О проблемах и перспективах восстановления системы национальной безопасности Сомали

Одной из приоритетных задач восстановления мира и политической стабильности в Сомали нынешним руководством этой восточноафриканской страны провозглашено скорейшее создание действенной системы национальной безопасности. Важность и актуальность этой задачи обусловлена не только необходимостью освобождения страны от экстремистских исламистских группировок, всё ещё контролирующих примерно четверть её территории, но и начавшимся на днях поэтапным выводом из Сомали 20-тысячного контингента африканских миротворческих сил (ATMIS), находящихся там с 2007 года. Напомним, что согласно решению Совета Безопасности ООН африканские миротворцы должны покинуть территорию Сомали до конца 2024 г., передав свои позиции и функции национальной армии и полиции.

Процесс возрождения единых силовых структур в этой стране реально начался вскоре после провозглашения в 2012 г. Федеративной Республики Сомали (ФРС) и заметно оживился после принятия в мае 2017 г. её правительством и парламентом Положения о структуре национальной безопасности — документа, получившего международную поддержку.

Данный документ наряду с Планом национальной безопасности и стабилизации (NSSP) определяет основные ориентиры развития вооружённых сил и других силовых структур Сомали на ближайшие годы. В октябре 2022 г. и марте 2023 г. на заседаниях Национального консультативного совета Положение было пересмотрено в плане оптимизации структуры и увеличения численности Сомалийской национальной армии (СНА), федеральных и региональных сил полиции (включая территориальные войска «даравишта»), Службы национальной безопасности и разведки (СНБР) и дисциплинарных войск (охраны тюрем и СИЗО). Хотя предложенная обновлённая структура сил национальной безопасности как документ пока не была официально опубликована, некоторые сведения о ней были оглашены советником по нацбезопасности премьер-министра Сомали Камалем Гутале. По его словам, к 2024 г. численность СНА планируется увеличить до 30 тыс. военнослужащих (без учёта сил специального назначения), а численность федеральных и региональных сил полиции – до 40 тыс. чел. Кроме того, возрастёт и численность сотрудников СНБР (ориентировочно до 4 тыс. чел.) и дисциплинарных войск (до 5,3 тыс. чел.).

В состав Вооружённых сил Сомали планируется включить впервые создаваемую Национальную гвардию (Ilaalada Qaranka) численностью не менее 6 тыс. военнослужащих (в местной прессе части НГ порой называют военной полицией). Ускоренная подготовка личного состава НГ начата в конце 2022 г. и проводится в войсковых учебных центрах Уганды, Эфиопии, Эритреи и Египта при финансовой поддержке Объединённых Арабских Эмиратов, заключивших в январе 2023 г. новое соглашение о военном сотрудничестве с ФРС. К 1 июня с.г. уже сформированы четыре бригады НГ, получившие наименования «Гуму’» («Пуля»), «Гантал» («Ракета»), «Илтирэ» («Успокоитель») и «Гунгар» («Дознаватель»). Они вошли в состав 1-й дивизии «Дуфан» («Ураган»). Часть вновь сформированных подразделений НГ направлена в центральные провинции Сомали (Средняя Шабелле и Гальгудуд) для усиления действующей там группировки СНА и поддержания безопасности в освобождённых от исламистов районах, другие же подразделения остались в Могадишо и участвуют в проводимых совместно со столичной  полицией и СНБР правоохранительных операциях. Одновременно продолжается набор и подготовка новобранцев в учебных центрах СНА, ранее открытых во всех оперативных секторах.

Существенное наращивание численности силовых структур Сомали накануне вывода из страны африканских миротворцев потребует значительного увеличения военного бюджета ФРС. В 2022 г. на национальную безопасность в бюджете ФРС было выделено 162,8 млн долл. США (около 1/3  текущих расходов), в том числе  94,8 млн долл. США – на содержание и развитие армии. В 2023 г. на эти цели выделяется 197 и 120 млн долл. США, соответственно. Однако, учитывая, что ¾  поступлений в бюджет составляют зарубежные дотации, реальное финансирование планируемых военных расходов Сомали остаётся под вопросом. А следовательно под вопросом остаётся и способность военно-политического руководства ФРС быстро нарастить и поддерживать относительно высокую численность своих силовых структур (около 60 тыс. человек., без учёта региональных сил безопасности, финансируемых из бюджетов федеральных регионов). Конечно, можно предположить, что страны-доноры, ныне выделяющие средства на деятельность сил ATMIS, после вывода африканских миротворцев из Сомали переключатся на финансирование сомалийских силовых структур. Но всё же в это верится с трудом, принимая во внимание, что подразделения ATMIS более года не получали жалование из-за нехватки средств в специальном фонде ООН. Таким образом, вопрос финансирования обновлённой структуры безопасности Сомали остаётся открытым. Да и вряд ли можно всерьёз говорить о суверенитете страны, половина армии которой финансируется и оснащается иностранными государствами, прежде всего США, Турцией и ОАЭ. В данном случае скорее можно рассуждать о создании в Сомали названными государствами своих небольших, но эффективных прокси-армий, которые в будущем могут стать действенным инструментом влияния на сомалийские власти.

В настоящее время заявленная численность ВС Сомали приближается к 30 тыс. военнослужащих (с учётом бригад НГ). Однако их реальная численность может оказаться значительно ниже, поскольку, по оценкам сомалийских экспертов, до 1/3 личного состава частей СНА либо находятся в длительных отпусках и «командировках», подрабатывая в частных охранных предприятиях, либо вовсе не годны к строевой службе по причине преклонного возраста или по состоянию здоровья.

Основным оперативно-тактическим соединением в сомалийской армии является пехотная или мотопехотная бригада, в состав которой входит от 3 до 6 батальонов численностью от 250 до 400 чел. В боевом составе СНА по состоянию на 1.6.23 насчитывалась 21 бригада, в том числе 3 бригады спецназа, подготовленные американскими и турецкими специалистами. Другие виды вооружённых сил пока представлены лишь штабами ВВС и ВМС.  В подчинение штаба ВМС переданы силы охраны порта Могадишо (столичная береговая охрана). С 1.1.23 идёт формирование 1-ой дивизии Национальной гвардии – нового резервного компонента ВС Сомали.

На вооружении СНА имеется: свыше 250 БТР и бронемашин различных типов, в том числе турецкие Otokar APV и BMC Kirpi-1, американские HMMWV, британские Saxon AT105, советские БТР-152, итальянские FIAT-6614/16, южноафриканские RG31 «Ньяла», более 350 пикапов («Тойота» и др.) с установленными на них пулемётами, минометы калибров 60 мм, 82 мм и 120 мм, различное стрелковое оружие (преобладают автоматы АК-47, АКМС и их китайские аналоги АК-56, автоматические винтовки G-3, MPT-76, пулеметы ПКМ и М-2), а также специальные автотранспортные средства (всего – свыше 800 единиц). После частичной отмены Советом Безопасности ООН эмбарго на ввоз оружия в Сомали в марте 2013 г. начались ограниченные поставки для СНА разрешенных типов оружия и военной техники из стран ЕС, США, КНР, Эфиопии, Уганды, Судана, Египта, Турции, Саудовской Аравии, ОАЭ, Катара и других государств. За 10 лет в Сомали было официально поставлено примерно 27 тыс. единиц  оружия и более 80 млн различных боеприпасов, однако современной военной техники СНА явно не хватает. Правительство ФРС уже несколько лет настаивает на полной отмене международного эмбарго на поставки оружия, боеприпасов и военной техники в Сомали с тем, чтобы иметь законную возможность оснащать вновь формируемые части СНА всем необходимым. В очередной раз об этом 22 июня заявил президент ФРС Хассан Шейх Махмуд, выступая на заседании СБ ООН по проблемам Сомали.

Силы и средства СНА в настоящее время распределены по пяти оперативным секторам:

— «12 апреля» (пров. Бенадир и сев. часть Ниж. Шабелле) – пять бригад (1-я и 7-я пбр, 77-я бр военной полиции, бр НГ «Илтирэ» и «Гунгар») и до 7 отдельных батальонов общей числ. до 8 тыс. чел.;

— 21 ОС (ФР Гальмудуг) – две бригады (13-я и 15-я пбр), усиленные 2-3 батальонами спецназа и бригадой НГ, общей числ. до 5  тыс. чел.;

— 27 ОС (ФР Хиршабелле) – три бригады (3-я, 4-я и 5-я мпбр), усиленные 2 батальонами спецназ и бригадой НГ, общей числ. до 6 тыс. военнослужащих;

— 60 ОС (Юго-Западный ФР) – четыре бригады (6-я, 8-я, 9-я и «14 октября»), усиленные 2 батальонами срецназа общей численностью до 6 тыс. военнослужащих;

— 43 ОС (ФР Джубаленд) – две бригады (10-я и 11-я мпбр — ), усиленные 2 батальонами спецназ, общей числ. до 4 тыс. военнослужащих.

Ранее запланированное включение в состав СНА части территориальных войск Пунтленда и создание 54 оперативного сектора со штабом в Гароуэ так и не состоялось из-за политических разногласий между властями ФРС и Пунтленда. После поражения на президентских выборах в мае 2022 г. и формирования нового правительства ФРС руководитель Пунтленда Саид Абдуллахи Дэни счёл свой ФР обделённым при распределении важных государственных постов и постепенно стал сворачивать сотрудничество с Могадишо. Он не участвовал в последних трёх заседаниях Национального консультативного совета и объявил принятые на них решения незаконными. В свою очередь правительство ФРС, намереваясь сместить Дэни с поста президента Пунтленда, усилило поддержку действующей там оппозиции, что в итоге привело 20 июня к вооружённому мятежу в Гароуэ с целью срыва работы регионального парламента. В результате боестолкновения между правительственными войсками Пунтленда и мятежниками из числа сил безопасности этого ФР погибли не менее 30 человек. Хотя мятеж в тот же день был подавлен, обстановка в Гароуэ остаётся напряжённой. В любом случае Могадишо вряд ли приходится рассчитывать на скорую интеграцию войск Пунтленда с СНА и воссоздание 54 оперативного сектора.

Что же касается намеченного ранее формирования 26 оперативного сектора СНА со штабом в Харгейсе, то оно в ближайшей перспективе представляется совершенно нереальным, поскольку власти Сомалиленда продолжают курс на достижение международного признания этой северо-западной части Сомали в качестве независимого государства и полностью исключают какое-либо объединение с ФРС.

Серьёзной и до сих пор нерешённой проблемой СНА остаётся клановый принцип её комплектования личным составом, что нередко приводит к вооружённым стычкам между различными подразделениями правительственных войск и полиции. В целом боеспособность армии ещё находится на низком уровне: большинство частей недостаточно обучены, дисциплинированы, укомплектованы и вооружены. Среди рядового и командного состава нередки случаи дезертирства, злоупотребления служебным положением и участия в противоправных политических акциях. Несмотря на запрет командования, в армии широко распространено употребление ката (лёгкого стимулирующего наркотика).

До середины 2022 г. масштабных войсковых операций против вооружённых отрядов «Аш-Шабаб» командованием СНА не проводилось под предлогом нехватки в частях современного оружия и необходимых материально-технических средств. Организованные летом 2019 и 2021 гг.  кампании по освобождению центральных и южных провинций от боевиков «Аш-Шабаб» оказались малоэффективными и не достиг-ли поставленных целей. Прочие операции СНА против исламистов ограничивались проведением краткосрочных рейдов в пределах 50 км от мест постоянной дислокации, «зачисткой» близлежащих территорий и нанесением точечных ударов по объектам боевиков, иногда при поддержке американских или турецких БПЛА.

Лишь в августе 2022 г., с началом вооружённого восстания населения пров. Хиран против «Аш-Шабаб», командование СНА развернуло активные боевые действия против исламистов в центральной части страны и спустя полгода добилось освобождения обширных территорий в пров. Хиран, Сред. Шабелле, Гальгудуд и Мудуг. По заявлению бывшего главкома сухопутных войск бр. г-ла Махамеда Тахлиля Бихи, в ходе первого этапа наступательной операции против «Аш-Шабаб» было ликвидировано свыше 3 тыс. боевиков, освобождено семь районов и более 70 населённых пунктов, многие годы находившихся под контролем исламистов. При этом боевые потери СНА составили, оценочно, до 2 тыс. человек убитыми и ранеными.

Военные успехи СНА в кампании 2022 г. были достигнуты во многом благодаря активной поддержке армии местным населением и налаженным её взаимодействием с отрядами народного ополчения. Заметим, что первый этап масштабной контртеррористической операции проводился в основном в провинциях, населённых преимущественно племенами хавие.

По плану командования СНА, освобождение остальных территорий ФРС намечено завершить в течение года в ходе второго этапа операции, получившего условное наименование «Чёрный лев». Его планируется проводить при поддержке дополнительно размещённых в Сомали воинских контингентов соседних государств  — Эфиопии, Кении и Джубути. Однако начало операции «Чёрный лев» уже неоднократно откладывалось по различным причинам. Одна из них – подозрительное, а порой и враждебное, отношение южно-сомалийских племен марехан, дигиль и мирифле к выходцам из племен хавие (мудулод и хабар-гидир), составлящим костяк сомалийской армии. Дело в том, что у населения Юго-Западного региона Сомали ещё жива память о массовых убийствах и грабежах, учинённых боевиками из хавие в годы гражданской войны. Взаимное недоверие и скрытая враждебность уже не раз приводили к стычкам и перестрелкам между подразделениями СНА и территориальных войск ЮЗР. Кроме того, многие годы сохраняется конфронтация между властями Джубаленда и пров. Гедо (то есть между племенами огаден и марехан), а также между администрациями Хиршабелле и пров. Хиран (то есть между абгаль и хавадле), что препятствует налаживанию взаимодействия СНА с территориальными войсками и отрядами ополчения названных федеральных регионов. Если в ходе первого этапа операции командование СНА снабжало ополченцев из племён хавие оружием и боеприпасами, направляло в зону её проведения войска из соседних оперативных секторов, то при подготовке второго этапа операции на юго-западе страны такого подхода пока не наблюдается.

Затягивание с возобновлением активных боевых действий против исламистов, по мнению некоторых сомалийских аналитиков, стало причиной смены главнокомандующих СНА и сухопутных войск Сомали. 19 июня новым главкомом ВС назначен бывший начальник президентской гвардии бр. г-л Ибрагим Шейх Мухъядин «Аддоу», сменивший на этом посту бр. г-ла Одову Юсуфа Раге (протеже бывшего президента ФРС Махамеда Фармаджо), а новым главкомом СВ – бр. г-л Ахмед Аден Али. Официальная причина смены главкомов не сообщается.

Между тем, почти полугодовой перерыв в активных боевых действиях позволил руководству «Аш-Шабаб» провести перегруппировку сил, пополнить запасы вооружения и боеприпасов и основательно подготовиться к отражению предстоящего наступления СНА и её союзников. Более того, вооружённые отряды исламистов в последнее время предприняли ряд успешных атак на передовые пункты базирования (ППБ) СНА и войск ATMIS, нанеся им весьма ощутимый урон в живой силе и технике. К примеру, в результате только одной атаки исламистов на ППБ Було-Марэр (пров. Ниж. Шабелле) 26 мая, по признанию командования ATMIS, погибло 54 угандийских военнослужащих и ещё несколько были взяты в плен.

Важная роль в создаваемой системе национальной безопасности Сомали отводится территориальным войскам федеральных регионов. По замыслу сомалийского руководства, они должны представлять собой силы безопасности регионального уровня (численностью около 3 тыс. человек в каждом ФР), находящиеся в распоряжении глав ФР. На деле же боевой состав этих сил в различных регионах ФРС существенно различается. При этом наблюдается определённая закономерность: чем выше степень автономности региона в составе ФРС, тем более многочисленные и боеспособные территориальные войска и силы безопасности в нём создаются.

Среди всех регионов ФРС (исключая Сомалиленд) наиболее развитыми структурами  безопасности обладает Пунтленд – самый крупный северо-восточный регион Сомали, образованный в 1998 г. и ставший инициатором создания федеративного сомалийского государства. Однако в последние годы отношения властей Пунтленда с федеральным правительством становятся всё более напряжёнными. После избрания в январе 2019 г. президентом Пунтленда Саида Абдуллахи Дэни его администрация взяла курс на укрепление автономии ФР, создание собственной армии – Сил оборны Пунтленда (СОП) – и «обеспечение суверенитета» на всей его территории в рамках заявленных границ. С этого времени проводится реформирование СОП, нацеленное на оптимизацию их структуры, повышение боеспособности за счёт интенсификации боевой подготовки, укрепления дисциплины и улучшения материально-технического обеспечения войск. Командование СОП временно отказалось от бригадной структуры и перешло на формирование оперативно-тактических групп на батальонной основе. В каждом из пяти оперативных секторов, на которые поделена территория Пунтленда, дислоцируются по 3-4 батальона численностью от 300 до 500 военнослужащих в каждом. Ведётся строительство новых казарм и оборудование учебных центров, где в течение шести месяцев проходят боевую подготовку все вновь формируемые подразделения. По заявлению командующего СОП, в последние два года сформировано 8  новых батальонов. Общая численность сил обороны региона оценочно возросла до 8 тыс. чел. Парк боевой техники СОП начал постепенно пополняться современными БТР и боевыми машинами, поставляемыми из ОАЭ в обход действующего эмбарго (под предлогом оснащения сил полиции). В 2021 г. правительством Пунтленда было объявлено о троекратном повышении денежного довольствия военнослужащих СОП  (до 250 долларов  для рядовых), хотя на практике жалование выплачивается далеко не регулярно, что уже не раз приводило к «забастовкам» отдельных частей в Гароуэ, Босасо и Галькайо.  В бюджете Пунтленда на 2022 г. на оборону и безопасность было выделено до 50% (!) текущих расходов.

Ускоренно развивая свои вооружённые силы, руководство Пунтленда не скрывает намерений проводить независимую от федеральных властей политику и вернуть себе утраченные в 2007 г.  в пров. Сол территории силовым способом. С этой целью спецслужбы Пунтленда создали в 2020-21 гг. в гор. Лас-Анод, находившимся под контролем Сомалиленда, подпольную диверсионно-разведывательную сеть, деятельность которой была направлена на дестабилизацию обстановки в городе и провинции в целом. В феврале 2023 г., после заявления вождями племени дулбахантэ о выходе пров. Сол из состава Сомалиленда и воссоздании автономной области Хатумо (SSC) в составе ФРС, а также с началом боевых действий между ополченцами Хатумо и правительственными войсками Сомалиленда, на помощь восставшим из Гароуэ и Босасо были тайно переброшены подразделения спецназ из состава Сил безопасности и разведки Пунтленда (PISF) численностью до 1 тыс. чел. В июне 2023 г. президент Пунтленда Дэни открыто заявил, что готов оказать военную помощь Хатумо, если Сомалиленд не отведёт свои войска от Лас-Анода. В ответ президент Сомалиленда Муса Бихи Абди распорядил-ся о направлении в пров. Сол дополнительных сил «для предотвращения агрессии Пунтленда».

Таким образом, вооружённый конфликт на севере Сомали продолжает обостряться, несмотря на посреднические усилия авторитетных вождей различных сомалийских племён и неоднократные призывы региональных и международных организаций, включая ООН, к урегулированию конфликта путём переговоров. В случае прямого военного столкновения Сомалиленда с Пунтлендом существует угроза разрастания конфликта и вовлечения в него ополченцев племен исак и харти из соседних провинций Сомали и Эфиопии. Вместе с тем, дестабилизация военно-политической обстановки на севере Сомали может быть использована действующими там исламистскими групп-ровками («Аш-Шабаб» и «Исламское государство, запрещены в России) для усиления своего влияния в этом регионе.

Хотя военный потенциал Сомалиленда примерно вдвое превышает военный потенциал Пунтленда и Хатумо, данное преимущество в случае полномасштабного вооружённого конфликта между этими регионами Сомали будет не столь очевидно в связи с удалённостью предполагаемого района боевых действий от основных баз снабжения Национальной армии Сомалиленда и ожидаемой широкой поддержкой СОП большинством местного населения. Кроме того, вполне вероятно оказание военно-технической и материальной помощи Пунтленду и Хатумо со стороны федерального правительства Сомали, особенно в случае какого-либо заметного успеха на поле боя их объединённых вооружённых формирований.

В целом же оценивая наблюдаемый процесс постепенного восстановления системы национальной безопасности Сомали, необходимо признать, что он протекает довольно медленно, неравномерно и неоднозначно. Учитывая предстоящий в течение ближайших 1,5 лет вывод из Сомали 20-тысячной группировки АТМИС, можно констатировать, что в этот период от военно-политического руководства ФРС потребуется существенная активизация работы по решению вышеупомянутых проблем, стоящих на пути к созданию более дееспособной и эффективной системы национальной безопасности. Представляется очевидной и необходимость наращивания военно-технической помощи вновь формируемым силам безопасности ФРС при сохранении международного контроля за поставками из-за рубежа оружия и боеприпасов. В противном случае Сомали ожидает очередной этап дестабилизации военно-политической обстановки, повторное и даже ещё большее распространение исламского фундаментализма, обострение стародавних межклановых противоречий, вплоть до скатывания к новой гражданской войне.

52.77MB | MySQL:103 | 0,440sec