востока, а может быть даже и мировое. Данное признание могло бы воплощаться, по меньшей мере, во влечении (как говорят в российском МИД) Ирана в процесс решения всех проблем Ближнего и Среднего Востока в качестве равноправного партнера.

Вполне допустимо предположить, что иранскую ядерную проблему одними, пусть и эффективными, финансово-экономическими санкциями решить трудно. Наряду с ними следует заниматься и поисками политических ключей к ирано-исламскому замку. Особенно, учитывая национальную психологию иранцев. Не следует забывать, что нынешняя Исламская Республика Иран – наследница древнейшей мировой цивилизации, великой Персидской империи, покорившей добрую половину античного мира. В духовном, религиозном плане Иран в течение почти шести последних веков являлся центром мирового шиизма – особой ветви Ислама. Под влиянием этих основных исторических факторов в течение многих столетий формировался менталитет гордых и бескомпромиссных иранцев-шиитов, отстаивающих свои интересы в противостоянии с многочисленными неприятелями, счет которым к настоящему времени значительно возрос. Как следствие, персидская национальная психология, представляющая собой сплав великодержавного имперского национализма и шиитской избранности, стала политическим фактором. Именно здесь, кажется, и скрыта главная причина амбициозности, в том числе и «ядерного упрямства» Тегерана. Поэтому, естественно, в диалоге с Ираном учет этих национально-психологических факторов или даже использование их в интересах решения иранской ядерной проблемы необходим.

 

 

5.НАЦИОНАЛЬНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

 

В ноябре в ИРИ вновь поднялась антироссийская волна. На этот раз она связана с задержкой поставок Россией Ирану зенитно-ракетных комплексов (ЗРК) С-300.

Председатель парламентского комитета по внешним делам и безопасности Алаэддин Боруджерди сказал, что дальнейшие проволочки с выполнением контракта о поставках ЗРК негативно отразятся на российско-иранских отношениях. При этом он подчеркнул, что Иран может создать свою систему противоракетной обороны, если Россия не поставит стране комплексы C-300. «Иран не та страна, которая остановится перед отказом других государств соблюдать свои обещания… Мы можем наладить массовое производство подобной ракетной системы в ближайшем будущем», — сказал Боруджерди.

Министр обороны Ирана Ахмад Вахиди заявил, что Тегеран продолжает добиваться от Российской Федерации выполнения обязательств по поставкам ЗРК С-300. Он призвал Россию выполнить свои обязательства по оружейным поставкам. Министр отметил, что приобретение репутации страны, отказывающейся выполнять контракты, не соответствует интересам Москвы. По его словам, «сионистское давление» не должно влиять на решения российского руководства. Ахмад Вахиди уточнил, что С-300 является шансом, однако это не значит, что противоздушная оборона страны зависит от этого комплекса. «В настоящее время в стране производятся комплексы ПРО, а над еще одним комплексом проводятся проектировочные работы».

Командующий ПВО КСИР бригадный генерал Ахмад Микани поддержал своего министра и заявил, что Иран в состоянии сам производить современные противоракетные системы, наподобие тех, что Россия до сих пор не поставила в ИРИ, и которые США и Израиль не хотят видеть в военном арсенале Тегерана. Иран считает, что Россия медлит с поставками высококлассных противоракетных систем С-300 из-за давления со стороны Израиля, а не из-за технических проблем, на которые ссылается Москва.

Депутат иранского парламента Казем Джалали, член парламентского комитета по внешним делам и национальной безопасности, осудил Россию за проволочки с поставками С-300, и сказал, что они подрывают доверие иранцев к Российской Федерации.

Представитель иранского министерства обороны заместитель главы иранских ПВО бригадный генерал Хасан Мансуриан заявил: «Русские, конечно же, находятся под давлением сионистского лобби и Америки, и отказываются исполнять взятые на себя обязательства». Однако, сказал он, «это официальное межгосударственное соглашение, и мы будем добиваться его исполнения через соответствующие международные инстанции». Ясно, что Иран грозит России международным судом

Однако в ноябре чрезвычайный и полномочный посол Ирана в РФ Махмуд Реза Саджади на пресс-конференции в Москве заявил, что Кремль выполнит условия контракта о поставках зенитно-ракетных комплексов С-300. По словам официального представителя Ирана, руководство России отвергает информацию о решении «заморозить» поставки вооружения Тегерану. Махмуд Реза Саджади подчеркнул, что задержка с выполнением контракта объясняется техническими проблемами. Г-н Саджади отметил, что, судя по тону разговора с российской стороной, в течение 1-2 месяцев вопрос будет решен (то есть до февраля 2010 года).

22 ноября Иран начал крупномасштабные учения противовоздушной обороны. Примечательно, что военные игры были объявлены на следующий день после того, как представители шести мировых держав заявили, что они разочарованы отказом Ирана от предложений, направленных на то, чтобы сдержать производство ядерного оружия, и призвали Тегеран пересмотреть свою позицию.

Конечно, это может быть случайностью или совпадением, но Тегеран проводит учения и во всеуслышание объявляет о своих достижениях в области военной техники именно в моменты нарастания напряженности вокруг ядерной проблемы ИРИ. Главной целью ноябрьских учений являлось повышение боеготовности сил противовоздушной обороны к отражению атак на ядерные объекты страны. Кроме того, в ходе учений планировалось повести пуски ракет, способных поразить цели на территории Израиля и на американских военных базах в Персидском заливе.

Учения имели кодовое название «Модафине Асемане Велаят – 2» («Защитники небес и земель — 2»). Учения «Защитники небес и земель — 1» были проведены в середине сентября 2008 года.

Нынешние маневры, покрывающие 600 тысяч квадратных километров – треть территории Ирана, проходили в три этапа – в течение пяти дней. На первом этапе ПВО Ирана демонстрировали готовность к отражению атаки ВВС вероятного противника, координацию действий всех подразделений и согласованность действий с ракетными войсками и военно-воздушными силами. На второй (основной) стадии было разыграно воздушное сражение. Третий этап учений будет представлять собой имитацию контратаки иранской армии, во время которой ПВО, ВВС и ракетные силы должны действовать совместно.

Накануне учений командующий ПВО КСИР бригадный генерал Ахмад Микани, не скрывая особой озабоченности военно-политического руководства Ирана по поводу готовности ПВО к отражению атак ВВС Израиля или США на ядерные объекты страны, пояснял, что ПВО Ирана будут отрабатывать действия против «двух врагов», очевидно имея в виду ВВС Израиля и США. Судя по его заявлениям, помимо проверки готовности ракетных сил к отражению воздушных атак, в ходе учений будет также проверяться боеготовность охраны ядерных объектов – при этом, возможно, будут инсценированы нападения на эти объекты спецназа ЦАХАЛа или американских коммандос. Планируется провести всеобщую проверку средств связи и их надежности в случае массированных воздушных атак. Электронной войне с «врагами» будет уделено особое внимание.

Генерал Микани говорил также о готовности КСИР вести «ассиметричную войну» и дал понять, что тактика иранской армии при отражении атак на ядерные объекты будет строиться на неожиданных контратаках с применением «новых средств».

В выступлении командующего иранскими ПВО звучало явное сожаление по поводу того, что российские зенитно-ракетные комплексы С-300 все еще не поставлены на вооружение КСИР. Возможно, в ходе учений «Защитники небес и земель — 2» планировалось испытать эти ЗРК. Примечательно, что в английской версии сообщения информагентства Fars о выступлении Микани нет упоминания про С-300, данная часть его выступления цитируется только на фарси и по-арабски.

За день до начала учений представитель духовного лидера аятоллы Хаменеи в КСИР генерал Моджтаба Золнур заявил, что в случае, если Иран подвергнется атаке со стороны США или Израиля, Тегеран нанесет в ответ ракетный удар по «сердцу Тель-Авива».

Однако, судя по имеющейся открытой информации, вопреки заявлениям иранских военачальников, в ходе учений «Защитники небес и земель — 2» иранские специалисты не испытывали ракет средней и большой дальности, имитируя ракетный удар по Израилю и военным базам США в Персидском заливе, в ответ на атаки против иранских ядерных объектов. Были пуски ракет класса «земля-воздух», но об испытаниях ракет класса «земля-земля» не сообщалось. (Испытания баллистических твердотопливных ракет «Седжиль-2» радиусом действия более 2 тыс. км. были проведены Ираном в середине декабря).

Официальные иранские СМИ публиковали сухие краткие сообщения о ходе этих учений и многочисленные яркие речи иранских военачальников, заявлявших о готовности КСИР отразить любые атаки и нанести сокрушительный удар по «сионистскому врагу».

В учениях ПВО приняли участия и подразделения Сил сопротивления «Басидж» (так называемое народное ополчение, возглавляемое и контролируемое КСИР) Участие и роль «басиджей», имеющих лишь стрелковое оружие, в учениях ПВО, на которых отыгрывались варианты ответных действий в случае ударов «вражеских ВВС» по ядерным объектам Ирана, не совсем ясно. Возможно, и в сценарии «отражение атаки на ядерные объекты» их роль будет сводиться к наземной обороне ядерных объектов и борьбе с «внутренними врагами».

Как уже отмечалось, прошедшие учения дали информационный повод для руководства ИРИ еще раз «пропиарить» иранское вооружение и боевую технику и, конечно, пригрозить «сионистским врагам». Министр обороны Вахиди подчеркнул, что во время «колоссальных» учений испытана новая «неизвестная на Западе система противовоздушной обороны «Шахин». Согласно объяснениям Вахиди, «Шахин», созданная иранскими специалистами, предназначена для перехвата ракет средней дальности. Дополнительной информации об этой системе министр не предоставил.

В ходе учений, по словам Вахиди, была также успешно испытана модернизированная иранскими военными специалистами зенитно-ракетная система «Тор М1» российского производства, поставленных Россией Ирану в конце 2005 года. ,

 

Справка. «Тор-М1» – всепогодный тактический комплекс зенитно-ракетного вооружения, предназначенный для решения задач ПВО на уровне дивизионного звена. Система предназначена для прикрытия первых эшелонов сухопутных соединений от ударов противорадиолокационных и крылатых ракет, дистанционно пилотируемых летательных аппаратов, планирующих авиабомб, самолетов и вертолетов, в том числе и выполненных по технологии «стелс».

Комплекс оснащен восемью, расположенными в контейнерах, ракетами 9М331 (SAM), обеспечивающими эффективную защиту от целей, перемещающихся на скоростях до 700 м/сек, на удаленности от 1,5 до 12 километров и на высотах от 0,01 до 10 километров.

 

Г-н Вахиди заявил также, что если Израиль попытается атаковать иранские ядерные объекты эскадрильями самолетов F-15, то они «окажутся в ловушке», и, даже в случае успешного возвращения на базы, будут уничтожены ударом возмездия иранских ракет «Шахаб-3».

По словам координатора учений генерала Али Могиса, силы ПВО ИРИ осуществляли оборону заранее определенных мест. «Испытания мощности приема радарных систем осуществлялись как передвижными, так и стационарными радарами. Помимо радаров, созданных местными специалистами, были также испытаны радары типа «Каста», — сказал генерал Могиса. Иранские СМИ неоднократно сообщали, что в ИРИ успешно развиваются системы, способные идентифицировать и уничтожать крылатые ракеты, выполненные в технологиях «стелс». По их информации, в ходе учений было также успешно проведено испытание системы «дымовой завесы» «Джаббар-9», созданной иранскими специалистами. Данная система была испытана с целью маскировки ядерных объектов Ирана и создания препятствий ракетам точно попасть в цель. В ходе испытаний дымовая завеса в течение 80 минут маскировала указанные цели.

Командующий аэрокосмическими войсками КСИР бригадный генерал Амир Али Хаджизаде утверждал, что иранская армия способна дать «сокрушительный ответ» на атаку ВВС Израиля. Генерал заявил: «Будьте уверены, в случае любой агрессии сионистов их самолеты F-15 и F-16 будут обнаружены нашими ПВО и уничтожены. А если хоть одному из этих самолетов удастся уйти от ПВО Ирана – прежде, чем он приземлится – базы, с которых взлетели эти самолеты, будут уничтожены нашими мощными ракетами класса «земля-земля»… Сионисты могут начать эту войну, но, несомненно, ее прекращение будет зависеть от нашего желания».

Поводом для пропаганды иранского вооружения в ноябре стал День военно-морских сил ИРИ, который отмечается 28 числа. Командующий ВМС иранской армии контр-адмирал Хабиболла Сайяри заявил, что к этому дню военные моряки получат две новые субмарины «Гадир 948». Это – второй тип легких подлодок этого класса, производимых в Иране. Чем он отличается от первых субмарин «Гадир», поступивших на вооружение ВМФ Ирана в июне этого года, неизвестно.

На сегодняшний день, исходя из данных СМИ, иранский подводный флот располагает одной или тремя подлодками класса «Гадир». Первая такая подлодка в июне 2009 года принимала участие в учениях «Гром-88», проходивших около порта Бандер-Аббас (возможно, уже в этих учениях были задействованы три подлодки «Гадир»).

Кроме того, еще два года назад иранский подводный флот располагал тремя дизельными субмаринами класса «Кило» российского производства, способными достигать Средиземного моря, но имеющими значительные проблемы при работе в теплых водах. Иран закупил в Китае еще 12 подлодок того же класса, и первые из них были доставлены в Персидский залив еще в 2007-м году.

Помимо этого, на вооружении иранцев есть два вида субмарин-малюток, водоизмещением около 100 тонн, предназначенных в первую очередь для диверсионной работы – северокорейские «Йоно» и разработанные в Иране «Наханг».

Как заявил в ноябре министр обороны Ирана Ахмад Вахиди, военная промышленность Ирана построила новый эсминец и в ближайшие дни передаст его на баланс вооруженных сил. По словам Вахиди, в ИРИ создана и сдана в эксплуатацию новая техника для ВМС и ВВС. Министр не уточнил информацию.

Как бы в подтверждение слов министра командующий ВВС ИРИ генерал Хасан Шах Сафи заявил в ноябре, что предприятия военно-промышленного комплекса Ирана приступили к «широкомасштабному производству новых ракет класса «воздух-воздух» с тепловой системой наведения». По словам генерала Сафи, ракеты являются оригинальной иранской разработкой, и уже прошли серию необходимых испытаний. В данный момент налаживается их массовое производство. Дальность действия ракеты превышает 140 км. Хотя испытания и проходили на расстояниях, не превышавших 40 км., генерал с уверенностью заявил: «Дальность действия впоследствии может быть увеличена».

Кроме того, иранская военная промышленность разработала специальные противорадарные беспилотные самолеты, и уже построены первые опытные экземпляры. Испытания образцов этой военной техники должны закончиться до конца 2009 года, после чего также начнется их массовое производство.

Продолжалась активность ИРИ на космическом направлении. В начале ноября руководитель Организации авиационной и космической промышленности Ирана генерал Сейед Мехди Фарахи сообщил, что в 1390 году по иранскому календарю (начнется 21 марта 2011 года) Тегеран намерен вывести на орбиту спутник «Месбах» (Факел) при содействии Италии. Однако МИД Италии опроверг эту информацию.

Запуск в космос спутника «Месбах», расходы на создание которого составили около 40 миллионов долларов, должен был состояться еще в 2005 году. Однако он так и не был выведен на орбиту.

В ноябре министр связи Ирана Реза Тагипур информировал, что в стране создается спутниковый центр геоинформационной системы (ГИС), который до конца этого года (до 21 марта 2010 г.) будет сдан в эксплуатацию. Создание этого центра является одним из проектов Аэрокосмической организации. По словам г-на Тагипура, центр ГИС будет национальным спутниковым информационным центром страны, и все соответствующие организации смогут пользоваться данными этого центра.

Однако по всей вероятности, иранское военно-политическое руководство не вполне рассчитывает на внутренние ресурсы в плане повышения боевой мощи своих вооруженных сил. Так, 23 ноября пришло сообщение, что бельгийский гражданин Жак Месье, арестованный в августе 2009 года в Нью-Йорке, признался в контрабанде товаров военного назначения в Иран. Ему инкриминируются обвинения в контрабанде, заговоре, отмывании денег и нарушение запрета на поставки вооружений в Иран. Сообщник г-на Месье иранец Дара Фотухи находится в бегах и объявлен в розыск.

Согласно данным бельгийцем показаниям, они оба давно сотрудничали с иранским правительством в области поставок товаров военного назначения. В феврале 2009 года Месье заключил контракт с агентом иранских спецслужб на поставку двигателей для истребителей F-5 и грузовых самолетов C-130. С момента заключения договора, г-н Месье регулярно обсуждал детали заказа в переписке с иранским агентом по электронной почте.

Кроме того, бельгиец руководил перечислением оплаты деталей самолетов суммой в 110 тысяч долларов, перечисленной из Дубая на счет в одном из банков Алабамы.

По информации Министерства юстиции США, Месье ожидает тюремное заключение сроком до 5 лет и уплата штрафа в 250 тысяч долларов.

Напомним, в июне 2009 года на 2 года и 11 месяцев за контрабанду в Иран деталей к истребителю F-14, грузовому самолету C-130 и боевому вертолету AH-1 в США был осужден американец румынского происхождения Траян Буждувеану. Ранее, в январе 2009 года, по этому же делу был осужден его сообщник — американец иранского происхождения Хасан Кешари.

Осенью 2009 года департамент военно-морской разведки США выпустил исследование о деятельности ВМС ИРИ в Персидском заливе. В документе сказано, что Иран проводит реструктуризацию своих военно-морских сил, это делается для того, чтобы в случае возникновения вооруженного конфликта, военно-морские подразделения КСИР взяли на себя полную ответственность за операции в стратегическом Персидском заливе.

Концентрация скоростных катеров и крылатых ракет ВВС КСИР вдоль Ормузского пролива и Персидского залива, «улучшает позиции морских сил Ирана и расширяет многоуровневую стратегическую оборону ИРИ», говорится в исследовании.

КСИР в последние годы постепенно расширяет боевые возможности военной техники и вооружения своих ВМС путем использования китайских, северокорейских и итальянских разработок и технологий. Теперь КСИР разворачивает свои самые быстроходные военные суда в Персидском заливе.

Сообщается, что ВМС КСИР также хочет разработать или приобрести беспилотные морские суда, которые могут быть использованы для разведки и проведения диверсий.

В рамках реорганизации, которая началась в 2007 году, ВМС Ирана пытаются размещать свои морские базы практически во всех зонах Персидского и Оманского заливах.

В исследовании цитируются публичные заявления иранских лидеров о том, что «в случае провокаций», они намерены «рассмотреть вопрос о закрытии или полном контроле над Ормузским проливом», тем самым, блокируя мировые поставки нефти из этого региона.

Закрытие пролива приведет к «огромному экономическому ущербу» для самого Ирана, для которого подобный шаг явно не будет легким», говорится в документе. Однако при этом утверждается, что «нарушение движения судов в заливе или даже угроза сделать это может стать для Ирана эффективным инструментом в диалоге с мировым сообществом».

Реорганизация военно-морского флота Ирана началась в 2007 году. Она включала в себя открытие новых морских баз для двух иранских флотов, традиционно действующих в Каспийском море, а также в Персидском и Оманском заливах.

ВМС ИРИ традиционно использовали большие военные корабли, способные выполнять задачи по патрулированию, а также действовать в открытых водах, что способствует их развертыванию в Оманском заливе с целью «отвлечения на себя сил противника подальше от иранской территории».

В свою очередь ВМС КСИР использует малотоннажные, но быстроходные катера с большей тактической маневренностью для ведения асимметричных боевых действий, подчеркивается в исследовании.

Пользуясь большой политической и финансовой помощью со стороны руководства Ирана, КСИР инвестировал значительные средства в обновление технологий и конструкций своих судов, используя для этого лучшие иностранные образцы. Эти суда могут быть небольшими — всего 17 метров в длину, но они несут на своем борту «серьезную огневую мощь», включая торпеды и противокорабельные ракеты иранского производства «Коусар».

В дополнение к использованию северокорейских и китайских технологий, с конца 1990-х годов КСИР начал покупку катеров у итальянского производителя Фабио Буцци и научился самостоятельно производить аналогичные модели. Эти маневренные суда способны достигать максимальной скорости в 60-70 узлов, делая «корабли КСИР самыми быстроходными в Персидском заливе», говорится в тексте американского исследования.

«В целом, иранская программа по расширению и укреплению потенциала военно-морских сил включает в себя наращивание общего арсенала небольших кораблей, мин, противокорабельных крылатых ракет, торпед и оборудования противовоздушной обороны» — свидетельствует этот документ военно-морской разведки США.

 

Таким образом, в ноябре политика руководства Ирана характеризовалась внутри страны – ужесточением борьбы с оппозицией, за рубежом, — с одной стороны, усилением противостояния с международным сообществом по ядерной проблеме, с другой – попытками поиска идеологических, военных и экономических союзников в Латинской Америке, Африке и на других континентах. Одновременно продолжалась демонстрация военной мощи и наращивание силовых мускулов.

25.05MB | MySQL:60 | 0,622sec