«Аль-Каида» как бизнес-проект

В настоящее время эффективность «Аль-Каиды» измеряется большей частью числом атак, количеством бойцов, а также численностью жертв при проведении терактов. Например, ряд авторитетных западных аналитиков утверждают, что у «Аль-Каиды» до 200 человек активных опытных боевиков в Афганистане и Пакистане. Вместе с тем глобальность борьбы, заявленная этой организацией априори не предполагает ограничиваться ведением боевых действий исключительно в «зоне племен» на афгано-пакистанской границе. Спектр ее интересов гораздо шире. Существуют утверждения, что «Аль-Каида» получает все меньше финансовых средств от сочувствующих ей отдельных лиц, а также «благотворительных фондов» для осуществления терактов. Это привело к некоторой оптимизации расходов и изменению ее тактики, потребовало выстраивания новой «бизнес-модели», ориентированной на уменьшение стоимости проводимых диверсионных актов, а также снижение числа задействованных при проведении терактов представителей головной структуры этой организации. В результате все чаще теперь можно встретить термин – «группы аффилированные с Аль-Каидой». В тоже время головная организация не утратила возможностей для направления этих группировок в нужное ей русло, следуя глобальным ориентирам построения государства ислама. Наряду с этим «Аль-Каиде» приходится взаимодействовать с организациями экстремистов, находящихся на самофинансировании и не требующих подпитки от головной структуры, а также чьи краткосрочные цели далеки от глобальных замыслов теоретиков всемирного движения джихада.

Чтобы оставаться «брендом» для многочисленных группировок в ситуации повышения уровня проводимых операций со стороны локальных группировок фундаменталистов, а также в ситуации наращивания контртеррористических усилий США и других стран, «Аль-Каиде» приходится развиваться с акцентом на ее «уникальность» в глобальном движении джихада.

Обычно применительно к предприятиям для анализа проекта «Аль-Каиды» можно рассмотреть модель, разработанную М. Портером концептуально в рамках цепочки создания стоимости, в которых предприятию обеспечиваются конкурентные преимущества. Портер утверждает, что это в конечном итоге его можно достичь за счет оптимизации таких элементов, как получение, производство и распределение сырья в дополнение к маркетингу и предоставлению профессиональных услуг.

При рассмотрении в рамках Портера, можно заметить, что «Аль-Каида» продолжает заниматься всеми аспектами создания «стоимости» от набора «сырья» — новобранцев, их подготовки, трансляции своего «бренда» и опыта другим субъектам джихадистской деятельности. Вследствие ограничений на мобильность представителей «Аль-Каиды», введенной Соединенными Штатами руководство этой организации сделало привилегией передачу права на использование своего «бренда» и опыта ведения террористической деятельности и, таким образом, двигаться по цепочке «создания стоимости». В результате, «Аль-Каида» облегчает для себя несение экономического бремени при проведении диверсионных операций в различных регионах мира. Ядро «Аль-Каиды» переориентировалось на обучение, оснащение и поставку высококвалифицированных диверсантов в группировки разных стран. Таким образом, для реализации своих целей используются другие организации.

Головная «Аль-Каида» придает значение двум основным способам повышения своих «конкурентных преимуществ». Во-первых, выступая в качестве финансового консультанта и посредника среди радикальных исламистских группировок. Во-вторых, путем предоставления религиозных трудов общепризнанных теоретиков из рядов «Аль-Каиды». С этой целью для оптимизации издержек ядро «Аль-Каиды» в значительной мере снизило расходы на «инвестирование» своих средств в «сырье» (вербовку бойцов), «производство» (обучение боевиков) и «распределение» (идеи тотальной борьбы) как части цепочки «создания стоимости».

Таким образом, афганский джихад стал микрокосмом того, как «Аль-Каида» актуализирует свои «профессиональные услуги». Представители этой организации не имеют широкого простора для маневра в боевых действиях в Афганистане. Вместе с тем они способны эффективно использовать местные группировки джихада для проведения политики, отвечающей интересам головой структуры. Расчет строится на том, что местные фракции талибов по-прежнему будут сражаться с иностранными коалиционными войсками, воспринимая их как оккупантов, независимо от того, «Аль-Каида» существует или нет. С этой целью, «Аль-Каида» теперь освобождена от первоначального проникновения на «рынок», что в данном контексте означает, что она в отличие от 80-90-х годов. теперь не ориентирована на проведение широкомасштабных военных операций с подключением к ним значительного количества местных афганских группировок. В настоящее время ее заслуги во всемирной борьбе с Западом не вызывают сомнений. В ситуации высвободившегося ресурса она может ограничиться всего лишь консультационными услугами, а также предоставлением высококвалифицированных специалистов диверсионного профиля под конкретный «проект», продвигая свой «бренд». «Аль-Каида» тем самым использует преимущества этой модели, чтобы заставить США изменить свою внешнюю политику и ослабить свое присутствие в мусульманских странах.

Одновременно «Аль-Каида» готова предоставить местным группировкам свои схемы по переводу финансовых средств, содействовать созданию предприятий, а также оказывать информационную поддержку возникающим локальным организациям.

Таким образом, в целом уступая «национальным» радикальным группировкам с точки зрения численности, а также мобильности при проведении террористических актов «Аль-Каида» обеспечивает себе конкурентное преимущество путем предоставления важных услуг, не доступных локальным структурам.

Например, Фазул Мухаммед (также известный как Ф. Харун), представитель «Аль-Каиды» в Восточной Африке, отметил в своей книге «Война против ислама», что хотя он не стремился стать официальным членом сомалийского движения «Аш-Шабаб» тем не менее, он готов к сотрудничеству с ним. Он по существу стал выступать в качестве консультанта в этой организации от имени «Аль-Каиды». По его словам, он «помогает каждому мусульманину, который желает встать на путь джихада… мы готовы обучать его и предложить ему рекомендации о сущности джихада». Фазул оказывал услуги сторонникам «Аш-Шабаб» по повышению их квалификации, а также подготовке специальных диверсионных сил, снайперов, а также ведению финансовой деятельности террористических группировок. Таким образом, «Аль-Каида» использует субъекты джихада, включая собственные филиалы, для реализации своей стратегии.

В руководстве «Аль-Каиды» осознают, что в результате ограниченности ресурсов и серьезны контртеррористических усилий со стороны Вашингтона, головная структура способна обеспечить себе «производство конечного продукта» при сравнительно невысоких «издержках» благодаря уникальной инфраструктуре, опыту в «маркетинге» (подконтрольные салафитам средства массовой информации) и «услугам» (оказание консультаций потеррористическим актам).

Таким образом, ядро «Аль-Каиды» смогло усилить и переориентировать местные группировки джихадистов на глобальные цели посредством консультаций с ними. В этих организациях присутствует, как правило, несколько представителей ветеранов джихада (боевиков «старой Аль-Каиды»), которые служат в качестве моста между ядром «Аль-Каиды» и местными группами джихадистов. Наряду с этим нередко ядро оказывает содействие региональной организации финансами, формируя при этом костяк бойцов, подготовленных и ориентированных на глобальные цели борьбы в одном из лагерей «Аль-Каиды». После окончания обучения эти «носители идеи» вместе с инструктором «Аль-Каиды», как правило выполняют операции боле высокого уровня по сравнению с другими членами группировки. При этом они строго следуют нормам «чистого ислама», выступая с проповедями о первоочередности глобальной борьбы против Запада и его союзников. За счет неоспоримого авторитета этого костяка другие члены группировки переориентируются с локальных на международные цели, к которым призывают идеологи головной структуры «Аль-Каиды». Во всех случаях, руководство «Аль-Каиды» смогло продемонстрировать способность обеспечить эти группы всем необходимым, выводя их на нужный для себя уровень сотрудничества.

«Аль-Каида» продолжает оставаться серьезным игроком в глобальном джихаде, даже в ситуации ограниченных возможностей. Более того, за счет плотного сотрудничества с местными группировками головная структура может выделять точечно финансовые средства под конкретный резонансный «проект» (теракт), отвечающий интересам как ядра «аль-Каиды», так и локальной группировки.

Вместе с тем «Аль-Каиде» приходится постоянно предпринимать усилия для того, чтобы представлять интерес для взаимодействия. Стремящиеся к установлению сотрудничества с головной структурой группировки фактически становятся частью глобального движения джихада. Такой подход позволяет «Аль-Каиде» вести джихад в отношении «дальнего врага» (Запада) по всему миру, с низкими «издержками» на достижение конечной цели. В настоящее время, сетевые и дочерние организации активно подключаются «Аль-Каидой» к глобальным проектам, нанося удары по интересам Запада в различных регионах мира.

Вместе с тем свобода действий локальных группировок может нанести удар по имиджу «Аль-Каиды», так как одна и та же группировка может провести теракт, не отвечающий интересам головной структуры. Но ранее заявленная ориентированность на нее автоматически приобщает ядро движения к таким акциям.

42.38MB | MySQL:92 | 0,976sec