Ситуация в Ливии: январь 2011г.

В течение января в Триполи по понятным причинам самым внимательным образом следили за известными событиями в соседних Тунисе и Египте. Первой реакцией на них стало решение ливийских властей отменить налоги на импортируемые продукты питания, что, по их замыслу, при общем росте цен на продовольственные товары на мировом рынке не должно было привести к подъему цен на них на внутреннем рынке.

Как известно, Ливия в значительной степени зависит от импорта продуктов питания. Относительно низкие цены на продукты первой необходимости поддерживаются за счет государственных дотаций. В 2010г. на эти цели, а также на поддержание относительно низких цен на бензин и медикаменты государство израсходовало 6 млрд долларов.

15 января — в день, когда решением Конституционного совета Туниса был окончательно отстранен от власти Зин аль-Абидин бен Али, бывший глава Туниса, к тому времени уже сутки находившийся в Саудовской Аравии, позвонил лидеру ливийской революции Муамару Каддафи. Сообщившее об этом ливийское информационное агентство Джана не привело деталей разговора. Одновременно оно объявило, что позднее в тот же день Каддафи обратится к «братскому тунисскому народу».

Как и было объявлено, это обращение состоялось. В нем Каддафи выразил сожаление в связи с уходом от власти Бен Али, при этом он утверждал, что тот «по конституции остается легальным президентом Туниса». «Вы понесли большую утрату, — отметил Каддафи, обращаясь к тунисцам. — Нет и не будет никого лучше Бен Али для того, чтобы управлять в Тунисе». «Я наделся, что он останется на своем посту не только до 2014 года, но и до конца жизни», — заявил лидер ливийской революции.

Это заявление вызвало взрыв негодования в Тунисе. Там возникли опасения, что Ливия может заняться дестабилизацией ситуации в соседней стране.

Уже 25 января Каддафи сменил тон в отношении Туниса. В интервью тунисскому частному телеканалу Nesma TV он заявил о свой поддержке революции народа Туниса. Одновременно он выразил опасение, что ее результаты могут быть утрачены из-за «иностранного» вмешательства. «Невозможно выступать против воли народа Туниса. Мы — вместе с ним, — утверждал он. — Если народ устроил революцию, он должен организовать самоуправление. Я могу только поддерживать подобную ориентацию, если она приведет к власти народных масс».

«Все, что происходит в Тунисе, является приоритетно интересным для Ливии, — утверждал Каддафи. — Но у меня есть опасения, что плоды революции народа Туниса могут быть украдены у него. Ведутся маневры как внутри страны, так и со стороны заинтересованных иностранных сил».

«Революционерам в Тунисе будет интересно выслушать меня, революционера», — подчеркнул Каддафи. Он утверждал, что «все, что произошло в Тунисе, является переходом от республиканского режима к режиму власти народных масс», т.е. к режиму, который, как считает Каддафи, существует в Джамахирии.

Лидер ливийской революции напомнил достижения прежнего режима, и в частности, его светский характер, продвинутый — по сравнению с другими арабскими странами — статус женщин, который ввел запрет на полигамию и разрешает брак лишь по взаимному согласию. «Тунисская женщина освободилась. Я не думаю, что она согласится подчиниться требованиям исламистов. Я не думаю, что Тунис повернет назад», — заявил он. При этом Каддафи подчеркнул, что он не собирается «защищать семью Трабелси» /семья жены бывшего президента Туниса — прим.авт./. «Ничто не помешает ливийцам инвестировать в будущем в Тунисе при условии, что ситуация там стабилизируется», — пообещал Каддафи.

Это интервью было записано 23 января, за сутки до начавшегося 24 января визита в Тунис заместителя госсекретаря США Джеффри Фельтмана.

29 января Джана сообщила, что Муамар Каддафи связался по телефону с президентом Египта Хосни Мубараком. Цель звонка — «убедиться в контролируемости ситуации в Египте» после пяти дней волнений в этой стране.

Каддафи всегда поддерживал достаточно теплые отношения с Мубараком. В Ливии работают десятки тысяч египтян.

6 января США подтвердили, что отозвали для консультаций в Вашингтон своего посла в Ливии Джина Креца в связи с утечками по каналам «Викиликс». Об этом сообщил журналистам официальный представитель госдепартамента Филип Кроули.

Среди огромного числа документов, опубликованных на сайте «Викиликс», оказалась и дипломатическая переписка посла Креца, в которой тот давал весьма откровенные и порой нелицеприятные оценки ливийскому лидеру Муамару Каддафи. В результате, как писала американская пресса, дальнейшее пребывание американского посла в Ливии оказалось под большим вопросом.

«Один из волнующих нас вопросов — это последствия, которые могут иметь данные утечки для отношений между послом США и правительством, с которым он имеет дело», — сказал Кроули.

По словам представителя госдепартамента, присутствие Креца в Вашингтоне поможет «изучить состояние наших отношений с Ливией».

Из других событий следует отметить заявление ливийского Агентства внешней безопасности /АВБ/ от 11 января, согласно которому недавний арест двух ливийцев берберского происхождения был связан с обвинениями в их адрес в шпионской деятельности. Этим заявлением АВБ ответило на коммюнике международной правозащитной организации «Международная амнистия», утверждавшей об аресте ливийскими властями четырех берберов — двух ливийцев и двух марокканцев, что, «возможно», было связано с их активностью в вопросах признания культурной самобытности амазигов /так еще называют берберов, являющихся автохтонным населением Северной Африки/. По данным «Международной амнистии», двое арестованных марокканцев являются исследователями марокканского Королевского института культуры амазигов — вполне официальной структуры, занимающейся вопросами возрождения самобытной культуры берберов

Как утверждалось в коммюнике АВБ, двое братьев-близнецов Мазиг и Магрис Бузахар обвиняются в «шпионаже в интересах одной из зарубежных разведывательных служб». В настоящее время ведется расследование их деятельности. Что касается марокканцев, то они, согласно коммюнике АВБ, были освобождены «из уважения к марокканским официальным лицам». Намекая на Израиль, авторы коммюнике подчеркивали, что в АВБ «хорошо знают о том, что разведслужбы враждебных государств используют историков, археологов, деятелей культуры, а также возможности туризма для прикрытия их активности».

Считается, что в Ливии берберы составляют до 10 проц. населения. Одна из ветвей ливийских берберов — амазиги — относительно компактно живут в горной местности к западу от Триполи, другая — туареги — на крайнем юге страны. Ливийские берберы, равно как их собратья в Марокко, Алжире и ряде других стран, ведут борьбу за признание их культурной и языковой идентичности, отличной от арабской.

26 января французские следственные структуры приняли решение продолжить расследование, прежде чем выдать рекомендации относительно ливийского запроса об экстрадиции Нури эль-Мисмари — бывшего шефа протокола лидера ливийской революции Муамара Каддафи. Ливийские власти подозревают Эль-Мисмари в хищении денежных средств. Ожидается, что следующее рассмотрение запроса об экстрадиции состоится 30 марта. По данным адвоката ливийца, французские следственные структуры ожидают от Триполи разъяснений по его делу, и в частности, уточнений о времени совершения приписываемых ему деяний, сумме нанесенного ущерба, а также по наказанию, которое ему угрожает. Ранее сообщалось, что ливийские власти обвиняют Эль-Мисмари в хищении государственных средств на сумму в 7 млн евро. Сам 60-летний ливиец утверждает, что невиновен в приписываемых ему деяниях. Свое появление во Франции он объясняет проблемами со здоровьем.

Согласно французской процедуре экстрадиции, судебные следователи должны выдать соответствующие рекомендации, на основании которых решения должны принять министр юстиции и премьер-министр. Если судебные следователи ответят отказом на запрос другой страны, процедура экстрадиции прекращается.

21 января в Италии было объявлено, что ливийский фонд Libyan Investment Authority /LIA/ стал обладателем 2,01 проц. капитала итальянской оборонной компании Finmeccanica. По итальянским законам, подобное объявление следует после того, как инвестор преодолевает порог в 2 проц. капитала итальянской компании. Поэтому пока нет полной ясности, участвовал ли LIA в капитале Finmeccanica ранее. Итальянские газеты еще в июле 2009г. сообщали о намерении ливийцев войти в капитал крупнейшей итальянской оборонной компании. Finmeccanica является одним из стратегических предприятий Италии. Государство контролирует 32 проц. его капитала. Если инвестор хочет преодолеть порог в 3 проц. от общего капитала компании, он должен получить соответствующее разрешение государства. Ниже этого порога разрешение не требуется.

После подписания в 2008г. ливийско-итальянского соглашения, нормализовавшего отношения между ними, Триполи проявляет повышенный интерес к проникновению в капиталы крупнейших итальянских финансово-промышленных групп. Так, за последнее время Ливия стала крупнейшим акционером одного из самых заметных итальянских банков UniCredit. Ее ведомства — LIA и Центральный банк Ливии — владеют 7,582 проц. капитала UniCredit.

44.06MB | MySQL:92 | 1,471sec