К вопросу о турецко-иранских отношениях на современном этапе

Развивая двусторонние связи со своим ближайшим окружением, Турция в последнее время продолжает проведение самостоятельной многовекторной внешней политики, основанной на принципе «нулевых проблем с соседями» и направленной на достижение «взаимного выигрыша». Официально придавая отношениям с Западом приоритетное значение политическое руководство Турции категорически отвергает предположение о том, что страна поэтапно отходит от своих прежних традиционных направлений и все более сближается с мусульманским миром.

Однако сложившаяся ситуация вокруг Иранской ядерной программы и турецко-иранские отношения на современном этапе доказывают обратное. Теперь, когда все члены Совета Безопасности ООН согласились на проведение «серьезных переговоров» по санкционным мерам против Ирана и разработать проект резолюции, Турции предстоит сделать весьма сложный выбор, который окажет большое влияние на ее дальнейший внешнеполитический курс. Как известно, 11-12 апреля 2010 г. в Вашингтоне состоится саммит, который будет посвящен вопросам ядерной безопасности. По приглашению президента США Б. Обамы, в нем примут участие лидеры 40 государств, министры и специалисты. Иран на саммит в Вашингтоне не приглашен. Что касается Турции, то сначала планировалось ее участие на уровне министра. Однако 6 апреля турецкий министр энергетики и природных ресурсов Т. Йылдыз заявил, что премьер-министр Турции Р.Т. Эрдоган все же примет участие на саммите. Через четыре дня после завершения вашингтонской встречи в верхах, 17-18 апреля, в Тегеране будет проведена альтернативная ядерная конференция. По словам главного иранского ядерного переговорщика, занимающего пост секретаря Высшего совета национальной безопасности (ВСНБ) Ирана, С. Джалили, на тегеранский форум приглашены представители 60 стран. Как и следовало ожидать, американцев в Тегеран не пригласили.

В прошлом турецко-иранские отношения из-за политических и идеологических разногласий были прохладными и напряженными. Однако в последние годы они отмечаются ускоренными темпами развития. Сегодня на Ближнем и Среднем Востоке наблюдается процесс формирования региональной системы баланса сил, основанной на стратегическом положении и влиянии наиболее важных государств региона. Преодоление существовавших раннее стереотипов и предубеждений относительно друг друга достигается путем участившихся в последнее время взаимных визитов и заявлений. На фоне таких взаимоотношений особый интерес представляет предложение, сделанное иранским послом в Турции Б. Хусейнпуром 21 марта 2010 г., о создании модели интеграции Ирана, Турции, Ирака и Сирии по образцу Евросоюза. По его словам, динамично развивающееся сотрудничество Тегерана и Анкары может «решить многие региональные проблемы».

В рамках развития двусторонних отношений между рассматриваемыми странами большой интерес представляет визит Р.Т. Эрдогана в Тегеран, который состоялся в октябре прошлого года. Учитывая тот факт, что сложные переговоры вокруг иранского ядерного кризиса все еще продолжаются и то, что Ирану настоятельно рекомендуется подписать принятое практически всеми заинтересованными странами предложение по урегулированию ядерного кризиса, многие эксперты справедливо отмечают, что Турция в рамках процесса разрешения иранской ядерной проблемы стремится сыграть посредническую роль.

В ходе своего визита Р.Т. Эрдоган выразил свою поддержку ядерной программе Ирана, направленной, по утверждениям иранской стороны, исключительно на мирные цели, раскритиковал «неправомерную позицию» ядерных держав в отношении Ирана и назвал возможную вооруженную интервенцию в Иран «безумием». По словам Р.Т. Эрдогана, во время его пребывания в Тегеране рассматривались в основном экономические вопросы, а не «посреднические услуги» Турции. Следует обратить внимание на то, что заявления, сделанные Р.Т. Эрдоганом в Иране, отличаются от его прежних высказываний. По всей вероятности, это связано с октябрьскими переговорами, которые состоялись в Женеве между Ираном и группой «5+1», в результате которых иранское руководство согласилось на приобретение дообогащенного урана в другой стране. В Тегеране также было принято решение повысить до 2011 г. объем торговли между двумя странами до уровня 30 млрд. долл. Кроме того, было установлено, что торговля между ними будет осуществляться в национальной валюте двух стран. В результате переговоров было принято решение о создании на турецко-иранской границе свободной торговой зоны. Стороны также договорились о развитии транспортных сообщений между двумя странами, в т.ч. о создании совместной авиакомпании. Принятые условия двустороннего сотрудничества могут позволить Турции устранить существующее сегодня неравенство во взаимной с Ираном торговле и даже исправить ситуацию в свою пользу.

Поддержку, оказываемую Турцией развитию мирного атома в Иране, и ее критику, направленную на проведение Западом политики двойных стандартов, можно расценивать как попытку турецкого руководства завоевать доверие иранских властей в рамках существующих сегодня двусторонних отношений. Такое развитие событий в СМИ западных стран и Израиля оценивалось как стремление Турции сблизиться с Ираном и рекомендовалось не доверять нынешней турецкой власти. По большому счету, Турция сохранила свой прежний курс, просто вышеуказанные шаги она сделала в несколько иной форме и в рамках изменившихся международных реалий. Во время переговоров в Тегеране Р.Т. Эрдоган заявил, что выступает против распространения ядерного оружия, отметил важность отказа всех стран Ближнего и Среднего Востока от ядерного оружия, снова подчеркнул, что поддерживает развитие мирного атома и выразил убежденность в необходимости разрешения ядерного кризиса вокруг Ирана дипломатическими способами.

Во время проведенных в Тегеране встреч Р.Т. Эрдоган особое внимание уделял вопросам экономического и энергетического сотрудничества, а так же проблемам региональной безопасности Иранской ядерной программы. Главным достижением двусторонних переговоров стало вступление в силу Договора о сотрудничестве в сфере природного газа, который был подписан в 2007 г. Согласно данному договору, Турция будет добыватьгаз в «Южном Парсе», где находятся наиболее богатые месторождения природного газа. Ей предоставлено право не только использовать добытый на территории Ирана газ для своих нужд, но и право продавать другим странам. Именно этот вопрос и был камнем преткновения в ходе дискуссий по данному договору. Иран хотел, чтобы Турция выполняла лишь роль страны-транзитера при транспортировке иранского природного газа в Европу. Турция, в свою очередь, добивалась права на торговлю добытого в Иране природного газа с третьими странами. Таким образом, Турция в скором времени способна поэтапно превратиться в важный энергетический коридор, установить гарантии на поставки необходимого для ее внутренних нужд объема газа, а так же повысить свое политическое и стратегическое значение. Предполагается, что Турция вложит в этот проект 4 млрд долл. Кроме того, турецко-иранское сотрудничество в газовой отрасли позволит приступить к реализации проекта «Набукко». Оценивая турецко-иранские отношения с этой точки зрения, следует сказать, что по сравнению с 2007 г. они находятся на весьма высоком уровне.

При рассмотрении турецко-иранских отношений необходимо обратить внимание на позицию США. Как известно, В 2007 г. во время подписания вышеуказанного договора Соединенные Штаты выступили категорически против турецко-иранского партнерства. Турция, хоть и заявила, что «рассматривает свои двусторонние отношения с Ираном в энергетической сфере в рамках внутренних вопросов, связанных с национальными интересами только обеих стран», все же предпочла прислушаться к Западу и приостановить свои планы. Однако сегодня США определяют турецко-иранский договор по газовому сотрудничеству как «касающийся исключительно двух стран». Изменение американской позиции относительно турецко-иранского сотрудничества оказало влияние на его дальнейшее развитие.

Политика Турции в отношении Ирана многими турецкими аналитиками рассматривается в качестве инвестиции в будущее. По их мнению, мирное разрешение ядерного кризиса повлечет за собой ускоренное развитие экономических связей Ирана с внешним рынком. Как отмечалось выше, нынешняя внешняя политика Турции большое внимание уделяет установлению добрососедских отношений со всеми странами региона, но при этом, прежде всего, учитываются национальные интересы самой Турции. Принимая во внимание подписанные с Ираном последние договоры и достигнутые соглашения, можно сказать, что турецко-иранские отношения развиваются в выгодном для Турции направлении.

Судя по информации в иранской прессе, после визита турецкого премьера в Тегеран новая внешняя политика Турции воспринимается иранскими политологами неоднозначно. Некоторые иранские эксперты утверждают, что Турция повернулась лицом к исламскому миру только «после того, как стало ясно, что ее не примут в Европейский союз». Другие иранские аналитики предполагают, что «Турция намерена использовать свое влияние и значение в исламском мире в своих отношениях с Западом». Однако позиция Турции в отношении Израиля и оказываемая ею поддержка Иранской ядерной программе высоко оценивается и широко освещается в иранских СМИ. В большинстве комментариев отмечается, что пришло время сотрудничества Турции, которая входит в список 20 наиболее важных индустриальных стран мира, и Ирана, обладающего значимым влиянием в регионе. В общем, иранское общественное мнение и СМИ охарактеризовали новую региональную внешнеполитическую стратегию Турции в качестве «игры, направленной на достижение взаимного выигрыша с другими странами региона». В иранских СМИ так же отмечается и то, что Турция заинтересована, прежде всего, в укреплении своей роли и места в регионе и мире, что, в свою очередь, не может не беспокоить Иран, который претендует на региональное лидерство и опасается установления регионального баланса сил не в свою пользу. Тем не менее, иранскими экспертами подчеркивается важность того, что Турция ради региональной стабильности готова сотрудничать с Ираном. Это, по их мнению, говорит о том, что традиционное ирано-турецкое соперничество осталось уже позади.

Итак, в результате проведения своей новой внешней политики нынешнее турецкое политическое руководство добилось значительных «стратегических» успехов в регионе, взяв на себя роль «инициатора игры», в которую планирует поэтапно включить всех региональных акторов. Иранский фактор во внешнеполитической стратегии Турции на Ближнем и Среднем Востоке оказывает влияние на ее отношения с западными странами и Израилем. Иран рассматривается Турцией в качестве важного элемента региональной подсистемы. Обе страны заинтересованы в тесном сотрудничестве друг с другом и видят в нем основу региональных интеграционных проектов. Поэтому, неудивительно, если турецкое руководство примет приглашение Ирана, и на тегеранской конференции по ядерной энергии будет представлено одним из членов Совета министров.

33.13MB | MySQL:68 | 1,029sec